Пляжный эпизод

      Твою мать.       — Чтоб его распидорасило нахуй, — шепнул Даня, прикрывая лицо руками, еще не избавленными от татуировок, которые он все намеревался свести.       — Ты чего? — Лера пихнула парня локтем в голый бок.       «Чего»? Боже, да она издевается. Будто не видит Руслана в одних ебаных плавках.       Он протер глаза, надеясь, что ему просто показалось. Показалось, показалось, показалось. На Руслана смотреть сложно, практически невозможно после всего пережитого вместе. И, наверное, стоило ребятам предупредить Даню, что этот гандон будет здесь. Что этот гандон будет здесь и будет выглядеть еще лучше, чем он его помнил.       — И кто решил, что это будет хорошей идеей? — вздохнул кто-то рядом, озвучивая его мысли.       — Какой-то долбоеб точно. Сука.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      — Сука, Дань, сука, — Руслан шикнул, зубы неприятно задели кожу, и он прикусил губу, откидывая голову назад, пальцами зарываясь в рыжие пряди.       Кашин лишь что-то недовольно мыкнул, поглаживая бедро парню, постепенно заползая рукой под футболку и проводя пальцами по торсу.       Руслан шумно выдохнул, замычал, когда Даня взял глубже, продолжая поглаживать его член рукой. Он поднял взгляд, намереваясь увидеть лицо Тушенцова, но тот смотрел в потолок, так что лицезрел Кашин только его подбородок. Он возмущенно провел ногтем по основанию члена, стараясь обратить на себя внимание, но Руслан лишь сдавленно простонал, запрокинув голову, только сильнее натягивая волосы парня.       — Дань, — обращение было смешано со стоном, так что Кашин подумал, что ему даже не нужны глаза Руслана, чтобы понять, насколько тому приятно.       Он сморгнул влагу, пропуская член глубже, обеими руками удерживаясь за бедра Тушенцова и утыкаясь носом в его кожу.       — Блять, — только и выдохнул парень, чувствуя, как мягко рот обволакивает его. Он наконец посмотрел вниз, чуть оттянул Даню за волосы, чтобы посмотреть на его лицо, и погладил по щеке. — Красивый уебан.       Встретил он только недовольный взгляд. Слишком уж недовольный для того, кто сам полез к нему в трусы буквально пару минут назад.       — Ты хотел, чтобы я сказал, что ты урод? — речь прервалась резким выдохом, когда Кашин, на этот раз специально, провел зубами вдоль основания, чуть отстраняясь. — Не дождешься, — Руслан сам толкнулся глубже, вжимая нос Дани в свой пах, больно потянув за волосы. — Сука.       Он кончил с протяжным стоном, все еще придерживая голову парня, но уже более расслабленно, не давя. Облегченно выдохнул в конце, вытирая слезы Кашина с уголков глаз.       Как только член исчез из его рта, Даня сплюнул сперму на пол, кривясь и вытирая рот рукой, но выглядел он вполне удовлетворенным.       — Когда-нибудь проглотишь.       — Мечтай.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Руслан лежал на воде, подставляя кожу живота и груди яркому солнцу, что слепило глаза. Но закрывать их было нельзя. На пляже рядом с Лерой располагался Кашин, упорно не замечая ни Тушенцова, ни его неотрывного взгляда. Не смотреть на спину Дани было невозможно. Сложнее было только сдержать порыв подойти, но помогал ему в этом деле Илья, упорно пытавшийся утопить Руслана.       — Долбоеб? — булькнул парень, когда Коряков завалился на него всем своим весом, погружая в воду.       Он еле успел вдохнуть, скрываясь в прохладной соленой глубине, интуитивно зажмуриваясь, чтобы морская вода не щипала глаза. Через пару секунд нелепой возни, когда удалось наконец скинуть Илью с себя, он выплыл, откашливаясь и промаргиваясь, отсекая лишь размытые силуэты из-за воды.       Потерять Кашина из виду было как лишить себя кислорода ударом под дых. Руслан пытался восстановить дыхание, протирал глаза, вновь фокусируясь на пятне на пляже, смутно напоминавшем Даню, когда Илья вновь погрузил его в море, утаскивая его за шею вместе с собой.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Пальцы сжались на шее сильнее, он чувствовал быстро и сильно бьющийся пульс под ними и сдавил еще больше, заставляя Руслана простонать.       Вторая рука обхватила горячий, уже подрагивающий от возбуждения член, проводя большим пальцем по головке, выбивая еще один стон. Уже громче. Но надо больше.       — Не заставляй меня ненавидеть тебя, — прохрипел Тушенцов, и Даня чуть ослабил хватку на его шее, понимая, что, судя по голосу парня, немного перестарался.       — Я думал, ты скажешь «не заставляй меня умолять», — рука переместилась слегка выше, и большой палец легко проскользнул в приоткрытый рот, тут же встречаясь со скользким языком, надавливая.       Руслан возмущённо прикусил палец, толкаясь бедрами вверх и заставляя Кашина совершить пару движений рукой по его члену. Тот пресек это почти сразу, чуть сильнее сжимая основание, чем вызвал шипение у требовавшего достойного обращения парня.       Большой палец во рту Тушенцова сменился указательным и средним, и он щедро увлажнил их своей слюной, надеясь, что Даня найдет им применение.       — Не думаешь прикупить смазку? — слишком спокойно для такой ситуации спросил Кашин, стараясь не выдавать того, как сильно его возбуждала картина пальцев у Руслана во рту и как ему хотелось доставить парню удовольствие, закончить эти мучения.       Тушенцов открыл рот шире, позволяя высунуть пальцы. Они были мокрые, вязкая ниточка слюны тянулась от губ, и он прервал ее движением языка, вызывающе поглядывая на Даню.       — Не думаю.       — Ты никогда не думаешь.       — А стоит?       — Не уверен.       Влажные пальцы обхватили два члена сразу, совершая чуть несдержанные, слишком резкие для обычного поведения Кашина движения. Он толкался бедрами, проходясь головкой по всей длине Руслана, и тот вдавил затылок в подушки, сбитые у изголовья кровати, сжал простынь, впиваясь ногтями в матрас, со всхлипами постанывая.       — Кончишь быстрее меня?       Тушенцов замотал головой, часто-часто дыша в наволочку, и прикусил кожу на своей руке, сильнее толкаясь в руку Дани.       — Тогда придётся мне, — со стоном подытожил он, вжимаясь в парня всем телом и прикусывая его шею, хватаясь за нее сзади. — Уебок.       Кашин кончил Руслану на живот, пачкая и свои пальцы, и его член в сперме, и, хотя очень хотелось просто свалиться без сил, помог парню дойти до конца, чтобы услышать этот оргазменный стон, смешивая их эякулят на его коже.       — Уебок.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      — Он на тебя смотрит.       — М? — Даня поправил челку, залазя подальше в тень. — Мы ж с Денисом во всем разобрались.       — Не он, — Лера, до этого сидевшая на солнце напротив парня, тоже перелезла под зонтик, делая вид, что ищет что-то в сумке, чтобы шепнуть на ухо: — Один «дерганый уебан».       Она и в самом деле достала из одного из кармашков крем от загара, выдавливая себе на ноги.       — Он… — Даня замолк на пару секунд. — Я не вижу.       — Конечно, его там Илья топит, — он еле сдержал порыв обернуться, лишь потряс головой. — Не дергайся. Мне кажется, мы это уже проходили, — Лера поджала губы и, попутно передавая тюбик парню, оглянулась в поисках Искандера.       Кашин посмотрел на крем, будто впервые видел что-то в таком роде.       — Тебе помочь? — усмехнулась девушка, и Даню прошибло уже второй раз за час.       Он кинул тюбик в сторону сумки, планируя просто не вылазить из тени до конца дня. А еще лучше — наконец дождаться друга и свалить втроем с пляжа. Потому что это терпеть было невозможно.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Терпеть это было невозможно. Невыносимый, этот парень был абсолютно невыносимым.       Пальцы обхватили член, наконец освобожденный от боксеров, и сделали медленное движение вверх. И вниз. И вверх.       Даня запрокинул голову, больно упираясь в такую на вид мягкую спинку кресла. Руслан. Его пальцы.       — Так что, помощь нужна? — криво усмехнулся Тушенцов, высунул язык, по которому тут же начала стекать накопленная слюна. На член Кашина, на его штаны и футболку, оставляя пятна на ткани.       — Я просил… — он прервался на шумный выдох, когда парень сжал у основания, ладонью второй руки накрывая головку, медленно водя по кругу. — Похуй.       — Уже похуй, конечно, — фыркнул Руслан.       — Я просил помочь с бэками, — наконец выдавил из себя Даня, впиваясь ногтями в обивку подлокотника своего компьютерного кресла.       — Ну вот сам запишешь, — парень подвинулся почти вплотную, касаясь губами уха, — стоны.       Кашин ответил на это тихим стоном и толчком в чужую руку. Хотя какую нахуй чужую? Его. Его па-…       — Подожди, — он схватил Тушенцова за предплечье, смотря на него из-под прикрытых век.       — Запись врубить? — с фальшивой заботой прощебетал Руслан.       — Мозг свой вруби, там же, — он выгнулся на кресле, все еще держа парня за руку, что не мешало тому продолжать, — люди.       — Лера? Жопу ставлю, она и так в курсе, что тут… — Тушенцов специально замолчал, позволяя Дане стоном нарушить тишину квартиры, — происходит.       — Придурь ебаная, — Кашин свободной рукой прижал брюнета к себе так, чтобы тот уткнулся носом в его шею, и он мог со спокойной душой вдохнуть его запах. Ну, с относительно спокойной душой, потому что где-то в другой комнате была девушка, которой уж точно не надо было становится свидетельницей этой сцены.       — Я же такими темпами скоро колени сотру о твой ссаный ковролин, — преувеличенно недовольно заявил Руслан, прилагая усилия, чтобы отлипнуть от Дани и опуститься на пол у его ног.       — Это будет не зря.       Тушенцов облизнул губы, двигая рукой быстрее, то задерживаясь у головки, где ладонь не прекращала круговые движения, то перемещаясь к основанию и яйцам.       За Даней наблюдать было одно удовольствие. Как он даже моргал реже, чтобы не отводить от парня взгляда, часто дышал, прерываясь на стоны и закрывая рот освободившей от задачи держать его предплечье рукой. Пальцы второй в это же время сильной хваткой сжимались на темных волосах, подтягивая ближе.       — Без пизды, не зря, — убежденно кивнул Руслан.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Он еле выбрался из этой воды живым. Илья будто поставил себе задачу на сегодня: во что бы то ни стало утопить Тушенцова. Как бы то ни было, это ему не удалось.       Выйдя из моря, Руслан почти сразу же рухнул на горячий песок, который приятно согревал тело, впитывая влагу с него. Ему нужно было всего лишь поднять голову, и он бы снова увидел Даню.       Сзади не слышно было почти ничего, кроме плеска воды, но вдруг его за ноги схватили две пары рук.       — Блядь! — возмутился он. — Отъебитесь!       Раздался смех Дениса, его тут же подхватил Коряков, вновь пытаясь утащить в воду парня. Ей богу, как дети малые.       — Нет-нет-нет, — Тушенцов безнадёжно вздохнул, не увидев Кашина, и из последних сил впился пальцами в песок, чтобы снова не отказаться в море.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Пальцы судорожно впивались в простыню, ухватываясь и за матрас, ногти почти рвали постельное белье. Ноги дрожали. Руслану казалось, что еще чуть-чуть и он задохнется, но тяжелая большая рука ободряюще похлопала его по пояснице, и он выдохнул в подушку, цепляясь рукой за свои волосы, чтобы хоть как-то выпустить это напряжение.       — Тебе…?       — Нет, — резко выдохнул Тушенцов, заранее зная, что Даня хочет спросить. Нет, ему не была нужна помощь.       За его спиной только хмыкнули, возвращаясь к увлекательному занятию.       Пальцы вновь сжались на ягодицах, чуть раздвигая их, чтобы открыть обзор на уже влажный от слюны Кашина сфинктер. Парень оставил легкий поцелуй на заднице ближе ко входу, и дразняще лизнул колечко мышц, которое тут же сократилось, и Руслан укусил подушку, содрогаясь.       Ладно, ему была нужна помощь. Член умолял о внимании, дергаясь от каждого движения языка вместе с самим парнем, еще крепче хватавшимся за хоть что-то на этой кровати. Но кончить от языка в заднице хотелось сильнее.       Пока не в заднице.       — Твой… блядский… рот, — выдохнул Тушенцов, повернул голову, упираясь взглядом в презервативы на тумбочке. Надо только чуть-чуть подождать.       — Ты его ебал, — Даня усмехнулся, обвел сфинктер языком по кругу, впиваясь пальцами в мягкие ягодицы, чтобы подтянуть парня еще ближе и наконец просунуть язык внутрь.       Руслан ахнул и вновь уперся лбом в матрас, подаваясь тазом назад.       Кашину даже не обязательно было подстегивать его словами, как он делал обычно. Парень и так знал все почти наизусть.       «Кончить без рук не во время ебли? Пф, это по-шлюхански как-то», — у Тушенцова зазвенело в ушах, когда он вспомнил ненароком брошенную фразу.       