Без обязательств

Сегодняшний день был как никогда спокоен, и Джинн за долгое время никто не вытаскивал из кабинета по всяким пустякам. Обычно были любители прервать её бумажную работу, заявить, что её присутствие срочно необходимо, или сказать, что рыцари игнорируют важное дело, хотя на самом деле всего навсего какая-нибудь парочка поссорилась из-за глупости. Гуннхильдр старалась быть прилежным действующим магистром, чтобы ей гордились, чтобы не подвести Варку и веру жителей Мондштадта в Ордо Фавониус. Потому раз за разом была вынуждена вмешиваться в повседневную жизнь жителей, которые срочно требовали внимания. Какое счастье, что этот день был исключением из правил. Однако у рыцарей всё ещё были свои дела. Тем более, недавно происходили страшные бедствия: дракон Двалин обозлился на их город и Анемо Архонта, вызывая бури и нарушая покой невинных. Джинн не могла быть спокойной в моменты, когда город был под угрозой, потому расслабление было недолгим. Она должна была придумать стратегию, способ договориться с Двалином, понять, что с ним случилось, если вдруг тот не желал им зла на самом деле. Но как можно было достучаться до разъярённого, огромного дракона, летающего высоко в небесах? Как раз эти мысли и прервал Альберих, когда постучался в кабинет к магистру и зашёл внутрь с бумагами в руках.  — Не отвлекаю, Джинн? Я с приятным сюрпризом. — весело говорит Кайя, не выглядя особо озабоченным проблемами Ордо Фавониус. Он гордо протянул стопку отчётов, накопившихся за месяц, ожидая привычной лекции о его безответственности. Альберих не обращал внимания на указы, зная, что являлся правой рукой магистра и его советы были очень дороги, всё-таки его стратегические способности были очень полезны. — Я вижу ты взволнованна. Если будешь продолжать накручивать себя, вскоре нам придётся отвести тебя в Собор. Кто же тогда, если не ты, возьмёт командование? Расслабься, дорогая. Ты можешь довериться своим рыцарям. Помимо того, что капитан кавалерии был одним из умнейших капитанов, он обладал поразительной способностью говорить всё самое нужное в подходящие моменты, успокаивая нервы Гуннхильдр и давая важные советы. Кайя знал все эти свои качества, но понимая свою тёмную натуру не гордился ими. Навыки, служившие рыцарям на руки, когда-то могут обернуться против них самих же, против Дилюка, против малышки Кли…Всего Мондштадта, если бы они знали, кто он такой на самом деле. Джинн тяжко вздыхает, устало закрывая глаза, когда её легко разоблачают. От Альбериха никогда ничего не укроешь. — Спасибо, Кайя. Я…стараюсь, правда. Ваша помощь очень важна для меня. — девушка улыбается, отлепив руки от лица, и кидает взгляд на часы. Кое-кто из капитанов так и не зашёл к ней, хотя они планировали обсуждение. — У меня к тебе просьба. Найди Альбедо и приведи ко мне, он похоже забыл, что должен был зайти ко мне. Хотя очень непохоже на него. Альберих усмехнулся, соглашаясь. Крайдепринц был не из тех, кто забывает про свои обязанности, всегда выполняя всё в заданные сроки, даже раньше, чем необходимо, демонстрируя свою воспитанность и ответственность…В отличие от Кайи. Главный алхимик вообще был чуть ли не единственным из тех, кто посетил абсолютно все собрания капитанов, ни разу не просрочил сроки сдачи отчётов, и ни разу не нарушил ни одного правила из устава Ордо Фавониус. Просто ангел, казалось бы, да и внешность его полностью соответствовала прилежности. Капитан кавалерии находил это не более, чем забавным, наслаждаясь своим прелестным знакомым. — Не переживай, я его приведу. Можешь отдохнуть, тебе бы это не помешало. — напоминает ей Кайя, прежде чем уйти и отправиться на поиски потерявшегося Альбедо.  