Жертва.

Я погрузилась в сон — мягкий, почти убаюкивающий. Сначала всё вокруг было размытым, но постепенно очертания стали чётче. Я оказалась в каком-то старом дворе. Яблоня в центре уже отцвела, но на ветках виднелись первые маленькие плоды. Трава была ярко‑зелёной, пахло цветами. Кира сидела на старых качелях, слегка покачиваясь. Она улыбнулась мне так тепло, как давно уже не улыбалась: — Рената, иди сюда, — позвала она, и в её голосе не было ни капли насмешки, только искренняя радость. — Помнишь, как мы общались часами? Обсуждали всё на свете… Я подошла ближе, и Кира подвинулась, освобождая место. Я села рядом, чувствуя, как напряжение уходит. Она обняла меня за плечи — так, как когда‑то я себе представляла, когда было совсем одиноко на душе. — Знаешь, — тихо сказала Кира, глядя куда‑то вдаль, — я всегда ценила нашу дружбу. Ты была такой надёжной, такой внимательной. Я иногда вела себя глупо, но ты всё равно оставалась рядом. Её слова согревали, будто солнечный луч. В груди разливалась нежность, а где‑то внутри просыпалась забытая вера в то, что всё может наладиться. — Кира, я… — начала я, но не успела договорить. В этот момент во сне появилась Мира — её девушка. Она вышла из‑за угла дома, скрестив руки на груди, с насмешливой улыбкой на губах. Её появление словно выключило свет: воздух стал тяжелее, а тепло, которое только что разливалось внутри, начало угасать. — О, какие мы нежные, — протянула она, подходя ближе. — Рената, неужели ты правда веришь, что Кира когда‑нибудь будет с тобой искренней? Девушка, силевшая рядом со мной, вдруг отстранилась, её лицо изменилось — улыбка стала натянутой, взгляд — холодным. Она отвела глаза и пробормотала: — Ну, я просто… хотела быть доброй. Мира громко рассмеялась, и этот звук резанул по нервам: — Доброй? Да она просто пожалела тебя, Ренат! Как всегда. Ты же у нас такая хрупкая, такая ранимая — с тобой иначе нельзя, иначе расплачешься. Я почувствовала, как к горлу подступает ком. Кира молчала, глядя в сторону, а её девушка продолжала: — Ты вечно ждёшь от людей чего‑то большего, чем они могут дать. Но правда в том, что ты просто не настолько важна, чтобы кто‑то старался ради тебя по‑настоящему. Слова били точно в цель. Я оглянулась на Киру — та всё ещё отводила взгляд, словно стыдилась того, что только что говорила. Всё тепло, вся нежность, которые только что наполняли меня, рассыпались на осколки. — Но… ты же только что… — прошептала я. — Что «только что»? — перебила Мира. — Играла с тобой? Да, играла. Потому что это весело. Потому что ты такая доверчивая. Мир вокруг начал темнеть. Яблоня съёжилась, трава пожухла, а воздух наполнился запахом сырости и пыли. Я отступила на шаг, потом ещё один — и вдруг поняла, что стою одна. Девушки исчезли, оставив после себя лишь гулкое эхо насмешливого смеха. Но в этот момент сквозь тьму пробился другой звук — знакомый, тёплый голос: — Рената, ты не одна. Они не определяют твою ценность. Я обернулась и увидела Рину. Она стояла в нескольких шагах от меня, протягивая руку. Её взгляд был спокойным и уверенным. Тьма начала рассеиваться. Вместо старого двора появился солнечный парк, где цвели цветы, пели птицы, а вдалеке виднелась уютная скамейка, на которой нас ждали новые разговоры и смех. Я открыла глаза и обнаружила, что лежу на диване, укрытая пледом. Голова рыжеволосой всё ещё покоилась на моём плече, её рука слегка обнимала меня за локоть — мы так и уснули, прижавшись друг к другу. Утренний свет пробивался сквозь шторы, а где‑то вдалеке слышалось пение птиц. Сон ещё дрожал на краю сознания, но теперь он казался не раной, а уроком. Ещё одним напоминанием о том, что нужно быть более