Я буду любить несмотря ни на что

      Проснувшись с утра от тихого стука в дверь, Столас кое-как разлепил веки и устало взглянул на вошедшего. Во всем теле все ещё была такая слабость, что даже голову повернуть было сложно.       — Как вы себя чувствуете? — спросил доктор, измерив давление и температуру.       — Не знаю… — выдохнул Столас, смотря в потолок.       — Вам необходимо сегодня постараться немного поесть, — осмотрев зажившие места порезов, порекомендовал доктор.       — Я не хочу, — ответил принц, отвернувшись к окну. Желание продолжать жить все ещё отсутствовало.       Он ощущал себя одиноким и никому не нужным. Доктор сообщил ему, что он уже неделю провел в госпитале, и за это время к нему лишь однажды пришёл Блиц, которого он тут же прогнал. Друзья, словно, позабыв о нем, так ни разу не навестили, хоть Столас и ждал их каждый день. Ему как никогда нужна была их поддержка, но они про него словно позабыли.       — Чтобы скорее поправится и вернутся домой, вам необходимы силы, — спокойно объяснил доктор, записав результаты обследования в карту.       — Мне некуда возвращаться, — тихо ответил Столас и его глаза моментально наполнились слезами. — Я один в этом мире… Никому не нужный… Так для чего мне жить?       — Очень сомневаюсь, что это так, — по-доброму усмехнулся доктор, — Я скажу медсестре, чтобы она принесла лёгкий завтрак.       Вздохнув, Столас снова отвернулся к окну. Через приоткрытую створку послышались радосные голоса, оповещающие, что кого-то выписали, и родные счастливы забрать его домой. На смену этим голосам, раздался жалобный плачь младенца и ласковый, успокаивающий голос матери. Вдали послышался вой сирен скорой — кого-то торопливо везли сюда. Наверняка и его так же спешно доставили в госпиталь, чтобы спасть ему жизнь. Только для чего все это? Будет ли кто-то так же рад, когда принца выпишут? В этом он сомневался.       — Доброе утро, ваше высочество, — добродушно поприветствовала медсестра, поставив поднос на столик у кровати.       — Я же просил не обращаться так ко мне, — снова тяжело вздохнув, напомнил Столас. — Я сейчас на уровне беса…       — Ну что вы такое говорите, — покачала головой женщина, — что бы с вами не приключилась, для нас вы всегда будете принцем. Вот, давайте, молочная каша с перетертыми фруктами, она придаст вам сил.       Зная, что сопротивляться бесполезно, Столас послушно открыл рот. Ему было стыдно, что его кормили с ложки, но пока что делать это самому у него не хватало сил. С первых дней, как он очнулся, принц не чувствовал вкус еды. Хоть медперсонал и расхваливал её, но ему она вся казалась безвкусной и пресной. Ни сладость каши, ни аромат ягод, Столас не ощущал ровным счётом ничего. Ещё и поэтому аппетит отсутствовал, как и желание жить.       Справившись с половиной порции, Столас отвернулся, дав понять, что продолжать не намерен. Поблагодарив медсестру за заботу, он улегся, как смог поудобнее и прикрыл глаза. Вновь на него накатила усталость и апатия и вскоре принц провалился в сон.       Внезапно вынырнув из сна, он услышал легкие шаги, вслед за которыми раздался до боли знакомый голос.       — Привет, как ты сегодня? — прошептал Блиц, и Столас ощутил, как теплая ладонь ласково провела по запястью и обхватила руку. Продолжая притворятся спящим, он с замиранием сердца слушал импа. — Доктор сказал, ты идёшь на поправку и сегодня даже позавтракал больше чем обычно. Я очень рад этому. Я так боялся тебя потерять, боялся, что ты не захочешь жить и вновь попытаешься что-то с собой сделать. Я бы не пережил этого, — дрогнувшим голосом продолжал говорить Блиц, и Столас почувствовал влагу на своей руке. Мягкие губы импа поочерёдно прикоснулись к кончикам пальцев и в конце оставили