Пираты черной лагуны

      Это город бизнесменов. Я попала сюда, закончив институт. Меня презирают начальники. Даже сейчас, сидя за столом со всеми, поедая горячую еду на перерыве, меня могли толкнуть так, что вся еда оказывалась на столе. Либо… Когда я шла, неся бумаги и доклады, меня могли пнуть в поясницу коленом, заставив рухнуть вместе со всеми бумагами. Но, попав сюда, к этому быстро привыкаешь. Зимний город… Где я живу. Но всё это теперь страшно далеко, и передо мной лишь лазурное Южно‑Китайское море. Солёный ветер… — Ладно, японка… — В меня резко прилетел кулак со всей дури, прямо в лицо, заставив откинуться слегка назад, а чей‑то револьвер уже был полон патронов. — Спрашиваю ещё раз. Посылка, которую ты получила от Осаки Индак из Токио, которую ты должна передать нам, в Барнео, — это она?       Я, пошатываясь, поднялась на ноги, ощущая кровь из носа, и глянула в карман мужчины, который слегка вытащил какой‑то диск, показывая его. — Да, но я хочу знать… — начала я дрожащим голосом. — Достаточно, больше ничего не нужно, — ответил он, наставляя на меня свой ствол оружия, как и девушка рядом с ним. — Датч, меня всё достало, прострели ей колени — запоёт, как птичка, — холодное выражение лица девушки и безразличность в её голосе пугали.       Внешность девушки была красивой: темноволосая, невысокого роста, глаза светло‑карие. Имеет татуировку на правом плече, практически всегда носит короткие шорты и ботинки‑джанглы. Распущенные волосы ниспадают до пояса.       А вот мужчина рядом с ней… Высокий, с хорошо развитой мускулатурой, постоянно носит тёмные очки. Носит зелёный бронежилет поверх майки, военную форму, военные ботинки США для джунглей, пояс с эмблемой в виде черепа саблезубого тигра на пряжке, по три золотые серьги в каждом ухе и пару круглых солнцезащитных очков. — Этого не нужно, этого диска нам более чем достаточно для оплаты, — проговорил он, останавливая девушку. — Оплата… — Датч, эй, Датч! Вы закончили? — спросил чей‑то голос в ухе Датча, и он поднёс свою руку к уху. — К нам от Спика кто‑то движется. Наверное, филиппинский патруль. — Не волнуйся, у нас всё схвачено, заводи двигатель, — Датч отошёл к другим людям. Десять, наверняка, мужчин сидели, вжимая головы в плечи и прижимая руки к затылку. — Окей, джекмены, как только мы исчезнем, вы свободны, если только кто‑то не попробует погнаться за нами. Видите там торпедный аппарат? Если не хотите взлететь на воздух, сидите полчаса смирно. После этого вы свободны. — Спасены… — выдохнула я, отрывая руки от затылка, вставая и опустив голову вниз. — Что, расслабилась? Ты идёшь с нами, — пистолет девушки уставился мне в висок справа. — Н… нет, вы шутите? — мой голос дрожал от страха, чувствуя, как дуло пистолета упирается мне в щёку. — Заткнись и шагай.       Мотор катера был заведён, и мы быстро поплыли по морю куда‑то далеко от базы. — Это ведь шутка?! — кричала я, стоя на палубе, пока пистолет также упирался мне теперь в спину. Япония всё дальше. — Чёрная лагуна, Балалайка, приём. — Слышу, Датч, как там груз? — Балалайка сидела за обширным столом, прижимая телефон к уху, касаясь рукой поверхности деревянного стола. — В наличии. — Я люблю чистую работу, Датч. — Расчёт как планировалось? — Да, как обещала.       Я присела в лодке, прижимаясь спиной к железному ящику, поджимая колени к себе и смотря вдаль, не веря, что так всё происходит.

