История трансмиграции болезненного злодея

Джингём был ошеломлён внезапными словами Сухёка и крепко замолчал. Взгляд Сухёка был невероятно тёплым. Хотя была осень и морской бриз был прохладным, в его глазах чувствовалась весна. «Ты выглядишь таким шокированным, что мне почти хочется сказать, что я пошутил…» Рука Сухёка, которая лишь на мгновение коснулась тыльной стороны ладони Джингёма, размялась и обхватила его холодные, покрасневшие пальцы. «Я серьёзно. Я хочу пойти с тобой». «…» «Я тебя смущаю?» «А что, если я скажу, что да?» Сухёк прочитал эмоции, отражённые в светло-карих глазах Джингёма, и горько улыбнулся. Было ясно, что Джингём чувствует себя обременённым. Сухёк это прекрасно видел. «Иногда лучше чувствовать себя немного обузой, чем быть совершенно равнодушным, но, честно говоря, я надеюсь, ты так не чувствуешь». «Что ты имеешь в виду?» «Я просто хочу, чтобы ты принял всё, что я предлагаю, без колебаний… и, может быть, даже моё сердце вместе с этим». «…» Глаза Джингём расширились от шока при внезапном признании Сухёка. Его разум словно опустел, все мысли остановились. Он хотел, чтобы этот момент прошёл, не доводя дело до эскалации. Сухёк внимательно наблюдал за быстро меняющимся выражением лица Джингёма. Было ясно, что он ещё не готов принять Сухёка. На лице Джингёма читались замешательство, смущение и дискомфорт. «Попробуй немного контролировать своё выражение лица». «Я…» «Не принимай решение слишком быстро. Не торопись… хорошенько подумай, а потом дай мне ответ». Джингём не знал, как ответить. Он не ожидал признания и чувствовал себя невероятно смущённым. Он попытался отшутиться, но искренность во взгляде Сухёка сделала это невозможным. Пока Джингём выглядел явно неловко, Сухёк слегка улыбнулся. «Ты знаешь, как сильно покраснело твоё лицо сейчас?» Сухёк положил руку на покрасневшую щеку Джингёма и тихо выдохнул с улыбкой. «Я думал, ты покраснел из-за того, что я сказал, но, видимо, это просто холод. Я удивлялся, почему твои часы так тихо тикают». Сухёк пожалел о своём импульсивном признании. Он не удосужился до конца понять, что на самом деле лежит в сердце Джингёма, прежде чем выпалить это. Он встречал много людей в прошлом, но Джингём был особенным. Его внезапная перемена привлекла внимание Сухёка, но на этом всё могло бы и остановиться. Однако простая и жизнерадостная манера поведения Джингёма продолжала притягивать Сухёка, вызывая одновременно удивление и любопытство. Было ли это потому, что он был другим человеком? Или просто потому, что он был Джингёмом? В какой-то момент всё в Джингёме — его улыбка, моменты замешательства и то, как он, казалось, расслаблялся только рядом с Сухёком — начало производить впечатление. Сухёк не был уверен, когда это началось, но его внимание естественным образом притянулось к Джингёму. Его поражало, что теперь он так сосредоточен на каждом едва уловимом изменении в выражении лица Джингёма. Сухёк никогда не был из тех, кто заботится о чувствах или реакциях других, и это новое самосознание казалось странным. Сожаление по поводу его поспешного признания было недолгим. Мысль о том, что он скоро займет мысли Джингёма, снова осчастливила Сухёка. Будущее, каким бы оно ни было, он мог формировать сам, если сам проложит себе путь. «Я хотел предложить остаться на ночь, но, похоже, это не получится». Джингём, который никогда не думал о том, чтобы остаться на ночь, выглядел удивленным. «Что?» «Ха-ха-ха!» Сухёк от души рассмеялся, глядя на шокированную реакцию Джингёма, и крепко обнял его. «Не волнуйся, если тебе будет некомфортно, я ничего не буду делать. Не