and now i wanna be your dog?

      Леон дома.       Помотавшись по нескольким точкам (которые они со Скарлетт определили ранее), агент сначала хоть и чувствовал кураж, будучи охотником на страшного корпоративного зверя, но сейчас он был рад вернуться в то место, где он может хотя бы лечь.       В руке чувствовался уже привычный вес пакета из магазина, в который он заехал после работы. Набор нехитрый и почти привычный: продукты для ужина, которые Вессон попросила взять по пути, новая бутылка средства для мытья полов, какие-то губки и большая банка мороженого с орехами, которую он взял уже сам, потому что поддался симпатичному дизайну упаковки, вызывающему аппетит. Скарлетт должно понравиться.       По квартире разливался запах чистоты, чуть удушающий на входе из-за бытовой химии, но приятный из-за потока прохладного воздуха из открытых окон. Даже в коридоре Кеннеди заметил, насколько в доме стало чище. Оказывается, некоторые мелочи вроде статуэток были сероватыми не по задумке создателя, а по прихоти осевшей на них пыли. Сейчас же даже стены сверкали от чистоты.

а паркет всегда был такого светлого цвета?

      В квартире стояла почти мёртвая тишина. Леон при входе автоматически приготовился услышать знакомые звуки квартиры по типу клацанья клавиатуры ноутбука, старого рока, который из-за соседей и комендантского часа играл безбожно тихо, голосов актёров из очередного сериала или хотя бы недовольного бубнежа Вессон, если она снова застряла на каком-нибудь отчёте. Но ничего из этого не было.       Непривычно. Непривычно и очень странно.       Именно в этот момент у Леона появилось странное, почти абсурдное ощущение, будто он оказался не у себя дома, а где-то в промежуточном состоянии между сном и реальностью. Словно кто-то наскоро воссоздал для Кеннеди привычную, но ненастоящую обстановку, где всё знакомое слегка изменено, но не настолько, чтобы можно было сразу понять, что именно не так. Возможно, организм кричит мужчине о необходимости либо нормального сна, либо полной кодировки от алкоголя. – Скарлетт? – агент окликнул девушку, и голос прозвучал тише и беспокойнее, чем он ожидал.       Ответа не последовало.       Кеннеди прошёл дальше, замедлив шаг, и с каждым шагом ощущение нереальности становилось всё плотнее. В ушах опасно загудело, голова помутнела, а его тело вошло во что-то похожее на предобморочное состояние. И вдруг среди этого физиологического кавардака мужчину внезапно озарило что-то странное.       Это не было ни воспоминанием, ни мыслью и ни фантазией, а просто образом, возникшим без приглашения. Побочный эффект усталости и давно убитой и похороненной мечты.

Вот он стоит здесь же.

Нет, это не он. На его месте стоит другой Леон.

Его тело занял другой Леон! Человек, которого никогда не существовало.

Чуть более молодой, более беззаботный и энергичный полицейский с меньшим количеством шрамов и пролеченных по глупой молодости ЗППП. Человек, не знающий ни бесконечной череды смертей, ни «Амбреллы», ни Т-вируса, ни Ады Вонг. И в Испанию он ездил только на отдых. Из оружия он пользовался, в основном, тейзером, и имел пару историй применения огнестрела против особо опасных преступников, которые рассказывал родственникам.

Он стоит на пороге с тем же ключом в руке, но в коридоре его встречал шум, запах сладостей вперемешку с выпечкой и радостные визги.

К нему выбежало двое… нет, трое (!) детей, каждый из которых был безумно рад видеть Леона. Кеннеди не мог разглядеть их лица, потому что ребятишки постоянно двигались, смещались и расплывались, будто память не успевала за собственным же вымыслом, и всё, что оставалось делать мужчине – неловко двигаться им навстречу.

Самый маленький ребёнок лет трёх – кажется, девочка – спотыкаясь, подбежала первая. Она держит рисунок с цветными каракулями, с разбегу обнимает мужчину за ногу своими пухлыми маленькими ручками, сминая бумагу, поднимает голову вверх и зовет его… папой?

Старшие дети дошкольного возраста, очень похожие друг на друга (неужели близнецы?), постоянно перебивая друг друга, взахлёб рассказывали, как играли весь день в «войнушку» и сделали из подушек подобие окопов. Схватив его за обе руки, мальчики пытаются утащить папу в гостиную, чтобы показать «поле битвы».

Он улыбается.

А за детьми в дверном проёме стояла женщина. Даже не так: скорее, идея женщины, у которой есть силуэт, тело и голос, но нет чётких черт, потому что мозг отказывался идентифицировать в «жене» конкретного человека. Есть только ощущение, что рядом с ней можно расслабиться и забыть про работу.

всё хорошо. здесь никто не умрёт. никуда не нужно бежать.

Он действительно дома, где и он, и его семья в безопасности.

Он чувствует настолько сильное желание подойти к супруге, что внутри его сковывает тянущая ноющая боль. Женское смазанное лицо озаряет размытая иллюзорная улыбка.