***

— Глава внутренних расследователей Когеяма, докладывайте! — Относительно текущего дела позвольте мне пояснить нынешнюю ситуацию, — за большим столом сидели шесть рабочих и босс во главе стола, слушая одного. — Сегодня в 16 часов с нами связалась торговая компания «Бургевилия» по поводу похищенного диска. — И кто это такие? — поинтересовался мужчина, поворачиваясь в кресле к мужчине, что рассказывал. — Русская мафия. Подставная фирма, за которой стоит банда, желающая вытеснить китайскую мафию из Юго‑Восточной Азии. — Что им нужно конкретно? Деньги? — Скорее, торговые пути в Юго‑Восточной Азии. Они желают принять участие в этом сегменте нашего теневого бизнеса. — Вымогательство… — Ненавижу подобные ситуации, — дополнил его другой мужчина, сидящий рядом со своим рабочим. — Но они, очевидно, не знают, что находится на диске. Если они узнают, то это будет величайший скандал за всю историю «Осаки Индакса». — Безусловно.       Один из мужчин поднялся с места, передав бумаги стоящему, чтобы он мог прочитать их. Прочитав их, он опустил руку, снова задрав слегка голову. — Только что пришло сообщение из Джакарты. По данным наших китайских посредников, русская мафия ещё не получила диск. Он до сих пор в руках пиратов, напавших на Меланезию. — Это наш шанс, мы не можем верить мафии. Нужно вернуть диск до того, как они его получат. — До того, но как? — Ясно, совет директоров предлагает вам предпринять необходимые действия, выбор средств также за вами.       Мужчина кивнул, поклонившись в знак уважения, комкая пальцами листок в руке.

***

— Реви, что ты собралась делать с заложницей?! А? — кричал Датч на Реви, что сидела, качаясь на стуле, прикрыв глаза. — Ты не сечёшь, ты не сечёшь, Датч, ну подумай: 20 штук за работу, всего 20! — Реви оторвалась от стула, показав пальцами два. — Чего плохого в том, чтобы добавить сюда ещё выкуп? — Ты слишком прямолинейна, — ответил парень, что сидел за своим монитором компьютера внутри катера, закурив сигарету. — Жить надоело, Бэни?! — крикнула ему Реви, и он снова уткнулся в экран, проверяя, нет ли опасности рядом. — И кто будет договариваться с Японией? Ты? У тебя есть их телефон? Или банковский счёт, чтобы перевести туда выкуп? — спрашивал Датч, тем самым раздражая       Реви, и она резко встала, пнув коробку, лежащую рядом. — Ну ясно! — крикнула она, вытащив пистолет, стреляя в мою сторону. — Тогда просто убьём её и бросим в океан! — Нет! — крикнула я. — Дура, не порти корабль! — крикнул Датч. — Заткнись! Мои глаза были расширены, как пять копеек, рядом с моей головой было несколько пробоин от пуль, а я прикрывалась руками, дрожа от страха. — Датч, я поняла… — говорила Реви, пока руки Датча слегка зажимали ей шею, а вторая схватила запястье с пистолетом, поднимая его в воздух, не давая стрелять. — Поняла что? — Всё поняла! Отпусти меня. — Окей, Реви, остынь лучше. — Я… жива… Не знаю как, но я жива… — тяжело дыша и смотря в одну точку, я сказала это сама себе, будто не веря. — Ладно, ладно, пойдём на палубу, покурим, — Датч подошёл ко мне, присев на корточки. — Что будет со мной дальше? — Мы как‑нибудь свяжемся с твоей конторой и произведём обмен.       Мы сидели, куря сигарету, пока я смотрела в розовое небо заката. — Выкуп, да? Они его на мой счёт запишут? — Есть задача и поважнее: сначала надо передать диск заказчику. — Так… Есть заказчик? — Мы только посредники. Зарабатываем на жизнь, иногда нарушая закон, — такие дела. — Кажется, это называется стокгольмским синдромом, — в этот момент мне почудилось, что во всём этом мире я могу доверять лишь этому здоровому мужику. — Как тебя звать? — Роуз. Роуз Герцогиня.

