Перевал

      День, когда Бюро доставляло в академию материалы для практикума, всегда был особым, даже каким-то торжественным. С самого утра учителя ходили со значительными, суровыми лицами, а студенты возбужденно перешёптывались, коротая время в нетерпеливом ожидании момента, когда им разрешат спуститься в подвал.       «Практикум по энергетической нейтрализации биоматериала» - именно так в расписании академии именовалось это действо. На деле же это был некий ритуал, где абстрактные, теоретические знания должны были стать орудием. Целью практикума было, соединив изученное со своими магическими силами, подавить жизненную активность объекта. Простыми словами, надо было убить монстра, доставленного из Бюро.       Студент, силой магии, должен был воссоздать боевую руну. Находясь в стрессовой ситуации, он не имел права на ошибку, не мог растеряться и ошибиться в рунном рисунке. Используемая им руна, после умерщвления объекта, перетекала на его кожу, вживлялась в сущность и начинала сплетаться с магией тела. Соответственно, количество пройденных студентом практик напрямую влияло на его силу, на тот багаж магического опыта, с которым тот подходил к экзамену на профпригодность. Было очевидным, что чем больше рун сможет заработать студент в процессе обучения, тем легче ему будет «на земле», при работе с тварями. В процессе зачистки требовалось использование целой системы рун, они могли взаимодействовать между собой сами, и бойцу не надо было тратить силы, чтобы заставить их работать. Поэтому каждый студент ждал практикума со смесью страха и нетерпения. Всё-таки собственными, ещё небольшими силами справиться с монстром было достаточно сложно, а «неуд» на практикуме ничего хорошего не сулил. И чем ближе было время экзамена, тем студент оценивался строже.        Магическая отметка на теле не только улучшала бойцовые показатели, но и была необходима при сдаче экзамена.       В подвал они шли строем. Никто не разговаривал, не толкался, не шумел. От сосредоточенного напряжения, казалось, звенел воздух – каждый понимал ответственность сегодняшнего дня. Ван Ибо был тут уже в третий раз и знал, что внизу намного холоднее, и дело было не только в глубине подвала и неживом, голубоватом кафеле стен. Тут был другим сам воздух. Кроме душного запаха дезинфекторов и кислого вкуса металла, Ван Ибо всегда улавливал тут запах страха, исходящий далеко не только от студентов.       Плитка под ногами блестела, будто её вымыли совсем недавно. Клетки стояли ровными рядами – по одной на каждого. Десять клеток. Десять учеников.       - Занимайте свои места, - сухо произнёс один из инструкторов – тощий учитель Чжао, преподававший символику рун.       Ван Ибо остановился у своей, стараясь не подходить слишком близко, как будто расстояние могло что-то изменить. Внутри клетки медленно двигалась змея. Толстая, тяжёлая, с тёмной, будто оплавленной, чешуёй. Три хвоста путались друг в друге, временами дергались независимо, как если бы каждый жил своей жизнью. Голова была одна, но слишком широкая, с перекошенной, сползшей в сторону пастью, из которой время от времени вырывался сиплый, почти жалобный звук. Глаза у мутанта были разные – один мутно-жёлтый, другой тёмный, почти чёрный, и этот второй казался слишком осмысленным, чтобы в него хотелось смотреть.       Ван Ибо отвернулся, скользнул взглядом по клетке высоченного и накачанного Лю Пифаня. Тот был сыном директора отдела, господина Лю, и Ван Вэй не уставал восхищаться им и ставить в пример. На крепких, широких запястьях Пифаня явно проступали уже две руны. Они заметно пульсировали, наполняясь силой – значит, уже окончательно слились с телом и стали частью его магической сущности, были готовы к работе. Ван Ибо видел, как тот пытается сосредоточиться, силой воли придушить эту готовность – ведь на практикуме запрещено было пользоваться уже имеющимся арсеналом, требовалось воссоздать новую руну, собрать её в муках концентрации. В том, что у Лю Пифаня это получится, сомневаться не приходилось. Да и в клетке перед ним мельтешила шестилапая, двухголовая крыса-мутант. Ван Ибо уничтожал такую в прошлый раз – с этими тварями, к удивлению, справиться оказалось достаточно легко. Слишком уж мерзкой и отталкивающей была внешность, и уже это заставляло не сомневаться.       