Без обязательств

Посреди ночи Альберих просыпается от звука выломанной входной двери, тут же подрываясь с кровати, и хватая глаз Бога с мечом, лежавшие у постели. Он всегда был готов к нападениям в неожиданный момент и не мог спокойно спать даже дома в одиночестве, подозревая, что пока его единственный глаз с ромбом всё ещё мог видеть, пока кровь текла в его венах он Кайя Альберих не мог жить в спокойствии. Его род будут стремиться выжечь из истории Тейвата, и даже он не станет исключением, пускай и пережил первую катастрофу.  Ни единого звука больше не последовало. Капитан кавалерии тихо вышел в коридор, оглядываясь, держа меч на готовке и продвигаясь к выходу из дома. В зале стоял Альбедо, пол под ним сиял золотом, пока он испепелял вошедшего в комнату Кайю. — Довольно невежливо выламывать двери посреди ночи без приглашения.  По спине пробежались мурашки от этого жестокого взгляда золотых глаз, тех, что всегда были бирюзовыми и когда-то смотрели на него с привычным безразличием, спокойствием. Альберих напрягся, понимая, что перед ним стоял кто угодно, но уже не тот человек, которого знал Мондштадт. Незнакомец шагнул в его сторону, провернув меч в руке, и собираясь ударить, но Кайя блокирует атаку, в этот же момент образовывая крио лёд под ногами Крайдепринца. Его меч отлетает в стену, однако теперь алхимик оказывается в ловушке из льда.  — Вы, простые люди, слишком слабы, чтобы тягаться с великим творением.  Лёд разбивается, и Альбедо пронзает живот капитана кавалерии мечом, вкушая удивление на его лице. Тепло окутывает конечности принца Мела, становится даже горячо, приятный запах бьёт в нос, его волосы намокают… Он вздрагивает, из-за чего вода в ванной расплёскивается. Испуганные глаза осматривают окружение, потом закрываются мокрыми ладонями, когда Крайдепринц пытается прийти в себя, вдыхая и выдыхая. Наверное, он так сильно расслабился, что уснул прямо в воде. Такое же бывает, верно? Тем более Кайя его вымотал.  Альбедо вылезает из ванной и подходит к вспотевшему зеркалу, вытирая пар, чтобы взглянуть на себя. Глаза всё того же привычного цвета, и лицо также безразлично к происходящему, черты мягкие, ни одного изъяна на нежной коже. Только на боку рана, после которой явно останется шрам, но алхимик обязательно справится с ним, чтобы не портить своё тело. Внезапно на бледную кожу ложатся тёмные ладони, оглаживают талию, а сзади прижимается высокий мужчина. — Кайя? — Ты же не думал, что я обойдусь одним раундом? — насмешливо спрашивает низкий голос у уха, язык обжигает шею, слизывая капли стекающей воды.  Обычно они обходились одним. Крайдепринц посмеялся, опираясь обеими руками о стену, и глядя в зеркало перед собой, где виднелось тело Альбериха, намного больше его, и обвивающее его, почти поглощающее собой. Стон вырывался из его рта, когда Кайя потёрся членом о него, одной рукой перехватывая грудную клетку, а другой потянувшись куда-то в сторону вещей на полках. Губы продолжали целовать и оставлять засосы, опускаясь от подбородка к плечу, не смея оторваться больше чем на секунду.  — Любимый, ты потрясающий. — шепчет капитан кавалерии и затягивает Альбедо в поцелуй, почти агрессивно вторгаясь в его рот.  Также резко, как и ощущение чужих губ на своих, тело принца Мела пронзает боль от воткнутого ножа прямо в сердце. Холодные ладони перемещаются на его плечи, синий глаз почти сияет в зеркале, когда они вдвоём смотрят в отражение. — Как ты мог убить любимого, Альбедо? Разве так поступают… Альбедо снова просыпается, на этот раз выскакивая из воды, ибо полностью погрузился в неё, пока смотрел свои сны. Как он не задохнулся до сих пор? Помня опыт из снов, Крайдепринц не решается подняться и несколько минут сидит в тишине, прислушиваясь к тому, что происходило за дверью. Кайя только один раз прошёл мимо душевой, видимо вернулся в зал из спальни. Он тихо выбирается из ванной и проверяет замок, только потом одевается в приготовленную заранее одежду и выходит из комнаты, ища глазами хозяина дома. Сколько бы не пытался, у Альбедо не получилось заставить предоставленные шорты не спадать с его тела, оставшись в одной только длинной футболке. С капитаном кавалерии можно было не бояться осуждения, максимум шутка могла прозвучать в его сторону, не более. В принципе, боксёры тоже могли сгодиться за шорты.  