Цирк двух клоунов

Пьеро открыл глаза в мягкой кровати. Яркие лучи утреннего солнца нежно оглаживали его лицо и белые пряди волос. Птицы звонко и радостно пели за окном. Чёрная, как смоль, кожа начала немного припекать на солнце, из-за чего мальчику пришлось встать. В соседней комнате доносилось тихое копошение. Надев свободную белую рубашку с прорезями на спине для небольших на то время шипов и маленькой звёздочкой в области сердца, натянув чёрные шорты до колен и причесав волосы, мальчик вышел из своей уютной комнаты. Интерьер был знакомым, но рассмотреть детали не удавалось — всё словно плыло. На кухне возле окна стояла знакомая женская фигура с небольшой чашкой в руках. Волосы её, по цвету противоположные волосам мальчика, ближе к середине длины переходили в серый, а кончики отдавали голубоватым оттенком. Девушка повернулась на звук, но её лицо оставалось расплывчатым, стертым ярким светом из окна. Длинная коса лежала на её левом плече. Девушка была высокой: юный Пьеро едва доставал ей до пояса, и малышу приходилось задирать голову, чтобы рассмотреть эту до боли близкую персону. Она была в длинном свободном платье, цвет которого плавно перетекал из чёрного в серый у подола. — Чего ты так рано, милый? Что-то случилось? Голос девушки был мягким, почти осязаемо нежным, как прохладный ветерок знойным летом. Рука легла между рогов знакомым жестом, приглаживая белоснежные волосы. Сзади открылась ещё одна дверь. — Тётушка! Доброе утро! И тебе тоже, Пьеро! Чего это ты так рано? Это был Джестор. Точнее, Джестор из детства. Жизнерадостный, любопытный, искренне смеющийся. Тот, который так любил читать в саду, пока Пьеро искал созревшие ягоды. Только сейчас мальчик заметил, что он действительно намного ниже, чем был перед тем, как провалиться сюда от усталости. — Ладно, бегите играйте. Но не забудьте: за пределы цветочных полей не выходить! Я буду в доме. «Тётушка? Это правда она? А её лицо… почему я его не помню, не вижу?» — голос и вправду был тем самым. — Пьеро! Ты идёшь или как? В дверях стоял слегка раздражённый Джестор с парой книг в руках.

***

Ручей журчал. Листва яблони, под которой сидел мальчик, тихо шепталась с другими деревьями, за которыми сад постепенно переходил в лес. На высокой вишне висели качели, на которых можно было качаться втроём. У спинки качелей лежали подушки из мягкого серого хлопка. Верёвки были обвиты бумажными цветами, которые мальчики делали вместе с тётей. На втором этаже дома, на балконе, мирно раскачивалась в плетёном кресле женская фигура с вязанием в руках. Пьеро снова мастерил что-то из бумаги, а Джестор читал роман, иногда фыркая над сюжетом. Вдруг раздался шорох. Мальчики подняли головы, а шипы на спине Пьеро немного вытянулись от неожиданности. Из-за кустов кубарем выкатилась знакомая фигура. Джестор отложил книгу и закатил глаза, массируя виски и морально готовясь к хаосу. — Пьеро! Пьеро! Смотри, что я принёс!!! Это самая вкусная клубника, которую я когда-либо пробовал!!! Ой… Все ягоды, которые Арлекин так старался донести другу, были раздавлены и размазаны по его собственной одежде и ладоням после падения. — Не расстраивайся! Пойдём к тёте, тебе нужно переодеться. А потом мы вместе порисуем и съедим что-нибудь вкусное! Пьеро аккуратно достал платочек из кармана и начал вытирать руки друга. Арлекин немного покраснел, но Пьеро, разумеется, этого не заметил. Джестор, услышав, что они собираются в дом, хотел в шутку крикнуть Тацубе, чтобы та закрывала окна и двери, — однако девушки на балконе уже не было. Пока Пьеро тянул Арлекина к крыльцу, тот успел выпустить щупальце и сорвать маленький жёлтый цветок. Но как только Пьеро ступил на ступени, он почувствовал, как кто-то сильно тянет его за рукав. Мир поплыл перед глазами. И сквозь толщу воды донеслись крики...