***

— Как её зовут? — Роуз Шеф. Роуз Герцогиня. — Это полностью моя вина, прошу прощения… — раскаивался мужчина, стоя перед начальником, поклоняясь. — Почему не доложили раньше? — Я сам лишь недавно узнал, господин директор, поскольку нельзя было доверять важной информации другим сотрудникам. Время было… потеряно. — Хватит, что скажешь, Когеяма? — начальник упал обратно в кресло, смотря на работника. — Наша компания в сложном положении, дальнейших задержек не должно быть. Мы тайно связались с одной частной компанией, и они же вызвали своих наёмников. — Хорошо, под вашу ответственность. Мне жаль эту сотрудницу… Как её там зовут? — Роуз, господин директор. Роуз Герцогиня.

***

      Лодка остановилась у здания. Датч и Реви спрыгнули с неё, отряхиваясь. — Идём, Роуз, — сказал Датч, начав идти прямо. — Роуз, это он к тебе обращается, — сказал Бэни, убрав руки в карманы, останавливаясь рядом со мной. — Так что идём. — Куда? — Пойдём выпьем где‑нибудь, не хочешь? — Ну я же вроде… заложница. — Пошли, — Бэни спрыгнул также с лодки, начав уходить. — Подожди!       Однако что это за место на планете Земля? Они все зашли в ночной клуб «Сердца», где у входа стояли женщины, куря. Внутри было громко: мужчины выпивали, женщины громко смеялись. — Не понимаю, почему здесь пистолет на каждом столе. Что за игры? — спросила я, сидя за барной стойкой, поглядывая на заполненные столы, где играли в карты, выпивали — и везде были пистолеты. — Интересное сравнение. Это место появилось благодаря бежавшим от Вьетнамской войны. Скоро здесь появились и Интезентиры, и начался ад, — ответил Датч.       Один из мужчин со злостью разбил стеклянную бутылку об голову другого, с рыком набросившись на него с кулаками, повалив на пол. — Здесь и наркоманы, наёмники, киллеры, преступники всех мастей, — закончил Датч, держа в руке стакан с виски. — Японские пивные… Там люди добродушные, а здесь… — Я не закончила свои слова, как раздался выстрел пистолета сзади. — Заткнись или вылетишь отсюда до берега, козёл! — рявкнул мужчина, положив пистолет перед своим напарником, снова начав с ним играть. — Я не умею драться… — закончила я. — У тебя это видно по лицу. Реви, Бэни, я пойду позвоню, — Датч поднялся, начав уходить. — Давай, — Бэни провёл его взглядом. — А он странный тип. Я с ним два года, и знаешь, он крепкий, умный и странный. Не пытайся понять его. — Спасибо, — я протянула руку, чокнувшись с ним стаканами. — Ты тоже не похож на остальных. Откуда ты? — Из колледжа во Флориде. Играл с огнём и разозлил мафию и ФБР. Тогда… — Я спасла его задницу, прежде чем его успели упечь за решётку, — вмешалась Реви, прижав локоть к плечу Бэни, рассматривая свой пистолет. — Хватит трепаться, Бэни. Ты не так стар, чтобы ностальгировать — за тебя и за меня. — Реви положила пистолет на стол, беря полупустой стакан, наливая туда ром и поставив бутылку звонко обратно. — Мы пришли сюда, чтобы выпить, так поговорим о чём‑нибудь клёвом, ай, японочка? — Это что? — спросила я, когда стакан проехал по столу, прямо остановившись передо мной. Я взглянула: Реви налила себе полный стакан жидкости и выпила залпом, будто для неё это был чай. — Пиво — фигня: сколько ни пей, не напьёшься. Настоящие женщины пьют ром. Но если ты боишься принять