бдительной. Я больше не та маленькая девочка, готовая слепо верить другим людям. Я осторожно поправила плед на девушке и улыбнулась. Она, похоже, только что открыла глаза: сонно моргнула, улыбнулась и тихо сказала: — Доброе утро. — Доброе, — улыбнулась я в ответ, осторожно поправляя прядь её рыжих волос, упавшую на лицо. — Кажется, мы не добрались до постели. — Зато сэкономили время, — хихикнула Рина, потягиваясь. — И, знаешь… это было даже лучше. Я кивнула, чувствуя, как внутри разливается тепло. Мы ещё несколько мгновений просто смотрели друг на друга, улыбаясь, — и в этот момент стало окончательно ясно: между нами действительно завязалось что-то близкое. То самое, что начинается с общего смеха, продолжается общими приключениями и даже общими снами на диване под звуки старого джаза. — Пойдём готовить твой знаменитый кофе? — предложила я. — С радостью, — зеленоглазая встала, протянула мне руку и весело добавила, — Но сначала надо умыться и взбодриться. А то мы выглядим, как две сонные совы! Я прошла в ванную, пока Рина что-то начала делать на кухне. Включила воду, плеснула ей в лицо — это помогло окончательно проснуться. В зеркале отразилась слегка растрёпанная голубоглазая девушка с отпечатком складок пледа на щеке. Я улыбнулась своему отражению и принялась приводить себя в порядок. Взяла щётку, аккуратно почистила зубы, прополоскала рот. Потом намочила свои короткие волосы — они быстро сохли, так что фен не занял много времени. Лёгкими движениями просушила пряди, слегка придавая объём у корней, уложила чёлку на две немного ассиметричные стороны — просто, но со вкусом. Пока выдалась минутка, нашла свой телефон, разблокировала экран — и тут же выскочило непрочитанное сообщение от Елены: «Рената, привет! Напоминаю — сегодня в 12:00 мастер‑класс от известного стилиста‑парикмахера Дмитрия Орлова. Ты ведь идёшь? Это редкая возможность поучиться у мастера такого уровня! Потом расскажешь, какие техники показались наиболее полезными — возможно, внедрим что‑то в нашем салоне. Жду впечатлений!» Мастер‑класс… Орлов… Конечно! Пару месяцев назад Елена мне говорила про что-то подобное! — Представляешь, сам Орлов будет проводить мастер‑класс! Он разработал несколько революционных техник укладки, его работы публикуют в профильных журналах! И для сотрудников салона — по специальной цене! Нам нужны сотрудники, которые следят за трендами и совершенствуют навыки. Считай это частью профессионального развития. В итоге я согласилась и внесла взнос, а потом закрутилась с работой и корпоративом — и совсем забыла про это событие. Ожидая, пока Рина умоется, я разливала кофе по кружкам. Она вышла из ванной с лучезарной улыбкой. Её волосы, уложенные лёгкими волнами, переливались в утреннем свете — выглядело это невероятно стильно и при этом совершенно естественно. — Доброе утро, — сверкнула зелёными глазками она. — Есть планы на сегодня? Я показала экран телефона: — Помнишь, я говорила про мастер‑класс от стилиста‑парикмахера? Вот, сегодня он, а я как‑то и забыла совсем, пока Елена не написала. Девушка села напротив и внимательно посмотрела на меня: — И что думаешь? — Не знаю… С одной стороны, безумно интересно. Давно хотела разобраться в новых техниках укладки, посмотреть, как работает профессионал такого уровня. С другой — идти одной как‑то страшновато. Вдруг я там буду единственной, кто не до конца понимает все тонкости? Рина откусила тост, задумчиво прожевала и сказала: — Знаешь, что я думаю? Надо тебе избавляться от синдрома "Самозванца". Это отличная возможность прокачать навыки — и не просто теоретически, а вживую. К тому же ты же парикмахер, это напрямую связано с твоей работой. Представь, сколько