Сбежавший

Япония, Канадзава.

— Ах, ощущение, будто мои ноги сейчас отвалятся, — взвыв от вселенской печали и поставив ящик с бутылками воды на пол, сказал парень. Он упëр руки в бока и с неким недовольством, без маскировки красующимся на лице, смотрел за своим напарником, который с безучастным видом делал свою работу. Тот не реагировал никак от слова совсем. — Агх, ну почему мы открываемся так рано! — весьма поэтично продолжил он, поднимая голову вверх и смотря на потолок таким взглядом, будто пытается найти там божество, дабы узнать, за что ему всё это. Реакции по прежнему не было. Напарник молча перетаскивал ящики на склад, каждый раз закатывая рукава, когда подходил к мини-грузовичку. — Уволюсь, — надув губы, обиженно заключил первый, следуя за хикикомори. — Увольняйся, — следом говорит тот самый молчун, даже не удосужив другого взглядом. Он берëт последний ящик, унося в кладовую, а после выходит, чтобы закрыть задние дверцы грузовичка. — Тебя никто не заставлял за мной идти, как верный пëс. — Ужас, Томо, ты стал таким вредным за столько лет, — решив, что лучшим вариантом сейчас будет протирать столы, сказал парень и двинулся за тряпкой. Меньше всего ему хотелось бы начать спор с другом, который, ко всему прочему, не совсем даже и друг. — Переставай ныть, Рен, и займись уже делом. Скоро посетители начнут приходить, — вздохнув устало, сказал Томо, приготавливая на кухне все нужные приборы, вычищенные до блеска, будто их только что купили. В прочем, ничего удивительного. Уже как-то вошло в привычку, чтобы всё было идеально. За всеми приготовлениями пролетает ещё полчаса, и ровно в девять табличка на входной двери переворачивается, оповещая прохожих о том, что можно заходить. И первые посетители за этот день не заставляют себя ждать — порция входит в составе пяти человек. Работники погружаются в привычную им рутину, носясь между столиками, показывая дежурные приветливые улыбки каждому клиенту, а иногда попутно вежливо отбиваясь от предложений познакомиться или дать номерок. А такое случается довольно часто. Кажется, даже пальцев двух рук не хватит, чтобы посчитать. — Исогай, ещё две порции якитори, и один рамëн, — заглянув через стойку подачи, проговорил Томо и, прихватив из холодильника несколько бутылок воды, пошёл дальше работать. На самом деле, ему бы больше всего хотелось не ходить, а просто лечь хоть здесь, на полу, и притвориться мëртвым. Мëртвым нет дела до какой-то выпивки, рамëнов и шашлычка на палочке.. Особенно им нет дела до людей. — Мы сегодня как белки в колесе. Особенно. — Подстраиваясь ненароком сбоку от напарника, говорит Рен, после чего переводит взгляд в сторону улицы, где под дверьми топчется ещё порядочное количество народу. Возникает желание удавиться. — До откуда их столько?.. — Сегодня выходной день для офисников. Что ты ещё хотел, — закатив глаза, сказал Томо. — Я бы хотел прямо сейчас уйти с сексапильной красоткой и весело провести ночку. А ты? — ухмыляясь, говорит Рен и пихает напарника в плечо своим. — Я сейчас дам твой номер той бабушке за седьмым столиком. — Молчу. Одни посетители сменяются другими, суматоха не прекращается. День в самом разгаре и как будто это никогда не закончится. Возможно, ещё бы пара рук пригодилась, однако приходится довольствоваться тем, что есть. — Ах, Томоаки, ты сегодня выглядишь ещё красивее чем обычно! — воодушевлëнно щебечет женщина, сложив руки в ладони и прижав их к своей щеке, как только к её столику, за которым сидит ещё двое человек, подошёл работник. Парень натягивает улыбку, ловко прокручивая ручку и готовясь записывать на стикер. — Вы слишком добры, благодарю. — Я сюда хожу только ради твоего красивого личика. Эх, вот бы и мой сын был таким же красавчиком... — продолжает женщина, играясь в полупустой рюмкой в руке. — Боже, опять ты за своё. Не видишь, что ли, парня смущаешь своими речами? — ворчит другая женщина, на вид старше. Видели бы они мысли этого самого красавчика.. Вмиг бы их радость сменилась