Спасение иного мира в руках трудоголика

Как выяснилось на «Профилактические меры для Леса Магии» выделялась самая крупная статья расходов в оборонном бюджете. Для начала: хотя и говорили, что миазмы из леса высвобождаются каждые сто лет, на самом деле временные рамки были размытыми. С прошлого инцидента прошло уже 120 лет. Поскольку в последние несколько раз Святая объявлялась либо в самом королевстве, либо у союзников, бюджет располагал определённым резервом. К тому же, из-за того что Лес Магии оставался малоизведанным, прошлые поколения, похоже, не видели ничего плохого в том, чтобы просто закидывать проблему деньгами. Но в этот раз, как только появились первые признаки выброса миазмов, страна рискнула и потратила значительную сумму. Они использовали тайное искусство, чтобы похитить Святую — и вдобавок Сэйитиро — из другого мира. Изначально в этот мир должен был быть призван только один человек. Но поскольку Сэйитиро тоже захватило, пришлось выделить средства и на его проживание, что увеличило расходы. Впрочем, это был отдельный вопрос, и Сэйитиро не собирался отказываться от выплат. Когда его похитили, он потерял всё: семью, друзей, сбережения. Эти деньги были компенсацией, которую он заслуживал. Другой проблемой был первый принц, очарованный легендами о Святой, передаваемыми в этой стране, — он удовлетворял любые потребности Юа. Само по себе это было нормально. Он мог тратить на неё столько денег, сколько хотел, будь то из-за увлечения или восхищения, если бы эти деньги были его собственными. Однако всё, что давали Юа, проходило по статье «Бюджет Святой» и выплачивалось из государственных средств, а заявки на утверждение отправлялись на рабочее место Сэйитиро. Во-первых, на повседневные нужды Юа тратилось уже в три раза больше денег, чем было выделено Сэйитироу. Это хоть и объяснялось разницей в статусе между Святой и обычным человеком, так что он не собирался жаловаться. Однако расходы росли ещё больше из-за огромного количества запросов на деньги для покупки аксессуаров и одежды для неё. С точки зрения принца, эти средства были необходимы, чтобы помочь Святой привыкнуть к местной культуре и полюбить страну. К несчастью, чувство меры у принца по королевски — отсутствовало, и он явно перегнул палку. — Пока всё в порядке, но если так продолжится, возникнут проблемы, если миазмы причинят какой-либо ущерб… Миазмы сначала поражают растительность, затем животных, а после распространяются как эпидемия среди населения. Ущерб растительности означал бы снижение налоговых поступлений от урожая, а если пострадают животные — снижение дохода от скота. Почему-то все высокопоставленные лица, казалось, думали, что деньги будут продолжать поступать, даже если они ничего не будут делать. Пока Сэйитиро прокручивал в голове расчёты, он ковырял ногти. Эта привычка появилась у него уже в этом мире, вероятно, потому что ему пришлось бросить курить. Помимо этих проблем, были и другие неприятные вещи. — Почему вы отклонили наши заявки? — потребовал ответа рыцарь Третьего Ордена. Это была уже вторая стычка за сегодня, и Сэйитиро, сам того не замечая, вздохнул. Даже если бы Сэйитиро сейчас ослабил свои требования, это уже не имело бы значения, потому что никто так и не подал заявки повторно. Вместо этого ему пришлось выслушивать всё с новые и новые претензии. Если бы Сэйитиро оставил жалобы Хельмуту, тот просто сдался бы и утвердил заявки. Поэтому Сэйитиро каждый раз всё объяснял, но жалобщиков было слишком много. Они прерывали его работу, и он ничего не мог поделать. — Я не хочу говорить с каким-то мелким чиновником, где директор Сомели? — рявкнул рыцарь. — Директор Сомели только что вышел, — ответил Сэйитиро. Это была ложь. Чтобы остальные не сталкивались с недовольными, Сэйитиро отправлял их на обед примерно в это время. Сам же он оставался в офисе, вместо того чтобы идти в столовую, и продолжал работать, одновременно поедая заранее приготовленный сэндвич. По сравнению с телефонными звонками, которые он получал в Японии, это было как приятный отдых. Так проходила его повседневная жизнь, пока наконец не случилось то, чего он боялся. Появились первые признаки выброса миазмов. Из деревень, ближайших к Лесу Магии, поступили сообщения об ущербе урожаю, и, конечно же, доходы начали падать. Святая всё ещё была на обучении по очищению, и первый принц, похоже, не собирался подпускать свою драгоценную Святую к лесу, так что ситуация не разрешилась бы