Лололошка и цирк уродов

Прошло несколько дней с тех пор, как Ло и Джон впервые серьёзно заговорили о создании тела. Ло сидел в небольшой библиотеке, пыльной, но уютной. Вокруг него громоздились стопки книг по анатомии, биологии, физиологии. Он читал уже третью за сегодня, делая пометки в блокноте, который купил специально для этого. Солнце за окном давно село, но он даже не заметил. А свет настольной лампы выхватывал из темноты только страницы и его сосредоточенное лицо. – [Ты слишком медленно читаешь, – прокомментировал Джон, сидя на краю стола и болтая ногами. – Я бы уже всё изучил за полдня]. – Ты - это я, – напомнил Ло, не поднимая головы. – Если бы ты всё изучил, то и я бы всё знал. – [Не факт, – Джон наклонил голову, поправляя воображаемые очки. – У нас разная память. Ну, почти. Я помню то, на чём ты не заострял внимание. А ты помнишь то, что пропускал я. Мы же не всегда были одном теле]. Ло отложил книгу, потёр глаза. Веки слипались, но он не хотел останавливаться. – Ты уверен, что хочешь этого? Тело - это не только руки и ноги. Это боль, голод, усталость. Холод, когда на улице минус. Жара, когда плюс. Ты будешь чувствовать всё это. Каждую царапину. Каждый ушиб. – [Я знаю, – Джон спрыгнул со стола, подошёл к окну. Луна светила ему прямо в лицо, и его полупрозрачный силуэт казался почти настоящим. – И я хочу этого. Сотни лет в чужой голове - это перебор. Даже для меня]. – Не сотни, – поправил Ло. – Вообще-то прошло больше. – [Не напоминай, – Джон обернулся, и в во всей его физиономии читалась усталость. – Я и так каждый день считаю. В мыслях. И в тех моментах, когда ты молчишь, а я остаюсь один]. Ло усмехнулся и снова взялся за книгу. – Долго нам ещё? – [Ещё пару глав. Ты почти у цели]. Ло кивнул и углубился в чтение.

***

Следующие несколько дней Ло почти не выходил из дома. Он читал, делал заметки, иногда спорил с Джоном о деталях. Споры были жаркими, Джон настаивал на одном, Ло на другом, и каждый приводил свои доводы. – [Сердце должно биться быстрее, – настаивал Джон, расхаживая по комнате. – Я хочу быть энергичным. Быстрым. Чтобы ноги сами несли вперёд]. – Сердце будет биться с нормальной скоростью, – возражал Ло, не поднимая головы от записей. – Иначе ты просто свалишься от давления. Ты не бегун, ты учёный. – [Ты же помнишь каким я был энергичным в своем прошлом теле!]. – Это будет инфаркт. Или инсульт. Выбирай. – [Ты зануда]. – Я реалист. Джон фыркнул, но спорить перестал. Они выбрали место для ритуала - поляну у кристалла скинта. Не потому, что Ло нуждался в его силе (её у него было достаточно), а потому, что это место казалось им обоим безопасным и уединённым. Там почти никто не ходил по ночам. Там было тихо. И там всегда было тепло из-за наличия такого большого скинта. Для «новорожденного» самое то. – А если что-то пойдёт не так?, – спросил Ло, когда они обсуждали риски в последний вечер перед ритуалом. – [Тогда я останусь в твоей голове, а тело… рассыплется. – Джон говорил спокойно, без дрожи в голосе. – Я не смогу его удержать. Оно просто исчезнет]. – Жестоко. – [Поэтому я хочу, чтобы ты сделал всё правильно, – Джон поднял голову, посмотрел на Ло. – Я верю в тебя, красотка! Ты сможешь!]. – Спасибо. – [Да не за что, симпатяга!]. – Всё, всё, хватит Они замолчали. Луна светила в окно.

***

В назначенный вечер Ло собрал рюкзак: несколько книг (на всякий случай), воду, нож (для защиты, хотя он вряд ли понадобится), и блокнот с записями. Он проверил всё дважды, потом ещё раз. – [Волнуешься?, – спросил Джон, когда они шли по тропинке леса]. – Нет, – ответил Ло. – Но если я ошибусь, ты не сможешь меня даже наругать. – [Наругать?, – Джон хмыкнул. – Я тебя убью. Мысленно. Очень больно. А потом оживлю и убью снова]. – Ты же врач. Врачи вроде не должны убивать. – [Бывают и плохие дни]. Ло усмехнулся. Они вышли на поляну. Кристалл скинта светился ровным золотистым светом, разгоняя вечерние сумерки. Ло сел на землю, положил рюкзак рядом, закрыл глаза. Джон встал вперед. – [Начинай]. Ло глубоко вздохнул и начал.