Мышцы живота напряглись, и он громко простонал, подгоняемый к концу движениями языка внутри. Ладонь пару раз хлопнула по простыне, руки напряглись и наконец расслабились на постельном белье и в волосах. Руслан кончил на кровать под собой.       Даня напоследок пару раз лизнул вход, завершив все легким укусом на ягодице, и аккуратно приподнял парня, чтобы тот не рухнул во влажную лужу на простыни.       — По-шлюхански, — с улыбкой буркнул он уже не слышащему ничего брюнету. — Опять белье менять.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      — Отбился, — прокомментировала Лера.       — Мы можем об этом не говорить? — Даня раздраженно повел плечом, в который раз поправляя волосы.       — Поговори с ним, — она отвела взгляд от Руслана, который, показывая средние пальцы Илье и Денису, ушел в сторону бара не пляже.       — Уже неактуально.       — Блять, Дань, — девушка пихнула его в плечо. — Че-то когда было актуально, ты тоже с ним не говорил.       Они замолчали. Бар был прямо напротив него, и Кашин прикрыл глаза на пару секунд, чтобы только не увидеть его спину.       Раздался привычный Лерин рингтон, она взяла телефон, ответила и поздоровалась в камеру, подсаживаясь ближе к Дане, чтобы и его было видно. Парень поднял голову и, чуть щурясь от солнца, помахал Искандеру, который, судя по видео, был где-то на парковке недалеко от пляжа.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Он, чуть щурясь от солнца, от которого не спасал даже козырёк в машине, помахал Руслану. Того на экране телефона, установленного на держателе на приборной панели, почти не было видно: картинка отсвечивала, еле давая понять, что Кашин вообще принял видеозвонок.       — Я, если что, тебя почти не вижу. Ебаное солнце.       — Ниче.       Ответ Тушенцова был слишком краток для него. Обычно он в таких ситуациях старался подначить за выбор машины или докопаться, почему Даня не мог просто вызвать такси. И это было странно.       Парень прислушался к происходящему на видео через дорожный шум, даже закрыл окно, что было спорным решением в такую жару, несмотря на работающий кондиционер.       Дыхание Руслана по ту сторону экрана было чуть громче, чем должно было быть, прерывистым и сбитым. Он в зале? Да не должен. В этот вторник у парня из планов были только диван и приставка. Диван, очертания которого кое-как всё-таки угадывались на видео.       Кашин сжал руки на руле сильнее, немного подергивая ногой. Его эта неопределенность не особо устраивала.       Наконец остановившись на светофоре, он прислонил ладонь ко лбу козырьком и наклонился к телефону, одновременно беря его в руку, чтобы лучше разглядеть.       — Блять, Руслан…       Сзади просигналили, и Даня выронил телефон. Тот упал куда-то под сиденье, а ему пришлось быстро взяться за руль, трогаясь с места. Он не мог сейчас остановиться посреди дороги, чтобы покопаться под креслом, выуживая оттуда телефон.       Но как же, блять, хотелось.       Картинка с экрана стояла перед глазами и не давала нормально ехать. А домой после увиденного очень хотелось добраться живым.       Полуголый Руслан с немытой головой, в задранной футболке и приспущенных растянутых домашних шортах, лежащий на их диване с валяющимися рядом геймпадом и пустой миской из-под чипсов и членом в руке, под музыку из меню «Need for Speed», вопреки всему, выглядел до безумия сексуально. Руки еще сильнее сжали кожу руля, хотя, казалось бы, куда уж.       — Верни… себя, — он был уже близко, судя по предельно коротким паузам между выдохами, и Кашин вжал газ, обгоняя машину спереди, которая почему-то ехала так медленно.       — Я, блять, еду, — он, не церемонясь, уже сам просигналил водителю автомобиля, который так некстати сбросил скорость.       — Мне похуй, — Тушенцов с шипением выдохнул. Даню убивало, что он не мог это видеть, а еще лучше — быть рядом в этот момент. — Я тебе нахуя позвонил? Я видеть тебя хочу.       — Я въебусь в чей-то зад, — парень немного отвлекся от дороги и раздраженно глянул вниз в поисках хотя бы света от экрана.       На том конце замолчали. Кашин, выдохнув, вернул внимание к дороге — насколько это было возможно, когда ты знаешь, что где-то в метре от тебя лежит телефон с видео, на котором буквально самый сексуальный человек в твоей жизни дрочит себе — и перестроился на соседнюю полосу, чуть не забыв включить поворотник. Ехать оставалось всего пару минут.       — Въебись в мой.       И спокойствие вновь улетело к хуям.       — Руслан… — настолько строго, насколько мог, начал Даня. — Ты можешь дождаться меня? — вырвалось вместо гневной тирады, и какие-либо звуки прекратились.       — А ты через сколько будешь? — с долей скептицизма протянул парень, глухо звуча из-под сиденья.       — Пара минут и я дома.       — Ну… — задумался Тушенцов.       — Торгаш ебучий.       Загорелся красный, и Кашин тут же нагнулся, роясь рукой под креслом, и наконец нащупал телефон. Он успел еще пару секунд посмотреть на вспотевшего с размазанным по руке предэякулятом брюнета, прежде чем тот завершил вызов.       — Блять, — Даня взбешенно кинул телефон на пассажирское сиденье. Тот отскочил, ударяясь о бардачок, и снова упал на пол машины. — Блять, блять, блять.       На вопрос Руслан ему так и не ответил.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Ему стоило невероятных усилий не повернуться. Так хотелось наконец увидеть лицо Дани. Вживую. Спустя долгое время впервые.       Он попросил у бармена случайную позицию из ламинированного меню, лежащего на стойке. Думать не о рыжих волосах, веснушчатых щеках и тех самых губах не было сил. Да и после драки с парнями за возможность хоть чуть-чуть побыть одному на суше не хотелось даже пытаться разбираться в ворохе мыслей.       Руслан скривился от тиков, которые, как обычно, пришли не в самое удобное время: он как раз собирался повернуться и посмотреть на Кашина.       Когда он наконец обернулся с пина коладой в руке, лица не увидел. Оно было закрыто телефоном, на который парень снимал Леру и окружающий их пейзаж. Тушенцов не слышал, для кого-то это или просто так.       — Мне отодвинуться… А он… — доносились до него слова девушки.       — Похуй… Наоборот… Да.       Руслан отвернулся, прикрывая глаза. Ну, не судьба. Значит, так тому и быть. Он кинул последний взгляд на Даню, слазя с барного стула.       — Улыбнешься?

