Перевал

      Сяо Чжань ощутил, как опять сдавило ребра и стало трудно дышать. Ощущения были точно такими же, какие он испытал ночью, проснувшись в объятиях Ван Ибо после первой проведенной вместе ночи. Опять стало больно и холодно и опять словно какая-то сила впечатала его спину в широкую грудь. Он хотел проснуться, хотел разбудить Ван Ибо, чтобы тот перестал сжимать его с такой силой, словно пытался вытянуть душу, но хватка ослабла сама и воздух опять беспрепятственно вошёл в легкие, но вот проснуться не получалось, да уже и незачем было и Сяо Чжань, слегка потянувшись, чтобы принять в руках Ван Ибо более удобную позу, продолжил спать.       Они шли куда-то вместе, рука Сяо Чжаня покоилась в тёплой руке. Он шёл очень уверенно и отчетливо понимал, что сам ведет за Ван Ибо, словно бы лучше знает, куда они держат путь. Тот передвигал ногами с заметной неохотой, но явно не препятствовал, просто шёл рядом и держал за руку, то ли смирившись с этой прогулкой, то ли не смея отказать. Их окутывало туманное марево, сквозь которое проступали нечёткие очертания каких-то улиц, зданий, людей, даже существ, о существовании которых в другом измерении, они оба решили не забывать. Шаг был лёгок и ноги ступали мягко, и дорога была на удивление приятной, хоть они и шли в полной тишине.       Вдруг они оказались в стенах академии, поднялись на второй этаж.       - Тут мой кабинет, - сказал Сяо Чжань, а Ван Ибо вдруг остановился, явно не желая дальше идти.       - Да, я знаю, - тихо ответил он, опустив глаза.       - Но ведь академии уже нет, как мы тут оказались? – спросил Сяо Чжань и потянулся к двери, пытаясь понять, как такое возможно.       - Не знаю, - пробормотал Ван Ибо, не поднимая глаз.       - Наверное, мне это снится, - догадался Сяо Чжань и потянулся к двери, чтобы толкнуть её и войти в кабинет.       - Не надо, - Ван Ибо вдруг остановил его, удержав за локоть и перевёл полный сомнения взгляд с двери на лицо Сяо Чжаня.       - Да что с тобой? Сон и сон! Мне даже интересно, в какой момент нас притащило и… я же зачем-то привел тебя сюда?       Он никак не мог придумать причину, по которой Ван Ибо удерживает его и больше не обращая внимания на его вялое сопротивление, решительно потянул дверь на себя.       То, что он увидел, заставило неосознанно шагнуть внутрь. Ван Ибо ничего не оставалось, как послушно последовать за ним.       Он сам сидел за столом, перебирая какие-то бумаги, и, то и дело, поднимал взгляд, чтобы посмотреть на ученика, сидящего перед ним на первой парте и сосредоточенно дописывающего какую-то работу. Сяо Чжань не удивился – иногда так бывало и он оставлял желающих после урока, чтобы те лучше разобрались в теме или написали небольшой проверочный тест. Только вот желающий всегда был только один и им был… Ван Ибо.       Тот быстро что-то писал на листе бумаги и иногда поднимал на Сяо Чжаня словно случайный, задумчивый взгляд.       Те двое, что находились в кабинете, не обратили внимания ни на открывшуюся дверь, ни на то, что в классе появились гости, и спокойно продолжали свои занятия, то и дело встречаясь друг с другом короткими, словно случайными взглядами.       - Тебе ещё долго? – словно через дымку времени и пространства он услышал свой собственный голос, не лишенный обаяния, кстати, - Сяо Чжань даже и не предполагал, что так хорошо звучит.       - Не долго, - не поднимая глаз сказал Ван Ибо и Сяо Чжань, не тот, который сидел за столом, а тот: что стоял у стены и сжимал в своей ладони руку Ван Ибо, не смог сдержать улыбки. Такой тон Ван Ибо был ему хорошо знаком: колкий, немного дерзкий, но в то же время словно притягивающий к себе.       