Правила Габриэля (Эскорт-1)

Если еще хоть один парень схватит её за задницу, Райли сорвется. Девушка отшвырнула короткие пальцы очередного обидчика и направилась обратно к стойке, чтобы выполнить заказ на напитки. Три дня назад, когда Мак предложил ей работу официантки прямо на месте, она подумала, что попала в рай. Высокий, жилистый старик с сальными седыми волосами и пожелтевшими от сигарет зубами вызывал у неё отвращение, но его, похоже, не волновало, что она ни дня в жизни не работала официанткой, так что это был огромный плюс. Он также не возражал против оплаты «из-под стола»*, хотя платили там гроши. Девушка лишь надеялась, что чаевые будут стоить всех этих сальных взглядов и наглых рук, с которыми ей приходилось сталкиваться. Будь Райли менее в отчаянном положении и более бдительной, она бы заметила, какая это дыра, но собеседование проходило днем, народу было немного, и она не обратила внимания ни на грязь, ни на сомнительную публику. Похоже, поиски работы придется продолжить, но, по крайней мере, на первое время будут хоть какие-то деньги. *(прим. пер.: Under the table: Идиома «под столом», означающая неофициальную оплату труда без налогов (черную зарплату, зарплату в конверте). Там была и другая официантка, женщина постарше по имени Мара, и, как ни странно, она была очень похожа на Мака. Райли никогда не считала себя красавицей, но полагала, что на фоне Мары у неё есть преимущество. Это был первый раз, когда она искренне пожалела, что не родилась «невидимкой». Мак сгрузил несколько напитков на её поднос, и она принялась лавировать между потными телами, которые умудрялись прижиматься к ней, сколько бы места она ни оставляла между ними. Девушка расставила напитки за столом «Коротышки» и направилась к нескольким кабинкам вдоль дальней стены. Последнюю свободную кабинку заняли двое мужчин, и тот, что сидел лицом к ней, широко улыбнулся при её приближении. Он был очень приятен на внешность – типаж «соседского паренька», но крепкого телосложения. Лохматые волосы молодили его, но подойдя ближе, она поняла, что ему должно быть за двадцать. На нем была темно-синяя рубашка на пуговицах и приличные брюки – типичный «белый воротничок»; он выделялся как бельмо на глазу среди этой толпы стареющих подражателей байкерам. – Привет, что я могу вам предложить, господа... – её голос запнулся, когда она увидела, кто был спутником Блондинчика. Гейб. Он посмотрел на неё исподлобья, с мрачным выражением лица. Он казался почти враждебным, что было странно, ведь с их мимолетной встречи в коридоре прошла уже пара дней. Не могла же она так разозлить замечанием его о том, что он выглядит усталым? ******* Гейб понимал, что сбивает её с толку своим молчанием и свирепым видом, но никак не мог выкинуть из головы образ того парня, распускающего руки. Они с Шейном едва успели сесть, как его блуждающий взгляд наткнулся на Райли. Наблюдая за тем, как большинство мужчин пожирают её глазами, пока девушка проходит мимо, он уже начал было подниматься со своего места, прежде чем вспомнил, что она ему не принадлежит и он не должен её защищать. Но когда тот тип с сальными черными волосами и длинной неопрятной бородой действительно дотронулся до неё, Гейб вскочил. Только вопросительный взгляд Шейна удержал его от того, чтобы подойти к парню и впечатать его в пол. Ему нужно было совладать со своей яростью, прежде чем заговорить с ней, поэтому он взглянул на друга. К счастью, приятель понял намек. – Привет, я Шейн. Глаза Райли еще мгновение были прикованы к глазам Гейба, но затем она опомнилась и повернулась, чтобы пожать протянутую руку Шейна. – Райли. Когда Гейб так и не проронил ни слова, Шейн продолжил: – Ты подруга Гейба? – Мы соседи. Э-м, что вам принести? – Мне пива, любое разливное. – Шейн взглянул на Гейба, который всё так же не сводил глаз с девушки. Она неловко переступила с ноги на ногу, и тогда Шейн пнул Гейба под столом, что, наконец, вывело угрюмого мужчину из какого-то забытья. – Мне то же самое. Райли кивнула и удалилась. Гейб