Фиалки и розы

Это была поздняя ночь каникульного дня, две фигуры, скрытые от всего мира кустами красных роз, стояли в саду Хартслабьюла. —Итак, времени у меня так же мало, как и у тебя, поэтому не буду медлить. Я знаю, что ты продаешь фей и мне нужна одна—твердо сказал Оратрис, смотря на слишком невинно улыбающегося собеседника в ожидании ответа. Ричард кивнул— Честно сказать, я весьма удивлен, мистер Фортьер. Мало кто в колледже знает о моей…торговой деятельности… Но если уж вы следили за мной, то наверное должны были так же узнать, что я сам выбираю своих клиентов. С чего вы решили, что я соглашусь продать вам фею? Темноволосый юноша нахмурился от приторности тона собеседника— Я ничего не решал. Просто сотрудничество было бы выгодно нам обоим. И я надеюсь вы достаточно умны, чтобы понять это и самостоятельно. —Хмм, хорошо, мне нравится твой настрой. Так и быть, я продам тебе фею, но и оплату потребую немалую— ответил Розариус, доставая из кармана листок и ручку и показывая Оратрису сумму, от которой у того округлились глаза— Ох, неужели для вас это слишком много, мистер Фортьер?— едко протянул Ричард, улыбаясь. Ученик Хартслабьюла быстро взял себя в руки, вздыхая и качая головой— Нет… Я соберу нужную сумму, просто… понадобиться время… Обговорив ещё несколько условий юноши разошлись по своим общежитиям, делая вид, что никакой встречи не было. *** Спустя несколько дней Оратрис передал помфиорцу половину нужной суммы в качестве предоплаты и взамен получил крыло феи в стеклянном футляре. —Хммм, товар удивительно качественный. Я бы поинтересовался, где  ты находишь таких хороших фей, но ты ведь не расскажешь, да? —Естественно не расскажу. За кого ты меня принимаешь?— усмехнулся Розариус, а после посерьезнел— Что ж, товар у тебя. Я жду вторую половину суммы в ближайшее время, попрошу вас не затягивать, мистер. —Не поднимай панику, ты получишь то, что тебе причитается— ответил Оратрис, и юноши снова разошлись. В конце концов, обсуждать им больше было нечего. *** Однако шло время: день, два, неделя, но Ричарду так и не передали остаток суммы.  Помфиорец сидел у себя в комнате, листая телефон и просматривая статьи про того, кто рискнул попытаться уйти с товаром не заплатив. —Ах, бедный-бедный Оратрис Фортьер, а ведь ты мне даже понравился… Зачем же ты так подводишь меня, а?— с притворным сочувствием вздохнул Розариус. Кажется ему придётся показать одному аристократу, что задерживать платежи это очень нехорошо. В руке Ричарда появился красивый цветок с четырьмя широкими нежно розовыми лепестками и темным пятном у центра—снотворный мак. И кто знает, может быть этот цветок позже абсолютно случайно попадет в чей-то утренний чай. *** «Это просто невозможно, что происходит? Моя магия не может дать сбой»—Думал помфиорец, издалека смотря, как Оратрис спокойно ест отравленную пищу. Это происходит уже третий день подряд: Ричард отравляет еду или напиток Фортьера, а тот только лишь пару раз морщится, вытирает салфеткой ладони и уходит из столовой, будто никакого опиумного мака никогда и не ел. Куда это годится?!  Ричард негодовал от происходящего, он уже несколько раз проверил свою способность, маки, которые он призывает, точно работают на всех. Кроме Оратриса. Но Розариус не был готов сдаться так просто. Раз уж тайно подсыпать яд не удалось, то нужно переходить к более прямым методам. *** После занятий помфиорец выловил Фортьера в коридоре и отвел в сторону. —Мистер, моё терпение не резиновое, а время не бесконечное, так что перейду сразу к делу. Где остаток оплаты?— спросил Ричард все с той же натянутой невинной улыбкой. Ученик Хартслабьюла усмехнулся в ответ— Оплата? Какая оплата? Неужели ты говоришь об оплате за товар, который запрещен? Вот незадача, разве ты сможешь куда-то пожаловаться на меня за то, что я не заплатил тебе за фею? Розариус обомлел от такой наглости. Это явно был первый раз, когда ему так дерзко отказали в честной оплате, ещё и посмели угрожать тем, что сдадут его торговлю. Он оскалился, напускная невинность исчезла из образа— Что ж, Мистер Фортьер, я вижу храбрости вам не занимать. Хорошо. Тогда… может быть мы… поспорим на эту сумму? Выиграете вы и получите еще одну фею, а выиграю я, и вы отдадите деньги, по рукам? Оратрис был удивлен таким предложением, щуря глаза. Он знал, что собеседник явно что-то задумал— И во что же будем играть? Я не хочу соглашаться, не зная игру. —Конная езда подойдет?