Дорога в никуда

После сытного завтрака из жареной крысы (которая, кстати, оказалась на удивление съедобной — хоть и жирноватой) парни собрали вещи. Уткамет за спиной Оливера, Химический пистолет на поясе Эдварда, Книжка оружейника и адаптивная палка у Энджела. Плюс пара найденных в гараже бутылок с мутной водой, немного сухарей (Оливер нашел пачку в ящике) и, конечно, кроссовки-прыгуны, которые Оливер теперь не снимал даже по нужде. — Нужно, чтобы кто-то стоял на стреме, — сказал Оливер, когда они вышли на дорогу. Солнце висело всё так же багрово, гаражи тянулись бесконечной чередой. — Эдвард, — мгновенно ответил Энджел, даже не думая. — С хуяли я!? — возмутился Эдвард, его палкообразные руки взметнулись в жесте праведного гнева. — Я что, самый расходный материал? — У тебя химический пистолет, флейта и ум, — загибал пальцы Оливер. — Ладно, с умом я переборщил. — А у тебя катана, блять! — Эдвард ткнул пальцем в металлическую руку Оливера. — И кроссовки, которые делают из тебя ебаного кузнечика! — У тебя четырехрежимный пистолет! Который буквально стреляет кислотой, нейротоксином, огнем и феромонами! — не сдавался Оливер. — Тогда Энджел пусть остается! — рявкнул Эдвард, переключая внимание. — У него как раз палка, адаптировавшаяся! Он может отбивать любые снаряды! — Он слишком нежен и слабый для этого! — отрезал Оливер. — Сам ты слабый! — Это ты слабый! — Ах ты, карандашная ебучая... — Ах ты, палкообразный ублюдок... Начался спор. Громкий, матерный и совершенно бессмысленный. Эдвард доказывал, что он незаменим как дальнобойщик, Оливер — что он нужен в ближнем бою, а Энджел просто стоял в сторонке с выражением лица, которое говорило: «Иногда мне кажется, что вокруг меня происходит ну полный пиздец». — Ладно! — рявкнул наконец Эдвард, когда голос начал садиться. — Все, я сижу! Идите уже, ёбаные экстремалы! — Вот и договорились, — кивнул Оливер, похлопывая Эдварда по плечу (и чуть не сбив с него химические очки). — Сиди, смотри по сторонам. Если увидишь что-то подозрительное — свисти. Или стреляй. Или играй на флейте. Короче, дебильные звуки издавай. — Идите уже, — устало повторил Эдвард, садясь на перевернутый ящик у дороги и доставая пистолет. — Я буду сидеть и ждать, когда вы вернетесь с сокровищами или без ног. — Обещаем вернуться с сокровищами, — сказал Энджел с оптимизмом в голосе. — И с ногами! — Пиздеж, — буркнул Эдвард, но его хвост легонько вильнул. Волновался, хоть и не показывал. Оливер и Энджел пошли дальше по бесконечной дороге. Гаражи по бокам выглядели всё так же подозрительно: ржавые ворота, облупившаяся краска, тишина, нарушаемая только их шагами и дыханием. — Слыш, пернатый, — сказал Оливер, когда они отошли достаточно далеко, чтобы Эдвард их не слышал. — Как думаешь, что мы еще можем увидеть в этом мире? — Не знаю, — честно ответил Энджел, пожимая плечами. Его белые волосы слегка колыхались на ветру, перышки подрагивали. — Наверное, всё что угодно. Главное сейчас — найти предметы для выживания. — Это точно, — кивнул Оливер, оглядываясь. — Ладно, разделяемся. Ты туда, а я — туда. Он ткнул пальцем в два разных направления: один гараж выглядел чуть менее ржавым, другой — чуть более зловещим. — Оке, — кивнул Энджел, поправляя лямку от Книжки оружейника за спиной. — Если что — кричи. — Крик — это твоя работа. У меня вокальных данных нет. Они разошлись. Энджел начал обход с первого гаража слева. Открыл дверь — пусто. Ну, как пусто — в углу валялась пара ржавых инструментов и какой-то странный лом, который