Если бы он ушёл на Драконий хребет, то обязательно бы, как обычно, предупредил об этом Гуннхильдр, чтобы та была в курсе о его местонахождении. Первым делом конечно он поднялся на второй этаж, хотя был уверен, что Крайдепринца в лаборатории не было. Иначе он бы точно пришел к Джинн, потому что просто не мог забыть о её просьбе. После стука в дверь ответа не последовало, да и ручка не поддалась. Но у Альбериха были свои трюки, к которым он приучился уже очень давно вследствие своей работы. Над вскрытием замка в лабораторию Альбедо даже не пришлось трудиться, хотя в его голове промелькнула мысль, что тот вполне мог наложить алхимическую печать. Видимо всё самое важное было скрыто не здесь. На первый взгляд кабинет алхимика выглядел как обычно: всё было прибрано, книги ровно стояли на полках, изумительные картины висели в положенных местах, и оборудование было чистым. Однако при более тщательном расследовании Кайя увидел пятна на столе, которых бы Крайдепринц в здоровом состоянии не допустил, оставляя после себя идеальный порядок. А уж стоило открыть ящик стола… Похоже, кто-то снова работал ночью и ушёл домой очень-очень поздно. Не составило труда догадаться, что Альбедо сейчас мирно спал у себя дома, даже не подозревая, что сейчас уже полдень.  — Как типично. — подумал капитан кавалерии, закрывая дверь в лабораторию, и спускаясь вниз. — Атос, ты видел, во сколько господин Альбедо покинул штаб Ордо Фавониус? Рыцари на входе поклонились капитану кавалерии, когда тот вышел из здания и обратился к ним. Кайя был уважаемым всеми жителями Мондштадта, и, пожалуй, самым известным из капитанов. Это было вовсе неудивительно, учитывая замкнутость остальных. — На рассвете, сэр. В прошлую ночь он тоже покинул штаб примерно в это время. — докладывает Атос. — Благодарю. Если он придёт раньше меня, передайте ему, что мы с Джинн хотим поговорить с ним. — Альберих спускается ниже, к жилым улицам города, направляясь к знакомому дому. Он был там один раз, и то, только в одной комнате. Далеко не в первый раз Крайдепринц перерабатывал, всем уже было известно о его трудоголизме, выходящем далеко за пределы разумного. Кайя конечно упрекал главного алхимика в этом, но никогда серьёзно не относился к этой проблеме, поддерживая расстояние между ними и установленные границы. Всё ещё не более, чем коллеги, которые иногда трахаются. Просто ради забавы и чувства безнаказанности за свои запрещённые действия. Подойдя к знакомому порогу, Кайя даже сначала засомневался, что пришёл к нужному адресу. Обычно на двери была алхимическая печать, помимо замка, но в этот раз её не было. Либо его не было дома, либо Альбедо настолько был уставшим вчера, что едва ли дополз до дома, что уж говорить о защитной печати. Альберих опять же взломал замок и тихо прошёл внутрь, оглядываясь по сторонам. Обнаружив на полу разбросанную одежду, Кайя понял, что именно по этому пути ему и надо было идти, подходя к самой дальней комнате.  Теория оказалась абсолютно верной. Крайдепринц лежал у себя в постели, прикрытый одеялом, из-под белой ткани выглядывало голое бедро, которое чрезвычайно соблазнило разум Альбериха, заставляя подойти поближе и сесть рядом, рассматривая умиротворённое выражение лица спящей красавицы, слишком уж любившей свои эксперименты…Кстати, о любви к экспериментам.  Кайя быстро разувается и забирается на постель, оценивая главного алхимика с ног до головы, когда осторожно стягивает с него одеяло. Светлые пряди волос раскинулись по подушке, переливаясь на дневном солнце, блещущем из окна. В другой раз он бы наверное не сдержался и пропустил бы эти волосы между пальцев, но сейчас он преследовал цель разбудить Альбедо в подходящий для этого момент. Тот даже не надел пижаму утром, завалившись в постель в одних боксёрах. Хорошо, что хотя бы до кровати дополз. Альберих погладил белоснежные бёдра, прислушиваясь к шелесту пальцев по тёплой коже, и всматриваясь в яркий контраст между ними. Их разница практически во всём была одной из причин, зажигающей огонь в груди. Крайдепринц был заметно меньше Кайи, с мягкими чертами лица, светлые цвета преобладали в его внешнем виде, из-за чего он выглядел словно ангел, даже если в душе был очень взрослым и гениальным человеком. Он был уж точно лучше капитана кавалерии с его гнилой душой, омрачнённой прошлыми деяниями и вечной ложью.  