Ханакотоба для стратега

Спустя месяц Шикамару привык к тому, что его утро начинается не с кофе, а с проверки безопасности собственного стола. Он вошел в кабинет, бросил портфель на стул и первым делом заглянул под стопку бюджетных отчетов. Из-под бумаги кокетливо выглядывал ярко-розовый тюльпан. «Ты мне очень дорог». — Серьезно, Наруто? Тюльпаны в марте? — Шикамару не оборачиваясь обратился к стене, разделяющей их кабинеты. — А что не так? — из-за двери высунулась вихрастая блондинистая макушка. Наруто выглядел подозрительно бодро для человека, который вчера до трех ночи «инспектировал» спальню советника. — По-моему, очень мило. Освежает твой унылый интерьер. Шикамару хмыкнул, пряча тюльпан в ящик стола. — У нас сегодня собрание со старейшинами. Постарайся не пускать слюни на мою задницу во время презентации весь час, как в прошлый раз. Это, блять, непрофессионально. — Я не пялился! — возмутился Хокаге, заходя в кабинет и бесцеремонно усаживаясь на край стола Шикамару. — Я просто... изучал стратегию. — Стратег хренов, — проворчал Шикамару, притягивая Наруто за воротник и быстро, почти грубо целуя его в губы. — Иди работай. Днем случился очередной «цветочный инцидент». В разгар совещания, когда Сакуре нужно было передать Шикамару список необходимых медикаментов, из середины свитка прямо к её ногам выпал пышный бутон темно-красной розы. В кабинете повисла мертвая тишина. Роза — это не только любовь, но и прямой намек на «я хочу тебя прямо сейчас» в их с Наруто цветочном коде. Сакура медленно подняла цветок, перевела взгляд на Шикамару, у которого дернулся глаз, а потом на Наруто, который внезапно стал очень внимательно изучать трещину на потолке. — Парни, — вкрадчиво произнесла Сакура, и в её голосе послышался хруст ломающихся костей. — Если я еще раз найду флору в официальных документах госпиталя, я заставлю вас обоих сожрать этот гербарий. Без соуса. Поняли? — Поняли, Сакура-чан... — хором ответили Хокаге и его советник. Вечером, когда резиденция наконец опустела, Шикамару зашел к Наруто. Тот сидел, заваленный бумагами, и выглядел на редкость выжатым. Шикамару молча положил перед ним веточку Мяты. «Давай отдохнем». И следом — белую розу с обрезанными шипами. «Я весь твой». Наруто поднял на него усталые, но мгновенно потеплевшие глаза. — О-о-о, Принцесса Нара перешла к классике? Розы, серьезно? — Завали, Наруто. Это единственный способ заставить тебя закрыть этот чертов отчет и пойти домой, — Шикамару подошел сзади, кладя руки на плечи Хокаге и начиная медленно разминать затекшие мышцы. — У меня в кармане еще Орхидея. Знаешь, что она значит? — Понятия не имею, — выдохнул Наруто, откидывая голову на живот Шикамару и прикрывая глаза от удовольствия. — Просвети меня. Шикамару наклонился к самому его уху, обжигая кожу горячим дыханием. — Она значит «Утонченная страсть». И я планирую показать тебе это на практике, как только мы переступим порог дома. Без цветов, без свидетелей и, желательно, без одежды. Наруто резко вскочил, едва не перевернув стол со всеми печатями и указами. — Блять, Шика! Чего мы тогда тут сидим?! Хватай свою орхидею и погнали! Шикамару только рассмеялся, глядя, как Хокаге с бешеной скоростью запихивает документы в ящик. Цветочная почта была хлопотным делом. Но черт возьми, это была самая лучшая игра, в которую он когда-либо играл.