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      — Улыбнешься? — Кашин с усмешкой потрепал парня по волосам.       Тушенцов посмотрел на него снизу вверх, обводя языком головку и вновь принимая глубже. Он выпустил член изо рта, подхватывая рукой, и продолжил дрочить, все еще поглаживаемый ладонью Дани, которая постепенно с волос перешла на скулы.       — Издеваешься? — ответил он вопросом на вопрос. Пальцы обхватили член, медленно провели по всей длине, и Руслан потерся о него щекой, высовывая язык, который двигался вслед за пальцами, оставляя влажную дорожку слюны.       Кашин шумно выдохнул, опираясь спиной на стену, а свободной рукой, не глядя, искал на комоде свой телефон. Совсем немного и он кончит, Руслан мог это гарантировать. Слишком хорошо он знал его тело. И то, что пальцы, лежавшие на скуле, вдруг переместились обратно к волосам, притягивая голову Тушенцова ближе, определенно что-то значило.       — Я не умею улыбаться, — выдохнул он в нежную кожу, и у Дани подкосились ноги, так что пришлось еще и придерживать эту громадину, прижимая к стене.       Он прикрыл глаза и снова взял в рот, втягивая щеки. Еще минутка и парень кончит. Как и сам брюнет, собственно, потому что осознание, что он может довести человека до такого, нешуточно возбуждало.       Пропуская член глубже, так что тот упирался в заднюю стенку горла, Руслан услышал знакомый щелчок и «блять» на выдохе. Он поднял взгляд, встречаясь глазами с Кашиным, который смотрел на него поверх телефона, будто видел одновременно и божество, и чудовище.       — Ты думаешь, нахуя я просил улыбнуться?       Тушенцову не хотелось прерываться, чтобы поспорить, хотя ему было, что сказать. Член предупреждающе дернулся во рту, и брюнет чуть отстранился, оставляя его лежать на языке. Приятная тяжесть мешала глотать, но лицо Дани в этот момент ясно дало понять, что он сделал все правильно.       Он замер в такой позе, вопросительно поднимая бровь.       — Фотфать вувеф? — прозвучало непонятно и абсолютно несексуально из-за занятого рта, но Руслан был готов поклясться, что Кашин почти потерял сознание.       Рука с телефоном дрожала, оставляя в памяти галереи фотографии со смотрящим в камеру парнем с открытым ртом и членом на языке. Даня оттянул его за волосы, заставляя еще больше запрокинуть голову, и кончил ему на лицо со стоном. Он провел пальцем по щеке, размазывая сперму по коже, следя, как параллельно этому Тушенцов языком собирает капли, попавшие ему на губы.       Кашин снова сделал фото, не ручаясь, что попал по нужной кнопке.       — На память, — он осел на пол, прикрыл глаза, чувствуя чужое плечо рядом со своим. — Нормальный ты хуй.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Лера ответила на его вопрос ожидаемой улыбкой, и Даня усмехнулся.       — Вот, Искан, мы тут. Вот там, — он повернул камеру в другую сторону, — вход. — А мы здесь, — он вновь перевел камеру на Леру. — Тут еще бар…       В поле зрения попал Руслан, и парень мог поклясться, что тот на него смотрел. Он был уверен.       — Хули пялишься, — прошипел Кашин.       — Да не пялюсь я, иду уже, — ответил ему Искан, хотя вопрос не ему задавался.       Друг сбросил звонок, видимо, уже подходя к пляжу, так что Даня откинул телефон на полотенце, вызывая возмущенное «эй» Леры, потому что телефон-то был её.       — Да иди уже, — она шлепнула его по икре, подгоняя, — попиздите наконец.       Он, сам себе не веря, действительно сделал шаг к бару. Потом еще один. И еще.       Тушенцов поспешил ретироваться еще до того, как рыжий подошел, оставив на барной стойке свою пина коладу. В голову закралась мысль о том, что, наверное, Руслан прикасался губами к трубочке от этого коктейля, и Кашин оперся обеими руками о дерево столешницы, чтобы удержать себя в руках. Он не помнил, когда они в последний раз были так близко.       Даня сел на стул, отмахнувшись от бармена, и, уже не скрывая своего внимания, проследил взглядом за парнем. Тот присел с Максом и Нелей, которые грелись на утреннем солнце. Он дергал ногой, и это не укрылось от глаз парня. Тушенцов нервничал.       Отмахнувшись от навязчивого бармена повторно, Кашин заметил, что макушка брюнета больше не выглядывает из-за тоненькой фигуры Нели. Он в панике заозирался и поймал тот самый взгляд карих глаз недалеко от себя. Руслан стоял, прислонившись спиной к стене небольшой халупы у пляжа, которая должна была напоминать бунгало, но больше была похожа на шалаш, чем на нормальное жилье под съем — а оно, очевидно, было под съем, — и, не отрываясь, смотрел на Даню, одновременно разговаривая с какой-то старушкой.       Блять, как часто Кашин вспоминал этот взгляд. Он преследовал его изо дня в день на протяжении всего времени, что они не виделись. Руслан смотрел на него так в самом начале, когда они еще не спали. И в конце, когда они уже не спали. Даню корежило так, будто он лично своими руками вырвал тогда сердце парня, растоптал и выбросил, как мусор.       Он, не видя ничего, пошел в ту сторону.       — Извините, у нас уже молодой человек арендует… — начала женщина, вежливо улыбаясь и поправляя свои седые волосы, от ветра выбившиеся из прически, но на нее никто не смотрел.       — Да, — во рту почему-то пересохло, — мы вместе арендуем, — сказал Кашин, даже не дослушав ее.       У Тушенцова на слове «вместе» нервно дернулся уголок губ.       