стоит так удивляться». Сухёк усмехнулся, наблюдая за Джингёмом, который немного расслабился и слабо улыбнулся. Хотя он и был доволен повышенным вниманием Джингёма к нему, желание большего продолжало расти. Но Сухёк не собирался толкать Джингёма, который и так уже нервничал. «Может, пройдём ещё немного?» Сухёк протянул руку, и после короткого колебания Джингём взял её и встал. Пока они шли, Сухёк игриво покачивал их соединёнными руками, похоже, получая от этого удовольствие. «Он как ребёнок». Джингём находил эту детскую сторону Сухёка странно очаровательной. Это было неловко, потому что Сухёк, которого он знал, был совсем другим. Сухёк всегда был беззаботным и искал развлечений, но теперь он казался совсем другим человеком. И эта разница была интригующей. Когда их взгляды встретились, Джингём на мгновение забыл, как дышать. Сухёк выглядел таким искренне счастливым, и это выражение лица подходило ему лучше всего, что Джингём когда-либо видел. «Можно ли отпустить это? Всё будет хорошо?» Для человека, только что признавшегося в любви, Сухёк выглядел на удивление спокойным. Потенциально неловкая атмосфера быстро вернулась в норму, что Джингём счёл удивительным. Раньше он никогда не чувствовал себя неловко рядом с Сухёком, и теперь он понимал почему. Усилия Сухёка, похоже, сработали, поскольку прежде напряжённая обстановка рассеялась, и Джингём постепенно влился в неё. Пока Сухёк вёл машину, он время от времени поглядывал на Джингёма , который замолчал. Его глаза, прежде внимательные, теперь были закрыты. «Должно быть, он устал». Судя по его цвету лица, Джингём просто был измотан долгой поездкой. Сухёк мягко улыбнулся, глядя на спящего Джингёма. Они планировали остановиться на ужин недалеко от пляжа, но Джингём настоял на том, чтобы поужинать дома, поэтому они отправились обратно в Сеул. Сухёк остановился на обочине. Если бы они продолжили путь, попали бы в час пик, поэтому он отрегулировал пассажирское сиденье, чтобы Джингём мог комфортно отдохнуть во время поездки. Повозившись с незнакомыми элементами управления сиденьем, Сухёк сумел откинуть его назад, не разбудив Джингёма. «Спи спокойно. Приснись мне». Он прошептал эти слова, не издав ни звука. Убавив громкость навигационной системы, Сухёк снова завёл машину. Когда машина тронулась, Джингём неровно выдохнул. Он нервничал, боясь, что Сухёк поймет, что он только притворяется спящим. Его сердце заколотилось, и его умные часы на мгновение замигали. На самом деле, Джингём не устал, но закрыл глаза, притворяясь спящим. Когда сиденье задвинулось, он чуть не открыл глаза от удивления. Он знал, что Сухёк не сделает ничего неуместного, но его привычка проявлять мимолетную физическую привязанность инстинктивно напрягала Джингёма, особенно после недавнего признания. «Что мне теперь делать?» На пляже Сухёк умело разрядил обстановку, но Джингём не мог легко отмахнуться от этого. Сухёк сказал ему не торопиться и подумать, поэтому рано или поздно ему придется ответить. Тем временем Вонбом еще не признался напрямую. Он лишь намекнул на свои чувства, но было ясно, что что-то есть. Это была ситуация, которую Джингём не мог игнорировать. Было тревожно, что и Сухёк, и Вонбом проявили интерес примерно в одно и то же время. Более того, Джингём не знал, как долго он пробудет в этой ситуации, что делало невозможным принятие чувств ни одного из них. Но больше всего его беспокоило возвращение Пэк Джингёма. Если вернётся настоящий Пэк Джингём, чувства Сухёка и Вонбома к нему станут неактуальными. Вонбом может даже вернуться к тому, по кому он так тосковал, оставив