Катастрофическая история о том, как Том Марволо Реддл абсолютно, безнадежно влюбился.

***

Гарри Поттер проснулся рано. Это было необычно, потому что Гарри очень любил спать, а кровати в Хогвартсе были значительно удобнее всего, что он испытывал раньше. Но сегодня… Сегодня у него был план. Ну, несколько планов. С Томом. Гарри перекатился на спину, уставившись на балдахин над кроватью. Это было не свидание. Очевидно. Это было просто… времяпрепровождение вместе. Как обычные волшебники. С друзьями. Которые им, возможно, нравятся. Немного. Вероятно. …Довольно сильно, если честно. Гарри зарылся лицом в подушку. — Возьми себя в руки, — пробормотал он. Его подушка, мудро, не ответила.

***

К тому времени, как Том добрался до входа в гостиную Гриффиндора, Гарри был готов. Или, по крайней мере, он был на месте и носил носки одинакового цвета и даже длины, что казалось неплохим началом. Том же выглядел так, словно только что сошел с одного из тех очень страстных, слегка скандальных, но модных портретов, которые вывешивали, чтобы привлечь потенциального партнера для помолвки. (Не спрашивайте его, откуда он о них знает). Всё в нем было безупречно. Волосы: идеальны. Осанка: идеальна. Выражение лица: тщательно нейтральное, с едва заметным намеком на что-то туго сжатое внутри. — Привет! — радостно поприветствовал Гарри. Том наклонил голову. — Поттер. Пауза. — …Гарри, — поправил он, чуть мягче. Гарри почувствовал, как на губах появляется улыбка. Это было ново. — Я вот думал, — сказал Гарри, накидывая мантию. — Может, сначала сходим к озеру? По утрам там красиво. А потом, возможно, в Хогсмид, если ты не против. Том немедленно кивнул. — Я согласен на что угодно. Повисла пауза. Том замер. Гарри моргнул. Том выпрямился, явно перестраиваясь. — В разумных пределах. Гарри ухмыльнулся. — Приятно знать.

***

Прогулка к Черному озеру прошла в тишине. Не неловкой. Просто… тихой. Уютной, так, как Гарри не ожидал. Том шел рядом с ним размеренными шагами, руки сложены за спиной, словно он сопротивлялся желанию слишком много жестикулировать. Гарри это заметил. Он начинал замечать многое в Томе. Например, как он, кажется, обдумывал каждое слово, будто разговоры были сложными уравнениями, требующими решения. Как его плечи расслаблялись только тогда, когда Гарри смеялся. Как он смотрел на Гарри… Не мимоходом. Не рассеянно. А так, будто Гарри был тем, на кого стоило обращать внимание. Чем-то важным. В груди Гарри что-то странно перевернулось.

***

Они устроились у озера. Гарри легко опустился на траву. Том колебался ровно полсекунды, прежде чем опуститься рядом с ним с осторожной точностью, словно земля могла обидеться, если он сделает это неправильно. — Здесь красиво, — заметил Гарри, откидываясь на руки. Том кивнул. — Здесь… мирно. Пауза. Затем, спустя мгновение, Том добавил: — Ты часто здесь бываешь? Гарри фыркнул. — Ты звучишь так, будто проводишь собеседование. Том моргнул. — Я пытаюсь вести разговор. — У тебя отлично получается, — тепло сказал Гарри. Том посмотрел на него с легким подозрением. Гарри тихо рассмеялся. Они говорили. Об уроках. О Хогвартсе. О старой школе Гарри (которую Том охарактеризовал как «академически тревожную»). О магической теории (которую Гарри понимал лишь наполовину, но ему все равно нравилось, потому что Том объяснял с такой тихой страстью, что всё звучало увлекательно). В какой-то момент Гарри вытянулся на траве, глядя в небо. Том замер рядом. — Тебе не обязательно сидеть так, будто ты на официальном приеме, — сказал Гарри, взглянув на него. — Можешь расслабиться. Том посмотрел на траву. Затем на Гарри. Затем, очень осторожно, поправил позу. Чуть менее напряженно, но все еще безошибочно по-томовски. Гарри улыбнулся. Прогресс.