сама собой. И вот тогда факт того, что государственная казна была на грани истощения, наконец вскрылся, а бухгалтерский отдел был признан ответственным за это. — Как вы вообще управляли делами? — Что значит «денег нет»? — Надеюсь, вы не воровали? Высшее руководство юридического отдела обрушилось на них с критикой, оставив Хельмута с нервным тиком. Что касается остальных, они просто делали то, что им велели начальники, проводя бюджет по приказу, так почему они должны терпеть обвинения сейчас? Снова с тёмными кругами под глазами Сэйитиро ждал, когда Хельмут, шатаясь, вернётся в бухгалтерский отдел. — Документы готовы для вас, директор Хельмут, — сказал Сэйитиро. Уставившись на стопку бумаг, которую протянул Сэйитиро, Хельмут остолбенел. Сейчас было не время продолжать заниматься обычными обязанностями. Хотя средства к существованию Сэйитиро были гарантированы государством после того, как он случайно был призван вместе со Святой, он был тем ещё чудаком, который добровольно пришёл работать в бухгалтерский отдел. Поскольку он только что прибыл из другого мира и ничего не знал об их культуре, Хельмут согласился только потому, что это был приказ сверху. Он ничего не ожидал от Сэйитиро, но тот оказался очень полезным. Почему-то он добровольно работал сверхурочно, и, не успел Хельмут опомниться, как Сэйитиро уже сортировал документы, предназначенные для него. Сэйитиро был чудаком и трудоголиком, но его трудовая этика была поразительной. Это иногда вызывало проблемы с людьми из других отделов, но Сэйитиро всегда решал их сам. Однако сейчас Хельмуту было не до его склонности к переработкам. — Извини, можно я посмотрю это позже? У меня есть кое-что, что нужно срочно доделать, — сказал Хельмут. Измученный, Хельмут сумел выдавить из себя ответ, но Сэйитиро просто посмотрел на него своим обычным тусклым взглядом и снова протянул бумаги. — Ничего страшного. Эти документы — записи государственных расходов за последние двадцать лет, а также заявки, поданные в этом году. Я также включил бюджетный план на будущее. Пожалуйста, просмотрите это и представьте на следующем совещании, — сказал Сэйитиро. — …что? — Хельмут совершенно лишился дара речи. На следующий день на совещании представители всех отделов, включая юридический, были в полном шоке. Подробные документы, составленные Сэйитиро, учитывали точные расходы каждого отдела за последние двадцать лет. Они также включали записи о бюджетных запросах, направленных в бухгалтерский отдел за последний год. В отчёте также содержалась оценка затрат, связанных с любым будущим ущербом, вызванным выбросом миазмов. Поскольку члены бухгалтерского отдела не имели высокого статуса, другие отделы попытались свалить вину на них, а затем сделать вид, что ничего не случилось. К несчастью, трудно было отрицать и свою вину, когда имелись доказательства запросов на оплату таких мест, как квартал красных фонарей. — Это вы сделали? — спросил мужчина, сидевший в центре комнаты. С зачёсанными назад рыжевато-светлыми волосами премьер-министр Камиль Кальвадер был заметной фигурой в зале совещаний. Когда он заговорил, сердце Хельмута едва не выпрыгнуло из груди, и он ахнул, прежде чем открыть рот, чтобы ответить. — Это… не… ∴∴∴∴∴ — Как я уже говорил, директора сейчас нет, так что вы можете поговорить со мной, — сказал Сэйитиро. — А я сказал, что не хочу говорить с тобой! — рявкнул рыцарь. Это уже стало повседневностью, что члены других отделов приходили жаловаться на отклонение их заявок, и каждый раз Сэйитиро приходилось бороться с желанием выгнать их. Даже если они приходили протестовать, они прекрасно знали, что шансы что-либо изменить ничтожны. Хотя он говорил, что с Сэйитиро не о чем разговаривать, на самом деле именно Сэйитиро и отклонил их заявку. Если не он, то кто ещё нёс за это ответственность? — Господин Хельмут действительно на совещании, — подлил масла в огонь лукавый голос Норберта. Не в силах больше просто стоять в стороне, Норберт бросил Сэйитиро спасательный круг, но его высмеяли за то, что он «всего лишь сын виконта», и он в конце концов сдался. Будучи членом Третьего Рыцарского Ордена, этот мужчина смотрел свысока на дворян, которых считал ниже себя. Вместо собственной фамилии он использовал своё положение рыцаря Третьего Ордена, чтобы смотреть на них сверху вниз. — Учитывая текущий бюджет Третьего Рыцарского Ордена, если будет утверждено ещё хоть сколько-нибудь заявок, деньги придётся брать из годового