проследил взглядом, как она возвращается к барной стойке. – Какого черта? – громко произнес Шейн. Гейб резко обернулся, встретив вопросительный взгляд друга. – Что? – Э-м, поговорить не хочешь? Гейб откинулся на спинку сиденья и заставил себя больше не смотреть на Райли. Его проницательный друг и так уже увидел слишком много. А учитывая смятение после того сногсшибательного оргазма в душе пару ночей назад и яростное чувство собственничества, которое захлестнуло его при виде мужчин, пялящихся на облегающую юбку и тесную футболку девушки, он был явно не в том состоянии, чтобы что-то объяснять Шейну. – Что мы делаем в этой дыре? Как он мог сказать другу, что с тех пор, как Райли упомянула место своей работы, он чувствовал потребность прийти сюда и проверить, как она? Вчера вечером он едва сдержался, когда услышал, как соседка выходит из квартиры, но сегодня не смог усидеть на месте при мысли о ней в этом заведении. Когда Шейн позвонил и предложил пропустить по стаканчику, Гейб сам предложил «Макс». Теперь он проигнорировал вопрос и снова быстро глянул на Райли. Она всё еще была у стойки, видимо, ждала, пока наполнят бокалы. – Ты издеваешься? Это всё из-за женщины? – спросил Шейн. В его голосе звучали одновременно ошеломление и снисходительность, и Гейбу захотелось ему врезать. – Она просто соседка. Я чинил ей слив на днях. – И ты чисто случайно выбрал именно это место сегодня? Гейб пожал плечами, но понимал, что друга не проведешь. Он лишь надеялся, что Шейн поймет намек и сменит тему. Тот так и сделал, но новая тема была не лучше. – Карли говорит, что ты забронировал уже три клиентки на следующую неделю. – Карли была девушкой, которая распределяла заказы в эскорт-агентстве, а благодаря своему бесконечному обаянию Шейн был в курсе всех последних новостей. – Твоя мать? – это было всё, что спросил этот всезнайка. Гейб кивнул, но продолжал следить глазами за Райли, пробиравшейся к ним. Шейн был единственным, кто знал, через какое дерьмо он проходит из-за матери, и хотя парень мог дать фору любой женщине в мире по части сплетен, Гейб доверял ему как брату. Друг также знал, что Гейб хочет завязать с эскортом, так что три клиентки за неделю были верным признаком того, что дела плохи. – Вот, ребята. – Райли поставила напитки, быстро улыбнулась Шейну и полностью проигнорировала Гейба. Он понимал, что заслужил это. ***** Этот придурок не сказал ей ни слова – ни единого слова. Он даже не поздоровался и не представил её своему другу. Сначала ей было больно, но пока Райли пробиралась сквозь толпу за выпивкой, она успела изрядно накрутить себя. Девушка была с ним сама любезность, а он просто наплевал на это. Тоже мне, называется, «завела друга». Когда Райли ставила бокалы на их стол, ей стоило огромных усилий не вылить пиво Гейбу на колени. Она несколько раз чувствовала на себе его взгляд, и каждый раз, когда она оглядывалась, он пялился на неё, и его холодные глаза, казалось, следили за каждым её движением. Если бы он не был так явно на неё зол, это бы заинтриговало её, и Райли, вероятно, навоображала бы лишнего. Но это не имело значения – с ней этот номер не пройдет. Она уже позволила одному парню в прошлом вытирать об себя ноги и не собиралась повторять это снова. Пока она обходила зал, проверяя, как дела у посетителей, она почувствовала, как чья-то рука змеей обвилась вокруг её талии, а вторая попыталась схватить её за грудь. Это был один из дружков «Коротышки». Когда она вырвалась, то услышала пьяный смех, а затем почувствовала, как ладонь самого Коротышки опустилась ей на задницу. Девушка попыталась отстраниться, но он больно сжал пальцы. – Убери от неё руку, или я вырву её из твоего поганого тела. Голос был тихим и спокойным, но смертоносным. Хотя слова не были обращены к ней, Райли почувствовала, как волоски на затылке встали дыбом. Коротышка мгновенно отдернул руку и отодвинулся, вскинув ладони в знак капитуляции. Очевидно, он еще не успел выпить столько, чтобы окончательно растерять остатки разума. Райли