парень прихватил на всякий случай. «Инструмент в виде лома», — мысленно окрестил он находку и пошел дальше. Следующий гараж встретил его тараканами. Не обычными, а размером с кошку, с панцирями, которые блестели в темноте. Энджел замер, медленно закрыл дверь и выдохнул. — Нет, спасибо, — сказал он и пошел к третьему. Третий гараж оказался пустым, если не считать пиявок на ходулях. Буквально: пиявки, метровые, жирные, стояли на тонких деревянных ножках и, кажется, играли в карты. Энджел закрыл дверь быстрее, чем первая пиявка успела на него взглянуть. Четвертый гараж — горилла в волшебной шляпе. Горилла была огромной, черной, с красными глазами, а на её голове красовалась цилиндр с блестками. Увидев Энджела, она достала из-за спины колоду карт и начала показывать фокусы. — Я... я потом, — сказал Энджел, закрывая дверь и ретируясь. Он уже собирался идти дальше, когда заметил, что Оливер всё еще возится во втором гараже. Точнее, из второго гаража доносились маты. Много матов. --- Оливер зашел во второй гараж и сразу понял, что здесь что-то не так. Помещение было забито коробками. Картонные, пластиковые, деревянные — они громоздились до потолка, создавая лабиринт, в котором легко было заблудиться. Оливер начал вскрывать их один за другим. Первая коробка — пустая. Вторая — пустая. Третья — тряпки. Четвертая — еще более пустая, чем первая. — Сука! — рявкнул Оливер, пнув пятнадцатую по счету коробку. — Тут тоже ничего нет! Коробка отлетела к стене, развалилась, и из-за неё... вышли. Оливер замер. Перед ним стоял холодильник. Обычный, белый, советского вида, с потертостями и ржавчиной. Но у него были механические ножки — тонкие, суставчатые, как у паука. И гидравлические руки с клешнями на концах, которые хищно щелкали в воздухе. — Не, пусть оно идет нахуй, — сказал Оливер, делая шаг назад. — Я не со... Договорить он не успел. Холодильник двинулся. Оказалось, что на своих механических ножках он может передвигаться очень быстро. Клешня взметнулась в воздух и с силой ударила Оливера в бок. Парня отбросило назад. Он пролетел через всю улицу, пробил дверь противоположного гаража (того, где только что был Энджел) и врезался в стену. — А-а-а-а, сука! — заорал Оливер, хватаясь за бок. Из металлической руки выдвинулась катана, блеснув в темноте. — Кто это, епт твою?! Ответ пришел мгновенно. Из темноты гаража, в который он влетел, вылетела гигантская снежинка. Остроконечная, прозрачная, с идеальной симметрией — и размером с обеденный стол. Оливер едва успел увернуться. Снежинка врезалась в стену за его спиной — и стена моментально покрылась льдом. Толстым, сияющим, смертельно холодным льдом. А потом стена... рассыпалась. На мелкие осколки, вместе с куском крыши. — Нихуя себе, — прошептал Оливер, глядя, как обломки гаража падают на землю. Он перевел взгляд на улицу. Там, на дороге, стоял тот самый холодильник. Его нижняя дверца — морозильник — была открыта. Из неё тянулся пар. Монстр закрыл дверцу — и бросился в атаку. Оливер выскочил из разваливающегося гаража как раз вовремя, чтобы уклониться от первого удара. Клешня прошла в сантиметре от его головы, врезалась в асфальт и оставила кратер. Не вмятину. Кратер. С разошедшимися трещинами. — Твою мать, — выдохнул Оливер, отпрыгивая назад. Холодильник не давал ему времени на раздумья. Удары сыпались один за другим: правой клешней, левой клешней, корпусом, ногами-пауками. Каждый удар создавал ударную волну, от которой у Оливера закладывало уши, и оставлял в асфальте новые кратеры. Оливер