Ты меня бесишь | Волки не ходят поодиночке | 狼行成双

Цю И сегодня закончил позже обычного. Чтобы не тратить время дома, он принял душ прямо в общежитии для персонала. Стоило ему выйти и сесть на велосипед, как дорогу преградила машина Шо Мань. — Садись, подвезу. — Не надо, сегодня тепло, — Цю И даже не шелохнулся. Эта женщина была настоящим трудоголиком, раз торчала в ресторане до такого часа. — Кончай ломаться, залезай, — Шо Мань нахмурилась. Они простояли так пару минут. Уезжать она явно не собиралась, так что в итоге Цю И пришлось снова закинуть велосипед в кузов и сесть на пассажирское сиденье. — Вечно ты как девчонка ломаешься, — мельком глянула на него Мань-цзе. — С такой огромной коробкой ты бы на своем велике только до первого поворота доехал. Цю И усмехнулся. В кузове рядом с велосипедом лежала коробка с гоночной машинкой на радиоуправлении — Цю Янь мечтал о ней целый год. — Подарок? — спросила Шо Мань. — Девушке? — Брату на день рождения. — Надо же, брату, — она улыбнулась. — А я-то думала, у тебя кто-то появился. — Угу, — коротко отозвался Цю И. Похоже, Сяо Мань хотела ещё спросить, есть ли у него вообще девушка, но объясняться ему было лень. Проезжая мимо круглосуточного супермаркета, Шо Мань резко затормозила и бросила: «Жди здесь», после чего скрылась за дверями магазина. Цю И невольно глянул на часы. Сегодня он возвращался совсем поздно. Отец, скорее всего, уже лег, но Цю И привык сам помогать ему перебираться в постель. Вскоре Шо Мань вернулась с пакетом. — Это твоему брату. В такое время уже ничего толкового не купишь, но детям ведь обычно шоколад нравится? Цю И на мгновение замешкался, но пакет взял: — Спасибо, Мань-цзе. — Да ладно, — отмахнулась она. — Подарок родственнику сотрудника — это нормально. Когда он вернулся домой, в комнате отца уже было темно. Цю И тихо приоткрыл дверь. Отец лежал в постели. — Я уже лег, не возись со мной, иди отдыхай, — прошептал он. — Угу. — Цю И всё равно зашел, поправил одеяло и только после этого пошел в свою комнату. На этот раз Цю Янь спал честно. Но когда Цю И в темноте начал переодеваться, тот всё равно проснулся от шороха: — Братик... — Спи давай, — Цю И стянул верхнюю одежду и надел футболку. — Это мой подарок? — Цю Янь протер глаза и включил настольную лампу. — Если не будешь спать, вообще ничего не получишь, — Цю И распаковал коробку и положил машинку брату на одеяло. — На, посмотри и засыпай. Завтра поиграем. — Машинка! — Цю Янь подпрыгнул, скинув одеяло. — Спать собираешься? — Цю И щёлкнул его по голой ноге. — Собираюсь, — тут же втянул ноги под одеяло Цю Янь и принялся водить рукой по машинке. — Ты ведь поиграешь со мной завтра? — Поиграю. Цю И сел за стол и по привычке потянулся к книжной полке. Но стоило ему открыть книгу, как взгляд упал на новую ручку, лежавшую на столе. — Это откуда? — Друг подарил на день рождения, — гордо заявил Цю Янь, сделав ударение на слове «друг». — Ого, — Цю И усмехнулся и покосился на него. — У тебя, оказывается, уже друзья есть? А я-то думал, у тебя только одноклассники да соседи… Ручка недешёвая. Твой друг дома вообще в курсе, что тебе такие подарки покупает? — Мой друг не ребенок, — Цю Янь прижал машинку к себе. — Он твоего возраста примерно. — Как я? — Цю И посмотрел на него внимательнее. — И где вы познакомились? — На улице, — ответил брат. — Он классный. У него скоро соревнования, он сказал, чтобы ты меня привел посмотреть. — Соревнования? Какие соревнования?  — По теннису! — Цю Янь замахал руками. — Братик, ты ведь отведешь меня? Цю И почувствовал, как внутри всё похолодело. — Как, ты говоришь, зовут твоего друга? — Даху (Большой тигр), — Эрбао замялся, заметив, как потемнело лицо брата. — Он сказал... он сказал, что мама на фигурке очень красивая... Цю И резко встал: — Ты притащил его СЮДА? Домой? Цю Янь вздрогнул и с головой спрятался под одеяло: — Прости! Но я не говорил ему свое имя! — Идиот! — Цю И сорвал с него одеяло. — Зачем ему твое имя, если он теперь знает, где мы живем?! Цю И вылетел из комнаты и распахнул дверь к отцу. — Отец, Эрбао сегодня кого-то приводил? — Ну да, друга, — отец открыл глаза. — Ты чего шумишь? Опять его ругаешь? — Да за дело! — Цю И сжал кулаки. — Кто это был? Как он выглядел? — Да студент какой-то, в спортивном костюме. Вежливый парень, посидел немного и ушел, — вздохнул отец. — Мелкий так радовался, я и не стал расспрашивать... — Имя? — Да... Даху. Цю И саркастично поднял большой палец: — Поздравляю, вы с ним два сапога пара. — Да не дави ты на него так, — отец посмотрел на него. — Ему всего восемь, он ребёнок… — Пап, — Цю И присел у кровати на корточки, — я не потому, что слишком строгий. Просто меня почти никогда нет дома, а дома остаётесь только ты и Цю Янь. Самый что ни на есть комплект из старика, ребёнка и инвалида. Даже если вашу боеспособность сложить и умножить на десять, вы всё равно не потянете даже мой мизинец. И при этом вы спокойно впускаете домой человека, с которым познакомились на улице, даже не узнав, кто он такой. Как я, по-твоему, должен к этому относиться? Отец промолчал, тяжело вздохнул и закрыл глаза: — Прости меня. Я подвел тебя. — Ну хватит уже, сил нет это слушать, — Цю И поправил ему одеяло. — Спи. Вернувшись к себе, он увидел, что Цю Янь стоит у стены в одних трусах и майке, понурив голову. Услышав шаги, малец опасливо покосился на брата. — Где вы познакомились? — Цю И накинул на него кофту и сел на стул. — На улице разболтались, — тихо пискнул Эрбао. — И ты сразу притащил его домой? — Нет, — пацан шмыгнул носом. — Я ему позвонил просто поболтать, а он услышал про день рождения и сам пришел... — Позвонил? С отцовского телефона? Цю И принес мобильник отца. В списке был один единственный исходящий на незнакомый номер. Цю И быстро переписал цифры в свой телефон. — Товарищ Эрбао, — Цю И присел перед Цю Янем на корточки и обнял его за плечи, — я ведь тебе говорил: не разговаривай на улице с незнакомыми людьми и не приводи их домой. Говорил? — Я был неправ, — слёзы снова потекли по лицу Цю Яня, одна за другой зависая на подбородке. — Давай так, — Цю И пальцем подцепил одну из слезинок, — если ты и в следующий раз захочешь привести этого Да… Да… Даху домой, то делай это только в выходной, когда я дома. Идёт? Я тоже посмотрю на твоего друга. — Угу, — изо всех сил закивал Цю Янь и вдруг повернулся к нему. — Так мы и на соревнованиях его увидим. — На выходных — да, я смогу тебя сводить, — Цю И хлопнул его по попе. — А теперь умываться и спать.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