вызов от женщины… Не буду тебя заставлять. Ну, тогда ты найдёшь юбки, ленты и будешь плясать… — Она упёрла локоть руки на барную стойку, подперев голову и прикрыв глаза, говоря это и не заметив, как я оттянула слегка свой галстук вниз. Она услышала стук и приоткрыла глаз, смотря на меня. — Ненавижу крепкую выпивку! — крикнула я. — Но… — Я взяла стакан, резко начав пить залпом ром, так что даже сама Реви удивилась такому. Допив, я поставила стакан обратно со стуком, утирая губы рукой. — Нас заставляли пить на корпоративах, и не стоит недооценивать японских работников! — Ах так? — спросила Реви, увидев мою победную ухмылку и резко разозлившись, встав. — Эй, бармен! Тащи сюда всё, что есть! — крикнула Реви. И я в один голос с ней: — Да! — Ну вот, а говорила, что не любишь драться, — устало посмотрел вперёд Бэни, выпивая своё. — Понятно, это нехорошо, продолжай, — Датч сидел в коморке, чтобы поговорить. — Что‑то мне не нравится ответ «Осаки Индерсист». Так что я закинула приманку, и китайская крыса на неё попалась. Я сейчас с ним беседую, — Балалайка сидела за своим столом, говоря с Датчем. Рядом стояли её помощники, а на полу лежал мужчина, уже избитый и весь в крови, пока один из них избивал его, ногой пнув его в плечо. — И кто за ним? — спросил Датч. — Минутку, — Балалайка повернулась в кресле, оторвав телефон от уха, протянув к избитому мужчине. — Скажи имя хозяина. Громко! — Шингэ! Шингэ Вантакей! Вантакей послал за тобой убийц… Сюда. В Руанапур… — кричал от боли мужчина, уже с выбитыми парой зубов. Балалайка прижала телефон обратно к своему уху. — Ты слышал? — Да, плохо… — Скажи их число и название, живей, нам некогда, — Балалайка поднялась с кресла, снова протянув телефон к мужчине. — «Экстраордер», наёмный агент, не знаю сколько! — кряхтел он. — В ЭО служат опытные вояки, — Балалайка отвернулась слегка, прижав палец к своему уху, затыкая, ко второму прижимая свой телефон, когда на мужчину наставили пистолеты. — Не повезло… — Да уж.       Раздались выстрелы из пистолетов, убивая мужчину. — Поехали, — Датч закурил сигарету, когда я с Реви снова залпом выпивали. Всё замерло резко. Гул затих. Головы Реви и моя повернулись назад: мы увидели, как внутрь клуба залетело три гранаты. Они сработали, и раздался взрыв. Стёкла вылетели из помещения. — Окей, ребята, вечеринка! — Мужчина отдал приказ, держа оружие в руках, губами зажимая незакуренную сигарету. За машинами сидели десятки мужчин с оружием. В помещение стали стрелять из автоматов, убивая всех внутри и разбивая патронами все бутылки алкоголя. Я упала на пол, прижимая руки к голове. — Всех бегущих дырявить! Должны остаться только трупы! — кричал командир, стреляя.       Я поползла за барную стойку, уткнувшись головой в чьё‑то бедро, приподняв испуганно глаза и увидев сидящую Реви, что держала стакан алкоголя. — Реви, если это твои друзья, разберись с ними! — крикнул бармен, держа ствол рядом с собой, повернув голову к ней. — Я их не знаю, — холодно ответила Реви, выпивая. — Ты бронировал барную стойку? — Реви заметила, что она была пуленепробиваема. — Да, пятый калибр. — Реви! — крикнул Датч из‑за угла, держа пистолет в руках, когда к нему за угол также забежал Бэни. — Я тут. — А Роуз? — Людей убивают, людей убивают! Только