Blue Lagoon

*** (1) — Ну, что там? — Голос уже не молодой женщины с легким недовольством развеял тьму. — У меня скоро ноги затекут, а в моем возрасте это вредно, знаешь? — Как тебе сказать… — Голос мужчины с лёгкими нотками разочарованием ответил девушке. — Он опять напортачил. — Что? Где бинокли?! — Девушка заметалась в спешке при этом её выражение лица оставалось собранным и сдержанным. — Альберт я серьёзно? Белокурый мужчина который статно выпрямив спину стоял рядом с ней на небольшом открытом балкончике усмехнулся: — Что ты так нервничаешь? Ты так сильно беспокоишься за своего друга детства что не можешь упустить ни единого момента? Девушка с короткими черными волосами через которые уже пробивалась седина скривила губы в ухмылке смотря на человека, который при любых других обстоятельствах мог бы убить её, — был чем-то вроде её коллегой по работе. Хотя, Вескер уже давно не участвовал в самих играх (увы, его наконец-то отпустили дав его персонажу умереть в жерле вулкана), — он продолжал находиться в самой компании. Никто не рисковал спрашивать у него, почему уже будучи свободным он продолжает возвращаться туда, хотя, зная его личность, можно было бы подумать, что он так развлекается — наблюдая за окружающими и смотря на их страдания, их радость, их победы и неудачи. — Будто бы ты не знаешь. —Ада сложила руки на груди и подошла к Альберту чуть ближе, хотя её взгляд был совершенно на других вещах. — Ну как же, — Альберт снял свои фирменные черные очки за которыми прятались искаженные кроваво-красные зрачки. Это выглядело жутко и одновременно завораживающе. Особенно если учесть, что если Вескер их снимал — чем-то хорошим это не кончалось, но в этот раз ему просто нужен был обзор побольше. — Я очень хорошо знаю. — Просто скажи что там и без этих твоих загадок и пафосных речей. Я в свое время от них жутко устала и согласилась на все это только чтобы убедиться, что он не напортачит. — Да? А мне казалось ты просто любишь использовать людей вокруг себя, — Альберт продолжал смотреть на неё держа руки за спиной. — Знаешь, как тогда, — Мужчина стал медленно обходить её словно хищник который кружит вокруг своей добычи. — Когда ты не могла сделать не одну работу не внеся в неё своим коррективы. — Мы будем это сейчас обсуждать? Альберт резко прижал её к перилам отрезав путь к отступлению. Он сверлил её этим взглядом и от него некуда нельзя было деться. — Ах, Ада, ты же такая умная женщина, а думаешь, что остатки твоего шарма могут манипулировать всеми окружающими. Так вот, — Он приблизился к её лицу и опустился к её уху. — Мне плевать на твою жалость, — я делаю это всё только потому, что мне нравится смотреть, как он медленно сходит сума и никто не может его спасти. — Ты закончил свою пафосную речь? — Девушка оттолкнул его, он это позволил, — в противном случае её пальцы уже давно были бы сломаны. — Ахахах, — слегка рассмеялся Веске склонив голову на бок и начав корчить свой голос так, будто бы разговаривает с маленьким ребёнком: — О, бедный маленький Леон, — кто же спасёт его? — Придурок. — Ада развернулась к Альберту спиной, — слишком уязвимая сейчас, но она знала, что оне не будет нападать. — Расслабься. — Фыркнул он. — Твой маленький братик по детскому дому не рискнул, — испугался собственных чувств, впрочем, это и неудивительно. — Альберт одел очки назад встав рядом с Адой и смотря вниз вместе с ней. — Знаешь сколько раз он пытался покончить с собой? — Вескер, хватит. — Четырнадцать. За эти полгода. И вот он волей судьбы находит себе странного друга, который спасает ему жизнь, и он даже не может ответить ему. Твой названный брат всё так же слаб. Физически силён, но морально полностью опустошен. — Альберт, твои попытки вывести меня на эмоции слишком очевидные. — Ада смотрела на то, как две фигуры медленно перешли широкую дорогу к одиноко стоящему байку. — Я не должна перед тобой оправдываться и я не твоя новая жертва. — Безусловно. — Усмехнудся Вескер наблюдая вместе с ней. — Но вот он — моя самя любимая из всех и ты можешь сколько угодно верить, что он способен измениться, — две фигуры погрузились на мотоцикл, — звуки мотора разорвали ночную тишину. — Но этот человек