– Вернулся?

– О, Вы уже вернулись.       Леон резко моргнул, и образ «лопнул» как мыльный пузырь, возвращая ему реальность коридора и запах химии. Он коротко выдохнул и сжал пальцами переносицу, как будто этим жестом можно было быстрее избавиться от фантазии, которой никогда не суждено стать реальностью, и забыть об этом приступе мечтательности.

этого никогда не было и уже никогда не будет.

случайный перепихон – твой потолок, кеннеди.

– Вы в порядке?       Скарлетт, которая прошмыгнула из своей комнаты в гостиную незаметно для мужчины, уже устроилась на диване, а её обеспокоенный взгляд был приковал к напарнику. Видеть его таким растерянным для девушки крайне необычно, поэтому на всякий случай она вспомнила, где у них аптечка, и рассчитала, как быстро ей нужно бежать до телефона, чтобы вызвать скорую. Просто на всякий случай.       Агент в ответ на вопрос сероглазой сначала впился в девушку долгим нечитаемым взглядом, но скоро его наваждение исчезло. Кеннеди быстро взял себя в руки и уже со своим обычным выражением лица кратко кивнул Вессон и без слов двинулся в сторону кухни. Мало что понявшая брюнетка пожала плечами, вытянула ноги на журнальный столик, не особенно заботясь о правильности позы, и, держа в руках пульт, включила телевизор и сразу увеличила громкость какого-то сериала про мафию.       Леон успел поставить пакет с покупками куда-то на кухню, после чего направился в свою комнату через общую гостиную. – Милые шортики, – бросил он, окинув напарницу взглядом.       На самом деле он заметил их ещё утром, когда уходил из квартиры. Просто тогда Вессон была слишком сонной после пробуждения, чтобы что-то ей говорить. Сейчас же Скарлетт непонимающе хмыкнула и машинально потянула край шорт вниз исключительно из вредности. – Спасибо, – отозвалась девушка, после чего решила оповестить коллегу о своих планах. – Мистер Кеннеди, не знаю, как Вы, а я сегодня отдыхаю.       Полуголый агент в процессе переодевания с удивлённым видом выглянул из своей комнаты в дверной проём: – Ты заболела? – Нет, просто решила отдохнуть один день от работы. Сегодня всё равно воскресенье. – И поэтому ты весь день драила дом? Странный отдых, – усмехнулся Кеннеди, параллельно натягивая домашнюю футболку. – Клянусь, я бы выстрелила себе в голову, если бы написала ещё один отчёт, – со всей серьёзностью произнесла Вессон. Она действительно рассматривала подобный вариант развития событий. – Пожалуй, твоё табельное оружие полежит у меня какое-то время. Я купил мороженое. – О, а принесёте его с ложками, пожалуйста? – Тебе лень даже с дивана встать? – Вы же всё равно на кухню пойдёте объедать весь холодильник. Сегодня у Вас на ужин кастрюля супа, – по-доброму съязвила брюнетка.       Леон, ранее уличённый в подобном преступлении, слегка насупился: – За прошлый суп я уже извинялся. Ложки принесу. – Какое благородство! – Не привыкай.       Когда мужчина вернулся с ложками и банкой мороженого, за окном уже начинало темнеть. Последние полосы закатного света медленно сползали с домов напротив, оставляя гостиную в мягком тёплом свете торшера и мелькании кадров с телевизора. Скарлетт уже откинулась на спинку дивана, а на экране очередной герой сериала с пафосным видом обсуждал предательство и семейные долги.       Впервые за долгое время никто из напарников никуда не спешил. – Про работу послушать не хочешь?       Леон произнёс это скорее по привычке, чем по собственному желанию. Они почти на автомате обсуждали расследование за завтраком, во время поездок в машине, за ужином, перед сном и иногда даже во сне вели монологи (каждый в своей комнате, конечно). – Пожалуйста, потерпите с этим до завтра, – буркнула брюнетка, откидывая голову назад. – Надо же нам хоть когда-то отдыхать. Особенно если отпуск не дают.       Кеннеди чуть усмехнулся, развалившись на диване в расслабленной позе и закинув руку на его спинку позади девушки. – Я могу с Сингером переговорить насчёт твоего отпуска, – произнёс он. – Если он так не хочет тебя отпускать.       Скарлетт фыркнула, не глядя на собеседника: – Да ладно. В гробу выспимся.       На экране телевизора главный герой сидел за огромным дубовым столом, а перед ним стоял сопляк-наследник в дорогом костюме и кричал на героя (судя по всему, его отца) по-итальянски. До этого момента сероглазая в двух словах успела рассказать своему напарнику, как до этого мафиози выяснил, что его жена уже два сезона подряд врёт ему, её любовник работает на конкурирующую семью, а младший брат каким-то образом одновременно является предателем, информатором ФБР и ещё чьим-то внебрачным сыном. – Напомни, почему мы смотрим этот ужас? – Знаете, как голову разгружают такие тупые сериалы? Великолепно!       Сопляк-наследник, как это обычно и бывает, с минимальным жизненным опытом был максимально уверен в себе, поэтому игнорировал советы отца и упорно двигался к катастрофе. Скарлетт не смогла оставить это без комментария: – Вот из-за таких людей у нас всегда много работы. – Из-за итальянцев? – весело поинтересовался Кеннеди, зачерпнув ложкой мороженое. Вессон стукнула мужчину по руке своей ложкой за неполиткорректную шутку. – Из-за идиотов.       Парень продолжал спорить с пожилым мафиози, который буквально объяснял ему, почему «гениальный» план отпрыска не сработает. Наследник окончательно отказался слушать здравый смысл и с важным видом заявил какую-то невероятную чушь. Скарлетт было интересно, будет ли главный герой исправлять ошибку своего сына или даст естественному отбору закончить начатое.       Герой тяжело выдохнул через нос. Леон тяжело выдохнул через нос. Скарлетт прыснула.       Она перевела взгляд на агента, на телевизор, а потом снова на агента. Уголки губ девушки начали подрагивать, потому что Леон сидел с тем же выражением усталого раздражения, что и персонаж сериала, с тем же прищуром и складкой между бровями. Более того, в целом мужчина сейчас выглядел даже более недовольным происходящим, чем сам актёр. Словно это события не сериала, а реальной жизни, где этот придурок с экрана – действительно сын Кеннеди, которому нужно передать нелегальный бизнес.