***

Хогсмид был оживленнее, чем ожидал Гарри. Магазины гудели, студенты смеялись, воздух был наполнен теплом и движением. Гарри сразу же полюбил это. Том, однако, казался… сосредоточенным. На Гарри. В частности, на том, где шел Гарри, кто шел рядом с Гарри и насколько комфортно Гарри себя чувствовал. Это было незаметно. Очень незаметно. Но Гарри заметил. Он заметил, как Том придвинулся чуть ближе, когда мимо проходила группа старшекурсников. Он заметил, как Том направил его - легко, мимолетно - за локоть, подальше от многолюдного дверного проема. Он заметил, что Том не делал этого больше ни с кем. Мысли Гарри замедлились. Это… ненормально, да? Не в плохом смысле. Просто… Особенно. Гарри взглянул на него. Том мгновенно поймал этот взгляд. — Что-то не так? — Нет, — быстро ответил Гарри. — Нет, всё хорошо. Я просто задумался. Взгляд Тома стал острее, внимательнее. — О чем? Гарри колебался. Затем улыбнулся. – Ты… ведешь себя со мной как-то иначе, да? Том перестал идти. Совсем. — Ох, — сказал Том. Только это. Ох. Гарри склонил голову. — Не в плохом смысле, — быстро добавил он. — Мне нравится. Том посмотрел на него так, будто эта фраза только что переписала реальность. — Я… рад, — осторожно сказал Том. Гарри ухмыльнулся. — И правильно. Это играет тебе на руку. Том моргнул, явно не уверенный, что это значит, но принимая это как положительный результат. Гарри рассмеялся.

***

Они оказались в маленьком кафе, забившись в угол. Гарри говорил здесь больше. О разных вещах. Истории из своей старой школы. Очень подробный пересказ инцидента с рукавом-белкой. Том слушал. Действительно слушал. Не просто ждал своей очереди сказать, а был полностью вовлечен, взгляд устойчив, время от времени задавал вопросы, которые ясно давали понять, что он внимал каждому слову. — Ты действительно умудрился приклеить свой рукав к палочке? Каким-то чрезвычайно липким… веществом? Превратив его в белку? И всё это за несколько секунд? — спросил Том с легким оттенком недоверия в голосе. Гарри рассмеялся. — Да! И у бедного создания был очень растерянный вид. Наполовину сформированное, наполовину приклеенное к моей рубашке на пуговицах. Думаю, оно до сих пор преследует меня в снах. Уголки губ Тома слегка дернулись - почти улыбка. — Я… не думаю, что это вероятно. Гарри просто ухмыльнулся. Слава Мерлину, он не спросил, откуда взялось то вещество… Знают только некоторые, подозреваемые, Уизли. — Звучишь разочарованно. Мне обидно. — Я… просто заинтригован, — осторожно ответил Том. Гарри это понравилось. Очень. В какой-то момент их руки соприкоснулись. Совсем кратко. Но Том замер. Гарри снова почувствовал это - маленькое, странное тепло в груди. Он не отстранился сразу. И Том тоже. Затем Том очень осторожно убрал руку - словно для этого требовалось осознанное усилие воли. Гарри опустил взгляд на стол. Затем снова поднял. Том смотрел на него. Пристально. Тихо. Словно ждал. Чего-то. Мысли Гарри щелкнули - медленно, мягко, не совсем формируясь, но… сдвигаясь. Том был не просто такой. Он был таким с Гарри. Особенно. Эксклюзивно, шепнул внутренний голос. Гарри мягко улыбнулся.

***

Дорога обратно в Хогвартс снова была тихой. Но на этот раз она казалась… более наполненной. Словно что-то встало между ними на свое место. Не определенное. Не высказанное. Но присутствующее. У входа в замок они задержались. — Я хорошо провел время сегодня, — сказал Гарри. Выражение лица Тома смягчилось, совсем чуть-чуть. — Я тоже. Пауза. Затем, тише и честнее, Том высказал свои мысли вслух: — Я всегда так чувствую, когда я с тобой. У Гарри в груди снова всё перевернулось. Тот самый кульбит. То теплое, слегка ошеломляющее чувство. Он шагнул немного ближе. — Знаешь, — сказал Гарри, легко, но уверенно, — тебе не обязательно так стараться быть идеальным всё время. Том замер. — Не обязательно? — спросил он. — Нет, — улыбнулся Гарри. — Ты мне уже нравишься. Можешь просто быть… собой. Том уставился на него. Словно это было самое невероятное, что он когда-либо слышал. Гарри тихо рассмеялся. — Хотя, — добавил он, — драматическая напряженность - это часть твоего шарма. Том издал небольшой сдавленный звук. Гарри просиял.