***

Сначала он создал скелет. Кости росли из света, соединяясь друг с другом, образуя каркас. Точную копию его собственного. Ло представлял каждую косточку, каждый сустав, каждое сочленение. Он не мог позволить себе ошибки. Если хоть одна кость встанет не на место, всё тело будет кривым. Неправильным. Джон заслужил правильное тело. Ради «брата» стоит и постараться. – [Медленно, – донёсся голос Джона откуда-то извне. – Аккуратнее]. – Если хочешь нормальное тело, то не отвлекай меня. Джон хмыкнул, но замолчал. Потом Ло создал органы. Сердце, лёгкие, печень, почки, желудок. Всё должно было работать правильно. Ло вкладывал в этот процесс не только знания из книг, но и память о своём теле, то как оно устроено, как функционирует, как бьётся его собственное сердце, как расширяются лёгкие на вдохе. Потом - мышцы. Ло представлял их волокно за волокном. Он хотел, чтобы Джон выглядел как раньше и вкладывал все силы на это. Потом - нервная система. Это было сложнее всего. Ло представлял миллиарды нейронов, связи между ними, спинной и головной мозг. Слишком много деталей, слишком много того, что нельзя увидеть в книге. Он полагался на свою память и на то, как его собственные нервы проводят сигналы, как реагируют на боль, на тепло, на прикосновения. – [Ты как?]. – Молчи, – прошептал Ло. – Не отвлекай. Потом - кровеносная система. Вены, артерии, капилляры. Кровь, которая потечёт по ним. Ло чувствовал, как силы уходят из него. Его собственное сердце билось чаще, дыхание стало глубже, на лбу выступила испарина. – [Ты бледный, – заметил Джон. – Может, передохнёшь?]. – Не могу, – ответил Ло. – Если остановлюсь, всё разрушится. Ты ведь сам сказал это. – [Тогда не останавливайся]. Потом - кожа. Гладкая, без единого шрама. Ло помнил каждую царапину на своём теле и специально не переносил их. Джон заслужил новое тело. Чистое. Без отметин прошлого. Потом - волосы на голове. Такие же, как у Ло. Они ведь почти полностью идентичны. Джон не просил другой причёски. Но Ло решил, что ему подойдут более послушные волосы чем у него, и что так будет правильно. И наконец - лицо. Ло сделал его почти точной копией своего. Те же острые уши, та же форма губ, тот же разрез глаз. Но цвет глаз был другим, не тёмно синий, как у Ло, а светло-карий. Чтобы можно было отличить. Чтобы никто не перепутал. Да и помниться у него такие были, да? Или нет? Что-то он уже забыл. – [А неплохое лицо. Я точно буду красивым~]. – Скромность - это явно не твое. Ло усмехнулся и сделал последнее усилие. Процесс занял больше времени, чем Ло ожидал. Когда он открыл глаза, уже стемнело. Кристалл светил ярко в этой темноте леса, освещая поляну. Луна поднялась высоко, и её холодный свет смешивался с золотым сиянием камня. На земле, на траве, лежал человек. Джон. Ло посмотрел на него и почувствовал странную пустоту в голове. Впервые за столько лет он был один в своём сознании. Тишина. Никакого голоса. Никакого шёпота. Никакого Джона, который сидит на подоконнике и болтает ногами. Тело пошевелилось. – [П-п-получилось?], – раздался хриплый голос. Голос извне, не изнутри. Голос Джона. Такой же. – Получилось, – ответил Ло. Его голос дрогнул. О, как он был рад! Он может ощутить его своими руками! Джон открыл глаза. Светло-карие. Он посмотрел на свои руки, на пальцы, на траву под собой. Пошевелил пальцами. Сжал их в кулак. Разжал. – [Это странно, – сказал он. – Я чувствую… всё]. – Это называется «быть живым», Джон. – [Я знаю. Не учи учёного]. Джон попытался сесть. У него получилось не сразу, так как мышцы не слушались, координация хромала. Ло помог ему, прислонил к дереву. – Ты как? – [Голова кружится. И в груди что-то стучит. – Джон прижал руку к груди, замер. – Это… сердце?]. – Это сердце. – [Я знаю, что это сердце, – проворчал Джон, отнимая руку. – Я не тупой]. – Снова ты за свое. – [У тебя язык сейчас отсохнет]. Джон попытался встать. Ноги подкосились, и он упал бы, если бы Ло не подхватил его. – Не спеши, – сказал Ло. – Ты ведь так долго не пользовался ногами. – [Да знаю я! Мне холодно, дай одежды сначала]. Он замолчал. Посмотрел на свои пальцы. Пошевелил ими. Ло помог ему сесть обратно. Джон прислонился к дереву, закрыл глаза. – [Я устал, – признался он. – Это… выматывает. Быть в теле]. – Это нормально, – Ло сел рядом. – Отдыхай. Мы никуда не спешим. Ло конечно же помог Джону одеться той одеждой, которую Джон сам выбирал в тороговом центре недавно, чтобы когда он был в новом теле, то Ло не одел его в ту же безвкусицу, которую носит и сам.