Ван Ибо, стоящий рядом, был удивительно напряжен и застыл, как соляной столб - Сяо Чжаню пришлось применить силу, чтобы заставить его сдвинуться с места. Наконец, ему это удалось и они кое-как уселись за заднюю парту, причем Ван Ибо тут же опять опустил глаза. Сам же Сяо Чжань спокойно положил руки на парту и подпёр ладонью щеку, даже с удовольствием чувствуя себя учеником, вновь оказавшимся по ту сторону учительского стола. Да и посмотреть на себя прежнего со стороны спустя столько лет было очень интересно.       - Да что с тобой? – Сяо Чжань вновь не удержался от вопроса. – Разве тебе не интересно вспомнить, какими мы были? Я… даже помню этот момент. Я дал тебе решить несколько задачек на определение эмоций и ты, как всегда, справился с ними очень хорошо. Смотри, сейчас ты допишешь, подойдешь ко мне, как всегда без слов положишь работу на стол и тут же стрелой выбежишь из кабинета.       Ван Ибо молчал и как-то совсем уж поник, даже сжался плечами.       - Я всё, - сказал юный Ван Ибо, с шумом положил ручку на стол и шумно двинул стулом, вставая.       - Хорошо, ты сегодня справился быстро, - Сяо Чжань из сна мягко, поддерживающе улыбнулся и тоже встал из-за стола. – Сдавай работу. Если хочешь, подожди в коридоре. Я быстро проверю и скажу результат.       Сяо Чжань прекрасно помнил, что тогда Ван Ибо только коротко бросил: «Не надо» и в два прыжка покинул кабинет, зачем-то громко хлопнув дверью. Но тут что-то пошло не так, потому что юный Ван Ибо стремглав бежать никуда не собирался, а коротко сказал: «Посмотрите при мне, учитель Сяо».       - Эй, Бо-ди… - Сяо Чжань чуть подтолкнул плечом каменное изваяние, сидевшее рядом и только по недоразумению называющееся человеком. – Разве так было? Ты же никогда не оставался и всегда убегал, словно я брызгал на тебя ядом или ошпаривал кипятком.       Ван Ибо молчал и это было до крайности странно. Он вообще как-то странно вёл себя весь сон. Принадлежащий Сяо Чжаню сон – вообще-то. Мог бы быть в нём и поласковее, ведь, как говорится, кто платит, тот и заказывает музыку. Ван Ибо снился Сяо Чжаню очень часто и всегда он был удивительно мил и беспричинно ласков, словно маленький щенок, которому не хватает любви. Внезапная догадка лампочкой вспыхнула в голове.       - При тебе? – молодой Сяо Чжань поднял на Ван Ибо удивленные глаза.       И тут что-то произошло. То ли ученику не понравился взгляд, которым его одарил учитель, то ли учитель не к месту облизнул вдруг пересохшие губы, но Ван Ибо вдруг приблизился и одной рукой крепко обхватил его сразу за оба запястья. В другой его руке непонятно откуда появился тонкий голубой шёлковый шарф, которым он неимоверно ловко связал Сяо Чжаню руки, так крепко и быстро, что тому ничего не оставалось, как недоуменно хлопать глазами, не понимая, что задумал его ученик.       - Что ты делаешь? – воскликнул он, но тут же его губы были заткнуты грубым, жадным поцелуем и вслед за ним – бедный учитель Сяо даже и моргнуть не успел, Ван Ибо вставил ему в рот что-то вроде кляпа. Теперь молодой Сяо Чжань даже выражать недовольство не мог, ему оставалось только сдавленно мычать и толкаться локтями.       Подобного наяву никогда не случалось. Не то, чтобы Сяо Чжань этого не хотел… но было даже страшно представить, что бы с ними сделало Бюро, наткнись на них кто-то из персонала. Но… ему такое не снилось, а он вполне отчетливо видел перед собой не только ученика Вана и молодого себя с кляпом во рту и связанными руками, уже ловко прижатому животом к собственному столу, но и Ван Ибо, зачем-то спрятавшего лицо руками и густо покрасневшего ушами. Напрашивался только один вывод. Он был не генератором этого сна, а лишь его участником. Его создателем был сам Ван Ибо.       Сяо Чжань чуть отклонился и медленно, но решительно оторвал большие и сильные ладони от лица мужа.       - Нет уж, нет… - сказал он с соблазнительной, хитрой улыбкой. – Сам напридумывал, теперь смотри! Мне вот только одно интересно – и когда же такие непристойные желания впервые стали тебя обуревать?       - Тогда и стали, - нехотя буркнул Ван Ибо и снова отвел взгляд. Сяо Чжань и сам бы не стал сейчас смотреть на него, уж больно интересным было то, что разворачивалось там, за учительским столом. Вернее на столе.       А юный Ван Ибо одной рукой рывком сдёрнул с Сяо Чжаня брюки, а второй крепче надавил на позвоночник, прижимая к столешнице и не давая пошевелиться. Спина учителя Сяо, закутанная только тонким хлопком рубашки, наверняка горела от давления и силы, с которой юный ученик удерживал его. Он дёргался, намереваясь вырваться из железной хватки, пытался что-то сказать сквозь кляп, но выходило только невнятное, жалкое мычание. А правая рука юного Ибо уже начала изучающе скользить по его телу, надавливая на округлые белые ягодицы и раздвигая их. Он действовал хоть и осторожно, но в то же время в его движениях проглядывала та уверенность, которая ясно показывала – ученик Ван делает это не в первый раз и может быть небольшой, но какой-то опыт по этой части у него имеется.       - Так, Ван Ибо, - подначивая, хитровато протянул Сяо Чжань, и плечом навалился на Ван Ибо, от которого шёл такой жар, что становилось страшно, как бы тот не закипел от стыда. Это только веселило Сяо Чжаня, наполняя всё тело звенящим восторгом возбуждения. – Я смотрю, уже тогда опыта тебе было явно не занимать.       Сяо Чжань прекрасно знал, что был у Ван Ибо не первым. Что первым был Ши Цзявэй, а может, кто-то и раньше. На самом деле, это никогда не интересовало его, но видя, с какой уверенностью и умением Ван Ибо, в своем собственном сне, орудует с обездвиженным и таким податливым телом своего учителя, он вдруг ощутил вспышку дикого возбуждения, токами пронёсшуюся по телу.       А юному Ибо, видимо, показалось мало этой исследовательской деятельности. Ногой раздвинув в стороны бесстыдно обнаженные бёдра учителя, он легко опустился на колени и уткнулся лицом в тёплый провал между его ягодиц. Язык широко и влажно заскользил по горячей, подрагивающей коже, одной рукой он помогал себе, оттягивая в сторону мягкую округлую половинку, а второй так и продолжал прижимать бедного учителя Сяо к столу.       Сяо Чжань искренне не понимал, зачем юный Ван Ибо его так усердно держит, потому что по его авторитетному мнению, учитель Сяо и так бы никуда не делся, уж больно соблазнительными выходили стоны из запертого кляпом рта, уж слишком невозможным был прогиб в пояснице для человека, которому претит то, что с ним вытворяет слетевший с катушек ученик. Казалось, отпусти Ван Ибо руку, ослабь хватку, и учитель сам начнет скользить животом по столешнице, насаживаясь на горячий, гладкий язык, мягкими толчками раздвигающий сжатые, дрожащие стенки.       - Эй, Бо-гэ, если ты как-то можешь на это повлиять… - с азартом зашептал ему на ухо Сяо Чжань, потираясь щекой о напряженное, словно каменное плечо, - … то скажи себе, ну… тому себе, что будет удобнее и легче, если ты уберёшь руку. Ты только посмотри на меня! Ну… на того меня. Куда я денусь? Я так мечтаю, чтобы ты отымел меня, что сам готов насадиться на твой язык, подставляя свою дырку.       - Сам?! – глухо прорычал Ван Ибо, одним движением сдёрнул Сяо Чжаня со стула и, не раздумывая, животом уложил его на парту и крепко надавил на спину левой рукой. Точно так же, как только что поступил с учителем Сяо его юный двойник.       Сяо Чжань и моргнуть не успел, как оказался полностью обнаженным. Кожей живота и груди он чувствовал холодную шероховатую поверхность парты, а его ягодицы уже были раздвинуты ребром ладони и два нетерпеливых пальца надавливали и мяли сжатую дырочку входа.       - Ах, - только и успел выдохнуть Сяо Чжань, когда почувствовал упругую гладкость языка, широко и влажно скользнувшего по тёплой расщелине. Несколько раз покрутившись у входа, язык Ван Ибо мягко проник внутрь. – А-а-ах… - застонал Сяо Чжань, соблазнительно выгибаясь в пояснице и подставляясь под умопомрачительно-приятную ласку. Со своей позиции он мог легко наблюдать за молодым собой и юным Ван Ибо, чем он и стал с удовольствием заниматься, насаживаясь на упругий, гладкий язык.       Ученик Ван, видимо удовлетворившись результатом, ловко поднялся с колен и резким движением расстегнул молнию на своих широченных джинсах. Те трубами тут же упали на высокие незашнурованные кроссовки, обнаружив то, что белья Ван Ибо в своем сне не носил. Его возбужденный, тяжелый член тут же упал прямиком на расщелину ягодиц учителя Сяо. Тот задёргался, заелозил по столу животом, насколько ему это было позволено и, якобы возмущенно, застонал.       - Ван Ибо, - захныкал Сяо Чжань недовольно – слишком широкая и длинная футболка скрывала от его любопытного взгляда детали и делала сцену не такой фривольной и горячей, как он бы хотел. - Пусть он, то есть – ты… снимешь футболку, мне же ничего не видно.       Ван Ибо оставил его возмущение без ответа, но вместо этого обхватил за талию и подтянув на себя стал ритмично и точно трахать его языком, волшебным образом умудряясь попадать по той самой точке, срывая с губ Сяо Чжаня тонкие восторженные всхлипы. Он на секунду закрыл глаза, целиком отдавшись ощущениям, но когда открыл – картинка, развернувшаяся перед взором обдала таким жаром, что Сяо Чжань с трудом удержался, чтобы не излиться раньше времени и не выпачкать парту в собственном классе.       Юный Ибо, словно услышав его недавнее возмущение, уже перекинул подол футболки через голову, выставив на показ не только свои широченные плечи, но и плоский живот, расчерченный ровной сеткой пресса. Сяо Чжань застонал, вспомнив, сколько бессонных ночей когда-то провёл в своей неудобной узкой кровати, мечтая прикоснуться к этому идеальному прессу губами, спуститься ниже, обхватить губами член Ван Ибо, узнать, какой он на вкус. А его молодой ученик, оказывается, мечтал о том же самом. Почти о том же самом… потому что, как оказалось, его мечты были в сотню раз грязнее и горячее.       Учитель Сяо забился под удерживающей его рукой, замотал головой, словно хотел воспрепятствовать вторжению, забил связанными запястьями по краю стола.       - Ай, что ты делаешь? – закричал Сяо Чжань, пытаясь остановить самого себя молодого, не забывая насаживаться на язык Ван Ибо. – Не крутись и не вырывайся, а лучше расслабься. Вы же без смазки и в первый раз. Сейчас он войдет в тебя, и ты узнаешь, что такое вулкан, разрывающий горную твердь.       - Так себе сравнение – раздался у уха хриплый голос Ван Ибо, и тут же сильные руки приподняли его и усадили на парту, теперь уже лицом к лицу. – Оставь их в покое и займись лучше мной.       Ван Ибо подхватил его под коленки, и стройные ноги безвольно повисли на крепких, сильных, согнутых в локтях руках. Теперь Сяо Чжаню ничего не оставалось, как откинуться назад, упереться руками и цепко схватиться за край парты, чтобы попросту не упасть.       В тот же момент с противоположной стороны класса раздался тонкий протяжный стон.       - Даже в юности твои размеры впечатляли, - восхищенно прошептал Сяо Чжань, поймав губы Ван Ибо и прикусил нижнюю, но тут же не сдержал судорожного всхлипа – Ван Ибо, поддерживая его под ягодицы, вошел туго и резко, заполнив Сяо Чжаня сразу до основания. Каждое его движение било прямо в нужную точку внутри Сяо Чжаня, его член, мелко подрагивая, бился по животу, пачкая кожу тонкой ниточкой смазки, но даже несмотря на сладкую негу, в которой он пребывал, он то и дело выкручивал голову, пытаясь увидеть, как обстоят дела у тех двоих, версии «десять лет назад».       - Чжань-гэ, какой ты пошлый, - прошептал Ван Ибо ему в губы и подсунув ладони под спину, рывком поднял его на руки, усадив на себя таким образом, чтобы ему было видно всё, что происходит в противоположной стороне класса.       Там было на что посмотреть. Учитель Сяо так и лежал, прижатый к столу, с закинутыми за голову руками, а юный Ван Ибо продолжал безостановочно буравить его, каждый раз вонзаясь так глубоко, словно жалел, что не может продырявить насквозь. Вырваться молодой Сяо Чжань уже не пытался, он только проскальзывал по столу, направленный силой пробирающих до основания толчков. Небольшое пространство класса наполнилось такими звуками, от которых любой уважающий себя учитель зажал бы уши и сломя голову бежал к ближайшему мосту, чтобы раз и навсегда избавить себя от этого кошмарного зрелища. Но Сяо Чжань к таким чопорным и правильным людям никогда не относился, и с моста он бы тоже вытащил любого, не говоря уж о себе самом. Поэтому, крепко обхватив широкие плечи, он преспокойно подпрыгивал на горячем упругом члене мужа, поддерживаемый его сильными руками и наблюдал за его же давними мечтами с явным удовольствием и воодушевлением, время от времени не забывая вставить свои пять мао, подсказывая ученику Вану, как лучше справиться с непокорным учителем и доставить ему больше наслаждения.       Закончилось всё одномоментно. Тело Сяо Чжаня тряхнуло и он распахнул глаза.       Комната была залита утренним светом. Мягкий, золотистый, он пробивался даже через задёрнутые на ночь шторы и ложился на простыни светлыми полосами. Рядом лежал Ван Ибо, как всегда не выпуская его руки из своей ладони. Растрепанный и сонный он смотрел на него в упор, растерянно, не мигая.       - Чжань-гэ, - хрипло пробормотал он и попытался отобрать у Сяо Чжаня одеяло, которое тот натянул до самого лица. – Тебе сейчас что-то снилось?       Сяо Чжань посмотрел на него, на взъерошенные кудряшки, на припухшие губы, на эти глубокие, как омуты, затуманенные сном глаза, в которых ещё не погасли огоньки страсти.       - Снилось, - сказал он, и уголок губ непроизвольно пополз вверх. – Очень хороший сон.       Ван Ибо нахмурился, явно пытаясь собрать мысли, и вдруг краска румянца залила щеки, уши, шею. Наверное, залила и грудь, но посмотреть Сяо Чжань не мог – они оба лежали укутанные по самые подбородки.       - Чжань-гэ… - протянул Ван Ибо тихо, - зачем ты укрываешься, ведь не холодно и ноги у тебя тёплые, ты не замерз.       - А ты зачем? – тут же парировал Сяо Чжань. – От тебя вообще пышет, как от печки. Я… кажется знаю, в чем дело. Ты просто, как подросток, кончил в кровать.       - Ага, - удивленно кивнул Ван Ибо. – И… мне кажется, что ты тоже.       - Нам что, снился один и тот же сон? – промурлыкал Сяо Чжань и, наконец, отбросил одеяло. В конце концов, чего тут было скрывать? – Интересно, это магия или просто… мы так близко, что даже во сне друг без друга не можем?       Ван Ибо тоже отшвырнул мешающее одеяло, потянулся к нему, обхватил за талию и притянув к себе, зарылся носом за ухо, в то самое место, в котором, как он утверждал, ромашковый аромат Сяо Чжаня ощущается сильнее всего. Почти сильнее всего, конечно.       - Какая разница, баобэй, - прошептал он хрипло. – Главное, что теперь я знаю: ты хотел меня даже тогда.       - А ты, – Сяо Чжань провел пальцем по его щеке, дотронулся до губы, легонько ведя по контуру ногтем, - уже даже тогда мечтал взять меня силой.