Без обязательств

На территории вблизи города, и внутри стен полил ливень, мешающий обзору и нормальному передвижению, но Альбедо продолжать целенаправленно идти к нужному дому, накинув на голову капюшон. Людей поблизости совершенно не было, да и к тому же было уже очень поздно. Вполне было возможно, что тот человек, к которому он направлялся уже спал, но Крайдепринц продолжал верить, что это было не так. Когда он поднялся на порог и постучал в дверь, разразился гром, после удара которого дождь разбушевался только сильнее, а ветер наклонял хрупкие деревья, превращая погоду на улице в хаос.  Дверь всё же открывается. Кайя с недопониманием смотрит на мелко подрагивающего от холода алхимика, а потом загоняет его внутрь дома, помогая раздеваться. А Альбедо просто встал на месте, будто и хотел продолжать мёрзнуть из-за мокрой одежды, противно прилипшей к коже.  — Ты простудишься. Не стой столбом, раздевайся. — кинув его плащ на диван, говорит Альберих, и проводит внутрь дома.  Ему не составило труда бы найти подходящее зелье, чтобы обезопасить себя от заболеваний и ощущения холода, но принц Мела не хотел этого. Его человеческое тело было уязвимо, и пора было признать свои недостатки и научиться с ними бороться, прожить так, как это проживали нормальные люди. Может, он даже мог бы стать выносливее, если бы действительно тренировался, а не полагался на алхимию всецело.  — Можно остаться у тебя? — остановившись в коридоре, просит Альбедо, вода стекает по его лицу со светлых волос, капли падают на пол с одежды. Он выглядел так неопрятно, как ещё никогда не выглядел. — Да что захочешь, Альбедо, только переоденься уже! — подбадривает Кайя, и кладет ладонь на поясницу, ведя алхимика в комнату.  В спальне было темно, только луна освещала маленькую часть комнаты, а из-за открытой двери выглядывал свет. Альберих включил свет, пропуская Крайдепринца, и пока тот раздевался, искал для него сухую одежду. Размеров поменьше у него было, потому приходится предложить свою футболку, которая наверняка бы закрыла даже манящие бёдра, на которые он поглядывал через зеркало на шкафу. Стоит только отвлечься на поиск шортов, как свет в комнате выключается обратно. О, капитан кавалерии предчувствовал, чем закончится их очередная встреча. Последний раз у них был очень давно, да и принц Мела сблизился с путешественником, который видимо на время смог заменить ему Кайю. Но не навсегда, что радовало. Он развернулся лицом к гостю и улыбнулся, видя, что Альбедо уже был рядом, глядя снизу-вверх, подняв голову. Альбериха порой так забавляло, что гордому и в редкие моменты высокомерному алхимику приходилось задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаз. — Может, согреешь меня? — Крайдепринц прижимается щекой к грудной клетке капитана кавалерии, приласкавшись к нему, чтобы задобрить.  Задабривать необходимости не было. Альберих был в хорошем расположении духа, особенно после отдыха, потому быстро поддался настроению, опустив руки по талии, и схватив под ягодицами, прижимая ближе к себе. Мокрые волосы оставляли следы на тёмной коже, облепляли прелестное лицо главного алхимика, что только больше возбуждало его. Как он мог отказать своему любимому коллеге в удовольствии? Кайя подхватил Альбедо за ноги, и опустил вместе с собой на кровать, разворачивая на живот. Алхимик так и хотел сегодня, чтобы Альберих не церемонился с ним и не нежничал, просто развернул спиной к себе, как обычно делал, и выбил из него все силы. Капитан кавалерии подтянул бёдра принца Мела к себе, заставляя прогнуться под ним и поднять ягодицы к нему. Пока голодный глаз Кайи блуждал по изгибу поясницы, его руки не могли не огладить тело, вновь так идеально вписывавшееся в его постель и ладони. Альбедо ощутил, как Альберих склонился над ним, и его губы оказались совсем рядом с ухом. — Я уж думал, ты передо мной так больше не прогнёшься. — тишину разрезает жёсткий шлепок, капитан кавалерии жадно блуждает носом по плечу Крайдепринца, вдыхая приятный аромат его нежного тела, и вспоминая все те ощущения, что уже переживал с ним раньше. — Путешественник тоже попал в твой типаж, Альбедо? Тоже сильный, властный…с толстым членом?  