До турнира оставалось два дня. Соревнования проходили в их городе, так что ехать никуда не пришлось. Бянь Нань был в паршивом настроении, а вот Вань Фэй, наоборот, светился как начищенный чайник. На разминке он носился по корту и специально лупил Наню под лево. — Бэкхенд! — орал Фэй. — Красиво! Нань дождался, пока тот выйдет к сетке, и технично перекинул его свечой с обратной круткой. — Офигенно! — снова закричал Вань Фэй. — Долбоёб, — пробормотал Нань. На трибунах было много девчонок, и поведение друга его откровенно бесило. Когда после тренировки они пошли переодеваться, Бянь Нань не выдержал: — Ты что сегодня, дерьма нажрался? Чего тебя так прёт? — Ага! Нажрался! — Вань Фэй радостно закивал. — В следующий раз и тебе отсыплю. Бянь Нань немного посмотрел на него с унылым выражением: — С таким как ты Сюй Жуй даже ослепнув не поведётся… — Эй! Не говори так уверенно! — Вань Фэй не обиделся, а только со смехом хлопнул его по плечу. — Хочешь знать, почему я рад, как будто правда дерьма нажрался? — Уже догадался, — цокнул Бянь Нань. — Она согласилась прийти на твой матч? — Именно! — Вань Фэй хлопнул в ладоши, закинул сумку на плечо и чуть ли не вприпрыжку вылетел из раздевалки. Вань Фэю Сюй Жуй нравилась по-настоящему. И что хуже всего — нравилась уже подозрительно долго. К лету будет почти год. С Бянь Нанем это не шло ни в какое сравнение. Даже его история с Чжан Сяожун уже могла считаться аномалией, но с тех пор, как он тогда на пешеходной улице просто бросил её и ушёл, он больше к ней не лез. Его интерес к Чжан Сяожун испарился так же быстро, как и появился. Интерес пропал. По крайней мере, именно так он сам себе это объяснил. Так что в день матча, когда Вань Фэй, хлопнув его по плечу, сказал: «Ты всё равно не поймёшь, каково это — ждать, что она придёт», Бянь Нань честно кивнул: — Не пойму. Но ожидание ожиданием, а когда Вань Фэй уже почти выходил на корт, он всё вертел головой в сторону трибун — и Сюй Жуй нигде не было. — Она точно обещала? — Бянь Нань тоже глянул на трибуны. — Точно, — Вань Фэй даже полез показывать ему сообщения. — Блядь, она что, хуже ребёнка? Бянь Нань ничего не ответил. Эрбао-то как раз пришёл. Сидел в первом ряду и ещё недавно с энтузиазмом махал ему рукой. До этого Эрбао успел позвонить и сказать, что они с братом уже приехали на стадион, но сейчас Бянь Наню было вообще не до того, чтобы высматривать, кто из сидящих рядом и есть этот самый Да Бао. Настроение у Вань Фэя заметно сдулось. От того состояния «как будто дерьма нажрался» не осталось и следа. — Наверное, опаздывает, — хлопнул его по плечу Бянь Нань. — Девчонки ведь такие. Пока минут на тридцать не задержатся, им будто женственность не засчитывается. Сейчас придёт. — Угу, — глухо отозвался Вань Фэй. ⟣ · · ⟡ · · ⟢ Их матчи шли параллельно. Бянь Наню попался слабый соперник, и он вел игру вполсилы. А вот Вань Фэй явно расклеился из-за отсутствия подруги. Бился он вяло, счет был позорным. — Идиот, — пробормотал Бянь Нань, вытирая пот. Он и правда не очень понимал, как можно так сдуться только потому, что какая-то Сюй Жуй не пришла. Любишь ты меня, не любишь, люблю я тебя, не люблю — всё это казалось ему чем-то не особенно серьёзным. А уж если это называли любовью и начинали заламывать руки в духе «за любовь и умереть не жалко», так это вообще был цирк. Отец вроде бы прекрасно относился к тёте Линь. Со стороны — прямо любовная драма на полную катушку. А потом — бац — и закрутил с его матерью, объявив это великой любовью, чуть до развода не дошло. В итоге эта «великая любовь» тоже оказалась так себе, и он в конце