Без обязательств

Сегодня был идеальный вечер для выпивки, но точно не в обществе привычных друзей Венти и Розарии, с которыми он часто зависал в таверне. Эту ночь он решил посвятить более полезным делам, раз уж получил разрешение вернуться к работе и мог снова законно пользоваться своими полномочиями в полной мере. Возможно конечно в первую же ночь вытворять такие вещи было рискованно, однако риск был ему всегда по душе и совершенно не останавливал его от задуманного.  В таверну заходит высокий мужчина внушительного телосложения — как раз сегодняшняя цель капитана кавалерии. Уложить такого ему бы не составило труда голыми руками: ни меч, ни глаз Бога не были нужны. За эту силу, пожалуй, его и любили девушки, не правда ли? В габаритах своему врагу он не уступал, а уж в уме тем более превосходил. Похититель сокровищ не видел его, так как находился на первом этаже у барной стойки, только делал заказ. И сыграв Альбериху на руку, поднялся на второй этаж, сев за дальний угол в ожидании заказа. Отличное место для незаметного разговора, который должен перейти в бурный конфликт.  Самое время для того, чтобы прогуляться до утёса Звездолова и отвлечься на написание картин. Альбедо любил это место за сесилии, спокойствие и вдохновение. Если рай существует где-то у него в голове, его личный, то он бы обязательно выглядел как это место: безграничное поле Сесилий, которое беспокоил только лёгкий ветер, приятно развевающий волосы. Однако на этот раз его путешествие стало далеко не обычным. Он наткнулся на руины, которых в этом месте никогда не видел. Поблизости не было ни живой души, никаких признаков того, что здесь побывали хотя бы монстры. Ни одно существо и близко не подходило к этому зданию.  Придётся ему стать первооткрывателем, хотя на самом деле Крайдепринц был совершенно не против, даже рад такому случаю. Ступив на пол руин, Альбедо сразу почувствовал силу Бездны, которая явно была замешана в этом странном явлении. В таком случае обычному человеку было опасно здесь находиться, но алхимик во-первых был не обычным человеком, а во-вторых хоть его физическая сила и была мала, элементальная сила с мощной алхимией не просто компенсировали недостаток физической, а являлись поистине разрушительными.  — О, но я думал вы здесь проездом. Удивлен, что вы до сих пор не знаете о главном памятнике Мондштадта. — он с сомнением глянул на своего собеседника, скрестив руки у груди.  — Эм…Знаете, я кажется совсем пьян. А знаете что? Давайте сыграем в священный призыв семерых! — предлагает «Луис» и тут же разворачивает поле, доставая свою колоду.  Кайя хмыкает, не ожидая, что тот сам предложит ему игру, в который он был настолько хорош, что порой выводил противников из себя, заставляя раздражаться и краснеть от злости. Ему доставляло удовольствие видеть, как кто-то отчаянно хочет размазать его красивое лицо, но не может из-за скованных рук за спиной. Что может быть лучше поражения врага? Крайдепринц узнаёт узоры на стенах, стиль построения. Это руины древней, давно погибшей из-за ужасного бедствия цивилизации…Каэнри’ах. И хоть он сам не бывал там, его мать показывала ему эти виды, да и в книгах, которые он изучал с целью познать кхемию, были иллюстрации с особыми знаками. Может быть, в этих руинах было спрятано что-то, что могло бы помочь понять суть существования? Здесь могло быть то, что когда-то ценила его учитель, и это дало бешеную мотивацию и желание исследовать. Но Альбедо не рванул вперед, сохраняя бдительность.  