Naughty Boy(s)

— Так, ребята, мы с Честером разделились, — говорил в камеру брюнет. — Он будет на первом этаже, а я на втором. Мы попробуем найти Кейли. Паркер зашёл в одну из комнат на втором этаже дома, куда пригласила их девушка по имени Бэкка, ищущая свою младшую сестру Кейли. Комната находилась в конце коридора, там же было и окно, завешанное жалюзи. Паркер приоткрыл их, но увидел те же разноцветные кубики, которыми был заставлен и вход внизу. Он не удивился. В комнате было много шкафов, поставленных к стенам. На каждом из них были замки. Парень подошёл к одному из шкафов: замки обычные и не слишком прочные. Некоторые даже ржавые. Тогда он вспомнил о топоре, которым медведь Френдо (хотя Паркер бы назвал его ужасным монстром) рубил табуретку в комнате на другом конце коридора. — Нужно взять топор. Надеюсь, у Честера всё в порядке, — сказал он в камеру.

***

Тем временем на первом этаже рыжик нашёл подвал. Странно, что парни не нашли его раньше. Высказав камере свой страх перед этим местом, Честер решил не звать Паркера. Тот жаловался, что Беннингтон постоянно ноет. Если он придёт к Паркеру, тот, должно быть, разозлится и опять толкнёт речь. Взявшись за ручку и потянув на себя, дверь подвала с противным скрипом открылась. Вниз вела каменная лестница, и там же, внизу, была непроглядная темнота. Свет от камеры помогал видеть лишь белый выключатель на стене и часть пола. Парень стал медленно спускаться вниз шаг за шагом. Конечно, ему было ужасно страшно, но это лучше, чем то, что Паркер снова будет игнорировать его слова. Спустившись в самый низ, Честер щёлкнул выключателем, и старая лампочка под потолком зажглась. Свет от неё был холодным, как в старых больницах. Посередине подвала стоял круглый деревянный стол. У дальней стены был большой шкаф из какого-то тёмного дерева. Возможно, дуб или венге. Там же стояло пару тумб. У левой стены парень увидел матрас. Такой же старый, как и всё в том доме. Некоторые тумбы и стены были обклеены плёнкой. На полу валялись разноцветные шарики, только их было гораздо меньше по сравнению с игровой комнатой. Честер решил посмотреть, что находится в шкафу. Сначала он прислушался. Было тихо. Только та парочка наверху играла свою заебавшую, надоевшую мелодию. Он обошёл стол и встал перед шкафом. Не хотелось представлять, что там можно было увидеть. Взявшись за ручку, он открыл одну дверцу. Та на удивление не скрипнула, а в шкафу было пусто. После Честер открыл и тумбы. Ничего, кроме полотенец и каких-то детских сломанных игрушек, он не нашёл. — Фух. Ладно, ребят, тут ничего нет. Нужно поискать в за… А-А-А! Честер сначала выдохнул и начал говорить свой дальнейший план в камеру. Но когда он обернулся, то увидел того страшного человека — Питти. Кажется, так его звали. С костылём, ужасным смехом и такой же ужасной маской вместо лица. — Здравствуй! — вдруг громко и чётко сказал мужчина.

***

Камера стояла на полу и была направлена на силуэт Паркера. В его руках был топор. Он замахнулся им и ударил по цепи. Та была ржавая, и не потребовалось много сил, чтобы сломать её. Внутри шкафа ничего не оказалось. Только пустые полки с правой стороны и зеркало во весь рост с левой. Нужно было приступать к следующему. На нём висела другая цепь, более новая. На то, чтобы её сломать, ушло уйма сил и времени. Минут десять, не меньше. Когда замок сломался и со звоном упал на пол, за ним на пол сел и Паркер. — Это было тяжело, — прокомментировал он, вытирая ладонью пот со лба. Во втором шкафу была старая одежда, какой-то реквизит, как в цирке. Например, одно колесо с сиденьем, кегли, всякие скакалки, сетки и тому подобное. Также на нижней полке стояла детская обувь. Особенно выделялась пара девчачьих туфелек. Розовые, с милыми белыми зайчиками и красными бантиками на пятках. Почему это здесь? Что произошло с детьми, которые носили всё это?.. Паркер вышел из размышлений. Нужно быстрее заканчивать тут и идти к Честеру.