на осуждение. Томо неловко смеëтся, выдавливая из себя хотя бы что-то, прежде чем уйти на кухню, чтобы хотя бы сделать глоток холодной воды. Невыносимо жарко. И пока Рен усердно продолжает работу, широко улыбаясь и флиртуя со всеми слоями общества, Томо отдыхает. — Выглядишь измученным, — облокачиваясь о стойку, присоединяется к чужому отдыху Исогай и с кивком благодарности берëт протянутую воду, делая глоток. Они тут все достаточно быстро привыкли друг к другу, чтобы обращать внимание на что-то вроде брезгливости. Да и в целом, работая в такой обстановке, особо не обращаешь внимание на то, из какой бутылки ты пьëшь воду. — Встал не с той ноги. — Что так? — В последнее время новости не очень радуют, — Томо развернулся и склонился над стойкой, сложив на ней руки и заглянув через прогал в зал. — Да, видел сегодня. Врат хоть и не становится больше, но зачистки занимают куда больше времени из-за перезапусков. Вообще это так странно, — Исогай подходит к плите, чтобы перемешать содержимое кастрюли, — почему внутри врат открываются новые? Так же не должно быть. — Мы не охотники и не научные ассоциации, чтобы думать над этим. — Тоже верно. Но мне всё равно интересно. — Пройди переоценку и вступи в гильдию, в чём проблема, — Томо издаëт странный звук, похожий на «пф». — Так говоришь, будто это легко и просто. Будто сам проходил через это. — Ха-ха, куда мне, простому работяге, — усмехаясь, сказал Томо и, заметив, что Рен уже начинает не справляться, жалобно поглядывая на них, нацепил фартук и тоже присоединился к работе. Исогай, же молча проследив его удаляющуюся спину внимательным взглядом, в конечном итоге быстро ушёл с головой в готовку. Сегодня поздний вечер обещает быть ещё более оживлëнным, чем сейчас. Весьма грациозно лавируя между столиками и забирая пустые тарелки с едой и бутылки с выпивкой, Томо делал вид, будто не замечает разгневанные взгляды своего напарника. А взгляды на самом деле были даже не то, чтобы разгневанные, а будто кричащие «ах ты предатель, бросил меня тут одного, а ведь мы через столько прошли вместе.» Что ж, это довольно забавно, учитывая, что через всё Томо проходил всегда практически в одиночку. Вспомнить даже те же школьные годы. «Но мне всë равно интересно.» — всплыли внезапно в голове слова Исогая, отчего парень неосознанно остановил взгляд на улице. Многие бы подумали, что он просто кого-то ждëт, но на деле же всё гораздо сложнее. В груди затаилось странное чувство, похожее на тревогу. Кажется, знакомое, оттого и до ужаса неприятное. «Так значит, двойные врата. Да, действительно странно. Помню, это преподавалось в институте на третьем году обучения, — думает парень, вспоминая сначала, сколько было пар этого предмета в неделю, потом преподавателя, не знающего что такое оценка «отлично», а затем и одногруппников. — аномалия двойных врат происходит в том случае, если скопление энергии первых превосходит хранилище. В конечном итоге запускает процесс пятидесятипроцентного обнуления и появляются вторые врата внутри первых, где либо случится перезапуск босса, либо нет.» — Как по учебнику пересказывает в своей голове Томо, разнося приготовленные блюда по столикам. Вдруг до его ушей доносится разговор, что сначала заставляет отвлечься, а потом вовсе отойди подальше от недавних мыслей. — Молодой человек, кажется, ваш напарник сегодня не в духе, — говорит как-то грустно сидящий за дальним столиком пожилой дедушка, возле которого стоит Рен с подносом. — Видимо, встал не с той ноги. У него такое бывает, — ответил последний, косясь на Томо. Томо же закатывает глаза, понимая, что зря навострил уши. Как обычно бесполезные разговоры, по большей части касающиеся него. То им не нравится вид, грустным кажется, то наоборот говорят, что слишком хорош для такого заведения. Что вообще этим людям надо? — А у него с рождения такой цвет волос? — Спросила сидящая за соседним столиком молодая девушка, по глазам которой было ясно — заинтересована, и это Томо заметил чуть ли не