— предложил Ричард, прекрасно зная, что его покупатель явно не откажется от того, в чем хорош (Чтение статей в интернете о будущей жертве все же дало плоды). Фортьер поспешил согласиться на условие, думая, что торговец выбрал игру абсолютно случайно и просто попал в ту, которую любил темноволосый— Подойдет, по рукам. Руки были пожаты, договор заключен. *** Два наездника быстро гнали своих коней сквозь деревья, желая как можно быстрее достигнуть финиша, где лежали деньги и крыло феи.  Оратрис, ударяя ногами по бокам белого жеребца, несся вперед, сохраняя лидерство на протяжении всей гонки, Ричард, стегая своего черного коня, мчался немного позади. Но он не проигрывал, нет. Он выжидал. Он ждал, когда Фортьер достигнет последнего прыжка. И вот этот момент наступает: ученик Хартслабьюла делает последний прыжок. Розариус не теряет не секунды; с победной улыбкой он в момент догоняет противника и, поровнявшись с ним, с силой пинает его ногой вбок. Оратрис сразу же теряет равновесие, падая со своего коня. Слава богу, он крепко держался за поводья, иначе мог бы совсем распрощаться с жизнью. Фортьер упал, послышался хруст и громкий болезненный крик; нога аристократа была сломана, а сам он теперь лежал на земле, пытаясь вспомнить как дышать. Ричард же с недрогнувшей невинной улыбкой, быстро забрав с финиша деньги и крыло феи, все же соизволил вернуться к побежденному сопернику, лежащему на земле.  Помфиорец медленно спешился, его тень нависла над темноволосым юношей— Ну как? Очень больно? Теперь ещё несколько месяцев ходить не сможешь… А ведь этого всего можно было избежать, если бы ты просто был хорошим мальчиком и…—Розариус не смог закончить свою речь, так как ученик Хартслабьюла резко ударил его в колено, заставляя пошатнуться. Сказать, что Ричард был удивлен, значит не сказать ничего. Как человек, сломавший ногу всего минуту назад, может так сильно бить, а теперь вставать так, словно ничего не было? Это было слишком опасно и непонятно. Не желая доводить ситуацию до точки невозврата, помфиорец призвал отравленный цветок и пока его соперник не обрел все силы, быстро прислонил его к чужому носу почти вплотную, желая ослабить. Оратрис задергался в чужих руках, пытаясь то ли сесть, то ли отодвинуться, но что было самое интересное, его сознание никак не хотело угасать. Розариус опустил взгляд, с шоком смотря на чужие руки—они сочились бурой жидкостью; и только сейчас до него дошло, почему все планы по отравлению проваливались. Тело юного Фортьера просто было устойчивым к намеренному вреду! Именно поэтому перелом ноги сросся так быстро, а наркотик совсем не задерживался в теле, сочась из рук наружу. Довольно интересный экземпляр. Понимая, что теперь можно не сдерживаться, Ричард быстро достал нож из кармана пиджака и до самой рукояти всадил его в чужое бедро, позволяя другому юноше упасть обратно на землю с громким от боли всхлипом. —Ты что совсем больной?! Ты всадил в меня чертов нож! Я знал, что ты больной, но не до такой же степени!— Вскрикнул ученик Хартслабьюла, стараясь отползти и вытащить нож из бедра, которое уже начало срастаться вокруг лезвия.   Но даже сейчас Розариус не остановился, он быстро догнал отползающего юношу и, садясь сверху, прижал его к земле, одной рукой грубо доставая нож из чужого бедра, а другой прижимая чужие запястья к земле— О нет, мистер Фортьер, именно до такой степени… а сейчас…— размеренно сказал помфиорец, поднося нож к чужому глазу, Оратрис сразу же прекратил дергаться и вырываться, испуганно смотря на лезвие—лежи спокойно и не дергайся, если не хочешь узнать, сколько боли ты сможешь испытать до тех пор, пока не сойдешь с ума~  Темноволосому юноше не оставалось ничего, кроме как вздрогнуть и испуганно кивнуть, смотря на человека над собой. Ричард довольно улыбнулся— Ну вот, разве ты не молодец, а? Не волнуйся, если будешь таким же хорошим, то больно не будет…скорее всего. Просто пара экспериментов, ладно?