Джингёма (точнее, Джинву) свободным жить той жизнью, о которой он всегда мечтал. «Но… разве я когда-то не желал, чтобы он просто умер? Я не собираюсь так легко отпускать это». Если бы он не услышал от Чон Санхо, он бы ничего не знал. Даже получив Вонбома, Пэк Джингём всё ещё может мучить Джинву. Сколько бы он ни думал об этом, он не может понять, что сделал, чтобы они оба так себя вели. «…Если бы только я мог остаться здесь». Принял бы он их признания, если бы остался? Сначала Вонбом, который раньше его недолюбливал, вдруг стал добрее. Хотя он всё ещё выглядит бесстрастным или пугающим, когда хмурится, Джингём не думает, что тот причинит ему вред. Более того, он привыкает к тонкой, внимательной заботе Вонбома. То же самое относится и к Сухёку. Поначалу он был настолько непредсказуем, что в это было почти невозможно поверить, но благодаря своим манерам он никогда не переходил черту. «Это просто потому, что я познакомился со многими людьми?» У обоих была довольно гламурная светская жизнь до появления Джинву, хотя с тех пор они держатся на расстоянии от других. Или, скорее, многие люди раньше цеплялись за Вонбома и Сухёка. Вонбом не отталкивал их просто ради удовлетворения своих желаний, в то время как Сухёк принимал их ради собственного развлечения. В результате к Сухёку привязалось больше людей. Брови Джингёма слегка нахмурились, настроение испортилось. «Почему меня это должно волновать?» Джингём подавил вздох и сложил руки. Неважно, с кем они встречались или что происходило в прошлом, это его не касалось, но он всё равно чувствовал необъяснимое расстройство. «Главное, чтобы у меня всё было хорошо». То, что он получал признания, не означало, что он должен начинать отношения. Он пришёл к выводу, что пока он остаётся сосредоточенным, всё будет в порядке. Он также боялся, что если будет слишком много думать, то его могут затянуть в водоворот событий, так и не решив ни одной проблемы. Пытаясь прояснить мысли, Джингём собирался притвориться спящим, но в какой-то момент он действительно уснул. Вскоре знакомый звонок мобильного телефона заставил его веки приоткрыться. Медленно моргнув, Джингём нащупал телефон и ответил. Это был Джинву. Он вдруг вспомнил, что забыл отправить сообщение раньше. Прочистив хриплый голос, Джингём ответил на звонок. «Да, Джинву». Когда Джингём ответил, Сухёк ещё больше приглушил и без того тихий звук навигации. Глупая улыбка расплылась по его лицу, когда он наблюдал, как Джингём изо всех сил пытается не заснуть во время разговора. — Я сегодня уезжаю пораньше. Давай поужинаем вместе. «Правда? Хорошо. Но я тоже сейчас не дома, так что, наверное, вернусь примерно в то же время, что и ты». — Ты всё ещё не дома? Наверное, усердно учишься. Не переусердствуй и не иди домой слишком рано. После захода солнца будет холодно. «Да, я сейчас возвращаюсь. Увидимся позже». После окончания разговора Джингём опустил руки и безучастно уставился в окно. Солнце, которое раньше было высоко, теперь наклонялось в сторону. «Секретарь Пэк?» «…Да. Он сегодня уходит с работы пораньше». «О? Это хорошо». Сухёк с лёгкой улыбкой взглянул на Джингёма и тихо спросил: «Кстати, почему ты не сказал, что ты со мной?» «…Просто так». Глаза Сухёка сузились, услышав слегка понижающийся голос Джингёма. Раньше Джингём подробно рассказывал бы об их местонахождении, но теперь, повесив трубку, Сухёк расплылся в улыбке. «Можно я переведу это по-своему?» «Что ты имеешь в виду?» «Так, как мне нравится». Улыбка Сухёка выглядела настолько искренней и счастливой, что Джингём не смог заставить себя сказать больше. * * *