История трансмиграции болезненного злодея

Повесив трубку, Джингём тихо сидел, погруженный в размышления, пока его не охватил необъяснимый всплеск гнева. Ему казалось, что Вонбом и Сухёк постоянно манипулируют им. Кулаки сжались , а глаза горели решимостью. «Почему всегда мне приходится с этим разбираться?» Внезапно возмущенный, Джингём выбежал из комнаты, оглядывая гостиную в поисках Сухёка. Не найдя его там, он направился на кухню, где персонал готовил ужин. Поздоровавшись с ними, он повернулся к лестнице. Большинство комнат на первом этаже были обустроены для его удобства, а значит, комната Сухёка, скорее всего, находилась на втором этаже. «Уф». Хотя ноги болели от ходьбы и поездок, это не остановило его от подъема по лестнице. Вцепившись в перила, он поднялся на второй этаж и огляделся. «А где его комната?» Сожалея о своём предыдущем решении отказаться от предложения госпожи Чон провести его, он решил проверить каждую комнату по очереди. Как раз когда он собирался начать, он вспомнил о записке, которую потерял накануне, и направился в кабинет. «Надо было сказать ему об этом раньше…» Записка могла быть важна для Сухёка, поэтому он внимательно обыскал этаж, гадая, не пропустил ли он её в вчерашней суматохе. Но, как и ожидалось, её там не было. Разочарованно цокнув языком, он огляделся и заметил белую записку, застрявшую в держателе для заметок на столе. Быстро подойдя, Джингём проверил записку. «Пэк Джингём». На ней было аккуратно написано его имя. Нашёл ли его Сухёк или госпожа Чон, он уже стоял на своём месте, что немного подняло настроение Джингёму. Неосознанно улыбнувшись, он вслух произнёс своё имя: «Пэк Джингём», но тут же сдержался и быстро отвёл взгляд. Повернувшись, чтобы выйти из кабинета, он увидел сейф, который заметил вчера. «…Плохая идея». Открывать чужой сейф было явно неправильно, но любопытство не давало ему покоя. Может, в нём хранятся секреты Сухёка? Сидя, скрестив ноги, перед сейфом, он пристально смотрел на сенсорную панель. «Я слышал, что на таких вещах остаются отпечатки пальцев». Он вспомнил из YouTube, что отпечатки пальцев могут помочь определить номера. Прищурившись, он попытался разглядеть какие-нибудь следы, но это было бесполезно. Даже если бы он смог опознать отпечатки, бесчисленные возможные комбинации делали угадывание маловероятным. Кроме того, если бы он попробовал все варианты, его бы не поймали. Поразмыслив немного, Джингём решил проверить знакомое число. «Какой день рождения у Сухёка-хёна?» Но потом он понял, что знает только день рождения Джинву, а не Сухёка или Вонбома. «Даже мой день рождения… Мы просто пропустили его, не так ли?» Хотя это был не его настоящий день рождения, это всё равно был день рождения Пэк Джингёма. Конечно, в то время он был в больнице, но даже после выписки Джинву был слишком занят, чтобы как следует отпраздновать. Дни рождения не обязательно должны быть чем-то особенным, но он сожалел, что не приложил больше усилий к празднованию дня рождения Джинву. «Ах… Я был действительно невнимателен». Почувствовав тяжесть своей небрежности, он покачал головой и снова сосредоточился на текущей задаче. «…Неужели это так?» Наобум он напечатал 1203, свой собственный день рождения. Сенсорная панель запищала, и сейф щёлкнул, открываясь. «…Серьёзно? Зачем использовать мой день рождения для этого?» Хотя он и проворчал, его губы невольно расплылись в улыбке. Осознание того, насколько он стал частью жизни Сухёка, подняло ему настроение. Внутри была всего одна папка с документами. Джингём удивлённо моргнул. Учитывая богатство Сухёка, он почти ожидал золотых слитков или чего-то столь же экстравагантного. Конечно, не для кражи — просто чтобы посмотреть. Вид одинокой папки в большом сейфе показался ему несколько разочаровывающим. «Может, это документы на дом? Или на землю?» Это могло бы оправдать такой большой сейф. Когда он потянулся за папкой, другая рука хлопнула его по запястью. «Эй!» Открытие сейфа уже было нарушением личной жизни. Заглянуть внутрь сейфа было бы перебором. Он