Он занимался не тем. Мрачные мысли начали посещать голову Крайдепринца, и их было слишком много для него одного. Всё же это было привычнее тишины, он уж точно не представлял что ему делать, если его не мучают вопросы. Альбедо ложится в постель и смотрит в потолок, вспоминая про свой разбитый глаз Бога. Эта вещь была созданием Селестии, и вряд ли какое-то маленькое воздействие гео элемента смогло бы вернуть её к рабочему состоянию. Да и чтобы найти книги, которые могли бы хоть как-то помочь, придётся лезть в запретный отдел библиотеки. Сейчас ему запрещено даже в Ордо Фавониус появляться, что уж там говорить о тайных комнатах штаба. Но он ведь был не из простых. Главный алхимик поднялся, чтобы найти свою рубашку, и положил её на колени, ладонью притрагиваясь к месту, где она была недавно разорвана в ходе битвы. В Соборе, и даже дома у Кли, он не смог заняться починкой, ибо экономил силы и боялся, что может потерять даже контроль над алхимией. Тогда его тело станет просто «сосудом» для души, как и было раньше, когда он родился, когда должен был доказывать право на существование. Золотые линии быстро превратились в фиолетовую ткань, и вещь снова выглядела как новая.  Завтра ночью он отправится в библиотеку, и для этого ему надо было подкопить сил. А что придавало ему заряд энергии, как никогда? — Кайя, — зовёт Альбедо, и садится рядом с ним на диван, отвлекая от книги. — Я боюсь, что без глаза Бога я…совсем беззащитен. Единственное, что сейчас я могу использовать – алхимия, и для неё нужна внутренняя сила и энергия. Мне тяжело даётся управление над ней, когда я в ослабленном состоянии, так как древняя… — Стоп-стоп, уйми свой пыл, дорогой. Ты же не собираешься начать рассказывать мне основы твоего искусства? Давай ближе к делу. — он сомневался, что поймёт многое из умной речи принца Мела, однако просьбу его, раз тот в чём-то нуждался, точно смог бы выполнить. — Мне нужна высококалорийная еда. Ну, десерты. Я могу дать свою мору.  — Это не такая уж и дорогая услуга, Альбедо, не нужно. Просто… отдыхай и набирайся сил. — искренне желает ему Кайя, почувствовав неловкость от таких пожеланий. Да и сидели они сейчас непростительно близко, как никогда, если они просто общались, а не пытались склонить всё к сексу. — Спасибо. — он снова смотрит в глаз Альбериха и вспоминает тот поцелуй, когда его собственные глаза были закрыты тканью. А ведь капитан кавалерии всё видел, а не только чувствовал. Интересно, о чем он думал, когда решился на это действие? Хотя учитывая род их отношений, вряд ли Кайя вообще думал, только испытывал угрызения совести за то, что целует того, кого не должен целовать.  — Спокойной ночи, Альбедо. — вовремя отвлекает его и заставляет очнуться Альберих, намекая, что ему пора идти в комнату. — Сладких снов. — кивнув, говорит алхимик, и уходит, надеясь, что Кайя не сильно осуждал его за откровенные взгляды. Постель была пропитана ароматом Альбериха, всё в этом доме было им. Даже волосы Альбедо теперь пахли точно также, как и у капитана кавалерии после душа, аромат от тела исходил тот же. Крайдепринц чувствовал себя пропитанным полностью Кайей, будто он тоже стал частью этого дома, хотя понимал, что никогда этого не случится. Их дороги ни за что не пересекутся на долгое время, только для удовлетворения потребностей друг друга. Эти мысли об их отношениях были запретны, но Альбедо не мог перестать думать о том, что было, если бы они сошлись, наплевав на правила. Едва ли эта жизнь была легче, если бы Альберих стал только его, а он принадлежал только Альбериху. Наоборот, появились бы другие сложности, и Кайя точно был бы первым, кто не был доволен их связью. Из Крайдепринца будет плохой партнёр для любого человека, как бы он ни старался быть лучше, чем есть. Но с Альберихом их связывало кое-что большее, та самая тайна, которую Альбедо ему до сих пор не раскрыл, а должен был. Пока недосказанность существовала, она врастала своими корнями глубже и глубже, и в случае раскрытия, со временем нанесёт только больший урон.  