крутых идей ты сможешь потом использовать в салоне! А после мастер‑класса можем устроить мини‑практикум — ты покажешь мне пару приёмов, а я буду твоей моделью. Я посмотрела на девушку, невольно залюбовавшись её причёской, и не смогла удержаться: — У тебя с волосами всё шикарно! Тут моё присутствие даже не требуется. Так аккуратно, но при этом непринуждённо — будто ты просто проснулась с такой укладкой. — я рассмеялась, но говорила совершенно искренне. Рина слегка покраснела от комплимента и провела рукой по волосам: — Ой, спасибо! Всё же приятно слышать, что получилось удачно. Я сделала глоток кофе, почувствовала, как тепло разливается по телу, обдумывая её слова насчёт мастер-класса: — Ты права. Почему бы и нет? В конце концов, я заплатила за это, да и для работы будет полезно! — Вот и отлично! — девушка подмигнула. Я попрощалась с Риной после завтрака — она помахала мне рукой, улыбаясь, и крикнула вдогонку: — Удачи на мастер‑классе! Жду впечатлений! Я улыбнулась в ответ и почти бегом направилась к дому — времени оставалось в обрез. В голове всё ещё звучали её слова: «Ты отлично справишься. Просто слушай, запоминай и получай удовольствие». Забежала в квартиру, сбросила куртку на тумбу у входа. Быстрым шагом прошла к шкафу — пора выбирать наряд. Хотелось выглядеть стильно, но удобно: мастер‑класс может затянуться, да и мало ли что предложат попробовать. Выбор пал на чёрные брюки палаццо — они отлично сидят, не стесняют движений и выглядят профессионально. К ним подобрала бежевую рубашку с объёмными рукавами: расстегнула пару верхних пуговиц, чтобы была видна массивная цепь, закатала рукава до локтей, открывая часть своей татуировки — получилось одновременно строго и непринуждённо. На ноги надела коричневые ботинки на высокой подошве — и удобно, и добавляет роста. Завершила образ замшевой дублёнкой того же коричневого оттенка. Посмотрела в зеркало: образ получился сбалансированным — не слишком официальным, но и не расслабленным. Быстро поправила волосы — они после утренней укладки всё ещё держали лёгкие волны. Проверила, всё ли взяла: блокнот и ручка — записывать важные моменты; телефон с заряженной батареей — вдруг разрешат фотографировать схемы или техники; кошелёк и проездной, что купила по наставлению Рины — всё на месте. Я ещё раз окинула взглядом отражение: выглядит аккуратно, по делу, но без излишеств. Именно то, что нужно. Выбежала из квартиры, закрыла дверь, спустилась по лестнице и оказалась на улице. Погода радовала: солнце пробивалось сквозь лёгкие облака, воздух был свежим, но не холодным. Ботинки уверенно ступали по тротуару, а дублёнка приятно согревала. До остановки шла быстрым шагом, мысленно повторяя, куда нужно добраться: конференц‑зал отеля «Гранд‑Плаза», третий этаж, зал «Аметист». Открыла карту на телефоне — маршрут знакомый, автобус идёт прямо до нужной остановки. Автобус подъехал через пару минут. Я заняла место у окна и старалась унять волнение. Вдох‑выдох. Это не испытание, а возможность. Я еду, потому что мне действительно интересно, потому что хочу стать лучше в своём деле. Когда автобус остановился у величественного фасада отеля, я поправила дублёнку, проверила, на месте ли блокнот, и решительно направилась ко входу. Часы показывали 11:45 — как раз чтобы пройти регистрацию и занять удобное место. Мастер‑класс вот‑вот начнётся. Я вошла в конференц‑зал и на мгновение замерла, оглядываясь по сторонам. Просторное помещение с большими окнами было уже наполовину заполнено людьми. Мягкое освещение, ряды стульев, сцена с профессиональным освещением и большим экраном — всё выглядело солидно и вдохновляюще. Взгляд невольно зацепился