То, что Альбедо спал солдатом, под стать своему хладнокровному и невозмутимому характеру, сыграло капитану кавалерии на руку, когда тот поднял его ноги, заставив отодвинуть одно из бёдер в сторону. Уже в этот момент главный алхимик завозмущался, его брови нахмурились, но тот настолько вымотался, что к трезвому уму не пришёл, продолжив лежать неподвижно, лишь слегка поворочавшись. Альберих тихо посмеялся, устраиваясь между ног, чтобы наклониться к спящему Крайдепринцу и потереться носом о его шею: — Я уверен, что Джинн может ещё немного подождать твоего пробуждения, но точно не я, сладкий. — шепчет Кайя ему на ухо, подкрепив речь укусом, тут же отстраняясь, когда бирюзовые глаза распахнулись. — О, не стоит так пугаться, это всего лишь твой любимый капитан кавалерии… Альбедо в ужасе раскрыл глаза, чуть не подскочив, но ладонь на грудной клетке не дала поднять корпус, заставляя подчиниться и продолжить лежать на месте. Он молча оценил ситуацию, опустив взгляд, да и чувствуя, что ладони Альбериха подозрительно блуждали по его ягодицам, стягивая боксёры. Перчатки упали на простынь прямо рядом с его головой, как доказательство того, что намерения капитана кавалерии были серьёзны. — Господи, ну не в разгар рабочего дня же. — алхимик поднимает ладонь, чтобы толкнуть Кайю в грудную клетку, но тёмная рука отпихивает его светлую. — Серьёзно, Кайя, это слишком.  — То есть, когда ты приходишь ко мне в кабинет за ключами и отсасываешь мне не слишком, а это слишком? Знаешь, ты очень неодноз…Ах. — он прерывается, когда принц Мела поднимает свободную ногу и толкает в плечо, потому вторую руку тоже приходится занять прекрасными бёдрами. Альберих пользуется своим преимуществом в виде глаза Бога и укалывает мягкую кожу крошечным инеем, заставляя зашипеть. — Зачем же так грубо? Тебе понравится, мы с тобой ещё не пробовали куннилингус, но ты не стесняйся.  — Я не стесняюсь, Альберих. Просто мне кажется, что ты сейчас нарушаешь устав по целым двум пунктам. — читает ему лекции главный алхимик, хотя с любопытством наблюдает, как Кайя опускается ниже, не прерывая зрительного контакта с ним, и прижимаясь щекой к его бедру, из-за чего у Альбедо вырывается вздох. — Сними мех с плеча. Щекотно. Капитан кавалерии смеётся и хлопает его по ляжке, выпрямляясь, чтобы расстегнуть застёжки и снять меховую накидку, оставив её на краю. Гораздо увлекательнее, чем раздеваться, было опустить голову к раздвинутым ногам и коснуться губами внутренней стороны бедра, поддерживая его ладонью раздвинутым.  — Признай, что пытаешься раздеть меня. — игриво подшучивает Альберих, целует клитор, замечая, как тут же сжимаются пальцы Альбедо на простыне. Он был открыт для экспериментов, но явно не полностью расслаблен. Слишком интимная поза для обычных коллег, которые просто пару раз занимались сексом. — Меня всё устраивает в твоей одежде. — заверяет алхимик и приглушённо мычит, наблюдая за действиями Кайи. Сам бы он ни за что не решился на куни для кого-то, потому с искренним любопытством смотрел на такого же заинтересованного капитана кавалерии, разве что немного другим делом. Альберих одобрительно поглаживает ногу Крайдепринца и проводит языком по клитору, заставляя вздрогнуть от неожиданно приятных ощущений и застонать. Альбедо одновременно чувствовал и отторжение и притяжение, желая получить большее удовольствие от рта Кайи, когда тот начал совершать более активные действия, не обделяя вниманием. Алхимик упал головой на подушку и восторженно заскулил, когда язык проник внутрь, ладонь капитана кавалерии мягко надавила на его живот, после поглаживая. Член отреагировал на ласки, поднимаясь, пока принц Мела мог только дрожать под Альберихом и шептать его имя как молитву, чтобы мотивировать продолжать дальше. Альбедо не отличался разговорчивостью в принципе, тем более во время секса, только изредка мог попросить что-нибудь, или отвечал на грязные разговоры Кайи, который любил воплощать свой любимый фетиш рядом с человеком, явно отстававшим в разговорах. — Не строй из себя недотрогу. Мы оба знаем, как ты любишь стонать моё имя, чтобы получить больше. — отстранившись, напомнил ему капитан кавалерии, наконец видя едва заметный румянец на бледном лице. Ему бы почаще краснеть от смущения. Крайдепринц в этот раз не придумывает колкого ответа, а только хмурится, всхлипнув, когда Альберих ввёл сразу два пальца, сгибая и разгибая. Алхимик поднял голову, взглянув на хитрую ухмылку Кайи, и тут же упал обратно, захныкав, когда тот прямо у него на глазах вобрал в рот головку. Кайя, чёртов, Альберих со своим чёртовым ртом! — Пожалуйста, Кай. — сдаётся Альбедо, и снова хнычет, когда ласки языком прекращаются, остаются только пальцы, и то не особо активные.  