потерян с тех пор, как его предала лучшая подруга детства. Ему не спрятаться от своих демонов, — либо принимаешь их, либо отдаешься им. Ада молчала. — Что ж, — Вескер с молниеностной скоростью окзаался на перилах перед ней. — Шоу было поистенне прекрасным, и ты убедилась, что твой ненаглядный братишка всё такой трусливый, а я — что могу и дальше развлекаться наблюдая за ним, но мне пора откланиться. — Мужчина присел и их взгляды встретились. — Попробуй убеди меня в обратном, а самое главное, — Вескер покосился себе за спину слегка оскалившись. — Убеди себя в этом. — Вескер уверенно сиганул вниз скрываясь во тьме. — Какой же идиот и я идиотка что согласилась… — Сказала она тихо наблюдая за тем, как маленькая рычащая точка удаляется к мосту. —Ох, Леон, неужели ты убедил себя в том, что недостоин и капельки счастья? Вопрос остался без ответа. *** Всю дорогу они ехали молча. Леон не проронил ни слова за всю дорогу, а Роберто боялся начинать. Этот маленький казус на пляже выбил их обоих из калеи и каждый погрузился в свои мысли. Роб не держался за Кеннеди, — ему было страшно прикоснуться, вдруг, это отпугнёт его и он исчезнет так же быстро, как и появился в его жизни? Огни клуба уже были выключены, — начало уже светать, а значит, сам клуб уже был пуст. Леон остановил свой Харлей возле входа не глуша двигатель, — Роберто слез с пассажирского сиденья отдавая шлем Леону. — Леон, — Роберто протянул руку чтобы коснуться его плеча, но опешил и убрал её. — Ты же… Ты же не… Взгляд Леона задержался на Роберто, а потом он одарил его усталой улыбкой: — Да куда я денусь? — Я не хочу чтобы ты просто… исчез. — Роберто отвёл взгляд. — Может, я всё-таки переборщил или… я не знаю. — Нет. Ты ничего не сделал. Не в тебе дело, Роб. — Леон спрятал шлем обратно в сумку. — Просто с тобой я так поступать не хочу. Роберто промолчал. — Ещё увидимся. — Харлей взвыл и сорвался с места унося с собой Кеннеди. Роберто смотрел ему вслед до тех пор, пока тот не исчез из виду. — Да… ещё увидимся. Слабые блики солнца медленно начинали прогонять тьму с крыш зданий, а на стебельках медленно проступала утренняя роса — начало обычной будничной жизни в потоке они оба потеряются. Пока что. *** (2) Дверь захлопнулась за его спиной и он замер прислоняясь к ней и закрывая ладонью лицо. Это снова происходит, — эффект дежавю не покидает его вызывая ощущения стыда, гнева и усталости. Леон медленно сполз вниз опустив голову. Он не чувствовал абсолютно ничего, — опустошение полностью взяло над ним верх выталкивая остатки эмоций оставляя лишь пустыню в которой он стоял и не мог пошевелиться. Холод квартиры пробирал до костей, но, кажется, он и не был против того, чтобы это ощущение полностью его поглотило. Пусть это всё будет очередным кошмаром? Нет? Тяжелый вздох пронёсся сквозь тишину помещения, — у него не было сил встать, не было желания думать, — он ничего не хотел, — разве что вернуться в прошлое и тупо быть съеденным каким-то несчастным мертвецом, а потом бродить по пылающим улицам в поисках свежей плоти. Хотя, что отличает его и тех мертвецов? Он так же бесцельно бредёт по этому миру в поисках смысла своего существования. Он прожил большую часть своей жизни, но так и не понял — зачем и для кого? Леон прикрыл глаза прильнув затылком в двери, — вот бы так и остаться на этом месте и пусть вселенная делает с ним что ей захочется. Краем уха он услышал едва слышимый цокот маленьких коготков по полу, — он медленно приближался, а потом настала тишина и резко что-то маленькое и пушистое прыгнуло ему на ноги. Кеннеди устало открыл глаза: маленькая, — слегка лохматая, — рыжая собачка со смешно выпученными черными как уголь глазами смотрела на него так печально немного виляя хвостом. — Прости, — Прохрипел Кеннеди опустив ладонь на маленькую голову. — Я о тебе так часть забываю, малыш. — Леон зарылся пальцами в шерсть почёсываю маленькую собаку, — та от удовольствия прищурилась и слегка высунула язык. — Ты ведь мне жизнь спас, — Леон взял собаку на руки и прижал к груди продолжая поглаживать. Маленькая рыжая чихуахуа одобрительно закряхтела прижимаясь маленьким тельцем к теплому телу. — А я даже не могу уделить тебе