Старушка начала что-то говорить об оплате, а парень, будучи в одних плавках, ничего при себе не имел. Он увидел в глазах Руслана сомнения, даже порыв уйти и готов был уже встать на колени, молясь, чтобы приняли натурой, чем угодно, но с пляжа женщине, держа в руках пару купюр, помахала Лера, и в руку Дане сунули ключи.       Он дрожащими руками еле открыл дверь, надеясь, что его волнения не будет видно Тушенцову.       И вот они оказались одни.       Закрывалась дверь почему-то проще, чем открывалась, и Кашин оторвал взгляд от замочной скважины, возвращаясь к Руслану. Никакие слова не лезли в голову. В черепной коробке было абсолютно пусто, не считая некоторых моментов, которые светились там особенно ярко и вспоминались сегодня целый день. Пальцы, рты… У парня закружилась голова.       — Ну? — нагло прозвучало от Тушенцова, и у Дани свело скулы.       — Ты не свел тату, — хрипло вышло из него.       — Ты тоже.       В одних плавках и при таком бэкграунде они смотрелись до абсурда смешно, и Кашин подумал, как удачно бы сейчас подошло быть в спальне. Но нет, они в гостиной, смежной с кухней, и между ними несколько метров, а не пара сантиметров.       — Все? Ты о татуировках решил попиздеть? — Руслан сделал шаг к двери, и Даня, не удержавшись, схватил его за руку, притягивая к себе.       Парень этого явно не ожидал, так что свободно упал в объятия. Тело ударилось о тело почти больно, а веснушчатые руки сжали до хруста ребер. Кашин уткнулся носом в его шею и бесконечно шептал что-то между «боже» и «блять», а, может, и то, и другое одновременно.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Он чуть не расплавился от жара его тела. Даня будто полыхал. Пару дней назад Тушенцов бы сам пожелал ему гореть адским пламенем, но такой родной голос, шепчущий куда-то в плечо маты напополам с молитвами, выбивал почву из-под ног.       Кашин отстранился немного, разглядывая лицо Руслана, которое обхватил ладонями, беспрерывно поглаживал большими пальцами скулы и линию челюсти. Его хватило ненадолго, потому что спустя несколько секунд он впился в губы брюнета поцелуем. Бесцеремонно, без выяснения отношений, врезаясь зубами в чужие зубы и нахально залазя языком в рот.       У Тушенцова хватило силы духа спустя минуту оттолкнуть Даню и отступить на шаг, переводя дыхание.       — Ты… Не имеешь никакого блядского права, — начал он. — Мудак ебаный.       — Я так скучал, — прохрипел Кашин.       Руслану казалось, что именно он всегда был ответственным за поганую сентиментальщину и фразы в духе женушек из мелодрам по типу «Когда ты дома будешь? Я скучаю». Даня всегда был более прямолинеен и приземлен, сразу говорил о том, чего именно он хочет, почему и когда. И слышать это от него. Спустя столько времени.       — Поэтому сразу полез сосаться?       — Ты мне ответил.       — От неожиданности! — убежденно возмутился он. — Если бы предупредил…       — Предупреждаю, — прервал его Даня, подходя ближе и кладя руку на шею парня, нежно поглаживая пальцем венку, пульс был частый-частый, — сейчас я тебя поцелую. С языком. Может, еще и как ты любишь. Планирую в течение пары минут, желательно больше.       И он действительно сделал это. Медленно наклонился, давая время отступить, и поцеловал сначала легко, совсем нежно, постепенно углубляя поцелуй. Тушенцов приоткрыл рот, впуская его язык переплетаться со своим, и прислонился своей голой грудью к его. Он обвил руками шею Кашина, притягивая его еще ближе, и тот привычным образом пристроил руку у него на ягодице, чуть сжимая ее через мокрую и холодную ткань плавок.       — Мы поговорим, — Руслан запрокинул голову, чтобы сказать это, и Даня, кивнув, принялся за его шею.       — Что угодно, — он прикусил кожу, за что схлопотал удар по плечу. — Тебе же нравилось, — он хмуро посмотрел на него исподлобья.       — Правила поменялись, — нагло соврал парень. Просто отдаваться во власть этого рыжего мудака после стольких лет боли не хотелось.       — Да нихуя подобного, — фыркнул Кашин, накрывая его уже возбужденный член через плавки, медленно проводя вверх-вниз. — Тебе нравится.       Он еще раз укусил шею, тут же зализал укус и повторил это снова, пока брюнет почти полностью не осел в его руках, так что пришлось поднять его и наугад понести в какую-то комнату.       Они удачно оказались в спальне, и Даня кинул Тушенцова на большую кровать, мягко приземляясь следом, опираясь на локти по бокам от его головы.       — Мне казалось, ты чего-то хотел? — Руслан приподнял колено, медленно проводя им по внутренней части бедра парня.       Кашин неотрывно смотрел ему в глаза, и брюнет облизнул губы, чтобы хоть как-то привлечь его внимание.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      — Хочу посмотреть на тебя.       Тушенцов нахмурился.       — Разве не этим ты занимался все время на пляже?       — Нет, этим занимался ты, — Даня усмехнулся и наклонился чуть ближе, почти касаясь своим носом чужого.       До дрожи хотелось слиться с ним в одно целое, стать единым и никогда, блять, больше никогда не отпускать.       Руслан толкнул его в грудь, заставив откатиться, что сразу же открыло в голове какую-то доселе неизведанную ветку паники, и сел на кровати.       — Ты хочешь сказать, что тебе было похуй на меня?       — Что? Нет! Ты еблан? — Кашин тоже сел, прогибая под собой матрас по другую сторону. — Мне кажется, мы договорились поговорить после, — сделал он ударение на последнем слове, нетерпеливо поправил челку и вновь потянулся к Тушенцову.       — Тебе кажется, — он поднялся с кровати, одергивая мокрые плавки, которые совершенно не скрывали его эрекцию, и Руслан, казалось, этого вообще не стеснялся. На простыне осталось влажное пятно от морской воды. — Это была, — он задумался, — ошибка. Понял?       Проходя мимо Дани к двери, он снова был притянут за руку, на этот раз почти падая к нему на колени. Тот устроил ладони на его заднице, придерживая, чтобы парень не упал. Ну, и не сбежал.       — Не, че-то я нихуя не понял, — он подтянул его лицо к себе, хватаясь за волосы на затылке, и поцеловал сопротивлявшиеся сначала губы.       Кашин недовольно укусил нижнюю губу, прося открыть рот, и толкнулся бедрами вверх, потираясь своим членом о член Тушенцова через ткань. Оба не сдержали стона, и Даня начал стягивать плавки Руслана.       — Мы в песке… — начал он.       — Потом в душе.       — В плане… — вопрос парня прервался стоном, когда пальцы скользнули между ягодиц, касаясь кольца мышц осторожным движением.       — В этой блядской спальне обязана быть смазка, — Кашин оглянулся, рассматривая тумбочки.       — У тебя руки дрожат, — заметил брюнет, и парень проклял себя за то, что не проконтролировал это.       — Конечно, у меня на коленях сидит самый сексуальный мужчина в мире, — Даня не стал говорить, что, вообще-то, решающим фактором являлось и то, что этот «самый сексуальный мужчина в мире» не сидел у него на коленях уже несколько лет, да и в целом, так долго не находился настолько близко.       — Комплимент принимается, — Тушенцов чуть отклонился назад и подкинул Кашину небольшую емкость с темно-синей этикеткой и изображенной на ней девушкой в купальнике. — Эта хуйня там на входе продавалась.       Даня удивленно залип на картинку на пластике. Член в плавках дернулся, и у него почти помутился рассудок.       — Она тебя возбуждает?       — Ты изначально рассчитывал на секс? — сказали они одновременно.       Кашин раздраженно содрал этикетку с бутылька и, открутив крышечку, выдавил смазку на ладонь, согревая ее в руке.       — Скажи честно, ты долбоеб? На мне сидит самый горячий парень в моей жизни с явно требующей внимания задницей и стоящим хуем. Схуяли я должен возбуждаться от какой-то пизды на картинке?       — Да, я рассчитывал на секс, — чуть помолчав, ответил на честность честностью Руслан, чувствуя, как смазанный палец аккуратно толкается внутрь, и уперся лбом в лоб Дани. — На ахуенный секс, — добавил он, выдыхая, когда парень начал медленное движение. — Справишься?       — Блять, — фыркнул Кашин, добавляя второй палец. — Ты с кем-нибудь трахался после меня?       — Поговорим после.       — Уебок, — прокомментировал он, перемещая парня на середину кровати.       — Окей, ты ебал кого-то после меня? — спросил Тушенцов, укладываясь поудобнее и чуть раздвигая бедра, движением ноги скидывая плавки на пол.       — Ты про женщин или мужчин? — он сел на колени между ног Руслана, пристраивая его бедра поверх своих. Даня погладил мягкую кожу, чуть сжал. Как же ему этого не хватало.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Парень напрягся.       — Про мужчин, — выдавил он из себя, пытаясь сфокусироваться на лице Кашина, не опуская взгляд вниз, где два пальца снова вошли, но уже глубже.       — Нет, — он мотнул головой и обхватил член брюнета, тот выгнулся на постели, впиваясь пальцами в простыню.       — А с женщинами? — прохрипел Тушенцов, упираясь в подушку затылком и часто дыша.       — Тоже нет, — он поймал полуулыбку Дани и перетерпел желание заехать пяткой ему по лицу.       — А нахуй тогда уточнял?       — Давай поговорим об этом после.       Пальцы влажно хлюпали внутри, и Кашин прижал член Руслана к его животу, ускоряя движения. От переизбытка ощущений и постепенно нарастающего удовольствия тот стонал все чаще, ноги обвились вокруг торса Дани, притягивая его ближе, и это мешало руке двигаться.       — Ты можешь уже трахнуть меня? — нетерпеливо и немного капризно прошипел Тушенцов. В наказание подушечки пальцев надавили на простату, и он выгнулся, пытаясь ухватиться за руки Кашина, но рухнул обратно на кровать со стоном.       Даня убрал ладонь от его члена, с улыбкой поглядывая на уже кончившего, но все равно требующего большего парня. Сперма осталась на коже, и он аккуратно слизал часть, ловя вопросительный взгляд.       — Серьезно? Сейчас?       — Прости, скучал, — быстро сказал Кашин, видимо, осознав, что сделал, и вытер руку о простынь.       Руслан почувствовал, как член снова начал твердеть только от осознания того, что Даня, блять, впервые попробовал его сперму. Он пихнул его ногой в бок, поторапливая.       — Трахни меня, — еще более раздраженно повторил просьбу брюнет, в ответ на что был бесцеремонно перевернут на живот. — Эй, блять, нет, я хочу тебя видеть, — он махнул ногой сзади, но не попал.       — Я тоже. Постоянно. Но давай попиздим о наших желаниях после, — Кашин раздвинул мягкие и упругие ягодицы парня, проскользнул большим пальцем внутрь, а сам приспустил плавки, освобождая свой член.       Даня смазал его и аккуратно, не торопясь, приставил головку к влажному от лубриканта сфинктеру, еле ощутимо надавливая. Пальцы у Тушенцова подрагивали, и он сцепил их в замок, уперся в них лбом, подминая под себя подушку. Он так никогда не волновался. Да даже их первый секс был менее волнительным. Оттого ли, что они были бухими в хлам и, проснувшись, не могли вспомнить даже, кто кого ебал? Сомнения улетучились, когда Руслан решил подняться с кровати. Опрометчиво, но кто же знал?       