***

— Что тебе нужно? Честер стоял перед жутким человеком. Камера стояла на столе и светила на Честера, он мог видеть Питти только благодаря тусклому освещению лампочки. Мужчина проигнорировал вопрос и продолжал смотреть на Беннингтона, не отводя взгляда. Так они стояли несколько минут. Парень боялся сделать лишнее движение и спровоцировать жуткого мужчину. Он ему сразу не понравился. С первого взгляда. Он бы ушёл из этого дома, но Паркер, как всегда, остановил его. Чёрт бы побрал его харизму. Питти выглядел словно темнее. Хотя одежда была чистая, и лицо, которое больше было похоже на маску, тоже никак не поменялось. Наверное, это всё из-за освещения. То, как лампа от камеры светила в глаза, создавая пелену, и то, как тот же свет падал на Питти. — Ты ищешь Кейли? — спросил он своим противным голосом. — Эм, нет. Не ищу. Честер решил соврать. — Ложь! — крикнул Питти, ударив своим костылём по полу и заставив парня вздрогнуть. — Послушные мальчики не врут. Ты не послушный мальчик, а непослушные мальчики должны быть наказаны. В воздухе повисло напряжение, а эхо от удара отразилось от голых стен подвала. Этот его голос и странные слова наводили панику на Честера. — Что..? И он снова замолчал. Это начинало давить на нервы. Этот свет, из-за которого ни черта не было видно, маленькое помещение, вечно не слушающий Паркер и этот страшный мужик перед ним. Как же всё достало! Парень резко сорвался с места, взял камеру и поспешил сбежать оттуда, надеясь пройти мимо Питти. Но его надежды не оправдались. Тот схватил Честера за локоть и со всей силы толкнул в стену. Это выбило из груди Честера весь воздух. Откуда только у такого слабого на вид… человека такая сила? Камера упала куда-то под стол. Её объектив треснул. Её владелец упал на колени, и с него слетели очки. Питти пнул их костылём, и те отлетели под старый шкаф. — Нет! — вскрикнул Честер. Но в следующую секунду ударили уже его. Так же костылём и уже по голове. Темнота поглотила сознание Честера.

***

— …Что это было? — задал риторический вопрос Паркер. Снизу послышались какие-то звуки, и Хаджиаскари бы не услышал их, если бы не поглотившая дом тишина. Медведь перестал играть. Но и шагов его не было слышно. Это значило, что он может быть где угодно. А может, просто устал играть свою ужасную мелодию? Паркер посмотрел на камеру. В правом верхнем углу отображалось время: 3:13. Скоро нужно будет спуститься к Честеру. Проверить его. На самом деле Паркер переживал за своего друга. Да, он много раз подвергал их опасности, но он просто хотел помочь людям. Чувство вины сжирало его больше всего. Так всегда было. Поэтому он и откликался на эти заявки — чтобы помогать людям. Паркер был благодарен Честеру за то, что тот был с ним. Но, возможно, брюнет плохо это показывал. Как и в целом показывал какие-либо тёплые чувства. Он встал на ноги, осмотрелся. Осталось ещё два закрытых шкафа. Хотя… он присмотрелся к замку на одном из них. Он выглядел так, словно его можно было просто снять с ручек. Парень взял камеру и направил её на тот шкаф. — Этот замок выглядит ненадёжным. И он оказался прав. Цепь со звоном упала на пол, и дверцы шкафа сами собой приоткрылись. Паркер же раскрыл их шире. О боже… Паркер услышал странный звук сзади. Какой-то смешок. Он тут же обернулся и направил камеру на проход в комнату. Там стоял он, тот медведь — Френдо. Паркер сразу же отошёл назад. Нет, отпрыгнул. Медведь стоял и не шевелился, только быстро дышал. На Паркера накатила тревога, медленно перерастающая в страх, а затем в панику.