зная леона, он бы скорее нашёл эликсир бессмертия и управлял делом сам, чем передал свою работу дилетанту.

– Дебил, – вполголоса вынес вердикт Леон. – Идиот, – пробасил мафиози с экрана.       Этого девушка уже не выдержала. Сначала из неё вырвался первый смешок, который она успешно замаскировала под кашель, но второй выдал её с головой. Девушка прикрыла рот ладонью и беззвучно рассмеялась.       Леон повернул голову и нахмурился сильнее: – Что?       Девушка с красным лицом попыталась ответить, но получилось это не сразу из-за приступов смеха. – Да что с тобой? – уже в недоумении спросил мужчина. – Это же буквально Вы! – Кто? – Вот этот несчастный мужик!       Леон снова посмотрел на экран, двинулся вперёд и стал очень внимательно следить за героем, из-за чего брюнетка уже практически в истерике сползала с дивана от смеха. Самое смешное, что чем больше агент пытался понять причину её веселья, тем больше повторял мимику персонажа, который тоже ничего не понимал.       В какой-то момент даже он начал замечать совпадения. Мужчина тяжело вздохнул и покачал головой, а Скарлетт уже не могла дышать. – Блять, я не могу... – выдавила она сквозь слёзы, пытаясь отдышаться. – Я больше не могу на Вас смотреть... – Рад, что смог тебя развлечь, – хмыкнул мужчина, но улыбка тронула и его губы. Девичий смех был заразительным.       Уютная картина, правда? Конечно!       Для кого угодно, но не для Ады Вонг, наблюдающей за напарниками через окно соседнего здания.

・・・・・・・・・・・・・・・

      Найти этих несчастных ФБР-овцев для шпионки было достаточно просто. Если параноидальная девчонка каждый раз выходила из квартиры в новом образе (меняла одежду, причёску, макияж и даже осанку), скрывала лицо, сторонилась людей и то и дело петляла по улицам, то Кеннеди с его внешностью и приметным автомобилем было сложно не узнать даже издалека. Понаблюдав пару недель за основными местами обитания Леона, место проживания выследить было проще простого.       Ада знала его как облупленного, и, к её удовольствию, за несколько лет мужчина изменился внешне только в лучшую сторону.       Вонг не собиралась болтать с бывшим любовником при его молодой протеже,

да ей в целом не хотелось с ним просто болтать

поэтому, выгадав вечернее время, когда юная особа задержалась на работе и ещё не вернулась домой, Ада проникла в жилище своим любимым способом – через окно. – Даже не поздороваешься со мной, Леон? – Какого хрена ты тут забыла?       Мужчина, чистивший оружие в гостиной, сразу напрягся, и в целом был явно не в восторге от такого внезапного «привета из прошлого». Его давние нетрезвые рассуждения на тему «скучаю ли я по Аде?» и выводы из них улетучились в ту же секунду, когда он снова увидел это наглое женское лицо и открытое окно. – За что же ты так со мной? – притворно расстроилась женщина, аккуратно перебравшись с подоконника в комнату. – Я всего лишь пришла помочь вашему маленькому расследованию.       Ада плавно и неторопливо, как игривая кошка, двинулась навстречу агенту. Леон с досадой подметил, что Вонг можно сравнить с хорошим вином, которое с возрастом становится если не лучше, то точно не хуже. Во-первых, благодаря пришедшему с годами опыту и вкусу, Ада стала выбирать более удобную, но в то же время элегантную одежду. Брючный костюм глубокого цвета венозной крови, в котором шпионка сегодня появилась, точно шился на заказ и подходил ей так хорошо, что другие девушки кусали бы локти от зависти. Во-вторых, бодро скакать по чужим окнам в почти пятьдесят лет мало кто может. Леону в худшее время тяжело и километр пробежать без одышки. В общем, женщина в самом расцвете сил.

