Без обязательств

Сегодняшний день был для него особенным. Кайя радовался и улыбался рядом с близкими, чувствовал себя полноценным рядом с Синклер, любил ее и был любимым в ответ. Знал, что она обязательно ждёт его дома, хотела сделать его счастливым и действительно трудилась для этого, дорожила их общими моментами и разделяла с ним бытовые моменты, знала его дом вдоль и поперёк. Но правда ли Альберих был доволен своей нынешней жизнью? Альбедо надеялся и на лучшее для него, и желал, чтобы для Кайи счастливая жизнь означала нахождение рядом с ним. Ему хотелось почувствовать каково просыпаться рядом с человеком, которому ты всецело доверяешь не только своё тело, но и мысли. Осознание любви к Альбериху тяжело давило на сердце Крайдепринца, ему казалось, что он не может любить так, как обычные люди, однако оказалось, что его создательница была чрезвычайно талантлива и наделила его всеми качествами людей, в том числе и тоской.  Любовь — это не способ отвлечься от рутины. Это глубокая эмоциональная привязанность, принятие человека таким, какой он есть, безопасность. Это видеть его почти каждый день и думать выспался ли он и как себя чувствует, был ли счастлив, не мучали ли его образы прошлого. Это сделать его главным героем своих произведений и вдохновляться при его появлении. Это видеть цветы и помнить, какие из них его любимые, а какие подарил он ему в Соборе. Это знать, что бы он сказал в той или иной ситуации, как бы поступил. Это понимать, что он не откроется сразу и дорожить откровенными моментами, не торопя, и даже не ожидая. Это принимать его рискованность и жестокость, тщательно охраняя и оберегая от последствий. Это Кайя. — Попался. — шепчет он низким, грубым голосом сверху, закрывая телом обзор, и крепкими руками прижимая к себе. Сначала принц Мела даже пугается, но почувствовав знакомый холод и ощутив родной аромат, ударивший в ноздри, успокоился, расслабив руки на предплечьях Альбериха. Тихий всхлип с его стороны поверг алхимика в шок, он поднимает ладони к лицу и отлепляет от себя цепучего Кайю, вглядываясь. Слеза упала вниз, хотя взгляд оставался таким же бесстрастным. А ещё от него, пожалуй, несло алкоголем.  — Альбедо, милый мой… — Ты ужасно пьян.   — Дорогой… Время вокруг замирает, когда их взгляды сталкиваются, Альберих шатается над ним несколько секунд, а потом нахально игнорирует силу в руках на лице, наклоняясь к его лицу, приоткрывая губы, и закрыв глаз. Альбедо замирает в смятении, желая верить в то, что сейчас они поцелуются, но понимая, что это будет иметь последствия, даже если вдруг Кайя сделает это искренне. Вместо прикосновения к губам он чувствует тяжесть на плече. Тот согнулся в три погибели только ради того, чтобы уткнуться лбом в его плечо и пьяно дышать в шею. Крайдепринц возмущённо оттаскивает от себя Альбериха, как вдруг видит, что тот улыбается, и вовсе не пьяно.  — Альберих, ты… — Ха, неужели не можешь подобрать слов? — смеётся над ним капитан кавалерии, ликуя. Шалость удалась, румянец, пускай и заметный лишь при тщательном взгляде, выступил на щеках Альбедо. — Тогда я помогу. Кайя, ты потрясающий ак… — Ты потрясающий шут. — прерывает его принц Мела, развернувшись, и направившись обратно в сторону своего дома. — Да ладно, ты же не обиделся? Я так правдоподобно пустил слезу? Не молчи, Альбедо. — Кайя догоняет его и идёт рядом, некоторое время помолчав, а потом продолжив. — Поговори со мной. Может быть, та слеза вовсе и не была фальшивой? Альбедо взглянул на Альбериха, глаз которого был направлен на него, однако не показывал никаких эмоций. Стоило ожидать, что тот скроет все свои чувства и не позволит ему понять где была правда, а где ложь. Но он достаточно наблюдал за его поведением, чтобы понимать что к чему. В голову приходит идея спросить о Майли, ведь та конечно ждала его, и Крайдепринц почти сразу передумал. Это могло спугнуть Кайю. Тем более это был шанс забыть о существовании Синклер и поговорить по душам. Таких разговоров у них почти не было, хотя они могли бы рассказать друг другу многое. Просто теперь их роли друг для друга стали малы, чувствовалась неуместность их чересчур близких взаимоотношений. — Ты хорошо спишь?  