***

Честер стал приходить в себя. Он не знал, сколько времени прошло, но немного, ведь связанные руки ещё не успели затечь, и он всё чувствовал. Чувствовал, что руки связаны спереди, по запястьям и локтям. Затем он почувствовал тяжесть на груди. Как будто кто-то на нём сидел. И, открыв глаза, его опасения подтвердились. Питти сидел на его груди, его колени были по обе стороны от головы Честера. Штаны монстра были приспущены, и, видимо, это всё, что он носил. Ведь трусов на нём не было. Из-за этого было видно бледную, но при этом и желтоватую кожу на бёдрах монстра. А чуть выше был стоящий член. Такой же ужасный на вид, кривоватый вправо и истекающий чёрно-прозрачной жидкостью. Честер поднял взгляд ещё выше и увидел ухмыляющееся лицо. Нет, это точно была какая-то маска. Шрам на правой стороне, а глаза смотрели в душу, почти не моргая, а может, и вообще не моргая. Член Питти дёрнулся, напомнив о себе. Честер вновь перевёл взгляд и понял, что его сейчас ждёт. — Не на… — Честер собирался что-то сказать, но не успел. Его схватили одной рукой за волосы, другой за щёку, и мужчина толкнулся в рот парню. Тут же в нос ударил ужасный запах пота и чего-то ещё. Сладко-приторный запах. Шершавая головка прошлась по языку и дошла почти до его начала. Рвотный рефлекс накатил сразу же, но ушёл, когда член вышел на половину изо рта парня. А потом Питти вновь толкнулся в рот Честера, ещё и ещё раз. Из медленного темп перешёл почти в бешеный. Потные яйца били по подбородку. Изо рта Беннингтона текла собственная слюна и та противная жидкость. На вкус она была похожа на вкус испорченных яиц, а по ощущениям — как что-то неприятное, напоминающее по текстуре сырой яичный белок. У Честера в голове была сплошная паника. Что делать? Руки связаны, не отбиться. Тяжёлый вес на груди не даёт даже нормально вздохнуть, не то что попытаться сбросить монстра или просто пошевелиться. Питти трахал рот Честера, иногда издавая непонятные постанывания или хрипы. По подбородку парня тек коктейль из его слюны и предэякулянта мужчины. Висящие волосатые яйца били по подбородку, а нос упирался в лобковые волосы. Кажется, от них и был этот омерзительный запах. Парень попытался пошевелить ногами и, кажется, толкнул что-то большое и металлическое. Это что-то упало с громким звуком, который разнёсся по всему подвалу. Но это даже не отвлекло монстра, и он не остановился.

***

Соображать пришлось быстро. Паркер услышал громкий непонятный звук. «Честер!» — подумал Паркер. Френдо тоже услышал это и обернулся на тёмный коридор. Паркер схватил топор, камера, как всегда, была уже при нём. Он рванул прямо на мужчину в маске медведя и толкнул его в сторону. Тот отшатнулся и ударился о стену. Хаджиаскари побежал по коридору, а затем вниз по лестнице. Он услышал ещё один звук, он исходил из подвала. Он вбежал туда, спустился по лестнице и увидел то, что там происходило. Честер лежал на полу без очков и камеры. А на его груди сидел Питти и… о боже. — Честер! — вскрикнул Паркер, когда увидел, что происходит. Питти обернулся, и его член выскользнул изо рта бедного парня. Тот начал кашлять и повернул голову в сторону Паркера, но глаза не открывал. Честер сплёвывал остатки своей слюны и жидкости монстра. Монстр застыл, смотря на Паркера при свете камеры. — Уйди от него! — Паркер всё понял и увидел. В руке он всё ещё сжимал топор и, не особо обдумывая свои действия, кинул его прямо в мужчину. Топор попал в плечо. Вместо крови стала выливаться какая-то чёрная жидкость. Питти издал оглушающий, явно нечеловеческий рев и упал на пол рядом с Честером. Тот всё ещё приходил в себя. Паркер помог другу встать на ноги, и они побежали вверх по лестнице. Когда они вышли, Честер побежал к выходу из этого ужасного дома, а Паркер заметил, как ужасный медведь Френдо спускается со второго этажа. — Не покидайте Френдо! — кричал медведь. Паркер на бегу одним ударом выбил стену из разноцветных кубиков, те упали на землю. Им открылся путь на улицу. — Бежим! — скомандовал Хаджиаскари. Они, не оборачиваясь, добежали до их машины. Паркер уже хотел запрыгнуть на переднее сиденье и увезти их из этого места. Но увидел, как Честер падает на колени у своей двери.

