История трансмиграции болезненного злодея

«…Что?» Вздрогнув от внезапных слов Вонбома, Джингём крепко сжал кулаки. Почему разговор принял такой странный оборот? Ещё мгновение назад он делал ему комплименты, называл его красивым. Так почему же теперь это превращается в разговор о любви? Он добровольно сел в машину Вонбома, решив всё прояснить, пока у них есть возможность встретиться. Он решил сказать ему, что не может ответить взаимностью. Но внезапность всего этого лишила его дара речи, разум опустел. «И это всё? Мне следует отказать ему прямо сейчас? Или… он просто говорит это между делом? Что происходит?» Взгляд Джингёма беспокойно блуждал по сторонам, не в силах ни на чём сосредоточиться. Его тело, удобно расположившееся, застыло в неловкой позе. Увидев его совершенно очевидную реакцию, Вонбом слабо и горько улыбнулся. Он выпалил что-то о свиданиях тому, кто совершенно не был к этому готов. Он понимал, почему Джингём выглядел таким растерянным. Но, глядя на выражение лица парня, Вонбом мог догадаться, какой ответ тот получит. Не желая, чтобы это само собой вырвалось из его уст, он встал. «Если у тебя нет на примете места, я тебя куда-нибудь отвезу». Вонбом вышел первым, а Джингём поспешно последовал за ним с тревожным выражением лица. Зная, что в машине будет водитель, Джингём решил, что лучше сказать то, что нужно. Схватив Вонбома за рукав, он остановил его. «Э-э… ​​о том, что я тебе нравлюсь…» «Я бы предпочел услышать твой ответ позже». «Скажу сейчас!» «А ты не можешь сказать мне после свидания?» Джингём сглотнул, горло пересохло. Тихий, спокойный голос Вонбома не звучал ни угрожающе, ни пугающе — словно он и так этого ожидал. Опустив взгляд, Джингём увидел, что смотрит в землю. Его длинные ресницы обрамляли опущенные глаза. На мгновение в глазах Вонбома мелькнул опасный блеск. «Вот так…» Если чувства Джингёма не изменятся, даже после целого дня, проведённого вместе… разве он не может просто взять то, что хочет? Если он прикует его тонкие руки и ноги, запрёт его в доме. Джингём не пострадает, не будет в опасности. Персонал со всем справится. Жить в одной комнате будет не так уж и плохо. В конце концов, он уже знал, каково это – жить в больничной палате. Он мог предоставить ему комнату с окном, выходящим наружу. Затем, когда Джингём постепенно откроет ему своё сердце… шаг за шагом… «Хён?» Голос Джингёма вывел Вонбома из опасных мыслей. «…» «Не мог бы ты… отпустить мою шею?» Рука Вонбома каким-то образом тянулась к шее Джингёма. Хотя он не сжимал её, его тонкая шея легко помещалась в его ладони. «О, на тебе была муха». Вонбом слегка провёл большим пальцем по шее Джингёма и отпустил его. На мгновение, если бы Джингём не заговорил, он мог бы осуществить свой план. Если бы он сделал так, как ему вздумается. Джингём, вероятно, никогда больше не показал бы ему эту беззаботную улыбку. «…Если подумать, сегодня тоже…» Он не видел той улыбки, которую обычно демонстрировал Джингём на пятничных ужинах со всеми. Как бы сильно он ни хотел увидеть Джингёма, желание снова увидеть эту улыбку было ещё сильнее. «Раньше он так легко улыбался». Сегодня он увидел лишь пустое выражение его лица. Даже во время еды он казался погруженным в свои мысли. Внезапно его охватило чувство решимости. «Сегодня я снова увижу это лицо». Выражение, которое, вероятно, стало началом всех его чувств.

