ты больше чем творчество

                         The Neighbourhood-Yellow Box Утро Нишимуры началось с боли по всему телу — в принципе, как и всегда. Понедельники не радовали никого, и скейтер не был исключением: как можно радоваться утренней смене на подработке в общепите? Внушало силы лишь то, что мучается на этой блядской и неблагодарной работе он не один, а с другом. С горем пополам парень всё-таки поднялся с кровати и направился в ванную, надеясь хоть не немного привести себя в чувство и порядок. Надев на себя уже привычную одежду: толстовку и джинсы, Рики схватил под руку скейт и выбежал из дома, направляясь прямиком на встречу с Джеем. По дороге мысли были заполнены ощущениями от вчерашнего дня. Это было чем-то чертовски странным, что можно было сказать и о сегодняшнем утре: голова шла кругом, казалось, не пройдет и минуты, как парень свалится в обморок прямо на обочине. В ушах звенело, а погода добивала ещё больше. Жара давила на виски, а солнце как назло испепеляло едва проснувшиеся, отекшие темные глаза. Время тянулось с мучительной тяжестью, хотелось просто поскорее встретиться с другом, лишь бы не находиться в таком дурацком и паршивом состоянии в одиночку.

***

Юноши довольно быстро добрались на скейтах до милого кафе, в котором подрабатывали. Обязанности они распределяли буквально каждую смену: в этот раз Нишимура моет посуду, а Джей варит кофе. Несмотря на утреннюю суету, парень заметил, что с его другом что-то не так. Он, конечно, привык видеть Нишимуру не в лучшем виде, ведь его жизненный лор оставлял желать лучшего, но всё же на всякий случай решил спросить, в чём дело. Ткнув друга локтем в бок, он заговорил: — Ты чего помятый такой? Выглядишь так, будто тебя с утра передавило шкафом несколько раз, — усмехнувшись, сказал Джей. — Очень смешно, — ответил Рики, недовольно закатив глаза и продолжая намывать чашки до блеска. — Ну а если серьёзно, что такое? Я же переживаю, как никак. Уже серьёзно спросил юноша у друга. — Да всё нормально, просто не очень себя сегодня чувствую, — ответил парень, решив всё же оставить свои мысли при себе. Пока что у него нет даже физических сил, чтобы обсуждать это.

***

Закончив смену, скейтеры направились по домам. Младший особенно стремился как можно быстрее добраться «домой», под чем подразумевалась очередная изнурительная тренировка на парковке. Вспомнив о ней, Нишимура всё-таки решил заговорить с другом о том, о чём молчал всю смену. — У тебя никогда не было ощущения, что за тобой наблюдают? — спросил парень. В его взгляде читалась тревога, а веко моментами заметно подёргивалось. Джей вопросительно выгнул бровь. Этот взгляд буквально означал: «Че, бля?..» — Да вроде не было. С чего ты вообще такое спрашиваешь? — Да так... Значит, паранойя, наверное, — сказал Рики и сделал глубокий вдох. Ветер трепал его волосы и словно опьянял. Но, как назло всей этой эстетичной картинке, у парня громко заурчал живот, и он запнулся о собственную ногу, спрыгивая со скейта. Джей, услышав это урчание, напоминающее зов китов со дна океана, перевёл взгляд на Нишимуру и сразу понял, в чём дело. — Ты вообще что-то ел сегодня? — Зная ответ заранее, парень всё равно решился спросить. — Как обычно ты со своими вопросами, блять, — цокнув, сказал юноша. В его голосе слышалось раздражение и явное желание отвертеться от неприятной темы. — Но, Рики! Ты же сам понимаешь, что так нельзя. Нужно полноценно и здорово питаться, от тебя скоро совсем ничего не останется! Ты постоянно изнуряешь себя этим скейтом, голодовками и... Не успел он договорить, как парень перед ним резко поддал ногой скейт и, тяжело вздохнув, вымолвил: — Не хочу даже обсуждать это дальше.  Похлопав Джея по плечу, Нишимура поспешил скрыться из виду и быстро уехал на доске. — Вот же засранец... Мы с тобой ещё поговорим, ты не убежишь! — прокричал ему вслед Джей. Он всё же направился в свою сторону, но настроение стремительно катилось в глубокую пропасть.

***

Нишимура сразу же направился к уже привычному месту. Состояние с самого утра не изменилось, но парню было не до своего самочувствия. Спустя какое-то время юноша добрался до парковки и, изнурительно шурша скейтом по бетону, начал выполнять трюки. Как и ожидалось, на парковке он был не один — так же, как и вчера. Художник пришёл сюда раньше и пробыл здесь уже довольно долго, снова создавая живые наброски в своём скетчбуке, плавно ведя карандашом по бумаге. Сону не надеялся, что тот хрупкий силуэт на скейте вернётся, но в глубине души всё же ждал его. Он снова отложил карандаш в сторону и заворожённо наблюдал за тем, как парень сумасшедше разгонялся на доске, оттачивая каждое движение и сменяя один трюк другим. Нишимуру не покидало ощущение, словно за ним следят. Эта паранойя начала буквально выедать мозг и сводить с ума. Он устало потёр глаза, оглядываясь вокруг, чтобы убедиться: он действительно не сбрендил. Тем временем другому юноше уже пора было собираться домой. Ему вовсе не хотелось уходить, но ночь есть ночь. Он бросил последний взгляд на скейтера, который выглядел довольно встревоженным, и в голове художника промелькнула идея: оставить ему что-нибудь после себя, даже если тот не заметит. Сону начал копошиться в шоппере, желая найти что-то подходящее. На глаза не попалось ничего, кроме пластыря на дне сумки. «Ну, он же наверняка часто падает, может пригодиться...» — подумал Сону. Затем он взглянул на свой скетчбук, вспомнив, что ещё вчера рисовал этого человека, сидя на том же самом месте и с таким же восхищением наблюдая за ним. Недолго думая, он вырвал из блокнота лист с тем самым наброском. Положив на него сверху пластырь, Сону оставил «послание» там, где сидел, и поспешил скрыться в темноте. Нишимура всё же решился объехать все углы парковки, чтобы окончательно проверить, следил за ним кто-то или нет. Он осмотрел, по ощущениям, уже сотый угол, но не заметил ровно никого. «Ладно... Наверное, правда показа...» — прежде чем мысль успела оформиться в голове, его взгляд упал на странный предмет, лежащий всего в метре от него. Он поднял рисунок в одну руку, а во вторую взял пластырь, широко открытыми глазами глядя то на одно, то на другое. — Не показалось, значит... — тревожно усмехнувшись, вымолвил скейтер. Он всё ещё не мог до конца поверить, что не свихнулся.