закончила институт, нашла хорошую работу, это нечестно! — кричала я, продолжив биться в испуге, прижимая к ушам свои руки. — Не ори, радуйся жизни, — Реви зарядила пистолет. — Или потеряешь её. К барной стойке подлетела граната, и раздался снова взрыв. — Реви! Покажи ей, почему тебя зовут Двурукая! — крикнул Датч. Выстрелы закончились. Военные стали заходить внутрь, держа при себе автоматы. — Всё проверить, я, кажется, слышал голоса. Ненавижу выживших, — главарь зашёл последним, улыбаясь во все зубы, сжимая пистолеты. — Хорошо сказано… — ухмыльнулась Реви.       Пока военные проверяли, убивая не добитых, с барной стойки вылетела Реви, стреляя из пистолета в троих. Она приземлилась на пол, и туда стал стрелять военный, крича, но она успела отпрянуть от выстрелов. Второй рукой, со вторым пистолетом, она выстрелила ему в голову. Она прыгнула назад, стреляя пистолетами в других, попадая им в грудь. Пролетев к одному, выстрелила ему в голову, ногами упираясь ему в грудь и упав на него. Датч из‑за угла помогал ей, стреляя в остальных. — Сделай их, Датч! — крикнула Реви, прижав руку к барной стойке, сделав сальто назад и снова сев за неё. Военные стали стрелять в барную стойку снова, крича. — Ты достала! Сколько можно рушить мой бар?! — кричал бармен, пока Реви меняла магазины в пистолетах. — За всё заплатишь! А то заткну тебе дырку в заднице и сделаю дыру в бошке! — Ладно… Датч! — Реви оглянулась.       Датч выглянул из‑за угла, начав стрелять. Военные обратили внимание на него и открыли огонь в его сторону. Реви прыгнула на барную стойку, стреляя в них, затем спрыгнула на пол, пролетела между ногами двух противников, продолжая стрелять, а после — в двух других, с улыбкой обстреливая каждого. Я выглянула из‑за барной стойки, но, когда выстрел раздался рядом со мной, снова спряталась под неё со страхом. — Прости, в этой ситуации тебя не обменяешь, — Датч присел, пытаясь увернуться от пуль. — И что со мной будет? — У нас не было плана с самого начала. Может, просто расстанемся здесь? — Это нечестно! Меня убьют! Вытащите меня! — Ну ладно, только не путайся под ногами. Реви! Мы уходим. — Живей! — крикнула она, прижимая к себе убитого мужчину как щит, стреляя в других и начиная отступать к Датчу. Они выбежали на улицу, выбив дверь и стреляя в солдат на улице. Перед нами остановилась машина, и оттуда выглянул Бэни. — Сюда!       Мы все трое быстро забежали в машину, и Бэни нажал на газ, уезжая. — Держите, вояки! — Реви выглянула из машины, кинув гранату в военных, взрывая их. Главарь взглянул им вслед, убрав руки в карманы и нахмурившись от проигрыша. — Датч, Билд так разозлился, что аж дымился весь. Пока мы не заплатим, он собирается держать нас за задницу, — Реви смотрела в одну точку, закинув ноги на переднее сиденье. — Денег, конечно, нет… — Что это всё значит? — влезла я. — Всё как в кино… — Ты дура? Здесь поинтереснее, чем в Голливуде. — Капитан! Шестнадцать мёртвых, десять раненых! — отчитался перед главарём военный. — Прошу прощения, мы считали, что это будет легко, и недооценили их. — Шторм, это не по‑русски, за ними стоит гнаться, — ответил главарь, сняв очки. — И это тебе не стариков и детей стрелять. Тени могли дать сдачи, а эти готовы драться. Давно ждал такого.