Освещая путь золотым лучом он продвигался вглубь здания, идя по бесконечному коридору, который переходил в следующий и следующий коридор. Одинаковый вид уже успел наскучить, здесь не было совершенно ничего, что могло бы привлечь внимание или стать зацепкой. Однако наконец он пришел к тупику. Главный алхимик приложил ладонь к стене, будучи уверенным, что за ней что-то должно было быть. По ощущениям там действительно было пустое пространство. Оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться в своей безопасности, Альбедо лёгким движением руки разрушил стену, защищая себя гео куполом. На этот раз это был огромный зал со странным устройством посередине. Стоило ему сделать шаг в его сторону, как вдруг из-за этого устройства выглянул высокий человек в тёмном плаще. Один глаз сиял золотым цветом, а второй синим, комната казалась холодной, как будто он был на Драконьем хребте.  — Это… Ты обманываешь меня! — резко взметнувшись со своего места, взревел Луис, гневно глядя на улыбающегося капитана кавалерии. — Я всего лишь приберёг запасную карту экипировки, чтобы нанести решающий удар за одно действие, ничего такого. Могу научить. — Альберих самодовольно смотрит на преступника перед ним, видя, как его терпение лопается и маска спадает. Тот хватает его за ворот рубашки, заставляя тоже встать и наклониться к себе. — Ты у меня научишься уважению. — сквозь зубы процедил Луис и бросил его обратно на лавку, покидая таверну. Это был определённо его рекорд. Обычно Кайя применял особые манипуляции, чтобы вывести противника из себя, но этот человек был настолько нервным, что он даже не успел завести свою шарманку, как враг уже желал его прикончить. С привычным уверенным в себе выражением, он поднялся из-за стола и оплатил счёт за двоих, направляясь за Луисом. Тот его ждал прямо за таверной, в месте, где было особенно тихо и незаметно, если вдруг кто-то из них закричит от боли. — Луис, ты всё ещё можешь принять своё поражение и убежать. Не переживай, я никому не расскажу о твоём позоре и сохраню твой неудачный опыт в тайне. — он с тихим, наигранным изумлением уворачивается от удара, держа руки в карманах и демонстрируя свою власть над ситуацией. — Значит, всё же хочешь подраться? Что ж, давай, ты же не трус.  Ещё один удар на этот раз пресекается перехватом руки и жестоким кулаком в лицо, от которого доносится хруст. Похоже, Альберих сломал ему нос. Видя, что Луис дезориентирован, он поправил перчатки на руках, наблюдая за тем, как тот шатался. Вроде такой же высокий и даже чуть помасштабнее него, но так легко сдавался. Мужчина согнулся почти пополам перед ним, выплёвывая кровь. Капитан кавалерии недоверчиво наблюдал за происходящим, чувствуя подвох. Слишком легко ему давалось управление. Либо Луис был придурком, либо гением. Как раз таки тогда, когда эта мысль промелькнула в его голове, он почувствовал сильный толчок в грудную клетку от неизвестной силы. Кайю прижало к стене, и удар пришёлся прямо туда же, куда и бил он, только это было в два раза сильнее. Он упал на ближайший стол, хватаясь за него руками, и пытаясь собрать сознание по кусочкам, пока Луис приближался к нему, киша зловещей, тёмной силой. — А в тебе имеется пыл Альберихов. Помнишь своё истинное предназначение, Кайя? — он смотрит на него не с ненавистью, а с признанием и узнаванием, будто они были давними друзьями. — Может, твоё сердце подскажет тебе, кто я? — Я понятия не имею! — рычит капитан кавалерии, и бросается вперёд, чтобы повалить Луиса, но тот отходит, заставляя его упасть. Альберих переворачивается на спину и защищает себя крио энергией, накаливая силы для удара. — Твои глаза… Чёрт возьми, эти зрачки он узнает из тысячи. У Кайи была привычка разглядывать глаза собеседников, потому он был уверен, что человек перед ним прост, ведь видел совершенно обычные зрачки. Но сейчас они превратились в ромбики, при чём те, что были только у чистокровных каэнрийцев. Незнакомец протягивает руку к нему, и голова Альбериха тут же вжимается в землю, что-то тёмное окутывает шею, удушая. — Тебе пора бы вспомнить, кто ты такой на самом деле. Ледяной щит разбивается, и осколки царапают его лицо, когда кулак снова врезается в его лицо, заставляя потерять сознание.  