конечно в расцвете сил.

когда не терзаешь себя моральными дилеммами, не переживаешь за людей, ходишь по головам и каждой своей услуге ставишь цену – жить ты будешь хорошо.

все болезни от нервов?

тогда ада вонг точно будет жить до ста лет, а леону при таком раскладе осталось недолго.

сколько тысяч нервных клеток он потратил на короткие диалоги, скинутые ракетницы в бою, порнушные стоны во время секса в хостелах и постоянную возможность кончить внутрь?

но что поделать.

такова цена.

– Почему ты хочешь помочь?       Леон не сводил с Вонг глаз ни на секунду. Он слишком хорошо знал эту женщину, чтобы принимать хоть одно её слово за чистую монету, но услышать её ответ всё равно было интересно. – Потому что я могу, – игриво ответила шпионка, поправив волосы отточенным движением. – Тогда говори.       Ада оскалила зубы в обворожительной пустой улыбке, реагируя на сухой тон агента. Выдержав интригу в несколько секунд, женщину направилась к столу, где лежала пустая карта местности. Агент напряжённо наблюдал за женщиной, однако не вмешивался. Тонкие пальцы брюнетки потянулись к лежавшему рядом красному маркеру, и в следующую минуту на распечатке карты появилась пара неприметных красных точек. Незнающий человек, взглянув на карту, даже не обратил бы на них внимания. – Ты ведь работаешь на них, да? – недоверчиво произнёс Леон, имея в виду «Амбреллу». – Начните отсюда, – проигнорировав вопрос, кареглазая постучала обратной стороной маркера по одной из точек. – Через это здание проходит большая часть внутренней сети. Если сумеете проникнуть внутрь и получить доступ к их серверам, сможете вытащить много полезного. При должном старании сможете получить удалённый доступ к системе наблюдения главного исследовательского комплекса. Твоей подружке понравится.       Кеннеди, прочитав адрес на карте, лишь сильнее нахмурился и стал напрягать свою память. И вспомнил: они со Скарлетт почти два часа спорили, стоит ли включать именно этот адрес в список потенциальных объектов «Амбреллы». Здание казалось неприметным и одновременно слишком странным, поэтому они всё-таки оставили его среди основных «объектов» для изучения. – И что же мы увидим по камерам? Зомби? Тиранов? Нового Терминатора? – саркастично хмыкнул агент.       Вонг искренне усмехнулась от забавного комментария мужчины. Помедлив, женщина всё же решила кинуть большой светлой собачке косточку в виде полезной информации. – Ты знаешь, для некоторых проектов нужны… идеальные агенты, – уклончиво начала кареглазая. – А меньше всего подозрений вызывают… знакомые лица. Понимаешь, о чём я?       Молчание.       Леона бросило в холодный пот. Краденый биоматериал сотрудников ФБР может подойти только для одной цели. От близости разгадки голова шла кругом, из-за чего мужчина закрыл глаза и с усилием сжал пальцами переносицу. В голове крутился лишь один вопрос.

она имеет в виду… это?

– Они делают наших клонов?       Вонг еле заметно помрачнела, слегка поджала пухлые губы и продолжила внимательно смотреть на Кеннеди, тем самым подтверждая его догадку. Женщина некоторое время наблюдала за агентом, который утонул в своих размышлениях, и молчала, словно решая, насколько далеко стоит заходить и рисковать своей работой, репутацией или жизнью. Но, как говорится, кто не рискует – тот не Ада Вонг. – Вы продолжаете искать угрозу снаружи, – продолжала юлить брюнетка, – А иногда нужно смотреть… ближе.       В комнате стало настолько тихо, что Леон отчётливо услышал тиканье настенных часов. – Что это значит? – Первого «идеального агента» они уже сделали. И он идеален настолько, что его не заметили даже федералы.       Леон застыл.

второе попадание из двух выстрелов. браво, ада!

– Он что, в ФБР? В каком отделе? – Я не знаю наверняка, – разочарованно покачала головой женщина. – Знаю только то, что он там есть, и он, скорее всего, в одном из ваших аналитических отделов.

а отдел леона и скар тоже аналитический.

лица коллег в мыслях сменяли друг друга, словно фотографии подозреваемых. кто-то из тех, с кем кеннеди пил кофе по утрам и кратко обсуждал отчёты вперемешку с будничной ерундой, мог быть клоном. самым настоящим злым близнецом.

а этот отчёт теодора хилла по погоне? там же было указано, что у «амбреллы» есть человек с отличным знанием фбр-овских систем хранения данных, который смог стереть цифровые следы с информацией о нападении.