***

Той ночью Гарри лежал в кровати, уставившись в потолок. Он перевернулся на бок, на живот, потом на спину, потом на другой бок. Думал. Том был… Том был чем-то. Странным. Интенсивным. Осторожным не в тех вещах, в которых стоило. И всё же… Мягким. Внимательным. Старающимся - так, что это казалось почти… уязвимым. Гарри с силой прижался лицом к подушке, улыбаясь. Он не мог это контролировать. Том обращался с ним иначе. Теперь он был в этом уверен. Просто он не до конца понимал - почему. Но… Он не думал, что его это беспокоит. На самом деле… Его это совсем, совсем не беспокоило. Гарри закрыл глаза. Завтра, решил он, он проведет с Томом больше времени. Может, разгадает его еще немного. Может, нет. Может, просто… насладится этим. Потому что чем бы это ни было… Это было хорошо. Это было правильно. И Гарри начинал думать, что, может быть, только может быть… То, что Том Реддл немного странно себя с ним ведет… Было его любимым. (Совершенно точно… Ибо ему не было нужды себя обманывать).

***

Бонусная сцена: Абраксас Малфой и тяготы третьего лишнего (когда его собственные… неприятности стучатся в дверь). Абраксас Малфой считал себя терпеливым волшебником. Это было ложью, но ложью утонченной, взращенной годами тщательной осанки, выверенных речей и способности выглядеть впечатленным в большинстве ситуаций. К сожалению, даже его значительной сдержанности были пределы. Это… Это был один из них. На другом конце двора Том Реддл и Гарри Поттер сидели слишком близко друг к другу для двух людей, которые, по их утверждениям, просто проводили время вместе. Абраксас не смотрел на них. Он отказался смотреть на них. Он продержался примерно четыре секунды. Поттер рассмеялся - ярко, беззащитно - и Том замер рядом с ним. Абраксас медленно вдохнул. — Меня окружает некомпетентность, — пробормотал он. — Я вхожу в эту оценку? Абраксас на мгновение закрыл глаза. Конечно. Орион Блэк никогда не приходил. Он просто был, словно реальность сама подстраивалась, чтобы вместить его. — Я еще не решил, — ответил Абраксас ровным тоном. Рядом с ним произошел тихий сдвиг. Ткань, движение, присутствие. Не громко. Не навязчиво. Заметно. — Я бы порекомендовал решить в мою пользу, — сказал Орион. Абраксас открыл глаза и повернул голову ровно настолько, чтобы признать его присутствие. — Ты часто рекомендуешь вещи в свою пользу. — Это надежная стратегия. Абраксас тихо хмыкнул. — Для тебя. Рукав Ориона коснулся каменной скамьи, когда он слегка откинулся назад, положив руку вдоль края - за их спиной. За его спиной. Не касаясь, не достаточно близко, чтобы быть неприличным. Но достаточно близко, чтобы быть… намеренным. Абраксас заметил это. Он предпочел не комментировать. На другом конце двора что-то сдвинулось. Поттер наклонился ближе, Том снова забыл, как существовать. О, насколько же они были безнадежны. Абраксас немедленно отвел взгляд. — Нет, — сказал он под нос. — Абсолютно нет. — Нет чему? — спросил Орион. — Я отказываюсь наблюдать за этим дальше. — И все же? Абраксас не ответил. Потому что, к сожалению, он все еще наблюдал. Краем глаза. Против своей воли. — …Сегодня он хуже, чем вчера, — сказал Абраксас спустя мгновение. — Реддл? — Да. Орион мельком глянул через двор, затем снова отвернулся. Его выражение лица почти не изменилось, но мелькнуло понимание. Быстрое, точное. Орион всегда был эмоционально проницателен. — Он пытается вести себя иначе, — сказал Орион. Абраксас повернулся к нему. — О? — Да. — Взгляд Ориона сместился, кратко отслеживая движение Поттера. — И терпит неудачу. Пауза. Абраксас посмотрел на него. — Ты заметил это быстро. Орион