только и успевал, что уворачиваться. Прыжок влево, кувырок назад, прыжок вверх (спасибо кроссовкам!), снова кувырок. Он даже не пытался атаковать — силы монстра было достаточно, чтобы размазать его по дороге одним касанием. Во время шестого уклонения Оливер заметил кое-что. На боку холодильника, там, где у нормальных холодильников бывает наклейка с энергопотреблением, висел градусник. Старый, ртутный, с синей шкалой. Шкала была наполовину синей. И синяя часть медленно, но верно ползла вверх. — Перезарядка? — пронеслось в голове у Оливера. Холодильник воспользовался его замешательством. Клешня врезалась в живот с такой силой, что Оливер сложился пополам и отлетел назад. На этот раз — далеко. Очень далеко. --- Энджел только что вышел из гаража с ломом (тот самый, «инструмент в виде лома»), когда мимо него, поднимая облако пыли и оставляя на асфальте кровавый след, прокатился Оливер. Его белая кожа на руках была содрана до черной крови, одежда разорвана. — ОЛИВЕР! — заорал Энджел, бросая лом и хватая друга за руку. Он втащил Оливера в гараж, из которого только что вышел. Внутри оказалось что-то вроде оружейной — стеллажи с оружием, ящики с патронами, а на полу мягкий ковер, который постоянно менял цвет, будто у него был эпилептический припадок. — Что с тобой!? — спросил Энджел, хватая аптечку, висящую на стене. Он начал бинтовать Оливера — бок, голову, руки. — Держись! Нам повезло, что тут много оружия. А еще я нашел пару бутылок воды. — Кхе! — Оливер попытался откашляться, но вместо воздуха из горла вышла черная жидкость. — А я нашел в первом гараже небольшую пачку сухариков и лом... Потом пошел во второй гараж, а там... — Что там!? — Энджел затянул бинт потуже, игнорируя стон Оливера. — Монстр в виде холодильника, — выдохнул Оливер. — Он был быстр... Очень... кхе! кхе! — Ты полежи здесь, — сказал Энджел, поднимаясь и хватая свою палку. В его голосе появилась сталь, которой раньше не было. — А я с ним разберусь. — Погоди, — Оливер схватил его за штанину. — Он умеет выпускать снаряд в виде снежинки из морозильника. Полностью замораживает объект. А еще я заметил градусник на боку... Кхе! Кххх! Могу предположить, что это вроде перезарядки, но... не совсем уверен. — Это так было далеко? — спросил Энджел, нахмурившись. — Откуда знаешь? — Ну, если бы он был близко, то он бы нас уже убил, — логично заметил Энджел. — А... ну да... — Оливер откинулся на спину, тяжело дыша. — Это получается, у него сильные удары, но он медленный на дистанции? — Спасибо, капитан очевидности, — усмехнулся Энджел, хотя усмешка вышла нервной. — Всегда пожалуйста, — прохрипел Оливер, касаясь маски медведя, висевшей у пояса. — Маску я лучше сберегу в самой подходящей момент. Хоть я ранен, но могу двигаться. — Я вернусь, — сказал Энджел, направляясь к выходу. — Не обещаю... — он обернулся, и на его лице появилась улыбка, от которой у нормального человека побежали бы мурашки. — Но... Я его убью. Ну, по крайней мере, задержу. — Давай, — кивнул Оливер, доставая Уткамет и проверяя механизм. — А я тут пока поищу оружие. Энджел вышел из гаража. Вдалеке, метрах в ста, он увидел силуэт. Холодильник на паучьих ногах медленно, с механическим скрипом, двигался по дороге. — М-да, скорость, как у... — начал Энджел. Холодильник оказался перед ним. Без звука. Без предупреждения. Просто — был там, а стал здесь. — НИХУЯ СЕ... Клешня врезалась в лицо Энджела. Парень отлетел назад, кубарем прокатился по асфальту и встал на ноги только благодаря тому, что вцепился в