достаточно времени. Так они и сидели наслаждаясь друг другом. Пёс всегда ждал его дома вне зависимости от того, каким хозяин возвращался. Будь Леон злым и разрушающим все вокруг, или пьяным и едва стоящим на ногах, или таким как сейчас — опустошённым и пустом. Чип — такое имя дал ему Кеннеди, — всегда ждал его и пытался утешить в молчании. Собака была его маленькой терапией, — с тех пор, как в ту зиму Леон почти замёрз насмерть, а этот маленький комочек шерсти не дал ему уснуть вечным сном, — он стал ему, наверное, единственным настоящем другом. По крайней мере просто молчал в те моменты, когда Леону нужна была тишина. Леон прикрыл глаза стараясь дать своему разуму небольшой отдых; солнечные лучи пробивались сквозь плотные занавески и лишь маленькая полоска света пробивалась сквозь это препятствия пытаясь хоть немного осветить темное помещение. Он почувствовал вибрацию, — телефон в левом кармане его штанов предательски завибрировал прогоняя остатки сна. Не открывая глаз, Леон на ощупь нашёл гаджет и приоткрыв один глаз и увидев, от кого идёт звонок, — глубоко вдохнул и нажав на «принять» приложил его к уху: — Ты там спишь, что ли? — Голос Зено был бодрым, этот чувак точно спит хорошо и совесть его явно не мучает. — Уже утро? — Почти шепотом спросил Леон. — Кеннеди, может, стоит бросить общаться с бутылками и попробовать общение с реальными людьми? — Грейс и Эмили рядом с тобой сейчас? — Ну допустим, и? — Тогда иди в известное место. — Усмехнулся Леон опуская собаку на пол, — Чип чихнул радостно виляя хвостом наблюдая, как его хозяин всё-таки находит силы чтобы подняться. — А что, только моя жена и дочь достойны вашего уважения, а? Будь моя воля, Кеннеди… — Девочкам не стоит слушать такие ругательства, которые я мог бы тебе ответить. — Леон прошёл на кухню с небольшой барной стойкой и зажав головой телефон он наклонился чтобы достать из нижнего ящика корм. — Я слышала и похуже, — где-то на фоне он услышал знакомый голос с усмешкой. — Дядя Леон! — Эмили крикнула в трубку вызывая у Леона лёгкую улыбку. Насыпав собаке корм, мужчина прошёл к холодильнику и открыв его сделал глоток из начатой бутылки с молоком. — Привет, малышка. — Леон, Зено так завуалированно пытается тебе предложить тебя подвезти сегодня. — Ни разу я такого не собирался предлагать. — Фыркнул в трубку Зено. — Вы же знаете, — я не люблю ездить на машинах. — Леон закрыл холодильник и похлопав Чипа по спине пока тот уплетал свой корм он прошёл в гостиную распахивая плотные шторы, — яркий свет ослепил его и Леон зажмурился. — Слушай, Кеннеди, можно подумать тебе надо будет за рулём сидеть? Часто тебя на Майбах то возят? — Не слушай его, Леон, — голос Грейс немного заикался, — девушка боролась с этой болячкой довольно давно. — Эмили просто спросила, можно ли тебя с собой взять, ты ведь… у тебя плохо со сном, мало ли что случиться пока ты будешь ехать на байке? Леон плюхнулся на кресло в гостиной, — на маленьком столике перед ним был жуткий бардак из каких-то бумаг, пустых стаканов для виски, — нужно будет заняться порядком. — Ну, если это просит юная Эшкрофт, — то как же я могу отказать? — Ура! А, дядя Леон, а вы возьмёте Чипа? В прошлый раз мы выучили новую команду, — за огурчик! Леон покосился на довольного пса который уселся у его ног. — Конечно. — Кратко ответил Кеннеди Послышалось детское хихиканье. Всё таки повезло Грейс — у неё прекрасная дочь. — Так что? — Вы уже едете? — Кофе попить успеешь. — Зено усмехнулся. — Минут тридцать хватит тебе? Леон косо посмотрел на часы на стене, — они показывали половину седьмого утра. — Ладно, — пробурчал Кеннеди. — Всё, только не засни! Леон бросил телефон на столик и откинул голову на спинку кресла накрыв лицо руками. Ночь была очень тяжелой, но мысли о том, что он чуть не принёс новую боль кому-то, кому он был не безразличен… — Прости, Роб. — Произнёс Леон в тишину. — Я не могу так поступить с тобой. Ты этого не заслуживаешь. Ему надо будет подумать, как хотя бы попытаться загладить свою вину. Пусть Роберто был странным, — этот человек был самым обычным без всяких привязок к его работе в прошлом и то чувство, когда страсть окутала их… — Я всё исправлю. Обязательно.