пожал плечами - элегантно, небрежно.. — Это очевидно. — Для тебя. — Для любого, кто обращает внимание. Абраксас задержал его взгляд на долю секунды дольше необходимого. — …Ты обращаешь внимание на всё, значит? В выражении Ориона промелькнул слабый намек на веселье. — Не на всё. Ответ повис в воздухе. Намеренный. Незаконченный. Абраксас отвел взгляд первым. Конечно, он отвел. Он поправил рукав мантии - совершенно ненужное действие. — Ты задерживаешься, — сказал он. — Да. Снова никакого оправдания. Никаких пояснений. Просто да. Абраксас выдохнул носом с досадой, которую не осмеливался назвать. — Ты понимаешь, — сказал он легко. — Что большинство людей попытались бы быть хотя бы чуть-чуть незаметнее. — Я незаметен. Абраксас медленно повернул к нему голову. — Это - твоя незаметность? Орион встретил его взгляд, совершенно невозмутимый. — Да. Пауза. Абраксас изучал его. Кратко, клинически. Уверенная осанка. Спокойный взгляд. Та тихая, продуманная манера, с которой он занимал пространство — словно уже решил, что имеет на него право. Всегда имел. Это было… Раздражающе. — …Тревожно, — поправил себя Абраксас мысленно. На другом конце двора Поттер снова рассмеялся — ярко, как солнечный свет. Абраксас не посмотрел. Он отказался. Вместо этого он сосредоточился на совершенно более управляемой проблеме, сидящей рядом с ним. — Ты отвлекаешь, — сказал он. Бровь Ориона слегка приподнялась. — Отвлекаю? — Да. — Как неприятно. Отсутствие извинений было немедленным. Предсказуемым. Абраксас едва не закатил глаза. Едва. — Ты не выглядишь особенно обеспокоенным этим. — Я и не обеспокоен, — ответил Орион. Конечно, нет. Абраксас слегка сдвинулся - ровно настолько, чтобы восстановить дистанцию. Орион не пошевелился. Что, каким-то образом, делало только хуже. Прошло мгновение. Не неловкое. Просто… занятое. Абраксас снова осознал - невольно - присутствие Ориона в точных, раздражающих деталях. То, как он не ерзал. То, как он не заполнял тишину без необходимости. То, как он просто… оставался. Спокойный. Уверенный. Абраксас выдохнул. — Сегодня крайне неудачный день, — сказал он. — Из-за них? — спросил Орион, кратко глянув в сторону двора. — …Отчасти. — А остальное? Абраксас не ответил сразу. Он чувствовал, как внимание Ориона смещается. Едва заметно, но теперь - сосредоточенно. Он ждал. Это и было раздражающей частью. Он ждал. Абраксас взглянул на него. — …Ты тоже вносишь вклад в ситуацию. Губы Ориона изогнулись, совсем слегка. — Я понял. — Я рад, что ты находишь это забавным. — Я нахожу это интересным. — Это хуже. — Правда? — Да. Пауза. Затем… — Хорошо. Абраксас уставился на него. Снова этот намеренный край. Не подавляющий. Не грубый. Просто… присутствующий. Досадно настойчивый Абраксас отвернулся. На другом конце двора Том явно потерял способность говорить полными предложениями. Поттер выглядел абсолютно в восторге от этого. Абраксас прижал пальцы к виску. — Я не могу продолжать в таком духе, — пробормотал он себе. — И все же, — спокойно сказал Орион. — Ты будешь. Ради будущего счастья Тома, своего лучшего друга. Абраксас выдохнул. Он взглянул в сторону в последний раз. Орион все еще был там. Конечно, он был. Непоколебимый. Неторопливый. Абсолютно уверенный в своем месте рядом с ним. Абраксас снова посмотрел вперед, возвращая своему лицу выражение собранности, отстраненности, контроля. — …Как, — тихо спросил он. — Я в это ввязался? Ответа не было. Только стальные серые глаза Ориона, спокойные и неумолимые, изучающие его так, словно он запоминал каждую линию его существа. Абраксас чувствовал это, как гравитацию, тянущую его вперед.

***