А вот по левую руку, перед Тао Ю, который тоже ходил на лекции к Сяо Чжаню, в клетке находился щенок, месяцев пять-шесть, беспородная дворняжка. Он сидел неподвижно, странно склонив голову набок. У него не было глаз. Вообще, даже намёка на глазницы. Просто гладкая, грязно-белая шерсть там, где обычно должны располагаться глаза. Присмотревшись, Ван Ибо в ужасе застыл. Задних лап у собаки не было тоже. Вместо них – жалкие отростки, покрытые жесткой, когтеобразной чешуёй.       Тао Ю было не по себе. Очень не по себе. У него заметно тряслись руки, а по вискам медленными, жирными струйками стекал пот, оставляя блестящие следы на бледной коже. Ван Ибо стало тошно. Собака. Какого хера они сделали это с собакой?! Они ошибаются, а потом просто избавляются, равнодушно отправляя на смерть…       Тао Ю трясся, из уголка глаза выкатилась предательская, крупная слеза. Она блеснула в ярком флюоресцентном свете подвала, скатилась по щеке и исчезла в воротнике рубашки.       - Не надо, - чуть слышно, сквозь стиснутые зубы, прошептал Ван Ибо. – Сделаешь хуже себе.       - Студент Ван! Студент Тао! – тут же взвился инспектор Чжао, делая резкий шаг в их сторону. – Отвлечение – первый шаг к провалу. Наверху стоит очередь из желающих получить руну, я могу вам помочь выйти отсюда прямо сейчас.       Сквозь шум, издаваемый животными, Ван Ибо почувствовал пласт какой-то звенящей, пугающей тишины. Ногти больно впились в ладони.       - Простите, - опустив головы, одновременно выдохнули они. – Не повторится.       Ван Ибо сухо сглотнул. Магия внутри него дёрнулась, вспыхнула болезненно, резко. На мгновение показалось, что в нём столько силы, что он может создать не одну, а сразу несколько рун, может справиться не только со своим мутантом, а уничтожить все десять. И это будет несложно. Показалось, что стоит только вдохнуть поглубже, позволить силе подняться из даньтяня, и он сметёт всё разом, одним импульсом, не разбирая, где чья клетка.       Кристаллы зачесались под кожей, натянулись, затрепетали, как струны, запели, тонко, почти приятно. Он сильнее сжал кулаки, глубже вгоняя ногти в ладони.       Нет.       В следующую секунду магия будто провалилась: исчезла, схлопнулась внутрь, оставив после себя гулкую пустоту и неприятную боль под рёбрами. Змея выгибалась своими телами, оплетала клетку, конвульсивно дергалась, мелко тряслась – не разобрать.       Я не справлюсь, - отчетливо мелькнуло в голове. – Даже с одним.       Он машинально скользнул взглядом по своему предплечью. Там, под тканью формы, бледно-бледно проступала одна-единственная руна, выжженная прошлым практикумом, на котором Ван Ибо уничтожил похожую крысу, что сейчас шуршала в клетке Лю Пифаня. В тот раз он справился легко, поэтому и руна почти не ощущалась. Почти не работала. И этого было катастрофически мало. Две! Было нужно минимум две. Без этого на экзамен просто не допустят. Формулировка была предельно ясной, сухой, давно заученной, но за ней стояло то, о чём никто не говорил вслух.       Инструктор Чжао медленно ходил между рядами, каждый его шаг гулко отдавался в плиточных стенах. Он смотрел не на мутантов. Он смотрел на студентов. Ловил дрожь, задержку дыхания, слишком резкий всплеск поля. Второй, его имени Ван Ибо не знал, хотя лицо и было знакомо, быстро щелкал по клавиатуре. Он заполнял протокол практикума, и пока он не закончит, не выставит точное время и не направит на каждого из учеников по глазку камеры, начинать было нельзя.       - До сигнала не приступать, - напомнил тот, продолжая стучать по клавиатуре. – Самодеятельность – дисквалификация.       Ван Ибо кивнул вместе со всеми, не поднимая глаз.       Змея в клетке вдруг резко дёрнулась, хвосты хлестнули по решётке. Металл звякнул, Тао Ю вздрогнул, Лю Пифань раздражённо фыркнул. Магия внутри Ван Ибо снова поднялась. Он отчётливо почувствовал, что понимает не только страх, пульсирующий в своей клетке. На мгновение показалось, что это поле тянется дальше, цепляется за чужие объекты, соединяется с ними, оплетает подвал целиком.       Это было опасно. Кристаллы могли прорвать его внутренний барьер. Он заставил себя сосредоточиться на одном, вычеркивая из головы все посторонние мысли. Нужно было смотреть только на свою клетку, на свою змею. Думать только о том, что от него требуется… руна. Всего одна руна. И он не должен думать о том, что змею, запертую в клетке, сделали такой люди. Не должен думать о том, что она не выбирала. Надо просто дождаться сигнала и…       Второй инструктор дал знак начинать. Ван Ибо вместе со всеми поднял над клеткой руки. Он понимал, что либо сегодня он получит вторую руну, либо это место начнёт стирать его раньше, чем он успеет по-настоящему испугаться. В голове было пусто и шумно одновременно. Он знал формулу руны, знал последовательность, знал - как надо. Но знание не означало, что будет легко.       