Кайя вовсе не ревновал, ни в коем случае. Просто завидовал, что кто-то другой тоже мог соблазнить Альбедо и трахнуть его, довольствуясь тем, что когда-то было только у него. Это было как ощущение того, что у тебя что-то украли, и это побуждало капитана кавалерии быть грубее с принцем Мела, показывая свою власть над ним. Он хотел доказать себе, что только он мог доводить главного алхимика до постыдного и громкого оргазма, только он мог видеть его смущённым, возбуждённым и готовым ко всему. Это то, что сегодня нужно было Альбедо. Наказание за грехи. Он дёргается от применённой к нему силы, но не отодвигается, лишь слегка шипит. Очевидно, что позволяет продолжить совершать над собой суд. — Нет, это вовсе не так, — обещает Крайдепринц, опустив бирюзовые глаза на простынь. — это было случайностью. С тобой намного лучше. Ты опытнее, хитрее, сексуальнее… и лучше знаешь мои привычки. Над ухом раздаётся смех, прежде чем Кайя выпрямляется и шуршит одеждой, снова пристраивается сзади, однако теперь прикасаясь голой кожей. Он был более чем доволен признаниями главного алхимика и тем, как тот преданно ждал его. — Умница. Но наказать то я тебя всё равно должен. — понизив голос, говорит он, и вставляет сразу три пальца, заставляя задрожать под ним ещё сильнее. — Может, это мотивирует тебя реже раздвигать ноги перед сомнительными личностями.  Внезапный толчок выбивает из Крайдепринца всхлип, который заглушает постель. Он уткнулся лбом в матрас, мыча от наслаждения, и бёдрами подаваясь навстречу движениям. Эти длинные пальцы вытворяли с ним порой просто восхитительные вещи. Альберих даже смог заставить его кончить от одних только толчков фалангами, сделав это с ним прямо на его рабочем столе в лаборатории. В тот день алхимик провинился перед ним. И вот опять он с поднятой к верху задницей, совершенно голый, по бёдрам уже текло, а Кайя получал своё, уже едва удерживая себя.  — Итэр не сомнительный. Он просто необычный… — Альбедо скулит, когда капитан кавалерии шлёпает его с ещё большей силой, оставляя красный отпечаток на сладких ягодицах. — Ну вот пусть тогда он тебя и трахает, и член ты ему ещё отсоси. Но нет, ты пришёл ко мне. Я бы посоветовал тебе быть послушным со мной, а не продолжать перечить. — в качестве напоминания, Альберих властно кладёт руки на бледные бёдра, сжимая и разжимая. — Твоё увлечение Итэром всё ещё не покрывает того, что мы понятия не имеем об истинных масштабах его силы и его происхождении. Я не ревную, но боюсь, что ты слишком доверяешь ему. — Я контролирую свои чувства. — заверяет главный алхимик и вскрикивает, когда Кайя резким движением снова подтягивает его к себе и толкается членом внутрь без предупреждения.  Эти ощущения, которые дарил ему капитан кавалерии, были намного роднее, чем те, которые отдавал ему почётный рыцарь. Принц Мела чувствовал, что несмотря на то, каким агрессивным мог быть их секс, Альберих всё тщательно контролировал, и чётко знал, когда и в чём нуждался Альбедо, и на какие точки надо было надавить, чтобы удовлетворить его. Они редко когда обговаривали предстоящее, просто улавливали одно настроение и оба оставались довольными результатом. С Итэром Альбедо такой эмоциональной близости не почувствовал, только физически ощущая себя с ним.  — Но я всё же думаю, что должен напомнить тебе, как хорошо может быть со мной. — пленительно шепчет Альберих ему на ухо, и выпрямляется, дёргает за светлые волосы, заставляя поднять голову. Сначала Альбедо даже и не обратил внимания на положение, которое выбрал капитан кавалерии. Но увидев перед глазами отражение себя же, позорно согнутого под Кайей, он тут же обо всём догадался, краснея, впервые наблюдая то, каким маленьким выглядел по сравнению с Альберихом, будучи полностью оголённым. Одежда добавляла ему больше размера, а теперь он выглядел, откровенно говоря, худощавым под капитаном кавалерии, который обладал намного большими габаритами. Щёки мгновенно алеют, когда Кайя специально глубоко толкается в него, отчего его ягодицы тоже слегка сдвигаются.  — Смотри внимательно, я хочу, чтобы ты запомнил всё до мельчайших деталей. Взгляд художника не подведёт тебя, не так ли? — Альберих гордо улыбается и отпускает блондинистые волосы, чтобы опустить руки на поясницу и сжать её, удерживая на месте тело алхимика. Оторваться от отражения в зеркале стало поистине непостижимой задачей. Изначально Альбедо смотрел только на тело Кайи, на его мускулы, на его внимательный взгляд, который тоже наблюдал за отражением, и на сжавшиеся губы, когда он сдерживал звуки. Кайя не всегда любил свои стоны, потому обычно его лицо выглядело серьёзным во время секса.  