решил на этом остановиться и начал закрывать сейф. Вдруг голос позади него заставил его замереть на месте. «Можешь посмотреть, если хочешь». «ААА!» Вздрогнув до предела, Джингём схватился за грудь, сердце бешено колотилось, казалось, вот-вот остановится. «Джингём!» Вздрогнув, Сухёк быстро посмотрел на часы Джингёма. Пульс пульсометра подскочил до 120 за считанные секунды, и он без колебаний подхватил Джингёма на руки. «Всё в порядке, всё в порядке! Правда! Я просто испугался, вот и всё!» «Разве бывает день, когда ты не говоришь, что с тобой всё хорошо?» «Эй, моё сердце буквально связано с моей жизнью. Если что-то не так, я обязательно скажу об этом!» Всё ещё не убеждённый, Сухёк сильно нахмурился. Преувеличенно вздохнул и отнёс Джингёма — не в его комнату, а в свою. Он осторожно уложил Джингёма на большую кровать и положил руку ему на грудь. «Я шумел, когда вошёл. Я даже постучал». «…Я не заметил». «Похоже, всё твоё внимание было приковано к сейфу, да?» Джингём слегка повернул голову, не в силах встретиться взглядом с Сухёком. Пойманный с поличным, он не мог смотреть на него. Если бы только он мог исчезнуть на месте, он бы это сделал. Хотя его пульс должен был вернуться к норме, он упорно оставался выше 100, заставляя Сухёка недовольно хмуриться. «Мне придётся поискать, как перестать постоянно тебя пугать. Если так будет продолжаться, моё сердце сгорит раньше твоего». «Разве ты не должен был отдыхать в своей комнате? Почему ты был в кабинете?» «Я пошёл тебя искать, но потом вспомнил, что вчера оставил там записку. Хотел проверить, смогу ли я её найти…» «Я уже нашёл её. Ты видел, что там написано?» Джингём кивнул. «Я был удивлён. Я думал, это что-то важное, но там было только моё имя. Зачем ты это написал?» «Потому что это важно. Ты, Пэк Джинём, важен для меня». Некогда молчавшие часы издали ещё один предупреждающий сигнал. Джингём поспешно прикрыл его, но слабый звук, доносившийся из устройства, выдал его. «…» Даже не глядя, он чувствовал неотрывный взгляд Сухёка. Неловко откашлявшись, Джингём повернул тело набок. Сухёк последовал за ним, забираясь глубже в кровать. «Эти часы очень удобны. Хотя, мне бы и не нужно было их замечать…» Как и ожидалось, уши и шея Джингёма покраснели. Его откровенность была почти несправедливой. Сухёк положил два пальца на руку Джингёма, медленно скользя к запястью, словно совершая прогулку. Ощущение щекотки, и Джингём взмахнул рукой, но рука Сухёка настойчиво вернулась, остановившись на его тонком запястье. Его пальцы слегка коснулись кожи, прежде чем обвиться вокруг неё. «Джингём, давай встречаться». «…» «Ну же, пойдем со мной на свидание. Я буду хорошо к тебе относиться. Я не причиню тебе боли и не заставлю тебя страдать». «…» «Давай будем вместе». Сухёк повторял свою просьбу — «встречайся со мной», «будь со мной», «давай будем вместе» — снова и снова, словно решив не останавливаться, пока Джингём не ответит. Хотя он заранее подготовил целую речь, его мысли были настолько поглощены Джингёмом, что из него вырвались только эти слова. Большим пальцем Сухёк нежно поглаживал внутреннюю сторону запястья Джингёма, его губы приближались к уху, чтобы прошептать. Он даже провел рукой по затылку Джингёма, намеренно касаясь скрытой кожи под волосами. Везде, где Сухёк касался, Джингём чувствовал зуд и прилив жара. Пораженный наглостью Сухёка, Джингём напрягся и вырвал его руки. Он пришел сюда, чтобы выразить свое недовольство тем, что всегда находится во власти Сухёка. Но снова сам стал жертвой его влияния. Джингём пристально посмотрел на него, широко раскрыв глаза и выразив решимость. «Если ты хочешь встречаться со мной, ты ни в коем случае не можешь делать ничего без моего согласия! Ты сказал, что не будешь делать ничего, что мне не нравится, но ни разу не сдержал этого обещания!» «Не сдержал?» Ответ Сухёка был настолько невинным, что Джингём ещё сильнее нахмурился. «Да, ты! Конечно, я ничего не мог поделать с этой поездкой в больницу, но я всё равно её ненавидел!» «Тогда тебе не стоило вообще