кто это может быть?

кто?

…

но есть ещё одна мысль.

неприятная и до мурашек по спине страшная.

а если это скарлетт?

      Немой вопрос пустил холод по позвоночнику. Леон сглотнул вязкую слюну, которая от волнения встала комом в горле, а дыхание нервно участилось. Собрать себя в руки стало почти непосильной задачей, но для Кеннеди нет невыполнимых задач, да? – Ты знаешь способ отличить клона от реального человека? – с ледяной серьёзностью спросил агент, молясь про себя всем чертям на то, что Ада знает. – Знаю, – красные от помады губы растянулись в лёгкой улыбке. – Но что мне за это будет? Было глупо ожидать, что всё будет так просто. Взгляды пересеклись. – Чего ты хочешь?       Брюнетка закусила губу, оценивающе пробежалась глазами по мужчине и многозначно посмотрела ему в глаза. Обстановка стала ещё интимнее. – Ты же не маленький. Сам всё понимаешь.

видит бог, она соскучилась.

но вот вопрос: стоит ли кеннеди снова наступать на это дерьмо, чтобы потом провалиться в него по самые уши?

стоит ли опять с ней спать?

…

в голове уместились две личности. нет, не олицетворение разума и сердца, а просто две рациональные и чувствующие личности, просто делающие это по-разному.

первый леон восклицает: «конечно, нет, ты совсем дебил?»

мы знаем, чем это кончается. мы, блять, знаем.

она может просто ничего не сказать. или соврать, что ещё хуже. и ради чего это всё?

и ещё один тонкий момент: а что делать со скарлетт?

…

… но второй леон елейно шепчет: «конечно!»

а что мы теряем?

получить ценную для расследования информацию в обмен на хороший секс – это же сделка мечты.

он помнит повадки вонг. несмотря на собственный интерес во всех ситуациях и периодические манипуляции, в итоге она всегда ему помогала.

она всё скажет. конечно, скажет.

максимум, что леон потенциально может потерять – время, проведённое с ней в постели и какие-то деньги, если она их попросит за свою информацию.

потому что больше ада ничего не сможет забрать.

украсть документы со стола? да на столе не было никаких документов.

украсть данные с компьютера? о, не-е-ет. вессон сделала всё, чтобы это было невозможным даже в случае кражи системного блока целиком.

а как же вессон?

поставить жучки? увы, тоже не выйдет. опять же, скарлетт сделала всё, чтобы жучки и другие сторонние устройства в квартире не работали.

а как же скарлетт?

в конце концов, будет просто приятно поиметь эту женщину хотя бы физически. сексуальное напряжение, спасибо вессон-вессон-снова-вессон не спадает, а только растёт, а тут подвернулась прекрасная возможность отключить голову и выебать красотку без мыслей о том, этично это или нет.

то есть трахать свою привлекательную молодую напарницу – неправильно, а трахать грёбанную аду вонг при наличии скарлетт вессон и её чувств – правильно? и ты рассуждаешь об этике?

самое смешное, что этот секс шпионке тоже нужен. агент знает, что её буйный нрав в постели и особую половую конституцию мало кто может вытерпеть, поэтому раз за разом ада возвращается к кеннеди, потому что, по одному её пьяному признанию, «с другими мужчинами она не кончает».

леон имеет над ней власть.

кем бы ада вонг не была на работе, в его квартире она всё равно скажет леону то, что от неё требуется, опустится перед ним на колени и после того, как его сперма окропит её лицо, скажет ему «спасибо».

      Кеннеди, поддавшись искушению, склонил голову набок, разглядывая Аду, и медленно облизал пересохшие губы: – Тогда чего ты ждёшь?

・・・・・・・・・・・・・・・

– Зрачки клонов не реагируют на свет, – томно прошептала женщина, после чего захлебнулась в очередном стоне от смены угла проникновения и ускорения темпа.       Мужчина делал всё как всегда: на автомате целовал в нужных местах, гладил везде, докуда дотягивались руки и методично двигался внутри женщины так, как привык – быстро и безжалостно, что нравилось Аде до дрожи в коленях. Вроде, и Вонг навыков не растеряла, потому что она правильно двигается навстречу, стонет, целует, облизывает и оглаживает агента в ответ… но никаких эмоций Леон так и не получил.       Нет, физическое удовольствие никуда не делось, потому что как ни крути, но если член сжимают влажные тугие мышцы и двигаются ему в такт – это приятно.       Приятно, но не более.       Ада Вонг! Женщина, которая когда-то давно почти вскружила ему голову, и у которой в голове Леона был «особый статус», в отличие от остальных женщин, сейчас оказалась… просто очередной в его постели. Не особенной. Этот диссонанс Леон ощутил после того, как вошёл в раскрасневшуюся от возбуждения шпионку, и это чуть не стало причиной позорного падения на «полшестого».       Подсознание спасло его быстрее, чем разум, потому что вовремя подсунуло Кеннеди более молодое тело и знакомое живое лицо. Агент не прислушивался к звукам, не открывал глаза, а просто вколачивался в горячее тело и ловил в голове обрывки образа своей верной напарницы в самой развязной позе. Мужчина чуть не кончил раньше положенного, потому что готов был поклясться, что услышал краем уха приятные всхлипы и

о, да!