за несколько знакомых лиц — это были коллеги с недавнего корпоратива из других филиалов. Имена их я, конечно, не запомнила, мысли были заняты не тем. Однако они, кажется, меня узнали. Одна из девушек заметила меня первой и широко улыбнулась: — Рената! Привет! Какая встреча! Тоже на мастер‑класс? — Да, — я подошла ближе, чувствуя, как немного отступает волнение. — Не ожидала увидеть здесь знакомые лица. — О, тут много наших собралось, — подмигнула девушка. — Кто‑то целенаправленно ехал, кто‑то, как я, решил отмазаться от рабочей смены. — засмеялась она. Мы обменялись парой фраз, но я всё же решила не задерживаться — не хотелось опоздать к началу. Помахала коллегам рукой и направилась вглубь зала. Выбрала место в последнем ряду у окна: отсюда хорошо видно сцену, но при этом можно остаться чуть в стороне, если вдруг станет некомфортно. Аккуратно повесила дублёнку на спинку стула, достала блокнот и ручку, положила телефон на беззвучный режим. Огляделась ещё раз: люди продолжали заходить, занимать места, переговариваться. Атмосфера была дружелюбной, многие улыбались, делились ожиданиями. Я сделала глубокий вдох, открыла блокнот на чистой странице и приготовилась записывать. И тут дверь с лёгким скрипом приоткрылась. В зале повисла короткая пауза — будто все одновременно замерли, почувствовав что‑то. В проёме появилась Кира. Она вошла не просто так — медленно, с нарочитой неторопливостью, словно даря всем возможность её разглядеть. Длинное серое пальто струилось по фигуре, подчёркивая безупречную осанку. Волосы уложены идеально — ни одна прядь не выбивалась из каре. Высокие сапоги ступали бесшумно, но каждый шаг будто отдавался эхом в затихшем зале. Девушка остановилась на мгновение у входа, обвела взглядом помещение — медленно, оценивающе, будто королева, осматривающая свои владения. Её голубые глаза скользили по рядам, задерживаясь на лицах, и где бы они ни остановились, люди невольно выпрямлялись, старались выглядеть лучше. Затем она заметила меня. Наши взгляды встретились — и время будто замерло. В её глазах мелькнуло что‑то многозначительное. Уголок губ чуть дрогнул в полуулыбке — той самой, знакомой до боли, которая когда‑то заставляла меня сомневаться в себе. Вместо того чтобы занять место в центре, она неожиданно направилась вглубь зала — прямо в мой ряд. Моё сердце пропустило удар. Прошла мимо нескольких стульев и села через три места от меня, аккуратно расправила пальто, положила сумочку на соседний стул и демонстративно огляделась, будто проверяя, достаточно ли внимания ей уделили. Я невольно сжала ручку в руке. Воспоминания о недавнем корпоративе вновь вспыхнули в памяти. Ладони слегка вспотели, дыхание сбилось. Она явно сделала это намеренно — села рядом, чтобы напомнить о себе, чтобы заставить меня нервничать. Опять захотела со мной поиграться. Я тут же глубоко вздохнула, расправила плечи и твёрдо сказала себе: «Нет. Сегодня я на неё не поведусь. Я здесь ради знаний, а не ради выяснения отношений». Посмотрела на чистый лист блокнота перед собой, провела пальцем по строчке и аккуратно вывела сверху: «Мастер‑класс с Дмитрием Орловым. 