***

Они прибыли в Вольмидо. Вонбом привёз его сюда, потому что помнил, как сильно Джингёму понравилось здесь в прошлый раз. Хотя в прошлый раз всё закончилось тем, что он потерял сознание. Тогда было жаркое лето, а сейчас прохладный ветерок пронизывал воздух. Несмотря на то, что он был одет достаточно тепло, Джингём дрожал от порывов ветра. Увидев это, Вонбом накинул на плечи Джингёма своё пальто. «…Пальто тёплое, но тяжёлое». «Ты слаб, если оно такое тяжёлое…» «Оно не тяжёлое!» Перебил Джингём, повысил голос в знак протеста. Он добавил объяснение. Сказав, что оно просто тяжелее, чем то, что он обычно носит, но не настолько, чтобы он не мог идти. Поездка была некомфортной, присутствие водителя создавало напряжённую атмосферу. Теперь, оставшись наедине с Вонбомом и чувствуя его доброту, Джингём почувствовал, что ему нужно что-то сказать — поэтому он упомянул вес пальто, не ожидая такого быстрого ответа. Обычно он бы вежливо отказался носить пальто. Но сегодня, чувствуя себя упрямым, он просунул руки в рукава и застегнул его до конца. Увидев, как из-под подола выглядывают его туфли, он слегка сморщил нос. Когда Вонбом носил его, пальто доходило до колен. На Джингёме пальто было практически до пяток. Если бы оно было длиннее, оно бы касалось земли. «Кажется, сегодня холодно. Вокруг мало людей. В прошлый раз было так многолюдно», — заметил Джингём, оглядываясь. Действительно, было гораздо тише, чем в прошлый раз, вероятно, из-за времени года, хотя удивительно, насколько пустым казалось это место. Они шли по той же тропинке, что и раньше. Они прошли мимо аттракциона «Викинг», где в прошлый раз катались только они трое. Даже в холодную погоду на нём катались люди. «Тогда мне очень хотелось прокатиться… Если бы я это сделал, мы бы, наверное, сразу поехали в больницу, не осмотрев всё вокруг». Увидев «Викинга», ему больше не хотелось на нём кататься. Даже мини-«Викинг» довёл его пульс до опасного уровня. Если бы он прокатился на нём, он бы, наверное, закричал и попросил сойти на полпути. «О! У меня ещё есть фотография с прошлого раза, когда мы катались на «Викинге». Может, пришлю тебе позже?» «Конечно». «Тогда было очень весело». Голос Джингёма смягчился, в нём появилась тоска. У него было предчувствие, что он больше никогда не сможет собрать всех для чего-то подобного. В его глазах мелькнуло легкое сожаление, он хотел бы сделать больше фотографий тогда. Вольмидо был его первым настоящим выходом из дома после прошлой жизни, воспоминание, которое он не мог забыть. Это также был его первый опыт общения с такой группой людей. «Спасибо, что позволил мне присоединиться к корпоративному ужину, хотя я был всего лишь младшим сотрудником». Вонбом остановился, и Джингём, который двинулся вперед, повернулся к нему лицом. Порыв ветра тряхнул длинные волосы Джингёма. С тех пор, как он выписался из больницы, он их не стриг, поэтому теперь они ниспадали до плеч. Он попытался убрать волосы с лица, но пальто постоянно мешало. Тем временем Вонбом, стоя перед ним, протянул руку и аккуратно поправил растрепанные волосы Джингёма. «Это я должен тебя благодарить. Было весело». Эти воспоминания были бесценны не только для Джингёма, но и для Вонбома. Для Вонбома это был первый раз, когда он бесцельно бродил, без всякой цели. Обычно он неустанно стремился к своим целям и всегда считал, что любое потраченное впустую время — пустая трата. Даже корпоративный ужин был спонтанным решением, вызванным тем, что Сухёк увидел Джингёма на работе. Оглядываясь назад, он понял, что даже его действия в тот день были для него необычными. Обычно он ненавидел тратить время впустую. Но он зашёл в кафе далеко от офиса просто за кофе. Подождал, пока Джингём закончит работу, и разозлился, когда другой парень осмелился подойти слишком близко. Вспоминая эти моменты, в его памяти промелькнуло множество сцен. Прошло меньше года, но накопилось бесчисленное количество воспоминаний. «Если бы я первым проявил интерес, ты бы сейчас жил у меня?» «…Нет». После короткой паузы Джингём заговорил с убеждением в голосе. Даже если бы Вонбом поступил с ним так же, как Сухёк, он никогда бы не смог отдать ему своё сердце. Для Джингёма Вонбом был главным героем «Серый», противником Джинву и тем, кого он не мог заполучить, как бы ни старался. С самого начала для Вонбома не было места в сердце Джингёма. Его позиция оставалась неизменной с самого начала и до этого момента. «Я очень ценю всю поддержку и внимание, которые вы оказывали мне и Джинву до сих пор. Я верю, что однажды мне придётся отплатить вам за вашу доброту. Но на этом всё заканчивается… наши отношения, я имею в виду». Не в силах смотреть прямо на Вонбома, Джингём низко склонил голову. Он с трудом скрестил руки, скрытые длинными рукавами пальто. «…Прости». Вонбом, который до этого смотрел на макушку Джингёма, тихо произнес: «Ты сказал, что скажешь это после свидания, но оно закончилось так быстро». «…» «Неужели так всё и будет? У меня даже не было шанса по-настоящему постараться, а меня вот так отвергают?» Джингём не мог ответить. Он никак не мог понять, что сейчас чувствует Вонбом. Он никогда раньше не оказывался в подобной ситуации. «Подними голову. Я не могу видеть человека, который мне отказывает, таким подавленным… Что мне делать, если ты выглядишь так, будто вот-вот заплачешь?» Джингём поднял голову, его лицо было искажено сожалением, и казалось, что он вот-вот расплачется. Его большие глаза затрепетали, словно вот-вот должны были пролиться слезы. «Я хотел отвезти тебя домой… но я не могу этого сделать». В тот самый момент, когда он говорил. Джингём заметил Сухёка, идущего к ним с угрожающим видом, и губы Вонбома изогнулись в горькой улыбке. Он ожидал его появления, но момент казался почти слишком идеальным. Как ему удалось появиться именно в этот момент? Вонбом, не желая, чтобы всё так закончилось, медленно перевёл взгляд обратно на Джингёма. Джингём, всё ещё глядя на него влажными глазами, покраснел от холода, у него румянец на носу и щеках. «Раз уж ты расстроен из-за отказа, я прощу тебя на этот раз». Улыбаясь так, будто цинизма и не было, Вонбом протянул руку и схватил Джингёма за затылок, притянув его к себе для поцелуя.