концов преспокойно вернулся к тёте Линь, снова устроив себе уютную семейную картинку. А мать… о ней и говорить нечего. Хотя она тоже когда-то твердила про «великую любовь» и даже пыталась из-за отца покончить с собой. Выходит, великая любовь — штука удивительно дешёвая. Люди, которые ещё вчера готовы были ради неё помирать, потом как ни в чём не бывало всё сворачивали и шли дальше. Бянь Нань сделал глоток воды и отогнал эти мысли. — Ты же вроде пришла матч смотреть? — Цю И сидел на скамейке у спортивного зала и посмотрел на Сюй Жуй, которая всё это время оставалась рядом. — Ну, вроде того. Но, наверное, его матч ещё не начался, — она улыбнулась и наклонилась, потирая щиколотку. — Ай, как же болит. Цю И молча сходил в ларек, купил два мороженых в стаканчиках и протянул ей: — Приложи. Холод поможет. Сюй Жуй, похоже, просто слишком торопилась и, выпрыгивая из автобуса, неудачно поставила ногу. Сначала Цю И вообще показалось, что её кто-то вытолкнул — она только коснулась земли, тут же подвернула ногу и плюхнулась прямо на задницу. Вообще-то он не собирался в это вмешиваться, но она, подняв голову, сразу окликнула его по имени, и пришлось подойти и помочь ей подняться. — Ты с Сяожун-то общаешься? — спросила она. — Нет. — Поссорились? — она с любопытством заглянула ему в глаза. — Нам не из-за чего ссориться, — отрезал Цю И. Он хотел уйти, но все остальные скамейки были заняты. Пришлось сидеть и слушать её болтовню о том, какая Сяожун ранимая и как она из-за него переживает. Цю И встал, отошел к урне и закурил, повернувшись к ней спиной. — Эй, Цю И! — снова позвала она. — Матчи уже заканчиваются, — прервал он её. — Ты разве не на игру пришла? — Ой, — Сюй Жуй поморщилась. — Да я только пару слов хотела... Ты такой черствый. Сяожун из-за тебя места не находит... — Я просто считаю, что если уж пообещала кому-то, то не надо потом без причины его кидать, — всё так же стоя к ней боком, сказал Цю И. — И к тому же у Чжан Сяожун плохое настроение не из-за меня. После этих слов Сюй Жуй надолго замолчала, а потом неловко выдавила: — Ладно, пойду я, — она поднялась, опираясь на тающие стаканчики. — Выбросишь? А то мне до корта еще ковылять... Цю И взял у неё пакет и уже собирался развернуться, как из дверей стадиона вышла группа парней в форме спортшколы. Форму спортшколы он знал отлично: слева на груди у всех по кругу была белая надпись, и в этой форме они напоминали заключённых. Перед этим он заглянул на трибуны к Эрбао и убедился, что тот самый «Даху» — это Бянь Нань. Увидев сейчас это знакомое лицо, вечно выражающее смесь наглости и раздражения, Цю И невольно усмехнулся. — Можешь не ковылять, — сказал он Сюй Жуй. — Кажется, они уже всё. — Да твою же мать! — Вань Фэй резко остановился, уставившись на Цю И и Сюй Жуй у обочины. В глазах у него аж молнии засверкали. Бянь Нань в это время как раз крутил головой по сторонам, пытаясь выцепить Эрбао — он боялся, что сейчас народ повалит, и он потом не найдёт среди толпы того самого «Да Бао». Но после этого вопля Вань Фэя тоже машинально посмотрел в сторону дороги. — Чё?! — он прищурился, не веря своим глазам. Вань Фэй уже приготовился к рывку, но Нань железной хваткой вцепился ему в плечо. — Тормози! — рявкнул он. — За девку драться собрался? Лао Цзян прямо за спиной идет. Хочешь дисквалификацию — валяй. Но не сейчас. Позже я сам тебе помогу его размазать!