какой-то дорожный знак. — КХЕ! — Энджел вытер лицо. Ладонь стала черной от крови. Нос был сломан — он чувствовал это по тому, как трудно дышать. — Ч-черт... Он дышал ртом, сплевывая кровь, и сжимал палку в руке. У холодильника открылась нижняя дверца. Оттуда потянуло таким холодом, что у Энджела замерзли слезы на глазах. Из морозилки вылетела гигантская снежинка — такая же, от которой развалился тот гараж. — Давай, не подведи! — прошептал Энджел, выставляя палку перед собой. Снежинка коснулась ветки. Палка на секунду засияла золотым — и адаптировалась. Она стала тяжелее, прочнее, и, кажется, начала светиться изнутри. — Есть! — заорал Энджел. — Лови свой снаряд! Он взмахнул палкой, перенаправляя снежинку обратно в холодильник. Монстр, не ожидавший такого поворота, выставил клешню — и поймал снаряд. А потом швырнул его обратно. — Ой, — только и успел сказать Энджел, отбивая снежинку в сторону. Снаряд ушел в ближайший гараж. Тот заледенел за секунду, покрылся толстой коркой льда — и развалился на тысячу осколков, как хрупкий новогодний шар. — Нихуя себе, — выдохнул Энджел, не веря своим глазам. Холодильник уже был рядом. Клешня опустилась сверху — Энджел едва успел подставить палку. Дерево, адаптировавшееся к ледяным атакам, выдержало, но от силы удара ноги парня погрузились в асфальт по щиколотку. Энджел дрожал от напряжения. Мышцы горели, кости трещали, но он держал. — Значит, Оливер был прав насчет перезарядки, — прошипел он сквозь зубы и резко взмахнул палкой вверх. Кулак монстра ушел в небо, открывая корпус. Энджел уже готовился контратаковать, но левая клешня холодильника уже двигалась в его бок. Парень отразил удар — и тут же отпрыгнул назад, когда сверху опустилась нога-паук, готовая раздавить его в лепешку. Энджел вытер кровь с глаз. Он ничего не видел — лицо заливало черное, горячее месиво. Чудом увернувшись от очередного удара, он поскользнулся в собственной крови и рухнул на спину. Холодильник занес клешню для добивания. И в этот момент в его корпус прилетела утка. Маленькая, желтая, с писком «пи-пи-пи» — и взрывом, от которого монстра отбросило на пару метров. — Энгель! — заорал Оливер, стоя в дверях гаража. В руках он держал Уткамет, из ствола которого шел дым. — Сдохни, мразь! Он нажал на спуск. Очередь из уток врезалась в корпус холодильника. Взрывы гремели один за другим, окутывая монстра облаком дыма и огня. Но когда дым рассеялся, холодильник всё еще стоял. Корпус был покрыт трещинами, из некоторых мест капала какая-то жидкость, но он держался. Более того — он прикрывал рукой ту самую дверцу морозилки. — Плохие новости! — крикнул Оливер, перекрикивая звон в ушах. — В том гараже, кроме аптечки, топор и две сабли — больше ничего не было! — Плохо дело! — крикнул в ответ Энджел, поднимаясь на ноги. — Черт! — Оливер посмотрел на Уткамет. Ствол нагрелся так, что металл начал краснеть. — Нагрелся! Он посмотрел на холодильника. На его корпус. На дверцу, которую монстр так старательно прикрывал. — Идея! — заорал Оливер. Он рванул вперед. Прямо на монстра. Прямо на клешни, которые уже заносились для удара. — Ты с ума сошел?! — заорал Энджел. Холодильник замахнулся, но Оливер был быстрее. На полном ходу он нырнул под удар, проскользил по асфальту и — ткнул горячим стволом Уткамета прямо в нижнюю дверцу монстра. Металл зашипел. Дверца начала плавиться. Холодильник впервые издал звук — не механический, а живой, похожий на крик боли. Он отпрыгнул назад, прикрывая дверцу руками-клешнями, и попятился. Оливер вскочил