Альбедо отбивает направленную в его сторону силу Бездны, и скрывается за колонной, чтобы избежать ещё одной атаки. Похоже, он прервал какой-то ритуал и теперь должен поплатиться за то, чего знать не должен был. Иногда знания бывают слишком дороги, а стоимость этого он определённо недооценил. Незнакомец пытается загнать его в ловушку, но алхимик сбивает его с толку, выскочив из укрытия и образовывая тектоническую волну вокруг себя. Пока враг был отвлечён и Альбедо знал его местонахождение, он присел на одно колено и приложил ладонь к полу. Золотые узоры начали украшать пол, следуя от его пальцев прямо к незнакомцу, образуя алхимический круг.  — Сила грешницы… У нас тут ученик Рэйндоттир? — раздаётся угрожающий и мрачный голос, отдающийся эхом от стен. Рука Крайдепринца дрогнула от глубины этого голоса, пробиравшего до мурашек. Что-то знакомое звучало в нём, но слишком грубое для того, чтобы различить что именно. Гео конструкции быстро разрушаются, однако противник уже был схвачен и заточён в золотой клетке. Принц Мела выпрямился, медленно подступая к незнакомцу и изучая его вид: тёмно-синие волосы с более светлыми прядями в них, зрачки в виде ромбиков. Он был даже выше Кайи, пожалуй, и большинства людей, которых видел Альбедо. Этот человек был поразительно похож на Альбериха, но он не мог быть уверенным в том, что это его родственник. Это совершенно другая энергия. — Кто вы? — Тебе лучше не знать, малыш. Ты ещё слишком мал, чтобы понять моё существование. Скажи мне лучше кто ты, нарушитель моего покоя? — он выпрямляется и с безумием в глазах смотрит сверху-вниз на Крайдепринца, продолжая играть гордого и сильнейшего. — У меня много титулов, но думаю из них вас больше всего привлечёт «творение Рэйндоттир». Какому роду Каэнри’ах вы принадлежали?  Алхимия вдруг совершенно выходит из-под контроля, и Альбедо чувствует как его магия ослабевает. Он отходит от золотого круга, наблюдая, как незнакомец разбивает его клетку, рассеивая остатки золотых лучей энергией Бездны. Этот человек был намного сильнее, чем Крайдепринц предполагал. Неужели все те атаки были лишь попыткой завести его в заблуждение и скрыть истинную силу?  — В таком случае, с сыном грешника я должен говорить по-другому. Ты станешь первым шагом в моей мести предателям! Тёмные щупальца устремляются в сторону Альбедо, но он разрезает их, отступая. Вряд ли этот противник был ему по силам, переоценивать себя точно не стоило, ведь он был лишь учеником грешницы, и не мог сравниться с её силой. Однако противные щупальца всё равно догоняют его, с каждым ударом их становится только больше, пока одно из них не сшибает его с ног. Алхимик с вскриком ударяется о стену, тут же поднимаясь на ноги в попытке выбраться от конечности, обвившейся вокруг ноги. Руку с мечом тут же перехватывает другая. Крайдепринц не поддаётся панике и гео кристаллами отпугивает от себя щупальца, но стоит ему потянуться за мечом, как самое огромное бьёт в спину, подобравшись сзади. Раздаётся звон чего-то маленького, Альбедо падает на пол и поднимает голову, с огорчением осознавая, что его глаз Бога был на расстоянии вытянутой руки от него. Стоило только протянуть руку, как стекляшка разбивается