обернулась и обнаружила Гейба всего в нескольких дюймах от себя. Он стоял так близко, что девушка чувствовала исходящий от его тела жар. Шейн стоял чуть позади и сбоку, явно готовый прийти другу на помощь, если потребуется. Но она сомневалась, что это понадобится: во всем заведении воцарилась тишина, и никто не шевелился. Гейб не сводил глаз с Коротышки, пока обхватывал ладонью предплечье Райли и мягко заводил её себе за спину. Казалось, он помещает её в безопасное пространство между собой и Шейном. – Райли, забирай вещи. Ты здесь больше не работаешь. – В его голосе не было и тени сомнения или поиска согласия – только четкий приказ, причем он даже не удосужился взглянуть на неё, отдавая его. – Моя смена еще не закончилась. – Закончилась. ****** Самообладание Гейба висело на волоске, и он заставлял себя не смотреть на Райли, зная, что его ярость напугает её еще сильнее. Ему потребовалось бы меньше минуты, чтобы вывести Коротышку и двух его дружков из строя, но он не хотел, чтобы она была рядом, когда он это сделает. – Шейн, отведи её за вещами. Встретимся на улице. Коротышка, почуяв опасность, попытался встать, но один резкий удар по коленной чашечке отправил его на пол, заставив стонать от боли. Он услышал, как Райли охнула у него за спиной. – Шейн, живо, – повторил он, не сводя глаз с Коротышки и двух громил, застывших на своих стульях. – Райли, идем. – Но вместо удаляющихся шагов Гейб почувствовал, как девушка подошла ближе. Она приближалась медленно, словно к загнанному зверю. – Гейб, давай просто уйдем… пожалуйста. – Когда он не шелохнулся, она коснулась пальцами одного из его сжатых кулаков. – Пожалуйста, Гейб. Он выдохнул, когда девушка снова назвала его по имени, и разжал руку, позволяя ей переплести свои пальцы с его. Райли слегка потянула его на себя, и это было всё. Она, казалось, понимала, что у неё не хватит сил заставить его подчиниться, поэтому просто терпеливо ждала. – Где твои вещи? – спросил он наконец, позволяя ей увести себя прочь от этой троицы. – В шкафчике в подсобке, номер два. На нем нет замка. – Шейн, – это было всё, что сказал Гейб. – Понял, – отозвался парень, направляясь в заднюю часть паба. – Встретимся у входа. Гейб крепче сжал её руку и вывел через парадную дверь. Когда Райли попыталась что-то сказать, он сжал её ладонь чуть сильнее – безмолвный сигнал, что он еще не готов говорить. Он остановился в конце квартала, где они стали ждать Шейна. Девушка высвободила руку, и ему пришлось заставить себя не схватить её снова. Гейб видел, как её страх улетучивается, а на его место приходит обжигающий гнев. Появился Шейн с её сумочкой и курткой и молча передал их Райли. Он перевел взгляд с одного на другого, хотел было что-то сказать, но передумал. Он сделал пару шагов назад, чтобы выйти из «зоны поражения». – Где припаркована твоя машина? – спросил Гейб. – Перед нашим домом, – ледяным тоном ответила она. Он замолчал на мгновение, осознавая смысл её слов. Шейн тихо присвистнул, за что удостоился морозного взгляда от девушки, стоявшей лицом к лицу с его лучшим другом. – Ты хочешь сказать, что ты, блядь, пришла сюда пешком? Ночью, одна? Он практически рычал, но Райли не отступила. – Когда я шла сюда, было еще светло. – А как же после смены? А как насчет вчерашнего вечера и позавчерашнего? – Я смотрю в оба, и у меня с собой перцовый баллончик. Гнев Гейба теперь стал белым от ярости; ему хотелось схватить её и вытрясти из неё всю дурь. Когда он думал о том, какой опасности она себя подвергала… он сделал несколько глубоких вдохов и отошел от неё, чтобы взять себя в руки. Райли попыталась пройти мимо него, и он тихо произнес: – Не смей двигаться. Он использовал свой тон «не испытывай моё терпение», но девушка просто подошла к нему вплотную, насколько позволяла их разница в росте, и тихо прошептала: – Да пошел ты, Гейб, – после чего промаршировала мимо. Шейн усмехнулся и направился к своей машине. – Увидимся позже, Гейб. Удачи тебе с этим, – бросил он, махнув рукой в сторону удаляющейся