сразу. И если начистоту, ему чуть-чуть плевать, безразлично. Всё в таком духе, в общем. — Кто знает. По крайней мере в школьные годы был таким. Из-за этого его везде узнавали, — с удовольствием отвечает Рен, улыбаясь так широко, будто пародирует чеширского кота японской версии. Томо от этих представлений всего передëргивает. — Хотя мне иногда кажется, что и сюда люди приходят, только чтобы посмотреть на его лицо, хаха. — Ну ты тоже ничего такой, юноша, — подала голос уже другая женщина, за другим столиком, а потом все беседующие начали смеяться. Томо, отойдя от них на довольно приличное расстояние с лицом полного отчуждения, поймал сочувствующий взгляд Исогая, противопоставить которому было, увы, нечего, а затем взглянул на настенные часы. Время близилось к шести вечера, а это значит, что скоро будет сложнее всего, потому что из домов начнут выползать ради прогулок, а там и «зайдëм перекусить?». Стоит морально подготовиться, ведь также ещё вечером в этом месте собираются обожаемые Реном сплетники, знающие всё и вся. Не для этого Томо перебирался в спокойный район, ох не для этого. Спустя ещё какое-то время, пролетевшее подобно калибри, кафе начало наполняться уже другим контингентом, состоящим в основном из подозрительно выглядящих групп мужчин. И опять по привычке — подготовка большого количества алкоголя. Вообще, странно, что Рен, будучи владельцем этого кафе, никак не вмешивается во всё это. Хотя с другой стороны, зачем ему это. Пока прибыль есть, неважно кто сюда приходит. Лишь бы опустошали кошельки. — Слышал, по новостям сегодня снова крутили о каком-то пропавшем без вести охотнике? То ли S класса, то ли А, — весьма грубым голосом говорит полный мужчина, а потом пытается запихнуть за обе щеки шашлычки. — Ваши напитки, — с вежливостью, но без каких-либо эмоций на лице, расставляет содержимое своего подноса Томо. И пока всем вокруг кажется, будто его ничего не касается, на деле парень внимает куда больше. — Его крутят по телеку стабильно раз в несколько месяцев. Бесит то, что я не понимаю, почему он всем так нужен. Это даже не редкий SS, — ворчливо добавляет сидящий рядом, видимо, друг, — Так ведь ещё и фотографии не дают! Только имя! Как, по их мнению, можно найти того, внешности кого знать не знаешь? — Это ты не знаешь как найти, а у тех, у кого есть связи, и этого вполне достаточно. — Тогда почему его за столько лет до сих пор не нашли? Сколько прошло... Года три, получается? — внезапно ворчание сменилось на активную умственную деятельность, что Томо, обслуживающего через столик, это позабавило. — Сменил личность? Парень замер, еле сдерживая себя, чтобы не обернуться. — В таком случае он создал себе отличную маскировку, что его не может найти аж самая влиятельная шишка из всех гильдий. А потом почувствовал облегчение, стоило завидеть Рена, который с завидным спокойствием грациозно маневрировал между столиками, чуть ли не светясь от счастья. Кажется, в такие моменты, как сейчас, когда тревога принимается за трапезу, беря в руки нож, только присутствие Рена спасает ситуацию. Когда-то давно Гакушу Асано считал его надëжной опорой. — Дорогие посетители, через полчаса мы закрываемся, поэтому с аппетитом доедайте, допивайте и возвращайтесь отдыхать домой! — оповещает хозяин кафе, относя целую кучу немытых подносов на кухню и складывая рядом с раковиной. И ведь и правда люди стали потихоньку закругляться, благодаря за вкусную еду, самое лучшее обслуживание и самый красивый персонал, некоторые даже оставили презенты в виде небольших сумм денег, что Рен был вне себя от радости видеть, пока убирал столы. — Ребят, я на сегодня закончил, тогда пойду домой, — поправляя в некоторых местах спортивки, сказал Исогай. — Осторожной дороги, завтра как обычно, хорошо поработал~, — помахал ему на прощание Рен, после чего повар ушёл, оставляя двух других работников одних. Какое-то время они прибирались молча, поправляя сдвинутые столы задвигая стулья, относя испачканные скатерти к