***

Честер добежал до машины и упал на землю. Его руки всё ещё были связаны жёсткой верёвкой. Парень просто заплакал. Слёзы текли ещё в подвале, но сейчас он был совсем без сил. Паркер это заметил. Он посмотрел вдаль, на тот дом. Кажется, никого. За ними не бросились в погоню. Тогда он посмотрел на своего друга. Вид плачущего и полностью подавленного Честера вызывал настоящую боль в груди и ком в горле. Он тяжело вздохнул и поставил камеру на капот машины. Теперь камера снимала только лес впереди, а свет от камеры позволял видеть хоть что-то во тьме ночи. — Честер, — Паркер попытался привлечь внимание друга. Но тот никак не отреагировал. Его трясло. Он упёрся связанными руками в дверь машины и плакал. Лицо было спрятано в предплечьях. Паркер посмотрел на его руки, а затем пошёл в машину. Оттуда он достал складной ножик и, вернувшись к Честеру, разрезал верёвки на его руках. Честер ненадолго перестал плакать, а потом, когда его руки освободились, начал вновь. Паркер сел на колени рядом с другом и обнял его. Хоть Честер и не отвечал на объятия первые минуты, Паркер его не отпустил. Он не спрашивал о том, что произошло. Ведь сам всё видел. Он не говорил ничего ободряющего. Это был тот момент, когда любые слова были бы лишними. Он просто ждал. — Он, он ударил меня, и я… Я помню только, как проснулся… — Не надо. Честер, всё хорошо, — ответил Паркер. — Я с тобой. Давай просто… — Это всё ты! — крикнул Честер, внезапно толкнув Паркера в грудь и не дав ему договорить. — Я говорил, что мы должны уйти, но ты не послушал! Как всегда! — Честер! — Почему ты никогда меня не слушаешь? Почему! Неужели ты настолько меня ни во что не ставишь!? Паркер притянул Честера обратно в объятия. Честер попытался оттолкнуть его, но не получилось, и тогда он вновь заплакал. На этот раз, упершись в складку плеча и шеи Паркера. Они просидели на холодной земле ещё долго. Возможно, полчаса, а может, и час. Но потом Честер успокоился. — Мне жаль, Честер. Прости, прости меня за это. Если бы мы ушли сразу, то с тобой всё было бы хорошо. Ты… Ты дорог мне. Очень дорог, прости. Честер поднял голову и посмотрел в глаза Паркера. Только тогда Паркер заметил, что на Честере не было очков. Он вообще редко их снимал. Раз, возможно два в месяц, Паркер мог видеть его глаза. А ведь они всегда ему казались очень красивыми. Голубые, синие, как настоящий океан. — Хорошо, я прощаю тебя, чувак, — ответил младший, вытирая ладонями остатки слёз. Паркер улыбнулся в ответ и обнял Честера крепче. — Я люблю тебя, чувак. — Я тебя тоже люблю. Они сели в машину. Паркер не забыл забрать камеру с капота и выключить её. Хватит на сегодня съёмок. Они поехали домой. По дороге Честер уснул, Паркер накрыл его одной из своих толстовок, которую взял с заднего сиденья. Теперь Паркер будет внимательнее к словам своего друга. Ведь видеть слёзы в таких родных, голубых, как море, глазах очень больно. Паркер этого вовсе не хотел. И не важно, какой смысл они оба заложили в свои последние слова. Главное, что каждый сказал то, что хотел.