Посреди ночи он очнулся от ощущения того, что кто-то пристально наблюдал за ним. Алхимик открыл глаза и увидел в дверном проёме Кайю, который даже будучи обнаруженным не зашевелился. Конечно, ему бояться было нечего. Альбедо принял сидячее положение, выжидая, и со страхом пытаясь понять странное поведение «любовника». Он был полностью беззащитен теперь перед Альберихом, у него был и глаз Бога, и меч, и восхитительные таланты боя, которыми восхищался принц Мела когда угодно, но не сейчас. Неужели он всё узнал? Кайя хотел его уничтожить ради мести за свою родину? — Не пугайся. — он проходит в комнату и садится на кровать рядом с Альбедо, удивляется, когда тот отползает от него, будто перед ним был враг. — Ты в порядке? Главный алхимик осматривает Альбериха, боясь, что возможно это и вовсе был очередной сон. Что-то странное происходило с ним с того момента, как он покинул собор. Кошмары преследовали Альбедо, силы отказывались возвращаться и тело становилось неконтролируемым. Потеря власти над своими силами сводила его с ума из-за тревоги, ведь это могло означать, что ему пора покинуть Мондштадт. Однако Кайя не выглядел враждебным, это был совершенно обычный и привычный Кайя, даже немного сонный, судя по взгляду и медленным движениям. Он точно ещё не засыпал. — Да, всё нормально. — возвращаясь в прежнее положение, отвечает Альбедо. — Помнишь, ты просил меня об услуге? Которая противоречила нашему договору… Ты мне не откажешь, если попрошу теперь я?  Капитану кавалерии было привычнее спать в одиночестве и постоянно быть настороже, но сегодня ему совершенно не спалось. И дело было даже не в присутствии Альбедо, наоборот, ему хотелось лечь рядом с ним и уснуть в тепле рядом с другим человеком. Альберих повернул голову к Крайдепринцу, решившись взглянуть на него после такой откровенной просьбы, и к огромному счастью не увидел отвращения. В ответ последовал кивок, алхимик был не против очередной близости с ним, хоть лицо его было совершенно равнодушно и не показывало ни капли эмоций. Кайя опустился на матрас, встречаясь взглядом с бирюзой. Ему хотелось снова вслух напомнить о том, что человек перед ним просто его сексуальный партнёр, который с ним для удовлетворения разного рода потребностей. Но ложь уже так осточертела, что слова эти застряли комом в горле. Вместо этого, Альберих притянул Альбедо ближе к себе, обнимая, и уткнувшись носом в белокурые волосы. Наверное, он просто пользовался добротой принца Мела, видел в нём лёгкий способ утолить потребности в физическом контакте с людьми. Тогда почему Кайе приходилось тщательно удерживать себя от поцелуев и желания назвать его «милый»? Зачем хотел знать, что Альбедо занимается сексом только с ним, и что первым у него был именно он? К чему было стремление стать первым для Альбедо во всём? Из-за этих смятений он не мог спокойно жить и исполнить свой долг. В Соборе принц Мела достаточно отоспался, потому проснулся даже раньше полудня, хотя в выходные мог позволить себе спать и до двух часов дня. В такие дни его обычно преследовало ощущение того, что он пропускает слишком многое, совесть мучила его, а по-человечески уязвимый организм требовал больше отдыха. Сегодня получилось успокоить себя тем, что Альбедо не имел права выходить из дома Кайи, и время сна никак не повлияет на его прогресс. Тем более ему нужно было накопить энергию, чтобы ночью пробраться в штаб.  