пострадать». «И отправлять Джинву подальше! Это тоже!» «Это уже давно не новость. К тому же, ты согласился разобраться с этим, раз уж проценты накопились. Это было не моё решение». Не в силах возразить, Джингём снова попытался отстоять свою позицию. «Дело не только в этом! Вчера ты взял мой телефон без разрешения, отправлял странные сообщения Вонбому-хёну и даже не вернул его как следует! И поцеловал меня, не спросив разрешения!» «Насчет телефона, прости. Я приревновал, когда услышал, что он приедет, и поступил опрометчиво». «…Ну, если ты так легко извиняешься, то ладно». Джингём неохотно кивнул. «Но поцелуй? Я не извиняюсь за это. Я действительно хотел этого. Прямо сейчас». Сухёк наклонился и легонько прижался губами к губам Джингёма. Ранее он избегал поцелуев из-за пореза на губах, но поскольку во время ужина всё прошло нормально, он решил, что нежный поцелуй не повредит. «Видишь?! Ты опять это делаешь!» «Ничего не могу поделать. Кто тебе сказал быть таким милым?» Джингём, потеряв дар речи, открывал и закрывал рот, как рыба. «Хорошо, хорошо. Буду вести себя прилично». «Ложь!» «Нет, правда. Я докажу. Что ещё мне нужно сделать, чтобы ты согласился со мной встречаться?» «Ну… никаких секретов между нами, никаких необоснованных требований — просьбы допустимы. Мы должны заботиться о семьях друг друга… всё такое! В этом и смысл свиданий!» Замолкнув в конце, Джингём внезапно повысил голос. «Если ты спросишь, я честно отвечу на всё. Никаких секретов. И если у тебя есть просьбы, я их приму. Даже заботу о секретаре Пэке — я тоже это сделаю». «Что?» Джингём моргнул, поражённый тем, как быстро Сухёк согласился. Он ожидал, что тот будет колебаться по поводу условий, но вместо этого Сухёк принял их без труда. «Просто». Встав, Сухёк открыл ящик у кровати и вытащил кредитный документ. «…Зачем он здесь?» «Потому что он важен». «Да, но он…» Прежде чем Джингём успел договорить, Сухёк разорвал бумагу пополам. «Зачем ты это рвёшь?!» Джингём вскочил, ошеломлённый. Этот документ стоил таких денег! Невозмутимый Сухёк ещё сильнее измельчил его, пока тот не стал неузнаваемым. Затем положил обрывки в открытую ладонь Джингёма. «С сегодняшнего дня мы официально пара». Когда Сухёк улыбнулся ему, Джингём побледнел. Чередуя взгляды между обрывками бумаги и лицом Сухёка, он громко закричал: «Что ты, чёрт возьми, делаешь?!» «Ты сказал, никаких требований, только просьбы. Я следую этому правилу». «Но ты даже не подумал, прежде чем разорвать всё!» «Почему я должен был? Если бы ты попросил этот дом, я бы тебе его отдал». Губы Джингёма дрогнули. «Этот богатый ублюдок!» Он на мгновение забыл. Сухёк был не просто богат — он был невероятно богат, возможно, даже богаче Вонбома. Всё, что сделал Джингём, — это добавил несколько условий, прежде чем согласиться на свидание, и каким-то образом всё вышло из-под контроля. Пока Джингём колебался, Сухёк игриво поднял бровь. «Я не могу просто так это оставить». С самого начала было ясно, что он несерьезно относится к идее отношений. Он просто был расстроен, вот и все. «Поэтому я специально разорвала вексель. Когда он сказал, что мне не стоит ничего ожидать, это первое, что пришло мне в голову. Разорвать его было легко, потому что я изначально не собиралась брать эти деньги. Я мог бы хотя бы сделать вид, что думаю об этом, чтобы показать, чего хочет Джингём, но я не хотела. Теперь мои действия отражают мои истинные чувства. Вместо того чтобы бросаться в это с половинчатым энтузиазмом. Сухёк предпочитал подождать, пока Джингём действительно этого захочет — пока он не сможет должным образом принять его чувства. Как будто это когда-нибудь произойдет». Все это было просто логическим рассуждением. Как бы Джингём ни утверждал, что просто подшучивает, Сухёк ни за что не упустит эту прекрасную возможность. «С нетерпением жду, дорогой». Сухёк подмигнул, и у Джингёма отвисла челюсть, он отчаянно замахал руками. «Нет! Я не это имел в виду!» Но вскоре Джингём оказался в объятиях Сухёка, тщетно пытаясь сопротивляться уже начавшемуся процессу.