перед его лицом, испуская взрыв гео энергии. Принц Мела непроизвольно замирает, будто что-то глубоко внутри него ломается вместе с глазом Бога. Противная скользкость чувствуется на талии, и Альбедо теряет контроль над телом, когда тысячи конечностей скручиваются на нём будто змеи, поднимая вверх. Только лицо остаётся свободным от них, хотя очевидно, что лишь на время, просто его страданиями захотел полюбоваться мститель, насмехавшийся над слабостью и беспомощностью своего противника. — Твоя мама будет в гневе, узнав о твоей позорной смерти. Ты же не хочешь её расстраивать? — он сжимает кулак, из-за чего щупальца удерживающие его, почти сдавливают принца Мела, заставляя застонать от боли и стыдливо опустить голову. — Не волнуйся, я могу тебя отпустить. В конце концов это просто взрослые не поделили свои игрушки, ты тут ни при чём. Где она сейчас? — Она не сообщила мне. — честно выдавливает из себя Альбедо, гневно взглянув на мучителя. Незнакомец знал на какие раны давить и чем пользоваться, чтобы заставить его чувствовать себя маленьким и слабым. — Вам не достичь того места, где находится учитель. — Ты такой же упрямый и высокомерный как и она. Знаешь, когда-то мы очень даже хорошо общались, пока она не обратилась на сторону зла и не разрушила нашу Родину. Я бы очень не хотел вредить её сыну… Но детей нужно наказывать.  Проходит несколько секунд, пока Альбедо пытался понять какое именно наказание имел ввиду каэнрийец. Пока его плоть на боку не разрывает одно щупальце, будто высасывая его кровь и жизненную энергию. Он был необыкновенно тих для обычных людей, прикрикнув от бешеной боли, пытаясь сдержать страдальческие вопли. Однако Бездна вдруг быстро рассеялась, и Крайдепринц, обессиленный, упал на холодный пол прямо в ноги незнакомцу, тут же пнувшего его в раненый бок. — Тебе повезло, отродье. Но я ещё доберусь до вас, до всех вас! Пространство вокруг вдруг начало искажаться, Альбедо прижался к земле и заскулил от боли, пронзившей его голову, и света, ударившего по глазам. Он ощутил под пальцами траву, в нос ударил приятный аромат Сесилий, когда глаза снова открылись. Собрав последние силы, алхимик пополз до своего меча, воткнутого в землю.  — Альбедо?! Сзади его вдруг обхватили сильные руки, перевернув на спину, не дав добраться до оружия. О повторных мучениях и речи идти не могло, он сразу почувствовал неизведанную энергию из иного мира. Итэр удерживал его, взволнованно рассматривая побледневшее лицо. Паймон кружила рядом с ними, в панике осматриваясь по сторонам и закидывая алхимика вопросами о случившемся. Неужели они не видели этих руин? Куда же всё пропало? Крайдепринц дотронулся до пола, но ощущал между пальцев траву. Никаких Сесилий рядом не было, хотя он отчётливо чувствовал их запах. — Альбедо, ты меня слышишь? Что с тобой? — не добившись внимания главного алхимика, путешественник поднимает его на руки и берёт его меч. — Он не слышит нас, Паймон. Пошли. Кайя очнулся от противного запаха нашатыря у носа, резко вздрогнув головой, и пожалев об этом в эту же секунду. Отвратительная боль заставила его «айкнуть», хватаясь за голову. Прямо перед собой он увидел Дилюка, присевшего рядом на лавочку в уже пустой таверне. Где-то за стойкой убирался другой бариста, делая вид, что ничего не слышал. Крови на лице уже не было, но одежда всё ещё была в пятнах и пыли после того, как он повалялся на бетоне.  — Кто это сделал?  