Однако сложнее оказалось не пробраться в Ордо Фавониус, а дождаться, когда придёт время. Алхимик уже обошёл все комнаты, почитал книгу, приготовил меч и одежду, прежде чем понял, что не представляет чем ему заниматься, когда никаких задач перед ним не стояло. Альбедо находит бумагу и ручку, вынужденно порывшись в вещах Альбериха, чтобы найти для себя хоть какое-то дело. Первым делом в голову приходит конечно же хозяин дома, и Крайдепринц впервые за их знакомство рисует его не в три штриха, а профессионально, серьёзно и искренне прилагая усилия, чтобы передать нечитаемый взгляд, холод, которым веет от капитана кавалерии, и острые черты лица. Он привык рисовать другими инструментами, так как ручки совершенно не подходили его стилю, но даже сейчас на листе вырисовывался шедевр. Пока работа над портретом шла, за окном успело стемнеть. Художник отвлёкся от работы, когда входная дверь открылась, и на кухню вскоре прошёл Кайя, со своей привычной обворожительной улыбкой. — Вижу, ты нашёл чем себя занять. Я принёс тебе некоторые вещи, чтобы ты не… Боже, Альбедо… — глаз Альбериха упал на портрет, над которым Альбедо трудился весь день до вечера, и судя по реакции, не зря.  Это был не просто портрет. Помимо того, чтобы порадовать Кайю, Альбедо намеренно изобразил его таким, каким он выглядел сверху: с самодовольной улыбкой, одновременно и говорящим за себя взглядом, и не дающим понять следующие действия или грязные речи. И тело выглядело идеально: мускулы будто выточены, как у скульптуры, лицо поразительно одинаково с оригиналом, полуприкрытый глаз с длинными ресницами устремлён прямо на зрителя, а волосы спадали на плечо и обрамляли лицо, лишь слегка мешая обзору. От человека на портрете веяло властью и холодом, одновременно с которым чувствовался и жар. Альбедо оставил и свой след на этом рисунке. На ключицах Альбериха, стремясь к шее, виднелась ладонь с тонкими пальцами, бледная по сравнению с кожей главного героя этого произведения. Эта рука была заметно меньше, аккуратной, тоже идеальной, словно вылеплена с помощью своего создателя. И всё это принц Мела сделал не просто так. Ему нужно было зажечь Кайю и вымотать за сегодняшний вечер, чтобы тот точно спал хорошо. — Как тебе? — казалось бы, совершенно невинный вопрос, прозвучал от алхимика, но мысли в его голове роились точно не чистые, когда он писал этот портрет.  — Восхитительно. Боюсь, даже я не смогу найти те слова, которые по достоинству оценят твой талант. — он останавливается за спиной у Альбедо, положив ладонь на его макушку, и играясь с белокурыми прядями. Повёлся, значит. — Но могу отблагодарить тебя более запоминающимся способом.  Крайдепринц чувствовал себя полным сил, чем удивил лежащего в постели Альбериха, не потрудившегося одеться после «выражения благодарности». Остаток зелья для поддержания энергии помог Альбедо не устать, и при этом вымотать капитана кавалерии своей выносливостью, из-за которой он даже оргазма достигал дольше обычного, хотя обычно заканчивал раньше Кайи.  — Будешь чай? — предлагает добродушно алхимик, встав у порога в спальню, и держа в руках блюдце с обещанным десертом.  — Только если ты принесешь мне его в постель. — уже сонно бурчит Альберих, развернувшись на спину. Он не может не задержаться взглядом на Альбедо, на том, как его губы обхватили вилку, когда он отломил кусок торта, как он проглотил его, как светлые волосы выбивались из собранного хвоста, обрамляя его свежее личико. Принц Мела выглядел намного лучше, чем несколько дней назад в Соборе. Даже стоны на этот раз казались более звонкими, будто голос вернулся к нему. Выйдя на кухню, Крайдепринц достал заготовленный пакетик успокоительного, который сохранился ещё с того письма от Сахарозы. Он добавил его в чай для Кайи, и перемешал, чтобы слабый запах трав слился в один аромат, свойственный чаю, и жертва его хитрых уловок ничего не заподозрила. Хотя даже на этот случай у него был заготовленный план. Альбедо вернулся в комнату и передал Альбериху чашку, убеждаясь, что