12:00». В этот момент на сцену вышел организатор и постучал по микрофону: — Уважаемые гости, просим занять свои места. Мастер‑класс начнётся через пять минут. Я выпрямилась, положила руку на блокнот и приготовилась внимательно слушать. Кира больше не имела значения. Сейчас главное — то, что будет происходить на сцене. Её присутствие не помешает мне получить максимум пользы от этого дня. Мастер‑класс шёл своим чередом. Дмитрий Орлов оказался именно таким, каким его описывали: харизматичным, энергичным, с потрясающим чувством юмора. Он сразу расположил к себе аудиторию — шутил, задавал вопросы, вовлекал в обсуждение. Я сосредоточенно записывала основные тезисы в блокнот: про современные техники градуировки, про работу с текстурой тонких волос, про способы создания естественного объёма без утяжеления. Орлов демонстрировал приёмы на модели — его руки двигались с удивительной точностью, каждый срез был выверен, каждое движение осмысленно. Время от времени я ловила на себе взгляды Киры. Она то и дело поворачивалась в мою сторону, будто проверяя, внимательно ли я слушаю, делаю ли записи. Один раз наши глаза встретились — девушка слегка приподняла бровь и тут же отвернулась. В какой‑то момент Орлов предложил желающим попробовать повторить базовый приём на манекен‑головах, которые заранее разложили на боковых столиках. — Не бойтесь экспериментировать! — ободряюще сказал он. — Ошибки — часть обучения. Несколько человек поднялись со своих мест. Кира, не раздумывая, встала первой — с той же уверенной улыбкой, с которой вошла в зал. Она подошла к манекену, ловко подхватила ножницы и начала работать, периодически бросая взгляды в мою сторону, словно ожидая, что я последую её примеру. Но я пока не торопилась. Сначала хотела дослушать теоретическую часть до конца, разложить всё по полочкам в голове. Наблюдала за девушкой: да, она действовала уверенно, но в её движениях чувствовалась излишняя резкость — она будто старалась произвести впечатление, а не вдумчиво отработать технику. Когда Орлов подошёл к ней, чтобы дать обратную связь, я прислушалась: — Хорошо, очень энергично, — похвалил он, но тут же добавил: — Но чуть мягче в переходах, хорошо? Плавность — ключ к естественному виду. Кира слегка покраснела, но кивнула и продолжила, уже более аккуратно. Вскоре мастер предложил всем желающим присоединиться. Я решила, что момент подходящий — встала, подошла к свободному манекену и начала отрабатывать показанный приём. Сначала движения выходили скованными, но постепенно я расслабилась, сосредоточилась на ощущениях ножниц в руке, на текстуре волос. Орлов, проходя между рядами, остановился рядом со мной: — Отлично чувствуете текстуру, — заметил он. — И переходы плавные, очень натурально. Продолжайте в том же духе! Его похвала согрела меня изнутри. Я подняла глаза и случайно поймала взгляд Киры — на этот раз в нём читалось удивление, а может, даже доля уважения. Остаток мастер‑класса прошёл для меня на подъёме. Я успела задать пару вопросов, получить полезные советы и даже обменяться контактами с парой коллег из других филиалов. Когда Орлов завершил занятие словами: — Помните: стиль — это не слепое следование трендам, а умение подчеркнуть индивидуальность, — я почувствовала, что действительно узнала что‑то важное. По окончании мастер‑класса люди начали расходиться, оживлённо обсуждая увиденное. Голубоглазая подошла ко мне — ближе, чем за всё время до этого. — Ты неплохо справилась, — сказала она без прежней насмешки, искренне. — Я и не думала, что ты так хорошо чувствуешь форму. — Спасибо. — старалась быть более сдержанной при ней. — И ты молодец — быстро схватываешь. Она слегка улыбнулась в ответ: — Может, как‑нибудь попрактикуемся вместе? — В... Чём? — съязвила ей, напоминая о произошедшем неделю назад. Легкое смущение наконец появилось на её лице, я подошла к ней — сократила расстояние настолько, что встала в опасной близости. Более тихо произнесла ещё один вопрос: — Как там Мира поживает? — намекая ей на факт существования её же девушки. Она молчала, стиснув челюсть так, что я почувствовала это напряжение в ней. Победно ухмыльнувшись, попрощалась с девушкой и, взяв свою дубленку, пошла из конференц-зала прочь.