Потерянная наследница

С улицы доносились крики людей и ужасный орочий рёв — орки напали на нашу деревню. Из окна виднелась деревня, вся охваченная огнём. Я ещё не успела осознать происходящее, когда мама резко накинула на меня плащ и застегнула его своей любимой брошью в виде розы. Потом она быстро закинула мне на плечи рюкзак — там были вода и немного еды. Её руки дрожали сильнее, чем она хотела показать, а глаза блестели от слёз. — Беги отсюда, Элария. Как можно дальше и быстрее. И не останавливайся, — сказала она. Я посмотрела на неё испуганным и непонимающим взглядом. — Мама… что происходит? Она отвела взгляд на мгновение, будто не могла позволить себе сказать правду. — Ничего, что важно сейчас. Просто беги. Всё будет хорошо. — А ты? Ты идёшь со мной? Пауза стала слишком долгой. — Нет, — тихо ответила она. — Но ты не беспокойся, со мной всё будет хорошо. Она крепко обняла меня, будто пыталась запомнить это ощущение. — Я найду тебя, — добавила она почти шёпотом. — Обязательно найду, обещаю. И вложила мне в ладонь кольцо. На нём был изображён странный символ — тонкая эльфийская ветвь, закрученная в спираль. – Что это? — Оно было с тобой, когда я нашла тебя в лесу. Больше ничего не спрашивай. Сейчас — беги. Она мягко, но резко подтолкнула меня к двери. Я выбежала наружу — и на мгновение замерла. Деревня исчезала на моих глазах. Люди бежали по улицам, но орки настигали их быстро и безжалостно. Крики смешивались с хохотом, дым резал глаза, а воздух стал тяжёлым и горячим. Деревянные дома были охваченный огнём. Они трещали и падали с глухим звуком. Я замерла на долю секунды, но этого уже хватило. Сзади раздался топот. Тяжёлый, быстрый. Орк. Я рванула вперёд, не думая, куда именно. Я слышала его за спиной — он был быстрее, чем я ожидала. В какой-то момент грубая лапа схватила меня за плащ. Резко, с силой. Меня дёрнуло назад. На долю секунды я почти остановилась, но страх оказался сильнее. Я рванула вперёд изо всех сил. Ткань разорвалась с громким треском. Плечо обожгло от рывка, и я почти упала, но удержала равновесие и побежала ещё быстрее. Сзади раздался злобный рёв. Я не оборачивалась. Лес встретил меня темнотой и холодом. Я бежала между деревьями, не чувствуя ног. Мои каштановые, волнистые волосы развивались на ветру, ветки цеплялись за них, царапали кожу, дыхание сбивалось, но остановиться было нельзя. Я уже задыхалась, сердце колотилось как бешеное от адреналина, когда моя нога зацепилаcь об корень дерева, и я очередной раз упала. Я быстро поднялась и побежала дальше. Одежда была вся в грязи и неприятно прилипала к телу, а волосы прилипали к потному лицу. Иногда казалось, что за мной всё ещё гонятся. Иногда — что я уже оглохла и просто слышу собственный страх. Мысли путались: «Где мама?», «Сколько их там было?», «Почему я выжила?». Я не помнила, как именно выбежала на поляну — просто вдруг оказалась там. Тихая вода ручья. Мягкая трава. Слишком спокойное место после всего, что было. Я опустилась на колени, зачерпнула воду и сделала глоток. Холод ударил в горло, немного возвращая реальность. И только тогда я поняла, как сильно дрожу. Тишина длилась не долго. Потом раздался хруст ветки. Я замерла. Медленно подняла голову. И заметила шаг в темноте, потом ещё один. После раздался голос спокойный, но не мягкий: — Ты одна? В лесу? Это либо отчаяние... либо глупость и безрассудство. Я сначала замерла, потом резко вскjчила на ноги и начала оглядываться. Голос дрожал: — Кто здесь? Тень между деревьями не двигалась и молчала слишком долго. И только после нескольких секунд он вышел. Мужчина. У него был потрёпанный плащ, следы грязи и крови на руках и лице, лицо выражало усталость, но он был внимателен, слишком внимательный. Он не выглядел дружелюбным, но и не выглядел врагом. Он смотрел так, будто рассматривает не человека, а какой то волшебный артефакт. — Как тебя зовут? — спросил он наконец. Я не ответила сразу. Просто смотрела на него с испугом и настороженностью, но не с той профессиональной внимательностью, с которой смотрел он на меня. — Сначала скажи, кто ты, — выдавила я. Его взгляд стал удивлённый, как будто я сказала что то очень странное, но он всё-таки соизволил ответить. — Имя не спасает в лесу, но меня зовут Арагорн. Он не улыбнулся. Не стал подходить ближе. — Теперь твоя очередь. Я повторюсь как твоё имя? – сказал он не грубо, но голос был жёстким. От этого голоса по телу пробежали мурашки. Я сглотнула. — Элария… – смогла выдавить я из себя. Хотя сказала я это почти шёпотом он всё равно кивнул, но выражение лица не изменилось. — Элария. Ты либо очень везучая, либо уже опоздала. — Что это значит? Он посмотрел в сторону деревьев, словно там мог кто-то стоять. — Это значит, что лес сегодня не безопасен ни для людей, ни для эльфов. Откуда ты здесь? Я почувствовала, как снова поднимается страх. – На мою деревню напали орки, и мама... – я замолчала, и по моим щекам потекли слёзы. – Она сказала бежать мне как можно скорее. Я не знаю, жива ли она и кто вообще выжил. Огонь поглотил всю нашу деревню. Потом я подняла заплаканные глаза и спросила, слегка заикаясь от слёз: — Ты… ты тоже опасен? Он задержал взгляд на мне чуть дольше, чем нужно. — Сейчас в этом лесу опасны все. Пауза стала тяжёлой. Я не сразу поняла, что именно изменилось, но рядом с ним было ощущения безопасности. Было ощущение выбора, который уже сделали за меня — просто я ещё не знаю какой. Я задала очередной вопрос: — Тогда зачем ты здесь? Он наконец отвёл взгляд от леса и посмотрел прямо на меня. — Потому что ты либо уйдёшь со мной… либо останешься и проверишь, насколько быстро здесь умирают те, кто остаётся один. Он не протянул руку сразу. – Куда ты идёшь? – Я держу путь в Ривенделл. В мыслях было одно: « Вдруг это ловушка». Арагорн смотрел на меня внимательным взглядом. Я замялась, но через какое-то время снова спросила: – Ты правда идёшь в Ривенделл, и я буду в безопасности, если пойду с тобой? Он кивнул. Я ещё несколько секунд стояла на месте, но потом сделала маленький аккуратный шаг к нему. – Поклянись, – сказала я. Он усмехнулся. – Ты это сейчас серьёзно? Хорошо, клянусь. Почему-то мне показалось, что он не врёт и ему можно доверять. – Хорошо, я пойду, – сказала я. Он кивнул, и здесь стало ясно: «Моя новая жизнь только начинается».