***

Ещё через час Джон наконец смог стоять без поддержки. Ноги дрожали, руки висели плетьми, но он стоял. Смотрел прямо перед собой, сжимая кулаки. – [Смотри, – сказал он. – Я как новорождённый жеребёнок]. По лицу Джона можно было понять, как он на самом деле рад чувствовать все это. – Жеребята быстрее учатся. – [Заткнись]. Джон сделал шаг. Один. Ноги подкосились, и он рухнул на траву. Ло не бросился помогать. Он стоял в стороне и смотрел. – Вставай. – [Сам знаю, – пропыхтел Джон, пытаясь подняться. Получалось плохо. Руки скользили по траве, ноги не слушались]. – Хочешь, я… – [Не хочу, – перебил Джон. – Я сам. Я же учёный. Я должен уметь ходить]. – Учёные не умеют ходить с первого раза. Никто не умеет. Джон наконец встал на четвереньки, потом на ноги. Пошатнулся. Удержался. – [Ещё шаг, – сказал он сам себе. – Всего один]. Он сделал шаг. Упал. Ло подошёл, помог встать. – Ты можешь опираться на меня. Я не против. – [Я против, – Джон оттолкнул его руку, но тут же пошатнулся и всё-таки ухватился за плечо. – Ладно. Один раз. Но только потому, что темно]. – Конечно. Джон сделал ещё шаг. Потом ещё. Ло шёл рядом, не мешая, но и не отпуская. Через несколько попыток Джон смог сделать пять шагов подряд, прежде чем снова упасть. Но в этот раз он не стал ругаться. Просто сидел на траве, тяжело дышал и смотрел на свои ноги. – [Пять шагов!, – сказал он. – Это победа!]. – Это только начало. – [Знаю. Но всё равно победа]. Ло сел рядом. Они сидели в тишине, слушая, как ветер шевелит листья. – [Ло?]. – М? – [Спасибо]. – Не за что, – ответил Ло. – Ты же мой брат. Почти. – [Почти?, – Джон усмехнулся. – Мы один человек. Мы больше, чем братья]. – Тогда не благодари. Джон промолчал.

***

Джон сделал ещё несколько шагов, прежде чем окончательно выдохся. Ло посадил его на траву, достал из рюкзака воду. – Пей, – сказал он, протягивая бутылку. – [Я не могу]. – Открой рот и лей. Не бойся, не захлебнёшься. Джон попытался. Половина воды вылилась на подбородок и толстовку. Он закашлялся, вытер лицо рукавом. – [Это унизительно]. – Это нормально, – ответил Ло. – Ты ведь только учишься. Они посидели ещё немного. Ло помог ему встать. – Я отведу тебя домой, – сказал Ло. – И ты поспишь. Они пошли по тропинке. Джон опирался на Ло, но с каждым шагом двигался чуть увереннее. – [Это странно, – сказал он. – Чувствовать землю под ногами. Я думал, она твёрдая. А она… мягкая. Немного]. – Это трава, – ответил Ло. – Под травой - земля. Она мягкая, когда сухая. – [Я знаю, что такое трава. Я не тупой]. – Да, да. Ты у нас гений. Джон усмехнулся. Они вышли из леса. Луна светила ярко, освещая дорогу. – [Ло]. – Что? – [Спасибо. Ещё раз]. – Не за что. – [Я серьёзно]. Ло остановился. Посмотрел на Джона, на его светло-карие глаза, на его лицо, почти такое же, как у него самого, но без шрамов и сиянков под глазами. – Я знаю, – ответил он. – И ты знаешь, что я рад. Джон кивнул. Они пошли дальше.

***

Ло уложил Джона на свою кровать. Тот уснул почти сразу. Как ребёнок, уставший после долгого дня, полный игр. Дыхание стало ровным, лицо расслабилось. Ло сидел на кухне, пил чай и смотрел в окно. На звезды на ночном небе. Впервые за столько лет он был один в своей голове. Это было до странного тихо. Он к этому не привык. Он вспомнил, как они встретились. Как слились воедино в Архее. Как они вместе путешествовали по мирам, спорили, ругались, смеялись. А теперь Джон лежит на его кровати и дышит. Сам. Без него. – (Спокойной ночи), – мысленно сказал Ло, хотя знал, что Джон не услышит. Он допил чай, поставил кружку на стол и пошёл спать на диван. За окном светила луна. Никто не пришёл. Никто не помешал. Сегодняшняя ночь принадлежала только им.