мистер кеннеди!

да!

пожалуйста…

      Забавно, что Вессон, сама того не зная, снова помогла Леону добыть информацию для расследования.       Ада Вонг всё так же хорошо сосёт, как и пятнадцать лет назад, а светловолосому от этого факта ни горячо, ни холодно. Он ритмично и с силой давит брюнетке на затылок – так, как им обоим нравится – чтобы она задыхалась и шумно дышала через нос, и резко откидывает голову назад, больно ударяясь затылком о стену. А в голове набатом стучало

скарлетт скарлетт скарлетт скарлетт скарлетт скарлетт

      Но на лицо Аде он всё-таки кончил.

・・・・・・・・・・・・・・・

– Тебе не понравилось? – Голова болит.       Оделись старые знакомые так же быстро, как и разделись. Удовлетворённая шпионка спешила по своим делам, а агент хотел поскорее натянуть на себя одежду и забыть этот мерзкий инцидент. Волна отвращения, стыда и чувства вины перед ничего не знающей девчонкой уже жрало изнутри голодным зверем. Тем не менее, виду подавать нельзя, потому что в комнате он не один, а с другим вполне реальным зверем.       В коридоре что-то тихо хлопнуло. – Спасибо, что помогаешь, Ада, – Кеннеди попытался натянуть расслабленную улыбку, пока Ада застёгивала молнии на сапожках. – Сначала то СМС с предупреждением, теперь это… – Какое СМС? – непонимающе сощурилась брюнетка, не отвлекаясь от своего занятия.

От: номер неизвестен

23:31

Возможно, «Амбрелла» правда ещё жива.

Будь внимательнее.

если это была не она, то кто?

      Этот вопрос пришлось отложить, потому что где-то недалеко громко щёлкнул взведённый курок пистолета. Так же оглушающе в комнате раздался агрессивный возглас Скарлетт в адрес Вонг: – А ты, блять, ещё кто такая?       По Вессон нельзя было сказать, что всего пять минут назад у неё было отличное настроение, потому что её бесконечное рабство в офисе принесло ещё один значимый «плод» – пару часов назад она окончательно определила точный адрес, где находятся сервера «Амбреллы»! Это же так здорово!

две женщины в один день несли леону один и тот же адрес.

просто ада дошла быстрее.

      Ещё на лестничной площадке девушку насторожил приглушённый женский голос, которого в секретной квартире не должно быть по определению, поэтому она зашла туда практически бесшумно. Сейчас Скарлетт стояла в дверном проёме, направив оружие в сторону незнакомки.       Ада медленно повернула голову, флегматично скользнув по Скарлетт оценивающим взглядом: – Вежливости тебя, похоже, не учили, Джейн.       Брови Леона взлетели вверх. Агент удивился не на шутку от того факта, что Вонг попалась на какой-то из крючков его напарницы и не смогла выудить из документов её настоящее имя. Неужели оно было не только в водительских правах? – Не думаю, что моё имя тебе что-нибудь скажет, – высокомерно продолжила женщина, изогнув губы в усмешке.       Вессон показательно отзеркалила её «сладкую» улыбку: – Да мне похер, что ты там думаешь. Не хочешь говорить – сама узнаю твоё имя, – небрежно бросила сероглазая. – Всё равно в реанимации его обычно записывают в медицинскую карточку. Или в морге, тут как повезёт.       Вонг, ни капли не испугавшись, залилась бархатным – опять искусственным – смехом, поражаясь наглости и самоуверенности этой соплячки. Честно говоря, Скарлетт сама этому поражалась, только глубоко внутри себя. Девушка перехватила пистолет поудобнее и плотнее устроила палец на спусковом крючке. – Опусти оружие, Бейкер, – спокойно вмешался Леон в попытке снизить градус напряжения. В голове снова мелькнула мысль, что она может быть не собой. – Она пришла помочь с делом. – Помочь? Нам не нужна помощь, – показательно фыркнула Скарлетт.       Взгляд брюнетки наконец-то оторвался от Ады и начал метаться по комнате, чтобы оценить обстановку и найти подозрительные предметы, которые могла оставить эта незнакомка.       Презерватив. Использованный, сука, презерватив, небрежно валяющийся на полу, и смятая постель – вот что из подозрительного нашла Вессон. Челюсть сжалась до боли в зубах, а слепая ярость уже застлала глаза. – Ты… привёл эту блядь сюда... – с обманчивым спокойствием тихо начала брюнетка, забыв про обращение на «Вы», – в место, о котором знают три с половиной человека… и пока я не могу спокойно встретиться с Тео в кафе около дома, ты… – девушка почти сорвалась на громкий возглас, – ты таскаешь баб в нашу квартиру?!       Скарлетт во время речи слегка размахивала оружием, но дуло пистолета смотрело в грудь Ады, тогда как взгляд девушки был прикован исключительно к Леону. Взгляд был полон гнева и едкой горечи. Она так спешила домой, чтобы поделиться с напарником большой радостью, а он…

а он… спалил адрес их квартиры и опять вытер об неё ноги.