Однако потом принц Мела всё же заинтересовался собой и опустил взгляд ниже: на свои приоткрытые губы, лохматые светлые волосы, прилипшие от пота и после дождя ко лбу, красные щёки и уши, глаза, которые время от времени прищуривались, изучая картину перед ним. Что уж говорить об этом теле с его идеальными изгибами, в такой восхитительной позе, которая определённо подчёркивала его плюсы. Альберих пока не брал бешеный темп, позволяя рассмотреть и привыкнуть, чтобы главный алхимик загорелся также как и он от этого вида, словно из сна извращенца. Кайя поднял ладони, раздвигая ягодицы Альбедо и сминая их, вслушиваясь в восторженные стоны.  — Ударь меня. — просит Крайдепринц, нахмурившись, и переведя взгляд на свою задницу, ожидая шлепка. Капитан кавалерии без сомнений это и сделал, ускоряя темп, из-за чего хлюпающие звуки и шлепки увеличились в громкости, заставляя главного алхимика сжать простынь от смущения. Громкие звуки, а уж тем более такие пошлые плохо влияли на него, иногда даже сбивая с мысли. Он обращается взглядом к лицу Альбериха, надеясь, что тот поймёт просьбу продолжить удары. — Ещё? — убеждается Кайя, и ухмыляется, получив одобрительный кивок.  В голове Альбедо только и роились мысли об унижении и физической боли, чтобы почувствовать свою слабость и полученное наказание. Секс был идеальным способом для того, чтобы закрыть эти чувства, а Кайя был идеальным партнёром, который сделает всё точно так, как он и думал.  — Даже этого недостаточно? Как грязно, Альбедо… Может, тогда тебе стоит попросить как следует своего капитана?  — Прошу, капитан Альберих, унизьте меня… — с трудом выдавливает из себя принц Мела, наблюдая за реакцией.  Этот тёмный глаз точно загорается огоньком, когда Кайя слышит, как отчаянно сквозь стоны молит об унижении Альбедо. Толчки замедляются, пока вовсе не останавливаются, капитан кавалерии изучающе смотрит на тело под собой с жестоким взглядом, скользя по всем изгибам, по сияющей от пота коже, по месту, где соприкасался его член с промежностью алхимика. Достаточно рискованная идея вспыхивает в голове Альбериха, и тот не колеблясь, наклоняется к шее Крайдепринца, заставляет его со всхлипом задрать голову, и кусает его шею, оставляя заметный след от зубов, а потом и прижимаясь губами, чтобы отметить красным пятном.  — Я могу нарушить этот жалкий договор, и ты даже слова мне в противовес не скажешь, а примешь меня, как послушный мальчик. — он отстраняется, отпуская алхимика, и снова хватаясь за его бёдра. — Я верно сказал? — Дааа, К…Кааайя…Мм! — хнычет Альбедо, самостоятельно насаживаясь на член, за что получает звонкий шлепок по ягодицам. — Капитан Кайя… Капитан кавалерии самодовольно улыбается и вновь начинает движение, на этот раз положив руку на член Крайдепринца, и лаская его в такт толчкам. Алхимик больше не скрывает голоса и громко стонет, скулит его имя и фамилию, подмахивает бёдрами, чтобы усилить трение между ними, как вдруг вскидывает голову и мычит, сжав в руках простынь. Ожидаемого наслаждения не пришло.  — Кайя, что ты… — Ты же хотел наказания? Я считаю, что ты недостаточно мучился. Попроси. — он гладит свободной рукой светлые волосы, подбадривая, но будто обещая сжать их и дёрнуть в любой момент.  — Альберих… — раздражённо бурчит Альбедо и падает лицом в смявшуюся простынь. Тело ныло от необходимости в разрядке, он даже пытаться сопротивляться не стал. Именно таким беспомощным и никчёмным он хотел себя ощутить. — Пожалуйста, я хочу кончить.  — Мм, — мычит в одобрение Кайя, но не продолжает, любуясь только отражением перед собой. — К кому ты обращаешься? К Итэру? — Господи, к тебе, Кайя! Пожалуйста, Альберих, я очень хочу. — умоляет принц Мела, впадая в отчаяние от того, как нагло Альберих продолжал дразнить его и припоминать прошлое. — Именно так, Бедо, моя фамилия твоим голосом звучит просто… — капитан кавалерии глубоко погружается в главного алхимика, не сдерживая хриплый стон. — Потрясающе.  