Человек из неотсюда

Ксовир сидел на полу, вытирая руки о край халата. Его пальцы всё ещё дрожали, и, казалось, он сам не верил, что остался цел. — Ну и что с ним делать? — пробормотал Зарантил. — Он был с ними. Работал с Лорианом. Знал, что тот резал Винса. — Но потом он сказал правду, — ответила Сара. — И спас ему жизнь. Такир смотрел на Ксовира долго, как будто пытался разглядеть нечто за его страхом. Но молчал. — Он не герой, — бросил Миллес. — Но и не полный мерзавец. И тут охотник прищурился. Его взгляд скользнул вглубь коридора, что тянулся от боковой комнаты, где они впервые нашли паренька. В самом конце была тяжёлая металлическая дверь, приоткрытая, но с видимой щеколдой и замком с наружней стороны. Он подошёл, толкнул дверь — камера. Пустая. Узкая. С решётчатым окошком и цепью на стене. Без роскоши, но надёжная. Вернувшись, Миллес кивнул: — Камера. Запирается. Окон нет. Предлагаю до нашего возвращения оставить его там. — Я не против, — тихо сказал Ксовир, поднимаясь. Учёный пошатывался. — Мне и самому не хочется, чтобы они нашли меня тут и обо всём узнали. Железяка сопроводил его до двери. Миллес запер камеру изнутри, проверил щеколду и вернулся, даже не оборачиваясь. Когда они вошли в операционную, Винс уже был в сознании. Он не говорил, но следил за ними глазами. Взгляд волка был мутный, тяжёлый. Его грудь едва заметно поднималась и опадала. Лапы подгибались при попытке даже просто приподняться. Сара вновь оказалась рядом, поправила повязку на боку оборотня. — Ему нельзя идти, — сказала она. — Он и не сможет, — добавил Такир. —Многочисленные глубокие раны, потеря крови, обширные ожоги, восстановление займёт дни, если не недели. — Но если его здесь найдут… — начал Зарантил и осёкся. Слова казались беспомощными. — Они его добьют, — сказал Миллес. — Или, чего хуже, снова потащат на стол. — Мы не можем оставить его, — прошептала Сара. — Но Эмми… Зарантил прошёлся по комнате. Он не находил себе места. — Мы не знаем, сколько у нас времени. Если Ариэль с ней… если он решил повторить то, что они сделали с Винсом… — Мы не успеем, если будем тащить раненого, — жёстко сказал Такир. — Это правда. И она мне не нравится. Но это правда. Миллес кивнул. — Его не тронут. Пока. На выходе из подземелья Сигурд перетянет силы Ариэля на себя. Убийство Лориана отпугнёт других. Никто не сунется сюда без прямого приказа. — А если сунутся?.. — спросила Сара. — А если… — Тогда я буду сражаться за свою жизнь, до последнего, — прошептал Винс. Голос был хриплым, едва слышным. — Сколько смогу. Он закрыл глаза. — Спасите её… потом вернётесь за мной, — выдохнул оборотень. — Обязательно, — сказала Сара. И никто не усомнился в этом. POV Эмми Сознание вернулось вместе с болью — удар сапогом под рёбра вырвал её из небытия. Эмми вскрикнула сквозь стиснутые зубы и попыталась вдохнуть, но лёгкие отозвались спазмом. — Доброе утро, сучка, — процедил кто-то. Девушка открыла глаза. Это был плечистоый стражник — один из тех, что забрали её из подземелья. — Будь моя воля, я бы дал тебе ещё поспать. Чтобы ты, не дай преисподняя, не сдохла раньше времени. — В его голосе звучало издевательское сочувствие. — Но хозяин пожелал, чтобы ты была в сознании. Он не любит игрушки, которые не пищат, когда он играет с ними. При этих словах холодный страх сковал Эмми. Девушка с трудом справившись с дрожью, заставила себя осмотреться. Двое стражей тащили её, сжав запястья как тиски. Все они были одинаково огромны — грубые лица, дубинки, ременные наплечники, испачканные чем-то тёмным. Они двигались по коридору, выложенному неровными плитами. Воздух был густой, как кисель, пахло ржавчиной и потом. На их пути показалась дверь. Вырезанная из красного дерева, она выглядела чужеродно — полированная, с бронзовыми накладками, слишком изящная для этого места. Среди отсыревших стен и пола, забрызганного бурыми пятнами, она смотрелась так же нелепо, как драгоценный клинок среди ржавых мясницких тесаков. Девушку резко дёрнули вверх и поставили на ноги. Колени подогнулись, но её удержали. — Хозяин ждёт, — процедил всё тот же говорун. — на аудиенцию, — усмехнулся он. Смех стражника подхватили остальные. Звук отдался эхом в камне, как насмешка самой крепости. Эмми втолкнули в распахнутую дверь. Девушка едва устояла на ногах. Яркий свет ударил в глаза — электрические лампы, развешанные по углам, на миг ослепили её. Бывшая Ловчая моргнула, и воспоминания хлынули волной: именно в этой комнате когда-то ей поставили клеймо. То самое, что отняло у неё волю. С тех пор прошло совсем немного времени. Клеймо сняли. Такир и остальные освободили её разум. Но что, если история повторится? Что, если на этот раз её никто не спасёт? Она осталась одна. Внутри всё сжалось. За массивным дубовым столом сидел Ариэль. Худой, закутанный в чёрный балахон. Он обернулся на звук и равнодушно бросил: — Свободны. Я позабочусь о гостье. Конвоиры