– Ты хоть понимаешь, что теперь эта квартиру скомпрометирована? Мы месяцами заметали следы, проверяли хвосты, меняли маршруты пути до дома…       С каждым словом брюнетке становилось всё труднее говорить. Ярость начинала теснить воздух в лёгких, сбивая дыхание, заставляя девушку судорожно хватать ртом кислород. – И всё ради того, чтобы ты… – задыхалась Скарлетт, пока на глазах предательски наворачивались слёзы. – Джейн… – Кеннеди окликнул её, но совершенно не знал, что ей сказать. – Заткнись, просто заткнись! Я тебя даже слушать не буду!       Раздражённая шумом Вонг цокнула и сделала несколько шагов в сторону окна. Меньше всего женщине хотелось оставаться здесь и дальше, чтобы слушать чужие истерики.       Оружие быстро вернулось в прежнее положение, и Вессон стала целиться чётко в Аду: – Сука, только тронься с места ещё! – рявкнула брюнетка, – Я же реально тебя застрелю.       Несколько секунд женщины молча смотрели друг на друга, не мигая, будто проверяли, кто уступит первой. Естественно, не уступила ни одна.       Ада, почти не изменившись в лице, едва заметно склонила голову набок, разглядывая Скарлетт с исследовательским интересом. Матёрый хищник наблюдает за зверёнышем, который ещё только учится скалить зубы. – Если он действительно говорит правду, и ты зачем-то решила поиграть в добрую самаритянку, – наконец, произнесла Скарлетт, – я очень быстро найду, кому именно рассказать о твоей маленькой благотворительности. Ты не из ФБР, но владеешь информацией. Визит неофициальный и ночной. Значит, ты с кем-то из наших… врагов. – продолжала рассуждать Вессон в верном направлении, от чего Вонг еле слышно фыркнула. – Даже если ты не работаешь на «Амбреллу», мне кажется, твоему настоящему начальству будет крайне любопытно узнать, что одна из их сотрудниц внезапно начала снабжать информацией федеральных агентов.       Улыбка медленно исчезла с лица Ады. – Девочка, не много ли самоуверенности? Ты даже моего имени не знаешь. – Я – неплохая ищейка, мисс. Дай мне время, и я узнаю даже то, у кого ты в студенческие годы траву покупала. А твоё начальство я найду быстрее.       Пугающе пустой взгляд карих глаз впился в молодую работницу ФБР. – Тогда я просто тебя убью, – спокойным тоном размеренно произнесла женщина, направляясь к Скарлетт. – Ну уж нет, – уверенно встрял в диалог Кеннеди.       Леон не бросился заслонять Скарлетт собой, как рыцарь, и не попытался встать между женщинами. Он сделал всего несколько шагов вперёд вслед за Адой и крепко схватил её за плечо, грубо развернув к себе. Сейчас с Вонг разговаривает уже не её любовник, а федеральный агент, готовый остановить её любой ценой. – Нет, – повторил он, и в его голосе было столько твёрдой безапелляционной уверенности, что даже Скарлетт невольно перевела на него взгляд. – Этого я тебе не позволю. – С каких это пор ты становишься у меня на пути? – кареглазая скинула его руку со своего плеча. – С тех пор, как ты решила угрожать моим людям. Я не шучу, Ада.       При желании напряжение между этими тремя можно было потрогать.       Скарлетт продолжала целиться в женщину, хотя уже ощущала, как от напряжения начинают предательски дрожать мышцы предплечья, а пальцы, слишком долго сжимавшие рукоять пистолета, постепенно немели. Она никогда не стреляла в людей и никогда не хотела этого делать.       Ада заметила это сразу, и тут же перестала видеть в собеседнице угрозу. Что-то женщина погорячилась. Её она хотела убить? Это просто умеющая хорошо блефовать, но всё ещё трусливая девчонка, у которой молоко на губах не обсохло.       Шпионка медленно сделала один шаг вперёд, а затем – ещё один. Леон на периферии негромко произнёс её имя в призыве остановиться, однако Вонг даже не повернула головы в его сторону. Она продолжала идти до тех пор, пока холодный ствол пистолета не оказался всего в нескольких сантиметрах от её груди, и лишь тогда остановилась, с вызовом заглядывая Скарлетт прямо в глаза. – Вот я тронулась с места. И что же ты мне сделаешь? – с насмешкой произнесла Ада, потому что происходящее начинало её откровенно забавлять. – Ты не выстрелишь. У тебя даже руки дрожат как у первоклассницы.       Скарлетт почувствовала, как оборвалась последняя тонкая нить самообладания, удерживавшая её от необдуманного поступка. Да, она бы действительно не нажала на спусковой крючок, но только потому, что слова «ценности», «мораль», «гуманизм» и «убийство второй степени с лишением свободы на срок от 15 лет до пожизненного» для неё не пустой звук.       