Запах крови на сирени.

Стоя на заваленном ненужными вещами чердаке, Мирида тяжело вздохнула и наконец принялась убираться. У неё было много вещей, поэтому выбросить пару пустых коробок и прочего мусора было необходимо. Среди хлама она заметила старую потрёпанную тетрадь в кожаном переплёте. Не школьную, не общую — личную. Бабушкин дневник. Мирида открыла первую страницу. Почерк был аккуратным, с наклоном — совсем как бабушка учила её когда-то. «1973. Сегодня он снова смотрел на меня. Из окна. Я делаю вид, что не замечаю, но каждый раз сердце уходит в пятки. Мама говорит, что этот дом лучше обходить стороной. Но я не могу. Он как будто притягивает.» Мирида перелистнула несколько страниц. «1975. Я узнала его имя. Кейн. Он не выглядит старше меня, но в его глазах столько… лет. Он никогда не выходит днём. Только ночью. Я видела, как он стоит под моим окном. Не поднимался. Просто стоял. Я не испугалась. Почему-то нет.» Сердце Мириды билось всё быстрее. Она перелистывала дальше, пропуская годы. «1980. Я всё поняла. Он не человек. Но я не могу уехать. Он не причинил мне вреда. Ни разу. Он только смотрит и иногда говорит. Говорит так, будто знает меня сто лет. Будто ждал меня сто лет.» Последняя запись была сделана дрожащей рукой, чернила расплылись, будто по странице прошлись слёзы. «1990. Я уезжаю. Не потому, что боюсь его, а потому, что боюсь себя. Если я останусь, я перестану быть человеком. Я стану его. Мирида, если ты когда-нибудь это прочтёшь — не повторяй моих ошибок. Держись от него подальше. Он вечен. А мы — только миг.» Хоулан отбросила дневник, словно обожжённая. На мгновение она даже подумала, что он сам вылетел у неё из рук. — Какого хрена? — в голосе звучал явный страх. Мирида спустилась с чердака, даже не разобрав остальные вещи. Она наглухо закрыла дверь и подошла к окну, которое выходило на дом Кейна Холта. Блондинка долго смотрела на его дом. Что вообще это значит? Откуда бабушка знала, что она переедет именно сюда? Мирида рискнула пойти и узнать всё у Кейна. Подойдя к его дому, она даже не успела постучать, как дверь распахнулась сама. Отшагнув от порога, девушка долго вглядывалась в темноту коридора, а потом всё же зашла внутрь. В доме стоял странный и отвратительный запах. Мирида подумала, что это запах трупа, и зажала нос. Увидев за углом чьё-то тело, Хоулан даже не успела закричать. Сильная мужская рука закрыла ей рот. Холт силой затащил её в комнату. — Что ты здесь забыла, идиотка?! Мирида была испугана, но это не помешало ей нагло расспросить его обо всей этой чертовщине. — Ты не отвертишься от ответа! Почему у тебя дома лежит труп, почему ты не стареешь с 1973 года и кто ты вообще такой?! — девушка едва не кричала. — Не лезь не в своё дело, если хочешь и дальше жить спокойно, — его голос уже не был злым, скорее спокойным и угрожающим. — О, поверь, я здесь даже одного дня не прожила спокойно, а ты говоришь про будущее. — Я думаю, ты догадываешься, что я не просто человек. Но я и не убийца. Мирида кивнула в сторону коридора, откуда всё ещё тянуло тошнотворным запахом. — Труп, Кейн. Я видела труп. Если ты не объяснишь, я вызову полицию. И плевать, что ты там не человек. Кейн посмотрел на неё с чем-то, похожим на уважение. — Это не труп, — сказал он спокойно. — Иди сюда. Он вышел в коридор, и Мирида, сделав глубокий вдох, последовала за ним. Тело лежало на полу у стены. Мужчина средних лет, в простой одежде. Лицо было бледным, глаза закрыты. Мирида подумала, что он мёртв, — но потом заметила, что грудь едва заметно поднимается и опускается. — Он жив? — удивилась она. — Пока да, — Кейн присел на корточки рядом с телом. — Это не человек. Точнее, уже не совсем человек. Они приходят иногда. Из магазинов. Мирида похолодела. — Из магазинов? Люди из магазинов? — Они не люди, — Кейн поднял голову и посмотрел на неё. — Ты думала, в этой деревне всё нормально? Ты видела, как магазины работают, а дома пустуют. И ты всё ещё думаешь, что люди в магазинах — настоящие? Мирида прижала ладонь ко рту. — Что они тогда? — Я не знаю, — Кейн выпрямился. — Я знаю только, что они не заходят в жилые кварталы. И что если один из них забредёт сюда, он уже не вернётся в магазин. Он становится… этим. Он кивнул на тело. Мирида нахмурилась. Да, как бы это ни было похоже на фильмы ужасов, это была правда — интересная и страшная одновременно. — Это что-то типа фантома? — спросила Хоулан. — Ага. Только фантомы должны вредить, а эти просто как часть какой-то сцены. Как роботы, — Кейн замолчал, а потом добавил: — Боишься? — Не знаю. Все бы боялись. — Твоя бабушка… — Кейн произнёс это так, будто имя до сих пор жгло ему губы. — Она была единственной, кто не боялся. Мирида замерла. — Она приходила сюда. Часто. Я говорил ей уехать. Она не слушала. — Вы были… — Мирида не знала, как спросить. — Друзьями? — Кейн усмехнулся. — Нет. Чем-то большим. Но я не мог дать ей то, что она хотела. Я не мог дать ей жизнь. Не мог дать ей семью. Не мог дать ей старость рядом со мной. Он замолчал, и в тишине Мирида услышала, как скрипит половица под её ногами. — Она уехала, потому что я попросил её об этом, — продолжил Кейн. — Я сказал: если ты останешься, ты никогда не будешь счастлива. Ты будешь ждать меня, а я не могу быть с тобой. Не так, как люди. — Ты любил её? — вопрос вырвался прежде, чем Мирида успела его остановить. Кейн долго молчал. — Я люблю её до сих пор, — сказал он наконец. — И поэтому я говорю тебе: уезжай. Ты её внучка. Ты похожа на неё. И я боюсь, что повторю ту же ошибку. — Какую ошибку? — Позволю тебе остаться.