Золото

Пожалуй раньше Илья думал об окончании карьеры слишком мало. Ещё три года назад он был абсолютно уверен что будет кататься вечно, что прыжки никогда не закончатся и что фанатов никогда не убавится. Сейчас же, со своей высоты, он думает лишь о том каким идиотом был ранее. В свои двадцать четыре года количество его падений может посоревноваться лишь с количеством его медалей, правда медали кажется проиграли эту битву давным давно. Он слабо помнил когда последний раз его прокат был средне-хорош, достаточен чтобы удовлетворить его самого, зато точно мог сказать когда последний раз упустил пьедестал из-за разболевшегося прямо во время проката колена. "Бог квадов" пожалуй никогда не думал о том какие у его божественности будут последствия. Сейчас даже самые простые четверные, которые раньше он вставлял в программу как "балласт" даются ему с трудом. Все чаще прямо во время проката он осознаëт, что больше физически не способен на очередной прыжок такой сложности и заменяет их тройными прямо на ходу. Четверной аксель стал историей, сейчас Илья прыгает его в своих снах и изредко на какой-нибудь тренировке. Сколько бы он ни храбрился, а Владислав Дикиджи про него всë же был прав, тело после него так болело, что игра больше не стоила свеч. Последний раз свою известную семиквадку он делал больше года назад и кажется день когда он еë откатал всë ещё на его памяти самый счастливый. Илья до сих пор первый, но сейчас уже близок к тому чтобы титул уступить. Молодëжь конкретно наступает на пятки. Этого скорее всего стоило ожидать если вспомнить, что его юниорский рекорд был побит ещё в 2026. Выросло новое поколение, поколение которое восхищается не Юдзуру Ханю, а им самим. Четверной аксель конечно не стал достоянием общественности, но сейчас его уже прыгают больше 2 человек во всëм огромном мире. Никто до сих пор не приземлил семь квадов в произвольной программе, никто так и не побил его рекорд по сумме баллов, никто так и не смог войти в историю вместо него, но в этом кажется и была его беда. Илья стал живой историей, и не как Юдзуру или Сакамото, которые не переставали биться за каждый бал до последнего проката, а как парень который перестал выдерживать конкуренцию с молодняком в свои 24 года. На самом деле едва ли справедливо скидывать все на то, что прошло его время, что за сальто теперь дают очки, квады стали минимумом, что вчерашние юниоры катаются кажется в 3 раза лучше чем он мог мечтать в их возрасте, что его больше не узнают на улицах а если это и происходит, то люди из раза в раз делают вид как-будто перед ними почтенный старец. Илья ведь сам приложил ко всему этому руку. Он сам привëл к этому свой любимый спорт. Он совершил революцию. И эта революция была целью всей его жизни, еë смысл и вершина. Но чем выше вершина тем больнее с неë падение. Хуже только когда падаешь с неë медленно, и успеваешь свое падение осознать. А его падение заняло много времени. Череда травм одна за другой. Сначала мелкие, вроде перелома пальца на руке, при неудачном падении, или растяжение какое. Серьëзным все стало тогда, когда Илья не дал всему этому времени чтобы зажить. Травмы вечно болели, мешали концентрации и вели только к новым травмам, но он же упертый. Вы бы перестали делать то что вы делаете когда вы единственный кто на это способен? Илья не перестал. Поэтому уже к 24 годам список его травм мог бы по соперничать с ветеранами фигурного катания. Последняя травма колена уже сейчас беспокоит его не только на льду, а боль в спине кажется никогда не проходит. Все чаще просыпаясь по утрам он думает не о грядущем дне, а о списке таблеток которые ему необходимо выпить чтобы продолжить функционировать хотя бы со стороны. Профессиональный спорт это конечно всегда дело не лëгкое, но Илью с его великим талантом он уничтожил в рекордные сроки. От окружающих он всë чаще слышит вопросы об окончании карьеры, и кажется что никто не верит в то, что он продержится хотя бы еще два года. На каждом интервью вопрос "А не станет ли следующий прокат последним?", "Как вы прокоментируете слухи об очередной вашей травме?", "А вот сейчас, когда конец близок, вы очень сильно плачете по Олимпиаде 2026 года?". Зона смешенных интервью прямо сейчас возглавила его топ "Что я ненавижу в соревнованиях больше всего" хотя признатся, едва ли обыграла лёд. Так же едва ли, как он выйграл последний чемпионат мира. Победа на нëм до сих пор потрясает его до глубины души и он всë ещё иногда просыпается по ночам в неверии, что всë-таки стал четырёхкратным. Недавно для Ильи замаячил последний красный флаг, он сказал Илье об его форме больше чем любые возбухания в интернете. О его планах на конец карьеры спросил папа. Пожалуй он никогда не сможет забыть то с каким лицом он это далал, тот скорчил такое выражение как будто Илья дикий зверь который начнëт брыкатся если слова покажутся ему слишком резкими. И ведь отец был прав, Илья и сам об этом думал. Он в конце концов реалист, прекрасно знает к чему всë идëт, прекрасно знает что следующей программой ему бы поставить что нибудь очень грустное и тоскливое, вспомнить про эмоции на льду и под какую нибудь лирику о тяжести расставания красиво закончить карьеру. Сдаться. Но по его мнению он ещё кое-что мог, у него остался не закрытый гештальт, не достигнутая цель. Эта чертова Олимпийская медаль. Совсем скоро открытие олимпийского сезона, он ближе к возможной победе чем был три года назад, его второй шанс так близко и он не готов от него отказаться. Илья уверен в своих силах, ему нужна золотая медаль и он отказывается уходить без неë.