Зато в следующую секунду рука Вессон резко сменила траекторию, описала короткую дугу, и тяжёлый металлический приклад пистолета с глухим ударом врезался Аде в скулу. Голова шпионки резко дёрнулась в сторону, а сама она, почти потеряв равновесие и чуть не упав, отступила назад и подняла руку к месту удара, ощущая, как под кожей уже начинает наливаться горячей болью будущий синяк.       Кеннеди не планировал сегодня смотреть на женский бой насмерть, поэтому быстро преодолел расстояние между собой и женщинами. Много раз ему доводилось видеть, с какой лёгкостью Ада выводила из строя хорошо подготовленных бойцов и исчезала прежде, чем те успевали понять, что вообще произошло. Скарлетт была хорошим офисным агентом, и против Ады, десятилетиями жившей среди профессиональных убийц и шпионов, её шансы были пугающе малы.       Леон успел перехватить Вонг прежде, чем она добралась до Скарлетт. Одной рукой он крепко обхватил Аду поперёк корпуса, второй перехватил её запястье, разворачивая женщину в сторону и буквально оттаскивая от напарницы. Ему пришлось приложить заметное усилие: несмотря на внешнюю хрупкость, Ада сопротивлялась с удивительной силой, пытаясь вывернуться из его хватки. – Мразь, – злостно прорычала женщина в сторону Вессон. – Отпусти меня, Леон! – Да, отпустите её, мистер Кеннеди! – злорадно вторила женщине Скарлетт. – Она ведь ещё недостаточно получила! Или Вы переживаете, что я ей причёску испорчу?       Леон даже не обернулся, пока молодая девушка чуть ли не хохотала в истерике, а Вонг после её возгласа восстала под его руками и яростно шипела. Он продолжал пятиться к кухне, удерживая Аду, которая не переставала сопротивляться: – Мелкая дрянь, да как ты смеешь?! Леон, пусти!       А Кеннеди всё молчал и тащил её в другую комнату. Мужчина в Бога не верил, но всё равно молился, чтобы Вессон замолчала.       К сожалению, Бог тоже не верил в Леона, поэтому Скарлетт лишь ядовито оскалилась и снова открыла рот, обращаясь к агенту: – Очень трогательно, – показательно скуксилась брюнетка, съязвив громче обычного, чтобы Вонг её точно услышала. – Боитесь, что я покалечу последнюю Вашу шлюху в городе?       Эти слова заставили светловолосого на мгновение прикрыть глаза, потому что появилось крамольное желание всё-такие ослабить хватку на Аде. Ну почему, почему нельзя замолчать вовремя? – Ради бога, Бейкер, заткнись, наконец! – рявкнул мужчина так, что вздрогнула даже Ада.       Сероглазая злостно сощурилась: – А что такое? Разве я соврала?       Кеннеди ничего не ответил, потому что прекрасно понимал, что любое его слово подольёт масла в огонь только потому, что оно его. – Может, мне ещё извиниться перед ней? – не успокаивалась девушка. – Чай предложить? Или сразу отвезти вас обоих на секретный объект, чтобы вы там наебались всласть, грёбанные кролики?!       Дверь кухни захлопнулась. Почти сразу Леон отпустил Аду, но сам остался стоять между ней и выходом, не позволяя снова выйти в гостиную. – Я вынес тебя сюда, потому что ты её покалечишь. – Она ударила меня первой. – Я видел. – И? – И на этом всё закончится. – Ты правда думаешь, что можешь мне приказывать? – Нет, я так не думаю.       Леон устало провёл рукой по лицу, после чего полез во внутренний карман куртки и достал сложенную пачку наличных. Его любимый способ решения проблем никогда не прокатывал со Скарлетт, но всегда прокатывал с Вонг.       Ада перевела взгляд на деньги, после чего играючи состроила оскорблённый взгляд для Кеннеди: – Решил меня подкупить? – Я бы не хотел, чтобы эта история превращалась в вендетту. Я сам её приструню, а ты с ней больше никогда не увидишься, даю слово.       Деньги Ада взяла.       Женщина подошла к открытому кухонному окну, через которое в квартиру тянуло прохладным ночным воздухом. Одним движением она забралась на подоконник, потому что делала это сотни раз, и в последний раз посмотрела на Кеннеди через плечо. – Если она ещё раз попадётся мне на глаза и попытается вытворить что-то подобное – я её убью, Леон. Сразу же.       После последнего предупреждения шпионка без малейших колебаний прыгнула в окно и исчезла в темноте, «растворившись» так же бесшумно, как и появилась пару часов назад. Леон подождал ещё несколько секунд, прежде чем вышел обратно в гостиную. – Вессон?