Альберих не сдержал смешок от серьёзности Альбедо, ибо вопрос был таким, на первый взгляд, глупым…А потом он задумался. — Не думал, что тебя из множества вариантов вопросов будет волновать что-то настолько приземлённое…Мне кажется, лучше спросить это у тебя. — переводит он вопрос, избавляясь от возникшей неловкости. — А как часто тебе кто-то задаёт такие вопросы? — настолько получилась интересная тема для раздумий, что оба замолкают. Кайя соглашается с алхимиком, осознавая, что каким бы недалёким не показался этот вопрос, он его не слышал в свой адрес. Значит, никто не интересовался качеством его сна, ну и что в этом такого? Если задуматься, это означает, что его здоровье не беспокоит кого-то, даже его самого. Майли не спрашивала у него про самочувствие, даже когда тот приходил с работы очевидно уставшим, она без умолку любила тараторить о своём очередном дне в театре. Не то что бы Альберих не слушал этих рассказов, просто иногда они надоедали, и ему тоже хотелось поделиться с чем-нибудь, или просто посидеть в тишине. Неосознанно их шаг замедлился и они пошли по дальней дороге, не став сокращать путь к нужному адресу. — Ты прав. Обычно спрашивают, как прошёл день. — продолжил Кайя, пожав плечами. — Или вообще не спрашивают. Просто начинают говорить сами.  — Сон – базовое состояние восстановления. — спокойно ответил он. — Если он нарушен, всё остальное становится менее устойчивым. — Кто бы это говорил. — подкалывает его капитан кавалерии, дёрнув бровями, и хитро улыбнувшись, но быстро переменившись в настроении. — Даже забота у тебя звучит как научное заключение.  Прохладный ветер успокаивается, трепет их плащей становится чуть тише. К тому же, даже заядлые пьяницы стихли, окна домов погасли. Только они нарушали тишину, продолжая медленно идти к дому алхимика. — …Иногда не очень. Бывает, лежишь и не можешь заснуть. — поддаётся Альберих, опустив глаз вниз. — Или просыпаешься от любой мелочи, а попробовать заснуть снова уже бесполезно.  Расстояние между ними сокращается и Кайя переходит на шёпот, стараясь говорить так, чтобы его откровенности слышали только уши Альбедо. Тот, заметив приближение, позволил и себе посодействовать.  — Ожидаемо, учитывая твою профессию. Нестабильный режим, высокий уровень напряжения, и… — он запинается, придумывая подобающую формулировку. — …избыточное количество неразрешённых внутренних конфликтов. — О, кажется ты только что назвал мою жизнь хаотичной… — Я назвал её перегруженной. С обеих сторон доносятся вздохи, когда они встречаются взглядами, но каждый улыбается себе, вспоминая, к чему приводили прошлые разговоры. Иногда их мнения различались, они безмерно поддевали друг друга и отвечали на шутки. В пределах разумного конечно, они оба всегда знали меру и видели черту, которую нельзя переступать.  — Интересно, что именно ты спрашиваешь меня о таких вещах. — начинает первым Кайя после продолжительной паузы. — Почему? — Потому что именно с тобой я обычно не сплю. — он снова цепляет бирюзовые глаза своим, сначала изучает реакцию, и только потом улыбается, видя напущенное равнодушие. Альбедо ступает на порог дома и останавливается, разворачиваясь обратно к собеседнику, даже не открыв дверь и не достав ключ. Разговор всё-таки ещё не закончен, можно сказать, только начался.  — Не совсем верная формулировка. — Тогда поправь меня? Снова многозначительная тишина и зрительный контакт, говорящий сам за себя. Расстояние между ними становится неприличным, когда Альбедо шагает навстречу Альбериху, задрав голову, чтобы продолжать смотреть на него. Только сейчас он увидел как горько на самом деле улыбался капитан кавалерии, а единственный видимый глаз выглядел слегка припухшим, будто от ночных слёз. В остальном тот выглядел как всегда идеально, конечно готовился к появлению в обществе.  — С тобой, — медленно начинает принц Мела, завораживая Кайю на месте. — я не отдыхаю. Все же несколько секунд на осознание сказанного требуется для Альбериха, прежде чем тот понимает намек. — …Но сплю.  — Спал.  Кайя щурится и внимательно смотрит на, казалось бы, такое знакомое лицо, но теперь открывшееся с новой стороны. Эта коварная улыбка Крайдепринца, его самодовольный и уверенный взгляд с томным и одновременно узнаваемо мягким голосом. Если бы не Синклер, он бы точно купился и провёл эту жаркую ночь у Альбедо. Увы, теперь Альбедо и его постель были ему недоступны.  — Ты бесподобен, Альбедо. — смеётся Альберих, покачав головой.  Его взор цепляется за знакомое украшение. Смуглые пальцы опускаются к драгоценному камню, кончиками проходясь по обивке. Носит. Значит, понравилось. — А я думал, ты будешь ставить над ним свои опыты… — Такая возможность всё ещё не исключена.  Оба улыбаются, сталкиваясь глазами. Сегодняшняя встреча говорила о многом. Между ними ещё ничего не закончено, всё будто только начиналось, и их прошлое было лишь прологом к настоящей истории их взаимоотношений. Может, он и не должен забывать Кайю. Даже если не удастся испытать взаимную любовь с ним, Альбедо будет помнить о том, как искренне смог почувствовать к нему такие сильные эмоции, и какие сильные эмоции испытывал, когда не получал ответной любви. Всё это опыт.