***

      На следующий день мы уже ехали на лодке подальше, к нужной точке. — Надеюсь, к вечеру мы уже будем в порту. Там встретимся с Балалайкой. Так что, Роуз, Реви сейчас старается связаться с твоей компанией, — Датч сидел за штурвалом, управляя лодкой. — Ну ведь ты сможешь, если постараешься?! Да? — крикнула Реви, смотря в экран рядом с Бэни. — Если переговоры зайдут в тупик, высадим тебя в Валайде. Прости, девчонка, там тоже полно бандитов, но, по крайней мере, сразу тебя не убьют, — Датч взглянул на меня, а после снова уткнулся вдаль. — Что вы… Затащили меня в такую даль?! И позволите мне умереть? Ну как так можно? Раз уж таскаете меня по всему региону, так, по крайней мере, высадите в безопасном месте! — попросила я, вставая. — Не увлекайся: сначала орёшь что‑то, а потом требуешь такси? — Реви подошла ко мне, уткнув дуло пистолета мне в лоб. — Ну что ж, сейчас узнаешь, какого цвета у тебя мозги! — Н… нет! — Соединились, используй боевой код, что всё безопасно, — говорил Бэни в наушник. — Роуз, это твой босс, Когеяма, — Датч повернулся ко мне, кинув мне наушник. Я оторвалась от Реви, бросившись к нему и схватив наушник. — Шеф! Это Роуз! Мне очень жаль! Диск оказался… — А… Об этом можно не беспокоиться, диска больше нет. — Я не понимаю… — Скажу тебе правду. Ситуация тут такая. Никому не говори. Проще говоря, нас наняли разработать ядерное оружие для одной страны. На диске были чертежи. Это плохо, да… Там были ядерные бомбы и война… Когда‑нибудь я смогу что‑то сделать, но оборудовать это нельзя. Дорогая Роуз, во имя тысячи работников… Исчезни в Южно‑Китайском море. Тебя повысят до начальника и отдадут все вещи. На твоих похоронах будет всё руководство фирмы. Скоро будут профессиональные головорезы. — Слушайте! — Есть, капитан. Ракеты и пулемёты. Чем больше стреляете, тем больше оплата. Эти японцы очень благородны. — Ну, поехали, — они сели в вертолёт, вылетая с базы.       Я стояла на палубе катера. Меня просто стошнило в воду, а Реви стояла сзади меня, скрестив руки на груди, смотря на меня слегка с жалостью и печалью. — Как от тебя легко избавились. Мои соболезнования. И никакого выкупа… — выдохнула печально Реви. — Слушай, тебя от этого тошнит? — Отстань, а! — Реви, ты на палубе? — раздался голос Бэни в её наушнике. — Да. — К нам что‑то приближается, но это не корабль. Слишком быстро, — Бэни посмотрел на экраны. — На три часа, пять минут, видишь что‑нибудь?       Реви и я взглянули на небо, увидев вертолёт, который летел к нам. — Штурмовой вертолёт на низкой высоте! — Чёрт, вертолёт… — Датч переключил датчик, чтобы увернуться. — Видишь цель? Мне нужно их видеть, — снова тот же главарь, сидя в вертолёте, смотрел на лодку. — Чёрт, убить меня этим?! — Роуз, лови! — Реви кинула мне автомат. — Автомат?! Я не уверена, что умею с ним обращаться. — Просто на всякий случай, — она зарядила свой автомат, перезарядив его. — Приближается, заходит сзади, — сказал Бэни, следя за экранами. — Плохо, очень плохо, — ответил Датч.       Я закричала, когда пули стали попадать в воду вокруг нас. Я рухнула на палубу, прижимаясь к ней. — Знаю, что плохо, Датч, — Реви прицелилась, начав стрелять из автомата по вертолёту. — Стреляй! Сбей его! — кричала я от страха, забившись куда‑то под трубу. — Заткнись, сама попробуй! А ещё… Ты прячешься под торпедным аппаратом. Не взлети на воздух! Пока Реви стреляла, я вылезла оттуда, схватила жилет и натянула его на себя. — С меня хватит, ребята, я здесь спрыгну! — Трусливая, сукин сын! Сбежать собралась?! — Реви кинулась на меня, повалив на повалив на палубу и схватив за рубашку. — Уйди! Почему я должна страдать?! — кричала я, пока вертолёт давал выстрелы по лодке. — Хорошо, полюбуемся с них сверху, — сказал командир. — Но ведь мы можем их размолотить прямо сейчас, — ответил его помощник. — Ты не понял. Они у меня в руках с головы до хвоста. Ты не хочешь полюбоваться, как они будут выть, плакать и писаться от страха? — Чёрт! — ударила я кулаком по палубе, рядом где остались вмятины от выстрелов. — Называй меня как хочешь, почему… — я схватила автомат, вставая медленно, что даже Реви слезла с меня. – Почему я должна страдать?! Я уже мертва! Ты сама сказала! – я кинула автомат вверх к вертолёту, злобно дыша.