Рагнвиндр с искренним беспокойством посмотрел на него, хоть и пытался скрыть эти чувства. Альберих усмехнулся, похлопав его по плечу, и поднялся со своего места, поправляя форму. Противник действительно потрепал его, нос до сих пор болел после того хруста, будучи, скорее всего, сломанным от сильного удара, а голова трещала. Нужно было наведаться к Барбаре и побеспокоить её милое лицо, которое обязательно исказиться в соболезновании и волнении за капитана кавалерии.  — Не помню. Я с кем-то сидел в таверне, мы повздорили… Ну, обычно такие вечера заканчиваются по-другому. — он подошёл к бариста и попросил счета за сегодняшний день, чтобы проверить фамилии и имена посетителей. — Луис. Разве не ты меня спас от ужасной участи, братец? — Я обнаружил тебя уже лежавшим без сознания за таверной. — Дилюк подходит к бедному, ещё совсем юному парню за стойкой. — Покажи мне чек Луиса. — Так это же… капитан Кайя за него заплатил. — нервно отвечает парень, глазами мечась то к одному мужчине, то к другому, видя, что оба были настроены очень серьёзно.  Точно, так и было. Кайя разочарованно вздохнул, потирая больную голову, пока Рагнвиндр неодобрительно испепелял его взглядом. Да уж, умудрился он сегодня ночью делов натворить. Что самое обидное, он не мог вспомнить этого интересного гостя, с которым подрался. Однако был ведь свидетель. — Как выглядел человек, за которым я пошёл?  — Высокий, в странной одежде… Он будто из других краёв, я ещё не видел такого. Блондин.  — Свободен. Я закрою таверну. — отпускает его Дилюк, и выжидает, когда парень покинет помещение. — Я расспрошу осведомителей о нём. Постарайся не влезать куда не надо за это время, ладно? — Какой ты заботливый. — усмехнулся Альберих, глянув на не особо весёлого брата. — У Джинн научился? Она на тебя очень хорошо влияет. Капитан кавалерии отходит от стойки, чтобы не стать жертвой руки Рагнвиндра, и машет ему рукой на прощание, оставляя наедине. Он действительно стал намного теплее после многочисленных встреч с Гуннхильдр. Кайя обо всём догадывался, отношения между ними были очевидны, как бы ни пытались оба скрыть это. Иногда он даже завидовал Дилюку, что тот скрывал искреннюю любовь, а не любовников без любви, как он сам. Войдя в собор, Альберих завалился на ближайшую скамью, пока Барбара обеспокоенно бегала между пациентами. Через пару минут она смогла полностью уделить своё время Кайе и его носу, пострадавшему после «жестокой битвы с лавачурлом». Однако покой священного места был нарушен вломившимся путешественником, который сопровождал с трудом переставляющего ноги Альбедо. Алхимик сопротивлялся тому, чтобы его тащили на руках по городу, потому отважился дойти до Собора сам, но об этом конечно никто не узнает. Капитан кавалерии поднялся вместе с Барбарой, помогая Крайдепринцу дойти до палаты. Первым же делом Кайя начал помогать раздевать Альбедо, чтобы помочь изучить ужасающую рану на его теле. Увиденное повергло в шок каждого присутствующего. Паймон со вскриком вылетела из палаты, не выдержав этого вида. В разорванной плоти виднелись мелкие чёрные черви, те самые остатки щупалец, которые уже начинали свою жизнь.  — Итэр… Ты говорил, что можешь очищать Бездну? — сиплым голосом спрашивает алхимик, всё ещё оставаясь в сознании, что приносило неизмеримую боль. — Попробуй.  Почётный рыцарь обошёл девушку, приложил ладонь к ране, почувствовав сопротивление мелких существ к уничтожению. Паразиты только сильнее вонзились в тело хозяина, заставив алхимика застонать от боли и сжаться. Однако Итэр был намного сильнее и быстро рассеял их, освобождая принца Мела хотя бы от этих страданий. Альбедо откинулся головой на подушку, часто-часто дыша от жгучей боли, Кайя отчётливо видел, как корчилось его лицо, как вздымалась грудная клетка при каждом вздохе, как руки сжались на простыни. Этой ночью нападение было совершенно на сразу двух капитанов, что-то определённо угрожало Мондштадту, раз даже Крайдепринц не смог справиться со злом. Пока Барбара занималась больным, Альберих взял Итэра за плечо, серьёзно глянув на него: — Давай выйдем, поговорим. В коридоре их встречает заплаканная после увиденного Паймон, тут же бросившаяся на путешественника. Она тоже успела привязаться к Альбедо и искренне была взволнована его состоянием.  — Где вы его нашли? Расскажите мне всё подробно.  — На утёсе Звездолова. Паймон даже не узнала его сначала, когда он лежал в траве, а потом…! — Он заговорил с нами только ближе к Мондштадту. Сказал, что ничего помнит, только руины, которых никогда не было там. Может, он просто ещё не до конца пришёл в себя.  — …Ясно. Можешь идти, я послежу за ним. — легко избавляется от конкурентов Кайя, и попрощавшись, заходит обратно в палату. — Он потерял сознание? — Нет, я усыпила его, чтобы облегчить боль. Господин Альбедо должен отдохнуть, чтобы рана зажила без последствий для его здоровья, а он был слишком напряжён. Последите за ним, господин Кайя.  Оставшись наедине со спящим алхимиком, Альберих сел на стул рядом, некоторое время смотрел на его лицо, а потом опустил одеяло. Через его талию уже был перекручен бинт, потому рану увидеть не удалось. Осторожно подняв одеяло обратно, капитан кавалерии откинулся на спинку стула, продолжая изучать хмурое выражение лица Альбедо. Лунный свет падал как раз на его бледную кожу, из-за чего он выглядел как труп. Если подумать, то и эмоций то особо на этом лице он не видел, только в редкие моменты их уединения получалось выбивать хоть что-то, видеть наслаждение и слёзы, тёплую улыбку, когда ему было действительно хорошо с ним. Кайя хорошо помнил, как в последний раз в нём вспыхнула ненависть к алхимику, которая утихла уже на следующий день. Тем более сейчас. Сейчас Альбедо казался ему хрупким, едва существующим и осязаемым.  Ему было о чём подумать, но эти мысли вряд ли имели такое же значение, как мысли о Крайдепринце. Капитан кавалерии опускает взгляд на сомкнутые губы, впервые видя их искусанными после попыток не кричать. Тяги дотронуться к ним это почему-то не изменило. Да, пожалуй Кайя у себя в голове не раз уже нарушал договор с Альбедо и игнорируя протесты целовал его губы, запрещал уходить из своего дома сразу после секса и держал в своих руках, чтобы убедиться, что в этом городе у него остался кто-то близкий. И нет, он не любил его. Просто глубоко уважал и ценил сообразительность алхимика.  Если подумать…никто ведь не узнает об этом. Поздняя ночь, наверняка уже все адекватные люди спали. И сам Альбедо должен был спать пока действует зелье Барбары. Альберих наклонился к безжизненному лицу, чувствуя совсем слабый запах Сесилий и его сладких духов. Ладонь ложится на щеку, гладит, будто втираясь в доверие спящего. Такой милый юноша, а обладал великим умом и разрушительной силой. Это было слишком абстрактное описание для такого человека в его жизни, как Альбедо. Их договор давно перешёл за границы дозволенного, они оба нарушали обговорённое в один день уже несколько раз. Дай человеку палец – он откусит руку. Кайя почти касается губ алхимика, но тут же отстраняется, убирая руки и сжимая их на коленях. Это было нечестно не только по отношению к принцу Мела, но и к себе. Может быть Альбедо бы и не обиделся, однако ему самому была неприятна мысль об одностороннем поцелуе, когда второй партнёр понятия не имел о происходящем и просто спал. Тем более раненый. Альберих отказался от этой эгоистичной идеи и развернул стул лицом к двери, стараясь сесть поудобнее. Увы, на таком седалище это едва ли было возможно.