на ноги, тяжело дыша. Он посмотрел на бок монстра — градусник был пуст. Никакой синей шкалы. — Могу поклясться, что там был голу... — начал он. Дверца морозилки приоткрылась. — А вот оно что! — понял Оливер. Из дверцы снова потянуло холодом, и снежинка начала формироваться прямо на глазах. Градусник на боку снова начал заполняться синим — медленно, но верно. — Оливер! — Энджел появился перед другом, выставляя палку. — Нужно его отвлечь чем-нибудь! — Он блокирует снаряды? — спросил Оливер, перезаряжая Уткамет (новый бак с яйцами, спасибо оружейному гаражу). — Потом объясню! — рявкнул Энджел, отбивая очередную снежинку. На этот раз палка держала удар, но Энджел закричал. Его ладони, касавшиеся адаптированного дерева, начали гореть — кожа слезала лоскутами, обнажая черную плоть. Оливер, недолго думая, рванул в сторону. Кроссовки-прыгуны вынесли его на максимальной скорости. Он обошел монстра сбоку, зашел за спину — и вогнал катану в щель между корпусом и дверцей. Клинок вошел на пару сантиметров, не больше. Но этого хватило. Холодильник взвыл и развернулся, забыв про Энджела. Клешни взметнулись к лицу Оливера, но парень уже отпрыгнул назад, используя кроссовки. — Энджел! Сейчас! — заорал он. Энджел, чьи руки дымились, собрал последние силы. Снежинка, которую он поймал палкой, замерла на секунду — и он направил её прямо в корпус монстра. Туда, где градусник показывал уже три четверти синего. Снежинка вошла в холодильник. И он начал надуваться. Сначала треснула дверца. Потом корпус пошел рябью. Изнутри послышался звук, похожий на кипение чайника — только в тысячу раз громче. — БЕЖИМ! — заорали Оливер и Энджел одновременно. Они рванули прочь, не разбирая дороги. Оливер прыгал на своих кроссовках, перелетая через ящики и обломки. Энджел бежал, спотыкаясь, прижимая к груди обгоревшую палку. Взрыв настиг их уже за углом. Ударная волна швырнула обоих на землю, засыпала осколками металла, пластика и... льда. Когда они поднялись, холодильника больше не было. Только воронка в асфальте, обломки и дымящаяся лужа какой-то жидкости. — Живой? — спросил Оливер, пытаясь отдышаться. — Похоже на то, — прохрипел Энджел, глядя на свои обгоревшие руки. Они сидели на асфальте, перепачканные кровью, сажей и непонятной жидкостью, и пытались прийти в себя. — У меня... есть сухарики, — сказал Оливер, доставая из кармана помятую пачку. — Давай, — кивнул Энджел. Они молча похрустели сухариками, сидя посреди апокалиптического пейзажа. — Нормальные сухарики, — заметил Энджел. — Ага, — кивнул Оливер. — С беконом. --- Спустя десять минут они брели по дороге, поддерживая друг друга. Оливер припадал на левую ногу, Энджел держал руки перед собой, как енот-попрошайка, и морщился от боли. Издалека показался силуэт. Палкообразный, с хвостом и химическими очками на лбу. — Воооо идут! — донеслось до них. Эдвард, увидев их, сорвался с места и побежал навстречу. Когда он разглядел, в каком состоянии друзья, его лицо вытянулось. — Епт твою мать! Пацаны, чо с вами!? — заорал он, подхватывая Оливера с одной стороны. — Сука! Надо было тоже пойти! — Мы потом расскажем, — выдавил Энджел, пытаясь улыбнуться. Улыбка вышла кривой — из-за сломанного носа. — А-ага, — подтвердил Оливер, сплевывая черную кровь на асфальт. — Потом. Они втроем, хромая и матерясь, двинулись обратно к своей базе. Впереди был отдых, перевязка, и, возможно, обед из сухариков и мутной воды. Но главное — они были живы. А в этом мире, как они уже поняли, это был главный успех. Конец пятой главы.