девушки. ***** Райли ненавидела ругательства, особенно слово на букву «F»*. И не только потому, что родители строго-настрого запрещали ей его использовать; она просто считала его уродливым словом, которым люди бросаются слишком легкомысленно. В баре гнев Гейба был слишком спокойным и холодным, и она испугалась за тех, кто мог бы попытаться вмешаться. То, как он ударил Коротышку, подсказало ей: он умеет драться, и нутром чувствовала, что всё может закончиться плохо и для тех мужчин, и для самого Гейба. *(прим. пер.: имеется ввиду слово fuck, но в переводе на русский язык слишком много вариантов использования, поэтому решила оставить первоначальный вариант.) Увести его оттуда казалось единственным вариантом, и девушка была рада, что он послушался её просьбы уйти. Но оказавшись снаружи, где другим больше не грозила опасность, она дала волю чувствам. Его гнев был другим – более горячим, но таким, который, как она чувствовала, он контролировал лучше. Она ни на мгновение не допускала мысли, что он причинит ей боль – мужчина был слишком осторожен, пытаясь в безопасности вывести её из бара. Райли услышала его шаги за спиной – его шаг был намного шире её собственного, так что он догнал её в мгновение ока. – Ты туда не вернешься. Девушка остановилась так резко, что он едва не врезался в неё. – Ты серьезно с этими замашками пещерного человека? – Когда он не ответил, она пошла дальше. – Я вернусь туда в ту самую секунду, когда бар откроется завтра, и буду умолять Мака оставить меня на работе. – Значит, тебе нравится, когда пьяные мудаки лапают тебя? – Нет, но мне нравится есть и иметь крышу над головой. – Я помогу тебе найти что-нибудь другое. Что-то безопасное. – Господи, Гейб, серьезно? Если бы это было так просто, неужели ты думаешь, я бы этого уже не сделала? – Райли покачала головой и горько рассмеялась. – Разве ты не понимаешь? Мне нужно место, где не задают вопросов, где не нужно заполнять анкету. Такие места на деревьях не растут. – Ты хочешь оставаться вне системы, – констатировал он, не настаивая на подробностях. – Просто оставь меня в покое. – Ты туда не вернешься. Когда она промолчала, внутри него что-то оборвалось. Гейб схватил её за руку и втолкнул в ближайший переулок. Прижав девушку к стене, он прорычал: – Ты этого хочешь? Чтобы толпа парней изнасиловала тебя в темном переулке и бросила среди мусора? Потому что именно об этом те типы думали сегодня. И тот факт, что ты считаешь, будто баллончик остановит группу мужчин, означает, что ты либо невероятно наивна, либо невероятно глупа! – Отпусти меня, – потребовала Райли, но вырываться не стала. В её глазах он видел не страх, а яростный гнев. Когда он не отступил, девушка попыталась оттолкнуть его, упершись в грудь, но он перехватил её руки и прижал их к стене над её головой – его огромные ладони полностью закрывали её запястья. Гейб почувствовал, как её тело напряглось, когда он навалился на неё всем весом, лишая возможности пошевелиться. Свет уличного фонаря проникал в темный переулок – ровно столько, чтобы он мог разглядеть её черты и бурю эмоций в глазах. Было ли там предательство, или ему почудилось? Его собственное тело физически отзывалось на прижатые к нему мягкие изгибы. С каждым вдохом её грудь касалась его грудной клетки, и даже сквозь ткань обеих футболок он чувствовал, как твердеют её соски. Как бы она ни злилась, она не могла скрыть возбуждения, и когда он прижался к ней своей эрекцией, то увидел, как глаза девушки расширились. Его взгляд переместился на её полные губы, приоткрытые в попытке вдохнуть побольше кислорода. Если он не прекратит это сейчас же, всё закончится тем, что он трахнет её прямо у этой стены. Но она не была клиенткой, и это не было какой-то больной фантазией, поэтому он заставил себя отступить и отпустить её руки. Райли вздрогнула, опустила руки и, протиснувшись мимо него, зашагала дальше по тротуару к их дому. Он следовал за ней, не проронив ни слова – даже когда она захлопнула дверь своей квартиры прямо перед его носом.