Капитан кавалерии наклоняется к Принцу Мела, чтобы посмотреть в его милые глазки, и поиздеваться над ним как следует. — Что-что, прости? — не в силах сдерживать наглую улыбку, спрашивает Кайя, с наслаждением наблюдая, как алеют щёки алхимика от того, насколько тот был беспомощен. — Рот свой займи, говорю. — язвит Крайдепринц спустя минуту борьбы со смущением и попыток прийти к привычному самообладанию. — Обожаю тебя, Альбедо. — смеётся Альберих, шлёпнув его по ляжке, и смиловавшись, опускаясь обратно. — Ты очень милый, когда теряешь контроль над собой, знаешь? — Займись делом, Альберих. С членом во рту тебе лучше, знаешь? — намеренно грубо отвечает ему Альбедо, хладнокровно глянув вниз на Кайю. Как же ему было хорошо быть таким властным… Не подчиниться ему было бы преступлением со стороны капитана кавалерии, он уж очень любил, когда принц Мела превращался из спокойного в робкого, а из робкого в строгого капитана. Вот такого Альбедо мог видеть только Альберих, только он мог доставлять ему это удовольствие и выводить его на новые уровни эмоций и чувств, помогая познать новое. Крайдепринц блаженно стонет, когда капитан кавалерии снова уделяет ему внимание своим языком, вбирая наполовину и посасывая, стимулируя вход пальцами чуть ощутимее, чем прежде. Тонкие пальцы алхимика подобрались к темно-синим волосам, одобрительно вцепившись в них. Кайя не был любителем делать минет, чувствуя себя некомфортно, когда над ним властвовали, и до сих пор никогда не брал член в рот, раздражаясь при малейшем упоминании об этом. Сейчас он смягчился, одержимый желанием заставить Альбедо кончить от его рта и превратить его из привычного хладнокровного алхимика в чувствительного Альбедо. Однако заметив приближающийся оргазм, всё же с достаточно громким причмокиванием выпустил орган изо рта, опустившись обратно к клитору. Крайдепринц не стал возражать, уже зная предпочтения Альбериха, к тому же тот вовсе не помешал его удовольствию, опустив на его длину ладонь и поглаживая в такт облизыванию.  Ещё минута ужасно пошлых звуков и стимуляций, и Альбедо звучно стонет, сжимая пряди волос капитана кавалерии, а после переходя к хвалящим прикосновениям. Кайя с гордостью смотрит на дрожащего от последствий оргазма принца Мела, на его открытые губы, жадно хватавшие воздух, вздымающуюся грудную клетку, и сперму, запачкавшую его тело. Как и всегда, Альберих находит салфетки, чтобы вытереть семя, и покидает комнату, позволяя Альбедо восстановить силы. Крайдепринц надевает запасную форму и выходит в зал, по дороге собирая брошенные вещи утром в бреду. Положив их на диван, он подходит к Кайе со спины и возвращает ему его забытую накидку, помогая с застёжками.  — Спасибо, что пришёл.  Сухо, опять же, как и всегда, благодарит алхимик, когда они собирались выйти из дома, но их прерывает шум на улице. Рёв дракона раздался будто прямо над домом Альбедо, они выбежали на улицу, наблюдая ужаснейший шторм и паникующих жителей, прячущихся по домам. Двалин вылетел на площадь, как вдруг принц Мела заметил фигуру златоволосого незнакомца, взмывшего в воздух на планере. — Сиди дома, пока буря не закончится. К Джинн заглянешь позже. — приказывает Альберих, за мгновение посерьёзнев и рванув на площадь. Главный алхимик некоторое время заинтересованно наблюдает за сражением в небе, отмечая необыкновенные способности этого человека. Он чувствовал, что этот незнакомец был далеко не простым, может даже кем-то вроде Сошедших, хотя уверенным в этом на все сто процентов быть не мог. Теперь у него был хороший знакомый осведомитель в лице Альбериха, с которым он обязательно побеседует, когда шторм утихнет.