тот делает глоток, после которого благодарит его. — В твоих умелых руках даже самый простой чай становится вкуснее. — поставив чашку на стол, полушёпотом говорит капитан кавалерии. На секунду Крайдепринц подумал, что эта улыбка означала, что он обо всём догадался. Однако Кайя снова берётся за книгу и продолжает читать, как ни в чём не бывало. Алхимик возвращается на кухню и прибирает порошок. Теперь осталось только дождаться, когда Альберих уснёт, и пробраться в библиотеку незамеченным. В полночь Альбедо тихо подкрадывается к комнате капитана кавалерии и прислушивается. Услышав только храп, он заглядывает, убеждаясь в том, что он действительно спал, утомившись за день.  Проскочить мимо стражи оказалось совершенно простым заданием для принца Мела. Он подошёл к дверям запретного отдела, и ещё раз огляделся в темноте, только потом приложив ладонь к замку, медленно отворяя его с помощью алхимии. Здесь была специальная магия Лизы, однако Альбедо знал способ, чтобы обойти её, уже давно наблюдая за библиотекаршей. Её знания были великими, и иногда ему было жалко, что такой талант пропадал впустую. Он всё же превосходил Минчи. Освещая себе путь золотым лучом, Крайдепринц шёл дальше и дальше вглубь запретного отдела. Температура комнаты будто понижалась с каждым его шагом в мрачную темноту, хотя холода здесь быть не должно было. Он не ошибся в своих оценках по поводу Альбериха. Альбедо повернул в сторону отдела с особо древними книгами без названия. Они были скрыты как раз на тот случай, если кому-то удастся пробраться сюда. Тупик. Он тянется к книге с серебристой обложкой, однако тут же отдёргивает пальцы, когда сквозь перчатки его укалывает лёд. Алхимик оборачивается назад, видя, как из тьмы выходит высокая фигура его преследователя. — Какой грязный трюк, Альбедо. Опоить капитана кавалерии успокоительным, усыпить стражу и забрести в запретный отдел… Это я ещё не назвал нашего с тобой общего нарушения закона. — он выхватывает оледеневшую книгу и открывает её, читая содержание. — И ради чего такие решительные действия? — Ты не пил тот чай. — Альбедо вспоминает момент, когда отдал чашку с успокоительным. Альберих скорее всего лишь сделал вид, что пьёт. — Я не собирался вредить. Это вынужденно, мне очень нужна эта книга. — И всё же, вместо того, чтобы попросить, ты выбрал проникновение незаконным способом. Значит, что-то не так в твоей добродетели. Надо было же загнать самого себя в тупик. Кайя поднял руку, намереваясь воспользоваться своим преимуществом перед Крайдепринцем и заточить его в ледяной клетке, однако тот оказался быстрее. Альберих нахмурился, поняв, что его обдурили, однако золотые путы были быстрее, обвивая его запястья и лодыжки. Защитившись, Альбедо подошёл к нему и опустился перед ним на колени, поднимая упавшую книгу. К счастью, та сильно не пострадала от падения. Он выпрямился, глянув вверх на раздражённого капитана кавалерии. — Не переживай, ты очнёшься дома. Я не буду тебя подставлять. — обещает ему алхимик, всё-таки не стремясь как-либо навредить своему «коллеге». — Я не за себя переживаю, Альбедо. Как долго твоя алхимия сможет помогать тебе? Ты ослаб, признай это.  Принц Мела с сомнением посмотрел на Кайю, метнув взгляд к путам, крепко удерживающих его и лишающих возможности напасть. Довольно иронично прозвучало, учитывая то, что Альбедо сейчас явно выигрывал. Пока его защита вдруг не начала превращаться в тонкие нити, рассеиваясь. Неужели алхимия вышла из-под контроля? Альберих льдом разрезал золото, но не стал хватать алхимика, и уж тем более нападать на него. — Похоже, я не ошибаюсь. Я здесь не для того, чтобы остановить тебя. — он щёлкает пальцами, позволяя книге оттаять. — Сейчас самый подходящий момент, чтобы признаться в том, зачем ты здесь, если ты хочешь обрести союзника.  — Я не нуждаюсь в союзниках. — О, правда? — Кайя применяет силу, приказывая льду заточить ноги Альбедо. Крио энергия грозила пойти выше, чтобы полностью заморозить тело Крайдепринца. — Что ты можешь сделать, чтобы защитить себя? Альбедо, твой гениальный ум не спасёт тебя! Скажи мне, что ты здесь ищешь? Капитан кавалерии был вынужден грубить и применять силу, хотя не отрицал, что ему приносило удовольствие ощущение контроля над Альбедо. Он был слабым и беззащитным, едва ли мог дёрнуться в этой ледяной клетке, продолжая сопротивляться. Их взгляды встретились вновь, принц Мела пытался прочитать Кайю и понять, почему он хотел встать на его сторону и какая выгода была ему с этого. Они не любили друг друга, просто утоляли потребности, но Альберих всё равно желал помочь ему. — Что насчёт тебя? Какая тебе польза с того, что ты будешь помогать мне?  — В твоём понимании у друзей должна быть мотивация? Так ты видишь наши с тобой взаимоотношения? — упрекает его Кайя, наблюдая шок на лице напротив.  Глаз капитана кавалерии, который ещё совсем недавно Альбедо считал хладнокровным, вдруг изменился, будто став светлее. Будто его взгляд смотрел без привычной жестокости к пленным. Он бы ни за что в жизни не осмелился бы первым назвать его другом. Их отношения были сложными, держались исключительно на общих желаниях, однако оказалось, что связь между ними была глубже, чем он подозревал. Нет, принц Мела ведь подозревал…просто вечно откладывал эти мысли на потом, понимая, что Кайя с лёгкостью мог путать его. Он думал о том, что их взаимопонимание было далеко не обычным явлением в отношениях между людьми. С Итэром он не почувствовал тех же эмоций, что и с Альберихом, это было совершенно по-другому. Этот человек был ему близок.  — Кайя, я…Я не думал, что ты… — Да, Альбедо, я тоже не думал. Пока не увидел тебя на грани от смерти, едва переставляющего ноги только благодаря путешественнику. Мы с тобой могли бы не увидеться больше, если бы не почётный рыцарь. И после этой мысли я понял, что не хотел бы, чтобы это случилось. — признание давно должно было прозвучать, и Альберих почувствовал облегчение, когда наконец смог сказать Альбедо о том, что ценил его далеко не за их договор.  Это признание выбило принца Мела из колеи, ему было очень трудно заставить себя поверить в эти слова, пускай они и прозвучали максимально искренне. Кайе не было выгоды врать, наоборот, то, что он сейчас сказал, могло всё разрушить между ними, но он осмелился высказаться. Алхимик тут же вспомнил те моменты, когда запрещал себе размышлять о безопасности Альбериха в этом городе, когда понял, что его отец был близко и мог появиться в любую минуту. Он даже в Соборе думал о том, что Кайю было необходимо предупредить, или хотя бы защитить своими силами, но он ничего из этого не мог.  — Прости, ты тоже мне друг. Я просто не был уверен во взаимности своей… — Альбедо затормозил, пытаясь сообразить наиболее подходящее слово для их связи. — Симпатии. Пусть будет так. Я понимаю. — он опускает взгляд к льду, сковавшему уже половину тела алхимика, и приказывает ему отступить. — Теперь ты ответишь мне на откровенность откровенностью? Крайдепринц смотрит вниз на свои ноги, почувствовав свободу, а потом снова вверх на ожидающего Кайю. Он мог бы сбежать сейчас, усыпить его, но было ли это необходимо? Ему действительно была необходима защита, однако Альберих вряд ли мог предоставить её в полной мере. Альбедо оценивал честно, и вряд ли Кайя смог бы хотя бы минуту продержаться против того, кого он встретил в тех руинах. Но зато был верным и смелым, тоже обладал хитростью ума и восхитительными способностями к стратегии. А ещё принц Мела может добиться его доверия, чтобы в тот день, когда придёт время признания, капитан кавалерии имел расположение к нему. С помощью своих зелий Альбедо мог усилить силу Альбериха, и защитить его от серьёзных ранений. Однако это всё равно было большой ответственностью, если Кайя не справится… — Это опасно. Я не могу, это большая ответственность, и ты не должен быть вмешан в мои проблемы. Это выше твоих способностей, и я вовсе не принижаю тебя. — отказывает ему главный алхимик, к сожалению видя не разочарование в лице Альбериха, а только большее желание доказать свою пользу.  — Это моё личное желание, и ответственность будет лежать полностью на мне. Позволь мне быть рядом, и я обещаю, что не разочарую. — он отводит взгляд, лишь ненадолго, видно, что сомневаясь в необходимости того, что собирается сказать. — Мне есть что тебе показать. Но я должен быть уверен, что ты хорошо умеешь хранить секреты.  — Твои секреты мне некому рассказывать. Я далёк от сплетен. — честно успокаивает Крайдепринц, заинтересовавшись речью капитана кавалерии. Может быть, что-то он недоглядел.  — Тогда позволь мне защищать тебя, и я продемонстрирую свою силу.  В силу своей изобретательности и способности к воображению, Альбедо думал о том, что Кайя мог прятать свои настоящие силы, чтобы не выдавать своего происхождения и не показывать противникам его истинные способности. Может быть, это и не сильно было связано с его родом, но уж точно эта энергия была не из простых, раз находилась под запретом для использования. Как оказалось, эти мечтания оказались правдой. — Я хочу вернуть глаз Бога. Пока что я не знаю как, только понимаю, что это задача не из простых. Возможно, придётся обмануть законы этого мира, или сразиться с устрашающими монстрами, но это точно не останется без внимания Богов.  Так Альберих и думал. Цель Альбедо была очевидна, учитывая важность глаза Бога в их жизни. Они действительно могли только подозревать, что их поджидало, и вряд ли Кайя смог бы защитить алхимика, если им понадобится обращение к Селестии. Однако была возможность, что это вовсе не требуется? Сперва нужно было изучить книги из запретного отдела, и желательно было как можно скорее забрать нужное и уходить. — Безумная идея. Но именно это в тебе и притягивает людей, ты знал? — он улыбнулся, показывая свою смелость и решительность. Кайя был из тех людей, что любили адреналин в крови, риск – его стихия. — С чего же нам начать, босс? — Нужны книги о Селестии, архонтах, всё, что может быть связано с происхождением глаза Бога. Поторопимся, скоро стража должна проснуться. — алхимик отходит к полкам, рассматривая нижние, надеясь, что Альберих поймёт какая именно задача перед ним сейчас стоит. Его преимущество было в росте всё-таки. Как только они вернулись домой с двумя стопками книг, Альбедо предпочёл сесть за их изучение, пользуясь техникой, которая позволяла с более высокой скоростью и продуктивностью искать нужный материал. Однако он даже половину первой не успел прочитать, как его прервал капитан кавалерии, положив ладони на плечи, и принуждая отвлечься. — Тебе нужно спать. Как проснёшься, продолжишь расследование. — видя, что принц Мела не собирался прислушиваться к голосу разума, он присел на колени, отрывая его ладони от страниц, и удерживая в своих руках. — Ты ведь помнишь как недосып влияет на тебя? Я однажды обнаружил тебя в лаборатории, пытающегося сделать крио эликсир с помощью ресурсов с пиро попрыгуньи. И даже в тот момент ты убеждал меня в том, что всё в порядке. Хочешь, чтобы это повторилось? Тебе нельзя уставать сейчас и растрачивать силы впустую.  Главный алхимик вздохнул, поджав губы, и с некоторой виной глянув вниз на Кайю. В такие моменты, пожалуй, он был намного разумнее и направлял его на верный путь. Альбедо поднялся вместе с ним, позволяя отвести себя в спальную комнату. Польза Альбериха заключалась не только в его силе. Он умел повлиять на Крайдепринца, подсказать ему, помочь не сойти с ума и сохранить здравый рассудок, что иногда ему трудно было делать самостоятельно. Цена Кайи всё больше и больше повышалась.  — Спасибо, что напоминаешь мне об этом. — шепчет Альбедо уже в постели, накрываясь одеялом, но всё ещё наблюдая за капитаном кавалерии.  — Спокойной ночи. — кивнув, и улыбнувшись, говорит ему Альберих в ответ, и уходит в зал, собираясь тоже лечь спать.