6. Совет меняющий жизнь
29 марта 2026 г., 00:36
Амика S не помнила, как она ушла от того парка. Её ноги несли сами, спотыкаясь об камни и кочки, которые были не редким явлением в таких заброшенных и безлюдных переулках, пока она не оказалась на пустыре, где ржавые каркасы недостроенных домов упирались в серое небо. Здесь, среди этого пейзажа окончательного поражения, её и настигло оцепенение. Она просто села на промёрзшую землю, обхватила колени и уставилась в никуда. Внутри была пустота, гулкая, как пещера. Даже ярость выгорела, вместе с надеждой на нормально будущее, оставив после себя только пепел стыда и ледяное понимание: Ты проиграла. Даже не начав.
Шорох гравия под чьей-то подошвой заставил её дёрнуться. Она не обернулась. Пусть это будет кто угодно. Пусть этот грёбаный мир «S» наконец заберёт и поглотит её целиком.
— Ну и видок, — раздался хриплый, знакомый и давно забытый до мурашек голос. Голос, который не должен был звучать с такой... снисходительной мягкостью?
Амика медленно подняла голову.
Шенни. Не та Шенни, не призрак с могилы, а живая, из её собственного, пусть и безумного, а из этого, довольно радостного мира. Она стояла, засунув руки в карманы косухи, и смотрела на Амику не с презрением, а с... изучением. Как на интересный, сломанный механизм.
— Что тебе? — выдавила из себя Амика S, и её голос прозвучал сипло и глухо.
Шенни пожала плечами, подошла ближе и присела на корточки перед ней, не нарушая дистанции, но и не отдаляясь. Её темно-янтарные глаза, обычно полные яда, который так хорошо запомнила Амика, сейчас казались просто... усталыми.
— Видала там свою копию? — спросила она без предисловий. — Счастливую. Со своей второй половинкой.
Амика лишь кивнула, снова опустив голову. Говорить было больно.
— И я так понимаю , тебе захотелось поменяться? — в голосе Шенни не было осуждения. Был холодный, клинический интерес, хотя может так лишь казалось.
— ...Да.
— Не вышло?
— ...Нет.
Шенни тихо фыркнула, нечто вроде короткого, безрадостного смешка.
— Ну, ясно. Потому что ты — это ты. А она — это она. — Она помолчала, будто подбирая слова. Не её сильная сторона кого-то поддерживать. — Слушай сюда, кролик. — Обращение к Амике, как та, из их мира, которая погибла уже так давно — Я знаю, это не самое приятное чувство... Видеть, как у кого-то есть то, чего у тебя никогда не было. Как будто тебя обокрали в самом начале, да?
Амика снова кивнула, на этот раз почувствовав в горле предательский комок. Да. Именно так.
— Но вот что я тебе скажу, — Шенни наклонилась чуть ближе, и её голос стал тише, почти конфиденциальным и личным. — Постарайся не поступить, как мой квантовый двойник. Та, другая я. Та, что там, под землёй.
Амика S наконец подняла на неё глаза, полные непонимания.
— Она... она сдалась. Ушла. Потому что её кинули. — В глазах Шенни на секунду вспыхнуло что-то острое, быстрое — не боль, а ярость за эту слабость. — Это — слишком легко. Сдаться. Особенно, когда всё говно уже случилось. Сложнее — остаться. Даже если оставаться не для чего. Даже если всё внутри кричит, что лучше сдохнуть.
Она выпрямилась, снова став той, привычной, отстранённой Шенни.
— Так что выбирай, кролик. Легкий путь, как та неудачница... или оставайся тут, в этом дерьме, и смотри ему в лицо. Просто... не уходи, как она. Потому что это — последнее, что от тебя останется.
Сказав это, Шенни развернулась и пошла прочь, не оглядываясь. Её совет не был утешением. Это был вызов. Призыв к другому виду безумия — не к разрушению других, а к упрямому, бессмысленному, свирепому продолжению существования.
Амика S сидела и смотрела ей вслед. Стыд и ярость внутри ещё никуда не делись. Но к ним теперь примешивалось что-то новое — непонятное, колкое чувство солидарности с самой тёмной сущностью в этом мире. И вопрос: а что, если Шенни права? Что, если само её существование здесь и сейчас, в этом аду, — уже акт немого сопротивления?
Примечания:
Емае, почему это похоже на Шенни/Амика? 😧