развернулись, и дверь закрылась. Девушка осталась с отступником наедине. — Привет, моя хорошая, — ласково протянул маг с улыбкой. По коже девушки пробежали мурашки. Его голос был притворно дружелюбным, но в нём слышалось что-то гнилое, зловещее. — Чаю? — продолжал ехидничать Ариэль. Эмми не ответила. Она смотрела на него и ждала, когда закончится этот фарс. Его игры, его витиеватые речи, за которыми он скрывал истинные намерения — всё это вызывало отвращение. Она знала: Ариэль не будет таким добрым и вежливым долго. Он не просто знал, что ей страшно — он этим наслаждался. — Почему же ты не говоришь со мной? — воскликнул маг, с деланным удивлением. В его глазах плясало безумие. — Ты меня боишься? — Он прижал руки к груди. — Но почему? Я же хороший… Эмми не шелохнулась. Внутри у неё всё кипело от страха и злости. Но она знала: он ждёт реакции. Он кормится ею. Ариэль вдруг взорвался: — Почему ты не хочешь говорить со мной?! — отступник вскочил с кресла, плащ взметнулся за ним. — Я так ждал, когда ты вернёшься! Мне было жаль, что ты предала меня. Но я не стал убивать тебя на месте. Я захотел поговорить! Спросить: чем тебе не понравился мой дар?! Он шагнул ближе. — То клеймо — настоящее искусство! Почему ты отвергла его?! Я хотел удержать тебя, Эмми, я старался! Девушка подняла голову. И, несмотря на страх и отчаяние, ровно и холодно произнесла: — Если бы мне представился выбор... я бы сделала это снова. Лицо мага исказилось. Ариэль не кричал. Лишь зло прошипел: — Уж я позабочусь, чтобы второго шанса у тебя не было. Он рявкнул: — Стража! Дверь распахнулась, на пороге переминались с ноги на ногу давишние конвоиры. — Тащите её на ристалище. — холодно распорядился отступник. —И смотрите, чтобы не сбежала. По возвращении — доклад. Я очень расстроюсь, если моя игрушка сделает ноги. Тогда мне придётся искать новую. Он выразительно взглянул на стражей, и те заметно поёжились. — Ты пожалеешь, что не захотела по-хорошему, — бросил Ариэль напоследок. Дверь за спиной Эмми захлопнулась. Стражи вновь подхватили её под руки и поволокли прочь. End of pov *** Друзья ещё спорили, что делать, когда Винсент привлёк их внимание. — Я пойду с вами, — прокашлявшись произнёс волк, поднимаясь на лапы. Он тяжело дышал, но в его голосе кажется не было и тени сомнения. — Винс! — Сара всплеснула руками и бросилась к нему. — Ты же только что едва дышал. Ляг обратно! — Я сам удивлён, — проговорил оборотень. — Но я чувствую себя лучше. Намного лучше. — Ты в этом уверен? — Миллес склонил голову набок. — Без обид, друг, но сейчас ты больше похож на полудохлый кусок мяса, чем на боевую единицу. — Знаю, — рыкнул волк. — Но я иду. И чтобы доказать это, он подпрыгнул, перелетел через груду ящиков у стены и мягко приземлился перед остальными, у выхода из операционной. Лапы дрогнули, но он устоял. Охотник проводил его взглядом. — Не знаю, правда ли это... но если ты на самом деле в порядке, вы, оборотни, просто невероятно живучие. — Ещё какие, — хмыкнул Винс и направился вперёд. Остальные переглянулись — и двинулись за ним. Путь, указанный Ксовиром, представлял из себя настоящий лабиринт. Один поворот сменял другой, лестницы то вели вниз, то вверх, воздух становился всё тяжелее, стены холоднее. Через некоторое время они достигли развилки. Железяка остановился, фыркнул и повернул голову к Миллесу. Затем перевёл взгляд на Зарантила — и мотнул мордой влево. После этого шагнул в сторону нужного прохода, но почти сразу остановился и обернулся, словно проверяя, идут ли они следом. Он заглянул каждому в глаза, словно спрашивая: вы со мной? — Он что-то учуял, — прошептала Сара. Железяка фыркнул снова и двинулся дальше. Когда они достигли выхода из коридора, Миллес поднял руку, останавливая группу. Жестом он дал понять: дальше нужно осторожно. — Смотрите, — прошептал он, глядя вперёд. Зарантил выглянул из-за угла. В нескольких десятках шагов от них трое рослых стражей тащили Эмми. Девушка не сопротивлялась, она была слишком обессилена. Голова Эмми поникла, руки были связаны. Вели её в сторону, противоположную направлению их движения. Когда конвой миновал малозаметное ответвление коридора, к ним присоединились ещё четверо стражей. У двоих из них в руках искрились электрические дубинки. — Справа, — указал Миллес. — Видите дверь? Юноша присмотрелся. Там, в нише, скрытая в тени, была видна роскошная дверь из красного дерева. На фоне грубой каменной кладки она выглядела неуместно. — Это кабинет Ариэля, — догадался Зарантил. — Но… Он посмотрел на Миллеса, затем на Такира. — Мы должны спасти Эмми. Охотник кивнул. — Разделимся, — сказал он спокойно. — Я, Сара и Железяка вытащим девчонку. А вы с Такиром и Винсом идите к магу. Если он сейчас один — это наш шанс. Он сказал это таким будничным тоном, как будто делил обязанности по лагерю. Но каждый понял: ошибки быть не может. Зарантил коротко кивнул.