Первая линия не сложилась. Исчезла прямо в воздухе, оставив после себя тягучий, болезненный откат. Змея дёрнулась, ударилась телом о решётку, зашипела так, что звук ударил по нервам. Три хвоста забились, заскребли по железным прутьям.       Ван Ибо стиснул зубы, вернул энергию в даньтянь.       Вторая попытка далась тяжелее. Руна возникла – неровная, с перекосом, словно её тянуло в сторону. Собрав все силы, он удерживал её, не давая расползтись. Магия внутри взвыла, требуя выхода, более грубого, более естественного, более простого. Кристаллы зудели под кожей, умоляли позволить им вырваться, выплеснуться энергией.       Нельзя.       Закрыв глаза, он мысленно стал снова собирать руну. Черты были похожи на обожравшихся пиявок, а не на магические всполохи энергии – так медленно и нехотя они проявлялись. Лишь только она собралась, Ван Ибо резким толчком вдавил её в пространство клетки. Змея выгнулась дугой. Тело дёрнулось, чешуя потемнела до антрацита, будто по ней прошла тень. Руна не вытягивала жизнь сразу – она будто застряла, не понимая, за что цепляться. Процесс тянулся мучительно долго. Слишком долго.       - Быстрее, - раздражённо бросил инспектор Чжао.       Ван Ибо почти не слышал. Он чувствовал, как сила утекает, как поле сопротивляется, и каждое мгновение требует больше, чем он может дать. В глазах потемнело, лоб взмок от испарины. Магия сорвалась – его дернуло к клетке. Он еле-еле успел остановить руки и не коснуться клетки, чудом успел удержать кристаллы, готовые сорваться и нанести удар. Он сморщился, сосредоточив на удержании всю имеющуюся силу, и в этот момент руна под ладонями вспыхнула вновь. Ван Ибо шумно выдохнул и резко соединил руки над клеткой, руна дёрнулась и наконец сработала. Тело змеи разом обмякло, хвосты тяжело опали, хриплое шипение оборвалось. Крови не было, но от змеиного тела пошёл резкий, тошнотворный, гнилостный запах. Хотя в подвале и так уже было нечем дышать, Ван Ибо почувствовал подступающую тошноту. Он стоял не шевелясь, пока всё не закончилось. Кожу на предплечье правой руки жгло, будто к ней прижали раскалённое тавро. Он перевёл взгляд. Вторая руна проступала медленно, будто нехотя. Бледная, слабая, с размытыми краями, она выжигалась на коже, оставляя так необходимый Ван Ибо след. Доказательство, что он пригоден.       Колени внезапно подогнулись. Он успел расставить ноги шире, чтобы не упасть. В ушах звенело, подвал крутился перед глазами.       - Ученик Лю – результат зафиксирован. Ученик Ван – результат зафиксирован, - отчеканил инструктор Чжао, уже отходя дальше. Ван Ибо как сквозь вату услышал короткий, облегчённый выдох. Свой или чужой? – он не понял.       Медленно, с усилием, он перевёл взгляд вправо. Безжизненное, скрюченное в неестественной позе, крысиное шестилапое тело валялось в углу клетки, на него торжествующе смотрел Лу Пифань. Он выглядел бледным, но довольным – как человек, который сделал всё правильно.       Слева раздавался режущий уши тонкий скулёж. Собака прижималась к толстым железным прутьям и мелко дрожала всем своим искалеченным телом. Из её пасти тянулась густая кровавая слюна. Тао Ю стоял над клеткой почти зелёный, лицо исказила гримаса ужаса. Руна, которую он пытался удержать, рассыпалась в третий раз. Из носа и рта его бежали тонкие струйки крови, руки, так и застывшие над клеткой, крупно тряслись.       - Отойди, довольно, - сухо сказал инструктор Чжао и резко выбросил руку вперёд. Руна под ладонью вспыхнула мгновенно, ядовито и ярко. Секунда – и от несчастного мутанта осталось только обезображенное тело. Тао Ю слегка покачнулся, глаза его остекленели. Он не издал ни звука, просто рухнул на мертвенно голубую плитку пола.       Наверх студентов сразу не выпускали. Сначала нужно было подойти ко второму инспектору и внести новую руну в реестр. Очередь, состоящая из девяти учеников, двигалась медленно. Каждый подходил, молча протягивал руку, ещё горячую от свежего клейма. Инспектор без единой эмоции на лице прикладывал к ней плоский металлический аппарат, похожий на считывающий сканер. Прибор тихо гудел и вспыхивал тусклым фиолетовым светом, считывая узор, силу, чистоту импульса. Ван Ибо стоял в очереди, чувствуя, как новая метка на предплечье пульсирует и жжёт кожу. Перед ним Лю Пифань с гордостью протянул инспектору своё мощное запястье.       - Эффективность выше среднего. Импульс чистый. Оценка: отлично. К экзамену допущен, - резюмировал инспектор, когда аппарат считал руну.       Лю Пифань отошёл, бросив короткий, оценивающий взгляд на клетки, стоящие чуть поодаль. Ван Ибо быстро обернулся – у Тао Ю уже суетились два медика, работающие в изоляторе. Когда того положили на носилки, инспектор сам подошел к нему и протянул считывающий аппарат. На внутренней стороне запястья, там, где должна была быть его руна, краснел только нечёткий, воспаленный ожог, похожий на неудачный рисунок, смытый кислотой. Сканер замигал красным, коротко запищал. Инспектор хмуро посмотрел в бледной лицо Тао Ю.       - Несоответствие протоколу. Нейтрализация проведена третьей стороной. Руна нестабильна, отторгается. Оценка: неудовлетворительно. Ученик Тао отправляется в изолятор на контрольную паузу до выяснения.       Следующим в очереди был Ван Ибо. Он протянул руку, аппарат холодом тронул кожу. Несколько долгих секунд считывания, и аппарат замигал бледным фиолетовым светом.       - Руна зафиксирована. Сила выброса достаточна, но форма недостаточно чиста. Оценка: удовлетворительно. К экзамену допущен.       Ван Ибо, не оглядываясь, покинул подвал. Голова гудела, ноги тряслись, руки мелко дрожали, а на предплечье застыло инородное, неживое.       Поднявшись по лестнице, он медленно, чуть покачиваясь, прошёл по пустому серому коридору, прислонил ладонь к считывающей системе замка. Красный луч скользнул по коже, стеклянные двери перед ним бесшумно разъехались и он оказался лицом к лицу с Сяо Чжанем, стоящим прямо перед ним.       Ван Ибо почувствовал на себе взгляд, тревожный и быстрый. Изучающий! Изучающий снова. Невыносимо. Он дёрнулся в сторону, хотел отвести глаза, но сил не осталось, и он бы упал, если бы Сяо Чжань не подхватил его под локоть. Уверенно и точно, не позволяя сбежать. Да он бы и не смог сейчас бегать, а от прикосновения, от этой близости, Ван Ибо почувствовал стыдную, приятную, обволакивающую волну тепла. Кристаллы в измученном теле опять ожили, зашевелились. У Ван Ибо не было сил сейчас их удержать.       Что он делает? Зачем?       - Потерпи, секунду. Не сопротивляйся. Сейчас тебе станет легче, - тёплым шёпотом, коснувшись уха, быстро выдохнул Сяо Чжань и слегка наклонился, зацепившись тёмным, глубоким взглядом за пустые глаза Ван Ибо. В его взгляде сейчас не было изучения, не было магии в привычном Ван Ибо смысле. Была фокусировка на чем-то, что скрыто глубоко внутри. Направленное именно туда внимание. Как будто Сяо Чжань нежно и неумолимо гасил разгорающийся внутри пожар.       Ван Ибо выдохнул, сдавленно, с облегчением, почувствовав, как напряжение действительно отпускает, спадает, затихает, прячется в дяньтяне. Он чувствовал, как его хаотично разбросанные, вспыхивающие, непокорные силы, возвращались на место умелыми, осторожными руками. При этом кристаллы успокаивались тоже, смирялись, втягивались обратно, успокоенные этим взглядом, этим прикосновением, этой тихой внутренней командой, которую его тело понимало гораздо лучше, чем разум.       - Вот и всё, - пробормотал Сяо Чжань как-то смущённо, слишком быстро, словно поймав себя на чем-то запретном. И тут же отвёл взгляд, отдёрнул руку. Место, где была его ладонь, мгновенно озябло. – Ты зафиксировался?       Ван Ибо кивнул, не в силах выдавить слово. Его укутал горьковатый, свежий запах зелёной ромашки, в голове наконец начало проясняться, оставляя после всех тех жутких подвальных звуков чистую, ясную пустоту.       - Бери рюкзак, - голос Сяо Чжаня снова стал ровным, профессионально сдержанным. Он уже смотрел поверх Ван Ибо, на открывающуюся стеклянную дверь, ведущую вниз, в подвал. – Добрый вечер, учитель Чжао. Каков сегодняшний результат?       - И вам не хворать, учитель Сяо, - хмыкнул учитель Чжао, растянув тонкие губы в змеиной улыбке. - Девять из десяти.       - Отличный наставник – отличные показатели, - натянув на лицо ответную улыбку, закивал Сяо Чжань и перевёл взгляд на Ван Ибо. - У Ван Вэя дела. Он попросил, чтобы я отвез его брата домой.       На лице учителя Чжао не возникло ни капли интереса. Он равнодушно кивнул, развернулся и торопливо зашагал по коридору.