бюджета на общежитие, — объяснил Сэйитиро. Однако когда Сэйитиро сказал, что ему придётся снизить качество еды в общежитии, если поступят новые заявки, мужчина, как и ожидалось, взорвался от гнева. — Мы — рыцари Третьего Ордена! Как ты смеешь, мелкий чиновник, угрожать нам! — Тогда мне просто придётся дать ему подобающую должность. Голос, присоединившийся к ним, не был повышен от гнева. Вместо этого это был спокойный, мягкий голос, который, казалось, эхом разнёсся по комнате. От неожиданных слов и Сэйитиро, и рыцарь замерли. — Что? Рыцарь повернулся лицом к мужчине, прервавшему их. Взглянув мимо рыцаря и остолбеневшего Норберта, Сэйитиро увидел мужчину с рыжевато-светлыми волосами, облачённого в тёмно-синий плащ, указывающий на его ранг. Даже при беглом взгляде было ясно, что этот величественный мужчина лет сорока был кем-то высокого положения. — П-Премьер-министр! Рыцарь немедленно поклонился мужчине, а сотрудники бухгалтерского отдела выпрямились, застыв. Только Сэйитиро был слишком ошеломлён поворотом событий, чтобы реагировать. — «Премьер-министр? Это то же самое, что и премьер-министр в Японии?» — «Хотя бухгалтерский отдел и находился в королевском дворце, почему такой важный человек пришёл в такой захолустный отдел без единого предупреждения?» Хотя вопрос был у всех на устах, никто не осмелился его задать. Вместо этого они ждали, застыв на своих местах, пока премьер-министр заговорит, а он тем временем неторопливо углубился в комнату. Когда премьер-министр приблизился, рыцарь, преграждавший Сэйитиро путь, поспешно отступил в сторону, оставив ошеломлённого Сэйитиро одного. — Хм, я впервые вижу тебя так близко. Ты не так плох, как говорят, — премьер-министр приблизился к лицу Сэйитиро, говоря голосом, который мог слышать только тот. Прежде чем Сэйитиро успел среагировать, премьер-министр отступил назад и наклонил голову, глядя на рыцаря. — Итак, ты отказываешься слушать этого человека, потому что у него нет должности и он низкого происхождения? В таком случае я дам ему должность, которая предоставит власть, необходимую для обеспечения выполнения его решений. — Ах, нет, это не — Сэйитиро был ещё больше сбит с толку, чем запаниковавший рыцарь. Хотя он не обращался к Сэйитиро ни разу, было совершенно ясно, кого имел в виду премьер-министр. — П-подождите, господин премьер-министр… что вы…? — Я даю тебе должность помощника директора бухгалтерского отдела, — сказал премьер-министр. — Пожалуйста, продолжай усердно работать на благо этой страны. Как только премьер-министр объявил об этом, сотрудники бухгалтерского отдела разразились гомоном, но Сэйитиро не присоединился к ним. — Управление? Я знаю, что я не самый подходящий… — «Только не это! Я не хочу быть руководителем, да ещё и начальником среднего звена. Я же опять буду делать работу и за тех, кто выше, и за тех, кто ниже. Я просто хочу спокойно делать свою работу, ни о чём не беспокоясь!» Но сбитый с толку Сэйитиро оговорился. Для других протест Сэйитироу мог прозвучать как скромный отказ, но он имел дело с премьер-министром, известным как один из умнейших людей в стране. При словах Сэйитиро изумрудные глаза премьер-министра сузились. — О, значит, у тебя есть опыт в управлении. —!!! Когда Сэйитиро понял свою ошибку, было уже слишком поздно. Утончённая улыбка скользнула по лицу премьер-министра. Он протянул руку и положил большую ладонь на плечо Сэйитиро, радостно шепча ему на ухо: — Ты действительно замечательный корпоративный раб. Я с нетерпением жду твоих дальнейших успехов. Пока все остальные были поглощены радостной атмосферой премьер-министра, Камиль Кальвадер снова просмотрел документ. — «С информацией и оформлением всё в порядке. Он также чётко объяснил свои прогнозы, основанные на этой информации, и даже включил несколько различных предложений о том, как действовать дальше. Никто не ожидал от него этого, а он сделал всё по собственной инициативе. Похоже, из этого довеска, призванного вместе со Святой, получился хороший сюрприз.» — «Исследовать такой объём данных, организовать их в отчёт и включить план действий — такое не сделать за короткое время». — «Корпоративный раб, значит? Тот, кто по собственной воле работает сверх нормальных часов, даже без обещания награды»… — «Какая прекрасная пешка, которая будет работать сама по себе. Такого человека… Я ни за что не упущу». Камиль начал напевать, отчего сопровождающий рыцарь побледнел, усомнившись в собственных ушах.