— вопрос явно был риторический— А теперь сними брюки, пожалуйста, а то мои руки, как ты видишь, заняты тем, что я угрожаю и удерживаю тебя— издевательски сладко сказал помфиорец, перемещая одну из своих рук на чужую шею, не душа, но удерживая. Другая рука все ещё держала нож у чужого лица. Ученику Хартслабьюла не оставалось ничего, кроме как быстро начать расстегивать пряжку ремня и молнию брюк, стараясь при этом не двигаться, чтобы не спровоцировать нависшего над ним соперника. Через полминуты штаны были сняты и отброшены в сторону. Розариус довольно хмыкнул, осматривая чужие бледные мягкие бедра— Вау, у вас недурное тело, мистер~ Не против, если я посмотрю еще, а?— спросил он и, не дожидаясь ответа, убрал руку с чужой шеи, чтобы ее стянуть чужие черные боксеры. Оратрис был в ужасе, сердце стучало где-то в горле, а мозг стремительно пытался найти выход из ситуации. Однако он не мог ничего сделать, лезвие у глаза предотвращало все попытки побега, ведь даже сам юноша не мог знать, сможет ли его тело восстановить глазное яблоко, если оно будет вырезано каким-то психопатом. Поэтому не оставалось ничего, кроме как сжимать зубы и ждать, что же произойдёт, молясь при этом, чтобы его мучитель сжалился над ним. Ричард в этот момент с садистской радостью оглядывал чужое оголенное ниже пояса тело, не отказывая себе в удовольствии оставить на чужих бедрах несколько красных полос, которые через полминуты исчезли без следа. Но просто смотреть это ведь так скучно, да? Поэтому, не теряя времени, торговец феями перевернул свою жертву на живот, отвешивая шлепок по чужому бедру— подними бедра. Чужой приказ выбил Фортьера из колеи, он вздрогнул, бормоча на грани слышимости— нет… ты ведь не собираешься…—но чужие слова были твердо прерваны— подними. Или в следующий раз не обойдешься одним шлепком. В конце концов я все еще решаю, что мне лучше с тобой сделать. Угроза повисла в воздухе, Оратрис подчинился, понимая, что других вариантов нет. Хоть его тело и могло сопротивляться вреду, но даже сам Фортьер не знал предела своих сил. Было бы глупо умереть сейчас и вот так. А отомстить он всегда успеет. Ученик Хартслабьюла уже хотел было потешить себя идеями мести, но все мысли были выбиты из головы. Пока темноволосый юноша был в своих мыслях, Розариус быстро расстегнул свои брюки, приспустил белье и, взяв жертву за бедра, грубо толкнулся внутрь. Ричард издал тяжелый вздох, который сразу же был перекрыт болезненным вскриком задергавшегося и задрожавшего Оратриса. Благо пара небольших порезов на плечах быстро остудила чужой пыл. Какое-то время Ричард не двигался, ожидая, когда юноша под ним хоть немного придет в себя или расслабит мышцы, однако, к удивлению обоих, магия темноволосого юноши решила проявить себя. Мышцы сами расслабили себя, растягиваясь под нужную форму, сухость сменилась влажностью и скользкостью, а давление на органы ушло. Помфиорец рассмеялся, поворачивая чужую голову к себе за подбородок, чтобы увидеть испуганное и немного измученное лицо— Ну-ну, разве ты не прелесть?~ Твое тело буквально создано для того, чтобы удовлетворять чужие потребности. Обычно я не склонен к таким фразам, но в твоем случае это чистейшая правда; твое тело так прекрасно раскрывается и принимает меня, словно умоляет помучить тебя подольше~ *** Еще около часа юноши провели на той поляне в горизонтальном положении: бедра встречались снова и снова, стоны срывались с губ, белесые ручейки стекали по животам, ногам и траве под телами, но что самое ужасное… хоть никто бы не признался…обоим это нравилось. Нож был отброшен еще после второго раунда, все сделали вид, что не заметили этого небольшого нюанса. После четвертого оргазма Фортьер упал почти без сил (кажется здесь его магия отказывалась как либо помогать), Розариус же, ограничившийся двумя пиками удовольствия, лишь усмехнулся, проводя пальцем по чужой щеке— вау, мистер Фортьер, не думал, что вы настолько страстный, когда вас берут силой. —Заткнись, торговец, раздражаешь…— выдохнул Оратрис, потирая шею, с которой быстро сходили укусы— И не вздумай кому-нибудь сказать об этом…—добавил он, на что Ричард лишь развел руки— хмм~ Интересная просьба… Но так и быть, я пощажу твою репутацию. Но взамен~ Мы как-нибудь повторим~ —Шантажист несчастный…