Хватает всего пары движений для того, чтобы заставить Альбедо достичь пика и излиться, дрожа от уходящего возбуждения. Кайя выходит из него, позволяя спокойно лечь, а сам наблюдает, рукой доводя и себя до оргазма. Он падает рядом с ним на постель, не заботясь о том, что они оба нуждались в ванной, постель была запачкана… Всё потом. Альберих восстанавливает дыхание и наблюдает за отвернувшимся от него Крайдепринцем, лежавшем на боку. Что-то с ним было не так на протяжении уже нескольких дней. Он конечно обрадовался, что Альбедо пришёл к нему сам, сам же и попросил о сексе, и был податлив, хотя обычно любил поязвить в ответ на сладостные речи, но он ведь был сам не свой, будто неживой. Подождав несколько минут, Кайя прокручивает между пальцами блондинистые прядки волос, чтобы обратить на себя внимание. — Ну и почему ты так отчаянно гнался за наказанием? — он тоже переворачивается набок лицом к алхимику, подперев голову одной рукой, а другой продолжая играться со светлыми волосами. — Я видел в каком ты состоянии пришёл. Не думаешь, что…скрывать правду будет не честно? Правда была слишком отвратительной для Альбедо. Он был ужасным человеком. Но сказать об одном своём проступке всё же мог. Том, что случился сегодня, и что привёл его в такое отчаянное желание раскаяться. — Я убил «человека», очень похожего на меня. И дело совершенно не в его внешности. Он пытался заменить меня, представь, сейчас он мог прийти к тебе и переспать с тобой, а ты бы даже не заметил разницы. Никто бы не заметил подмены и не думал о том, что рядом уже совсем не тот, кого он знал. Но этот… «клон» тоже желал жизни, я бы даже сказал заслуживал её. — алхимик повернулся лицом к Кайе, с искренним сожалением к тому, кого лишил жизни. — Конечно, не после того, как пытался убить меня. Я защищал себя и других людей, однако всё ещё чувствую, будто на моих руках кровь невинного. — Ты сделал всё правильно, Альбедо. Хотя, ты и сам это понимаешь… Ты просто испытываешь сожаление к нему, но это зря. — подбадривает капитан кавалерии, а потом принимает сидячее положение. — Тебе нужно расслабиться в ванной. Пойдём. Он ожидал чего угодно, но не быть поднятым на руки уже после выполненного обязательства их договора. Они наоборот, договаривались не совершать таких действий по отношению друг к другу после того, как возбуждение обоих было утолено, но сегодняшний день…мог снова стать исключением. Альбедо не чувствовал в себе сил указывать и напоминать, что никакой любви, никаких нежностей и слов «я люблю тебя, я навсегда твой» не должно было быть между ними. Всё это совершенно не подходило им, и ни Кайя, ни Крайдепринц не имели желания произносить такие слова, не имели желания чувствовать что-то глубокое и разбираться в этих чувствах. Жизнь и так была сложна, а тратить время на более глубокие эмоции, когда можно было получить быстрые, не было смысла.  Когда принц Мела пожелал остаться наедине, Альберих ушёл в свою комнату, чтобы поменять постельное белье. Подойдя к шкафу, он остановился у зеркала. Давно было пора Альбедо явиться к нему, или сам капитан кавалерии должен был снова утянуть его в постель. Нет, Кайя больше не хотел отдаваться плотским утехам и приставать к алхимику. В кого он превратился, заключив этот договор? Вряд ли ответ на этот вопрос требовался, слишком много слов вертелось у него на языке по отношению к себе, ибо в отражении он видел кого угодно, но не уважаемого капитана кавалерии. Альберих не должен был так поступать, хоть что-то светлое в нём должно было быть.  Как только дверь ванной открылась и Альбедо ушёл в зал, где для него была подготовлена одежда, Кайя закрылся в ванной, желая как можно скорее смыть с себя остатки их греха. Что-то такое запретное ощущалось в их договоре, и дело было даже не в нарушении устава или моральных норм. Он сам понятия не имел, что делал не так, прикасаясь к этому чистому созданию. Даже после услышанного признания в убийстве, капитан кавалерии не изменил мнения о Крайдепринце. Это была защита, но уж точно не садизм, как у него. Почему Альбедо мог так беззаботно ко всему относиться и оставаться таким милым и чистым? Что было в нём такого отличающегося от Кайи? Идеальный образ алхимика вызывал гнев, Альберих закрыл лицо ладонями, погрузившись в воду. Сколько бы он не пытался, ему уже не смыть всей грязи с себя и не стать таким же, как Альбедо.