Пески Дюны

Моя миссия Мы одержали множество славных побед. Как только Мин Юнги вернулся с Ракиса, всё встало на свои места. Он по праву оказался достойным сыном своего отца. В нём читались и стальной характер герцога, и та особая мудрость, что не даётся одним лишь уроками. С помощью Юнги герцог Атрейдес смог сокрушить своих кровных врагов — баронов Харконненов. Прямая ветвь рода, похоже, утрачена навсегда, если, конечно, коварный барон заранее не догадался заморозить своё семя на подобный случай. Впрочем, чистота их крови уже давно под вопросом: род Харконненов перемешался с родом Атрейдесов благодаря герцогу Лето и его наложнице Джессике. С тех пор минуло немало лет, а Юнги так и не закрепил своё семя в чреве племянницы барона. Всё сложилось как нельзя лучше. Герцог, отец Юнги, был искренне доволен: возмездие свершилось, враги повержены, а честь рода восстановлена. После публичного акта мести, лицом которого стал бывший наёмник Пак Чимин, мы смогли вновь занять лидирующее положение в Ландсрааде. Никто из Великих Домов не решился выступить против, все понимали, что сила теперь на нашей стороне. Лишь Ким Сокджин, один из отпрысков Дома Митулли, похоже, что‑то заподозрил. Его вопросы казались поверхностными, почти праздными, но в них сквозила настороженность, будто он пытался нащупать скрытые нити происходящего. Я не давал прямых ответов: моя миссия — наблюдать и докладывать герцогу и Мин Юнги обо всём, что может представлять интерес. Подозрения Герцогу Лето показался подозрительным несчастный случай, произошедший с Пак Чимином, и он поручил мне провести расследование. Если выяснится, что это было намеренное покушение на его жизнь, то и Мин Юнги окажется в опасности. Больше всего меня насторожил сам характер происшествия. По официальной версии Чимин просто оступился на развалинах старого города. Но так ли это на самом деле? Может ли опытный наёмник, который зарабатывает на жизнь, рискуя ею ежесекундно, да ещё и прошедший дополнительное обучение у Мин Юнги, допустить столь нелепую оплошность? И почему именно в этот момент повредился кислородный баллон? Слишком много совпадений. Не знаю, какие боги его оберегали, но он не должен был выжить… Впрочем, посмотрим, смогут ли врачи Сукк вернуть его к жизни. Расследование Я начал расследование с того, что отправился на Старую Землю: хотел лично осмотреть место происшествия и во всём разобраться. Пока корабль держал курс к выжженным равнинам, я тщательно перебирал сохранившиеся записи всех передвижений Чимина и голозаписи самого инцидента. На одной из записей моё внимание привлекло странное шевеление почвы в кадре, едва заметное, почти неуловимое. Поначалу я хотел списать это на оптическую иллюзию или, быть может, на мелких животных. Но тут же сам себя одёрнул: на Старой Земле нет жизни. Ни животных, ни насекомых, ни даже простейших организмов, только радиоактивный пепел и застывшие породы. Значит, причина кроется в чём‑то другом. Я перемотал запись и запустил её снова, в замедленном режиме. Движение повторилось, будто что‑то шевелилось под поверхностью, словно сама земля дышала. Холодная дрожь пробежала по спине: если это не случайность, то кто‑то или что‑то намеренно подстроило падение Чимина. И если это так, то угроза куда серьёзнее, чем мы думали. Новые сведения Я не ошибся в своих предположениях. Углеродный анализ на Старой Земле, проведённый на месте происшествия, показал: помимо Чимина и его сопровождающих здесь побывал кто‑то чужой. Когда я окончательно удостоверился в этом, дышать стало легче — теперь я знал, что искать, и мог двигаться дальше. В том месте, где оступился наёмник, я обнаружил едва заметную металлическую пыль. Анализ состава поверг меня в смятение: подобного сплава на Земле не существует. Он явно рукотворный, созданный где‑то за пределами планеты. Мысль, которая тут же вспыхнула в сознании, заставила похолодеть: неужели это следы мыслящих машин? Я сделал более точный снимок ландшафта и ещё раз внимательно изучил данные — кадр за кадром, пиксель за пикселем. И наконец увидел. След был едва различим, почти полностью сливался с природным рисунком породы в расщелине. Но он был. И это не были мыслящие машины. Это был человек. Человек, который чертовски хорошо владел своим телом — настолько, что мог находиться на отравленной Земле без какой‑либо защиты. От этой мысли по спине пробежал холодок: кто же он такой? Вендетта Я доложил о своих находках герцогу и Мин Юнги. После долгого обсуждения было решено, что этот случай вполне может послужить формальным поводом для полномасштабного нападения на территории Харконненов и их полного порабощения. Скрывать тот факт, что Мин Юнги жив, больше не имело смысла. На ближайшем совете Ландсраада он предстал перед Великими Домами во всём величии, облачённый в одежду с гербом Атрейдесов. Своё долгое отсутствие Юнги объяснил просто: всё это время он в изоляции жил на Ракисе. Его речь была сдержанной. Даже если кто‑то из лордов и не поверил в эту версию целиком, вслух высказывать сомнения никто не решился. Тем более что это была ложь лишь отчасти: Юнги действительно провёл немало времени на Ракисе. К удивлению герцога, к Атрейдесам присоединились ещё несколько влиятельных семей. Они не просто пообещали поддержку на словах — они предоставили людские ресурсы, боевые корабли и запасы вооружения. Начало вендетты было положено. Гигантское войско, собравшее под своими знамёнами силы нескольких Домов, возглавил сам Мин Юнги. Он стоял на мостике флагманского корабля, глядя на стройные ряды судов, и в его глазах читалась решимость. Он желал не просто отомстить, но переписать судьбу Империи. Ветер развевал знамя с ястребом Атрейдесов, а где‑то вдали, за горизонтом космоса, уже виднелись границы владений Харконненов. Война Наёмник оказался на редкость живучим — Пак Чимин очнулся. Признаться честно, я был уверен, что он не выживет. Провести столько времени без защиты от радиации, вдыхать отравленный воздух — и всё‑таки уцелеть… Это чудо, достойное легенд Древней Эллады. Его можно сравнить с Ахиллом: столь же неуязвимый на первый взгляд, столь же поразительно стойкий. Наверняка и у него есть своя пята, но пока никому не известно, где она скрывается. Врачи Сукк сотворили поистине невозможное. В деле не обошлось без контрабандистов живой плотью, я лично заметил подозрительные контейнеры с биоматериалами, доставленные под покровом ночи. Кроме того, среди персонала я разглядел мастеров Тлейлаксу. Не знаю, какие именно технологии или биологические модификации они применили, но результат был налицо. Когда я впервые увидел Чимина, он сидел на больничной койке и весело болтал с одной из врачей Сукк. Его лицо всё ещё было бледным, под глазами залегли тёмные круги, но в глазах горел прежний огонь. Он усмехнулся, заметив моё изумление: — Что, думал, так просто от меня избавишься? — хрипло бросил он. — Я ещё не закончил то, что начал. Мы ненадолго навестили его, обменялись парой слов, удостоверились, что он действительно идёт на поправку. Чимин, несмотря на слабость, настаивал на том, чтобы немедленно присоединиться к войску, но врачи категорически запретили ему любые нагрузки в ближайшие дни. Покинув медблок лайнера, мы сразу же отправились на войну. Время не ждало: гигантское войско уже выдвигалось к границам владений Харконненов, и Юнги ждал нас на флагманском корабле.