лёгкий поцелуй в середине ладони. — Сегодня, я снова принёс тебе цветы. На этот раз розовые розы. Они такие же нежные как и ты. Я не знал, какие ты любишь, но надеюсь, что угадал. Ещё я принёс тебе ягоды, надеюсь, что ты не откажешься от них. Доктор сказал, что для тебя они будут полезны. Знаешь, мы с Барби окончательно помирились. Она правда ещё иногда злится на меня, но последнее время, когда она по вечерам дома, мы проводим время за приятной беседой. Как только ты поправишься и вернёшься, я вас обязательно познакомлю. Только бы это произошло побыстрее, — вздохнув, Блиц прижался щекой к ладони и слегка о неё потерся. — Я так по тебе скучаю, по твоему взгляду, голосу, улыбке. И я очень надеюсь, что ты сможешь меня когда-нибудь простить. Я готов ползать перед тобой на коленях… Мне очень плохо без тебя… Больно видеть тебя таким… Больно знать, что это я во всем виноват…       Слушая шепот Блица, который постепенно сорвался на надрывное рыдание, Столас ощутил, как у него самого все защимило в груди. Он слышал ноты искреннего расскаяния, и ему хотелось открыть глаза и простить импа, но он не мог. Воспоминание о слитом видео, о том, какой позор он испытал, все ещё были слишком живы и болезненны. Он не мог просто взять и простить импа, как бы сильно ему этого не хотел. Столас переживал, что Блиц, хоть и жалел о содеяном, но мог снова предать его. Он боялся, что имп, возможно, просто втирался в доверие, чтобы потом вновь издеваться над ним.       — Прости, что прихожу к тебе, только когда ты спишь. Ты прогнал меня и я не хочу снова сделать тебе больно. Я дождусь, когда ты будешь готов меня выслушать. Я все объясню тебе и, возможно, ты все же сможешь простить меня. А сейчас я пойду. Не хочу, чтобы ты проснулся и снова разволновался. Я понимаю, что сейчас тебе нужен покой и не только физический. Но я все равно буду рядом, там за дверью, как обычно до вечера. Вдруг ты однажды меня позовёшь.       Поднявшись, Блиц ласково погладил по перышкам на голове и оставил мягкий поцелуй на щеке. Пожелав любимому скорейшего выздоровления, имп вышел в коридор.       Услышав тихий стук закрывшейся двери, Столас открыл глаза, которые тут же наполнились слезами, и взглянул на букет. Он был огромным, занимал практически весь столик, и источал головокружительный, сладковатый аромат. Принц любил цветы, все без исключения и сейчас ему было безумно приятно получить этот букет. От мыслей о Блице, сердце вновь болезненно защимило и не выдержав, Столас разрыдался, спрятав лицо в ладонях. Почему судьба была с ним так жестока? Почему, вместо чистой и нежной любви, о которой он всегда мечтал, она закидывала его лишь болью и страданиями? Отняла у него все, лишив нормальной жизни и счастья...                               ~       Не заметив, как снова провалился в сон, Столас очнулся, услышав, как кто-то позвал его имени. Открыв глаза, он увидел медсестру, которая очевидно принесла обед.       — Сегодня снова новый букет, и такой пышный, теперь даже поднос поставить некуда, — с улыбкой произнесла она, опустив поднос на стул. — Как же он любит вас, я даже немного завидую.       Поставив пиалу с овощным супом-пюре рядом с контейнером с ягодами, она убрала поднос на пол и разместилась на стуле.       — Хотите сами попробовать? — спросила медсестра, кивнув на обед. — Я помогу.       — Хорошо, я попробую, — неуверенно согласился Столас, взяв протянутую ложку.       Сил все ещё было недостаточно, руки тряслись и часть супа с ложки проливалась на полотенце, заботливо разложенное на его груди. Однако он упорно продолжал есть сам, отказавшись от того, чтобы его снова кормили.       — Вы большой молодец, — похвалила принца медсестра, отставив пиалу в сторону, — вы прекрасно справились сами, пусть это и заняло пока больше времени, чем обычно. И вы впервые не стали отказываться от еды. Значит вам действительно уже лучше и вы идёте на поправку. Так, вы скоро сможете вернуться к друзьям.       — К друзьям… — горько усмехнулся Столас и вмиг вновь погрустнел, — а нужен ли я им…       — Конечно нужны, — заверила его медсестра, составив на поднос пиалу и сложив полотенце, — даже не сомневаетесь в этом. Будите ягода?       — Да, — кивнул принц, — а… как часто… он приходит? — чуть смущённо спросил Столас, приняв контейнер и поставив его на колени.       — Так каждый день, — ответила медсестра, перед тем как выйти, — уже с утра он здесь и остаётся до вечера. Постоянно переживает за вас, спрашивает у нас или доктора о вашем самочувствии. Не переживайте, ваше высочество, любит он вас. Я впервые вижу, чтобы почти жили здесь.       — Любит… — с еле уловимой болью повторил Столас, проводив взглядом медсестру, которая скрылась за дверью, — или хочет, чтобы я так думал…       Вздохнув, Столас достал ягоду и, раскусив её, зажмурился от удовольствия. Густой, ароматный сок прокатился по языку, вызвав приятные мурашки по всему телу. Это были одни из его любимых ягод, которые он не ел с того дня, как был изгнан. Слезы вновь выступили на глаза… Столас снова чувствовал вкус, ощущал лёгкий голод. У него даже появилось желание жить. Пусть он и не доверял Блицу, но слова импа положительно повлияли на состояние принца. И, возможно, если тот его действительно полюбил, Столас сможет когда-нибудь его простить. Тогда, когда боль утихнет, а воспоминания потускнеют…                               

***

      Несколько дней Блиц, перед тем как отправится в госпиталь, приходил в школу, чтобы проверить появился ли наконец-то Страйкер на занятих. Он отсиживал первую половину урока и, убедившись, что тот вновь прогуливал, спешил к Столасу. Блиц был уверен, что бывший дружок подозревал, что он догадался, кто слил видео, и теперь ссал прийти в школу, дабы не получить в морду.       Однако сегодня тот наконец-то появился на занятиях. Блиц не собирался избивать того до полусмерти. Несомненно ему, да и наверняка приятелю Столаса тоже, хотелось разочек дать ему в морду. Но он обещал сестре не делать глупости, чтобы вновь не расстроить маму.       Отсидев первый урок и надеясь, что Страйкер не свалит, зассав, Блиц отправился на поиски приятеля принца.       — Эй, есть желание отомстить за друга? — предложил имп, подозвав инкуба.       — Хочешь набить морду и втянуть меня в это? — недоверчиво ответил Джесси. — Может ты и мне собрался заодно отомстить?       — Я не собираюсь его избивать, — заверил полуимпа Блиц, — Ну, может если разок вмазать. У меня есть другой план. Но мне бы хотелось, чтобы ты был рядом и лично убедился во всем, а не обвинял меня в слитие видео. Если согласен, поделюсь планом по дороге.       — Хорошо, только если это не противозаконно.       Как и предположил Блиц, Страйкер нашёлся в закутке за школой, где они раньше частенько прятались от учителей, чтобы покурить. Заметив их, тот выкинул сигарету и заметно напрягся.       — Че надо? — недовольно спросил Страйкер, переводя взгляд с одного на другого.       — Я знаю, что это ты слил видео, — злобно оскалился Блиц.       — И что? Набьешь мне за это морду? — усмехнулся гибрид.       — Нет, мне одного раза хватило за решеткой, — ответил имп, с презрением смерив взглядом бывшего приятеля, — и марать руки о такого мудака я не собираюсь. Но мне интересно, зачем ты это сделал? Чтобы отомстить мне, из-за того, что я тебя кинул?       — Ты был жалким куском дерьма, когда я познакомился с тобой! — с ненавистью выплюнул Страйкер. — Я вселил тебе уверенность в самого себя! Благодаря мне ты стал крутым парнем, которого боится вся школа. А ты потом просто кинул меня! И теперь я изгой, над которым все насмехаются.       — Ты подставил меня, сука! — прорычал Блиц, готовый в любую секунду разбить наглую морду. — Ты сломал ему крыло и спихнул все на меня!       — Ему давно следовало переломать их, уж больно счастливо он ими махал постоянно, — злобно взглянув на импа, сплюнул ему под ноги Страйкер. — И как жаль, что ты слишком быстро вышел. Но ничего, мне все же удалось отомстить и испоганить тебе жизнь, чтобы твоя самодовольная ухмылка навсегда слетела с твоего лица. А заодно сломать этого жалкого принцишку, на которого ты запал. Я сразу догадался об этом. Но тогда мне было похуй. И если бы ты не избавился от меня, сейчас мог бы счастливо кувыркаться с ним в постели. Я подслушал ваши любовные игры в раздевалке и узнал о видео. А дальше было только дело времени. Стащить телефон было проще простого, и ты, долбаеб, не удосужился сменить пароль.       — Ты ведь понимаешь, что это незаконно? — злорадно ухмыльнулся Блиц. — Ты украл телефон, перекинул себе личное видео, без спроса распростронил его и довёл Столаса до попытки покончить с собой.       — И что? Как ты докажешь это? — хохотнул Страйкер. — Я тут же стёр видео, а запасная симка давно в мусорке. Или ты думаешь, что этот придурок поможет тебе в качестве свидетеля? Так у меня есть прекрасная отмазка — вы решили подставить меня, чтобы отомстить.       — Знаешь, ты всегда недооценивал меня, — ухмыльнулся Блиц, достав телефон из кармана, — я совершенно случайно нажал на запись звука, и теперь у нас есть весь наш разговор.       — Ах ты сука! Надеюсь, этот сраный принцишка сдохнет! — злобно выплюнул Страйкер, готовый наброситься на импа, чтобы отобрать телефон.       Однако он даже шагу сделать не успел. Рыкнув, Джесси размахнулся и врезал ему с такой силой, что гибрид пошатнулся и повалился на задницу. Губа засоднила, тонкая струйка черной крови стекла по подбородку и закапала на белоснежную футболку.       — Сука! Надо было не только крылья тебе переломать! — прорычал Страйкер и, поднявшись, поспешил свалить.       — Думаешь, в полиции признают это доказательством? — с сомнением спросил Джесси. — Мы ведь тоже получается действовали не совсем законно.       — О, не переживай, я что-нибудь придумаю, — заверил инкуба Блиц. — А сейчас я пойду в госпиталь.       — Когда ты мне наконец-то тоже позволишь навестить друга, — недовольно буркнул Джесси, сложив руки на груди.       — Как только его выпишут, — ответил имп, перед тем как свалить, — не хочу, чтобы ты настраивал Столаса против меня.       Обогнув школу и оказавшись во дворе, Блиц уже было направился к выходу, как его окликнул знакомый голос.       — Мистер Картер? — вопросительно взглянул на учителя имп, который приблежался к нему.       — Блиц, до нас долетели слухи, которые сейчас обсуждают старшеклассники. Мне сказали, что ты уже неделю пропускаешь школу, потому что ходишь в госпиталь к Столасу. И я хотел бы узнать, как он?       — Уже лучше, мистер Картер, — ответил Блиц, надеясь, что учитель его надолго не задержит.       — Передай ему от нас привет. Скажи, что мы желаем ему скорейшего выздоровление и с нетерпением ждём возвращения в школу.       — Я передам, — пообещал Блиц, лишь бы побыстрее свалить.       — И вот ещё что. Ты же понимаешь, что твои пропуски я не могу игнорировать — как показалось импу, с сожалением сообщил учитель. — Но если тебе удастся взять справку, я смогу записать их, как отсутствие по болезни.       — Хорошо, я поговорю об этом с медперсаналом, — кивнул Блиц и, попрощавшись с преподавателем, поспешил в госпиталь, чтобы как обычно провести весь день рядом с палатой дорогого сердцу принца.