Он устал ждать и немного подался бедрами назад. Член вошел внутрь на пару сантиметров, растягивая отвыкшие от такого проникновения мышцы. Было бы глупо врать, говоря, что Тушенцов хотя бы пару раз в месяц не дрочил себе пальцами, вспоминая «прелести» анального секса. Но его пальцы были меньше. И не впивались в его кожу на талии. И не вжимали его в матрас давлением на шею сзади. И его пальцы уж точно не были Даней Кашиным.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Парень двинулся Руслану навстречу, проталкиваясь глубже. Руки блуждали по такой знакомой, но после стольких лет будто чужой спине. Он знал там каждую родинку, каждую выемку и каждый рубец, хотя это все ощущалось настолько нереальным, что Даня сомневался, точно ли это не какой-то случайный брюнет с пляжа. Просто очень похожий. Опрометчивость идеи секса в такой позе, где Кашин не мог посмотреть ему в лицо, теперь казалась очевидной.       — Поговори, — он толкнулся глубже и наклонился над Тушенцовым, прижимаясь животом к его спине. Поцеловал шею, плечо, вдыхая запах их пота, моря и песка. Ответа не последовало. — От тебя несет водорослями, — добавил тогда он.       — Предлагаю меня трахать, а не нюхать.       Кашин переместил ладони на задницу парня, резко притягивая его к себе, наконец войдя полностью, и выбивая из Руслана громкий стон.       — Блять, — он выгнулся, и Даня подхватил его за живот, меняя позу. Он все так же стоял на коленях, зато Тушенцов теперь полностью повторял положение его тела и, запрокинув голову ему на плечо, постанывал от каждого толчка. Это точно стоило того, чтобы чуть ли не полностью держать его на весу.       Руслан всегда был до конченности выносливым физически и практически никогда не уставал раньше него самого, а сейчас почти безвольно висел на парне. Только закинул руку назад, обхватывая шею Кашина, чем действительно облегчил дело.       Даня надавил рукой на его живот, второй хватаясь за горло, чуть надавливая на кадык. Брюнет беспомощно открыл рот, стоны стали выдохами, а глоталось через дискомфорт, граничащий с болью. Толчки стали сильнее и чаще, а их амплитуда сократилась.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Нервы у обоих были на пределе. Тушенцову очень хотелось упасть лицом в матрас, позволяя парню закончить все самому, пока он будет просто лежать и получать удовольствие. Все же, он тут жертва, нуждающаяся в моральной компенсации. Или сексуальной компенсации. Но никому здесь не въебавшаяся — в том числе и самому Руслану — гордость не давала возможности пассивно дождаться нового оргазма, заставляя подаваться навстречу движениям парня, еще больше ускоряя фрикции.       — Глубже…       Кажется, смазки было слишком много, потому что даже те немногие мысли, которые проскальзывали у него в голове, тонули в хлюпающем влажном звуке, который становился только явнее с каждым толчком. И это не раздражало парня, а лишь подкрепляло его возбуждение, делающее напряжение во всем теле все более невыносимым. Тушенцов сжался вокруг члена, бедра напряглись, и такое действие отозвалось судорогой в ноге.        Гордость отошла на второй план перед болью, и Руслан все же рухнул, утыкаясь щекой в подушку и глупо пялясь на флакон со смазкой, стоящий на тумбочке. Даня будто предугадал это и упал за ним следом, нависая над парнем, опираясь на локти по обе стороны от его головы, тем самым загораживая ему обзор.       — Мне остановиться? — выдохнул он брюнету на ухо, целуя в щеку и проводя носом по коже, оставляя поцелуи на каждом сантиметре.       — Только попробуй, — из последних сил шепнул Тушенцов и приподнял голову, чтобы словить губы парня, мягко и почти лениво целуя. На характерную ему резкость и агрессивность сил не было.       В каком-то арендованном бунгало, в постели, на которой неизвестно, сколько пар уже трахалось до них, с рыжим мудаком за спиной, чуть ли не навалившимся на него всей своей тяжелой тушей, он наконец чувствовал себя как дома.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Кашин и так был на грани. Он по этому так сильно скучал, что готов был кончить, только войдя, но ради удовольствия Руслана хотелось держаться как можно дольше. От поцелуя крышу и вовсе снесло, он в последний момент вытащил, кончая на загорелую спину, и рухнул на парня, почти сразу же перекатываясь на простынь рядом, чтобы не доставлять неудобств.       Даня сразу же подтянул Тушенцова ближе, вовлекая в новый поцелуй и помогая ему закинуть на себя ногу для большего удобства. По боку влажно мазнуло, и он просунул руку, чтобы понять, что это. Пальцы задели что-то липкое, и Руслан простонал ему в губы. Кашин даже не заметил, когда тот кончил, хотя, судя по количеству спермы, теперь размазанной по коже его бедра и живота, оргазм у парня был довольно бурным.       Хотелось притянуть его ближе к себе за волосы, зарываясь в мягкие пряди, пока их губы будут медленно сталкиваться в усталом поцелуе. Но делать это испачканными в их эякуляте пальцами было бы кощунством. Да и ему самому бы влетело по первое число.       — Пойдем в душ, — предложил Кашин, чуть отстраняясь.       — Если он тут есть, — подметил Тушенцов, лениво переворачиваясь на спину, но не торопясь вставать. — Это все-таки какая-то левая халупа у моря, а не ебануто дорогая вилла, — он немного помолчал. — Иди первый.       — Ты съебешься за это время? — Даня криво усмехнулся, чистой рукой оглаживая щеку парня. Он точно не хотел, чтобы это все так просто закончилось.       — Нет, — помедлив, ответил ему брюнет. — Ключи же у тебя.       Кашин сел на кровати, натягивая плавки, и вытащил из кармана ключ от домика. Он кинул его на подушку, лежащую недалеко от головы Руслана, и посмотрел на него, нервно поправив взмокшую от пота челку.       — Теперь у тебя.       — Иди в душ, — еще раз сказал Тушенцов, и на этот раз пришлось подчиниться.       Он встал, чувствуя скованность в мышцах. Этот секс был определенно нихуйной тренировкой. Хотелось подбежать и забрать ключ себе, отсекая вероятность того, что, когда он вернется, в спальне уже никого не будет. Но Руслан имел право уйти, и Даня это право уважал. Насколько он адекватно бы воспринял это в итоге, это уже другой вопрос. Но все-таки хотелось, выйдя после душа, увидеть все так же голого парня, который привычно потянется на кровати, прежде чем встать, не стесняясь, пройдет мимо Кашина, пихнув в плечо с претензией о длительности его «водных процедур», и сам уйдет мыться.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Через минут десять он действительно задумался о том, чтобы уйти, но все же они должны были поговорить. Кашин обещал. И Кашин свое обещание должен был сдержать.       Но как можно столько мыться?       Наконец где-то хлопнула дверь, и в спальню резко зашел Даня. Тушенцов недоуменно поднял бровь, приподнимаясь на кровати на локтях.       — Я уже думал, что ты там утонул.       — О, тебе бы хотелось?       — Конечно, — издевательски скривился он, — я же фанат ебли с трупами.       — Так что? — Кашин выдохнул, поправляя мокрые волосы, и оперся на дверной косяк. Он пытался выглядеть брутально, но у него не получалось. Получалось сексуально. — У тебя кто-то был?       — Будь человеком, дай мне сходить в душ, — Руслан поднялся, оглянулся в поисках плавок, но быстро забил на них, проходя голым мимо парня. — Где ванная?       — Направо повернешь, там дверь деревянная. Резная, — Даня молча наблюдал, как брюнет покидает комнату, и, только когда тот скрылся за углом, позволил себе выдохнуть. — Блять, не ушел. Не ушел, сука.       Руслан улыбнулся, заходя в ванную.       — Да, нам же надо еще попиздеть, — громко ответил он. — Тут слышимость пиздатая, кстати. Надеюсь, все на пляже слышали, как мы ебались! — он рассмеялся, оставляя дверь открытой.       — Я предлагал потом в душе, — осторожно напомнил Кашин, появляясь в дверном проеме, пока парень настраивал температуру воды.       — Мг, — ответил Тушенцов, не оборачиваясь. — После.

⋆｡𖦹 ˚ 𓇼 ˚｡⋆

      Наблюдать за Русланом, пока тот моется, показалось странным даже Дане, так что он сел в гостиной на диван и закинул ноги на плетеный журнальный столик, дожидаясь его из душа.       Нервничал он сильно. Надо было извиняться. А извиняться Кашин не умел и не любил. Стоило признать еще тогда, что он не прав. На следующий день. Или через минуту. А лучше — вовсе не говорить тех слов.       — Итак, — начал Тушенцов, появляясь из ванной в одном обмотанном вокруг бедер полотенце. Его никогда не приходилось долго ждать. — Че теперь? После наступило.       Он не знал, как ему стоит начать. Сказать, чего он хочет теперь, или извиниться за то, что было тогда? Парень спустил ноги со столика на пол, опираясь локтями на колени. Размышления прервал голос Руслана:       — Ты тогда сказал, что это была ошибка.       — Ты сегодня говорил то же самое.       — Я врал.       — Я тоже.       Даня обреченно вздохнул.       — Я люблю тебя, — шепнул он, глядя на брюнета снизу вверх. — И ты не пидор.       — Не, бля, это обидно. Лучше скажи, что ты тоже пидор, — улыбнулся Тушенцов, глядя на него с вызовом.       — Я тоже пидор, — согласно кивнул Кашин. — Насколько я был хуесосом?       — Десять из десяти. О, или ты не про минет?       — Уебок, — фыркнул Даня, уже более расслаблено располагаясь на диване.       — Как там мои фото?       Руслан сел в плетеное кресло напротив, удобно устраиваясь на нем. Смотреть на то, как его полотенце сбилось, открывая больше, чем нужно, парень был не в силах, поэтому запрокинул голову на диванные подушки.       — Удалил.       — Хоум видео?       — Удалено. Я не думал, знаешь… Короче, я не думал, что имею право хранить все это. Ну, как компромат… Или типа того.       — Ты бы шантажировал меня? — Тушенцов с интересом рассматривал подбородок Кашина, шею, то, как нервно двигался его кадык.       — Нет конечно! — Даня резко выпрямился и с недовольством посмотрел на Руслана, тот лишь пожал плечами.       — Это же твой ход мыслей, не мой.       Они помолчали.       — Мне нравились те фотки, — брюнет зевнул.       — Мне тоже. Рубит?       — Да, пиздец хуево сплю, — Руслан встал с кресла. — Уже года три, — он с укором посмотрел на Кашина, и тот виновато отвел взгляд.       — Мы можем все вернуть? — у Дани затряслась нога, и он посмотрел на Тушенцова, кусая губу. — Мне пиздец тебя не хватало. Я чуть не подох. То есть я, конечно, не заставляю, — поспешил оправдаться он, — не надо там из-за жалости или типа такого… Просто… если вдруг ты тоже… Я бы очень хотел.       — Еще бы ты не хотел, — Руслан нежно фыркнул. — Да, можем.