раковине. И если честно, Томо не хотелось сегодня особо с кем-то говорить. Однако Рен его мнения не разделял. — Так и будешь вести себя так, будто тебя обидел весь мир? Что случилось? — опираясь в конечном итоге поясницей о очередной стол, далеко не вежливо поинтересовался Рен. — Видимо, просто не выспался? — пытаясь сгладить углы, в шутливой форме задал вопрос Томо, снимая с себя однотонный фартук и вешая в свой шкафчик. — Ты никогда не умел шутить, умник, — усмехается Рен, пока что не смея подходить к напарнику, нарушая его личное пространство, — Это из-за новостей и всех разговоров? Томо уставился на заднюю стенку шкафчика, где нет ничего, кроме холодного металла, в то время как у Рена куча стикеров с напоминаниями, именами и прочим. Первому же это просто без надобности. У него прекрасная память.. Идеальные навыки, да и внешностью не обделили. Можно подумать, что у него есть всё, так ведь? Друзья, даже если их можно пересчитать по пальцам одной руки, спокойная работа, не требующая сложных математических вычислений и ещё.. — Успокойся. Гакушу больше нет, понял? — Рен как нельзя кстати оказывается рядом и хлопает утешающе по плечу. — Его уже никто не найдёт. Всё хорошо. Рен, кажется, с ума сейчас сойдёт, если не обнимет единственного своего друга. Ему невыносимо неприятно видеть эти самобичевания, метания и разросшиеся опухолью сомнения. И ведь даже не знает, чем помочь. В своё время он сделал всё, о чём попросили. Больше мыслей нет. Томо поджимает губы, постепенно приводя путаницу в голове в порядок. Верно, нечего волноваться. Проблем больше нет, плотоядных многоножек тоже.. Нет причин для беспокойств. Правда же? — Что ж, кажется, мы вычистили до блеска всё здесь. Пора закругляться! Возвращайся домой, — Рен вновь похлопал друга по плечу и после его кивка стал сам переодеваться. — Томо, — окликнул он вдруг, останавливая намеревавшего побыстрее уйти отсюда парня. — Хорошо поработал, — и улыбнулся, непринуждённо помахав рукой. Второй неловко кивнул и покинул заведение, оставляя нисколько не удивлëнного Рена одного. В прочем, ему не привыкать. «Он не меняется.» — Думает Сакакибара, чувствуя как собственная улыбка исчезает с губ. — Боже, как же я уста-ал. Уволюсь.

***

Подсвеченная светодиодами доска множество фотографий, переплетений между ними и воткнутых булавок. Где-то разрушенные здания, где-то обозначения на картах или со снимков спутника; обилие информации, заметок, номеров телефонов. И всё это смешивается в одно сплошное месиво, утверждая лишь одно — кого-то ищут. Тонкие длинные пальцы скользят осторожно по красной нитке, останавливаясь на некоторых фотографиях, чтобы потом подушечками прижаться к уголкам. И сложно сказать, что хочется сильнее, вырвать всё и сжечь или же томиться в ожидании, продолжая поиски и сдерживая бурлящий в крови азарт. Стук в дверь останавливает поток картинок, созданных бурным воображением. В кабинет тихо заходит человек, облачëнный в строгий деловой костюм. — Прошу простить. Я с докладом. — Как нельзя кстати. Нашли что-то ещё? — молодой на вид парень оборачивается, всем своим видом показывая заинтересованность. — Да. Мы обнаружили примерное местоположение. Оно может быть не точным, но..вот, — мужчина подходит ближе и протягивает запечатанный конферт без каких-либо пометок и штампов, который тут же разворачивают. — Город Канадзава. — Ха. Любитель быть в центре внимания и показухи решил уединиться? Так на него не похоже, — парень рассматривал фотографию, на которой было ровным счётом ничего, кроме красной точки на карте. Такой же, как и на многих других, которые приносили до этого. Однако варианты отсеиваются одни за другими и остаётся не так много мест, где можно укрыться. Стоит проверить. — Благодарю. Можешь идти. Поклонившись, мужчина ушёл. — Надеюсь, это будет сто процентным попаданием. — Втыкая фотографию рядом с той, что в центре, где виднеется лишь расплывчатое лицо, говорит себе под нос парень. — А ты придумал задачку не из лëгких, Гакушу.