В свете его камеры

      Фиолетовая земля. Не каждый, кто ходил по улицам забытого людьми Иультина, знает, какое значение это имеет здесь, но точно слышал об этом. Некоторые, не придавая этому особого значения, считали всё бредом, но находились и те, кто верил.       Вообще, слухи, что фиолетовая земля связана с нынешними проблемами, были часто обсуждаемы. Истину об её происхождении не знал никто. Могли лишь догадываться. Кто-то говорил, что некий ненормальный хотел взять под контроль всё живое. Изначально этот псих просто наблюдал, сколько люди смогут прожить без тех или иных органов, частей тела. Некоторые говорили, что он заставлял есть фиолетовую землю. Многие слышали, что он вырезал части мозга, перерезал нервы. Кто-то другой, а именно религиозные фанатики, твердил, что с помощью фиолетовой земли можно искупить свои грехи — она поможет вашему разуму очиститься, если, конечно, дойдёт до вас. Но каждая из теорий начиналась с опытов.

***

— Извините, я журналист, — Егор неловко улыбнулся, — собираю информацию… об одном, скажем так, дельце. Вам не будет сложно уделить мне пару минут? — Добрый вечер. Если это не займет много времени, — ответила девушка, поправляя волосы. Её внимание сразу переключилось на Линча. — Конечно, нет, что вы… Можете рассказать, что вам известно про фиолетовую землю? — Егор включил камеру, забыв выключить вспышку. Девушка напротив зажмурилась от яркого света, на что Егор ойкнул: — Простите, я совсем за…

***

— Я просто… Я просто хотела обеспечить будущее своему ребенку! Отпустите! — истошный крик женщины, казалось, разносился не только по соседним палатам, но и по всему городу. Она хотела быть услышанной. Она хотела быть спасённой. Девушка пыталась вырваться из рук недоброжелателей, но явно проигрывала в этой битве. Рваные пряди ее волос прилипали ко лбу, испарина покрывала кожу, и даже в тусклом свете лампы было видно, как расширяются ее зрачки, отражая ужас. Мгновение спустя несколько мужчин привязали ее руки, ноги и голову к больничной койке — надежды на спасение остались позади. Ближайший к пациентке мужчина отошёл к столу с инструментами и, с интересом рассмотрев каждый, взял один из скальпелей. Лицо врача оставалось невозмутимым. Оно было скрыто маской профессионализма, лишь желтоватый отблеск света на остром скальпеле выдавал легкое напряжение. Пол под ногами казался скользким от крови и слез, а воздух застыл в ожидании чего-то по-настоящему ужасного. Тень лампы играла на стене, как призрак, подчеркивая беззащитность женщины перед лицом своей судьбы. — Что же, вам удалось стать одной из первых, кто помог нашему проекту! Вы можете гордиться собой.

***

      «Что я, мать вашу, только что увидела?» — пронеслось в голове девушки, когда свет камеры погас. Кажется, она успела пожалеть, что согласилась на эту авантюру.       Егор заметил, как её кожа приобрела неестественный бледный оттенок, а губы исказились в безмолвном крике. Запах медицинского спирта и крови, который он не чувствовал до этого, внезапно наполнил воздух, вызывая внутри неприятный холод и влажность. — Ну и привидится же такое… — проговорила девушка, едва ли отошедшая от не самого приятного зрелища. Навряд ли кто-нибудь хотел бы такое пережить… — Э-э… всё в порядке? — обеспокоенно спросил журналист. Нет, серьезно, девушка выглядела так, словно призрака увидела! А вдруг это и впрямь призрак? Тогда нужно пойти за солью… И всё же не стоило делать выводы после первого человека. — Нет, всё хорошо… Кажется, я слишком заработалась, это нервы… Такие вещи страшные еще почудятся. — Вы уверены? Хотя у кого вообще может быть все хорошо в такое-то время… — нервно посмеялся Линч, а после ушёл в свои мысли. И правда… В нынешних реалиях местным людям очень сложно жить. Или даже выживать. Никогда не знаешь, кто пропадёт завтра — твой близкий или случайный человек с улицы. — Расскажите, что именно вас напугало? Может, я смогу понять, в чём дело. — Губы сжались в тонкую линию. Услышать ответ страшно. — Знаете… Это было… как будто меня распяли… прижали к чему-то холодному и жесткому… — Глаза девушки вновь начали расширяться, дыхание стало сбивчивым, как будто она заново переживала весь тот ужас, который чувствовала минуту назад. — Я видела… белые руки… и блестящий предмет… острый… — Страх, вернее сказать, ужас. Он поглощал ее с каждой секундой. Девушка непроизвольно сжала кулаки. — И ремешки… они сжимали… сжимали меня.       Девушка остановилась, смотря куда-то сквозь Линча. — Извините, я не помню… Я не хочу…       Девушка замолчала, слёзы вновь потекли по лицу. Егор застыл, в его голове всё путалось. Возможно ли, что это всё связано? Скорее даже вероятно. Что, если он случайно запечатлел что-то более страшное, чем просто попытку интервью? А что, если это не просто кризис, а результат чего-то значительно большего? В голову напрашивалась не самая приятная идея.       Нет, Егор, конечно, ещё при ознакомлении с делом понимал, что это, вероятно, связано с фиолетовой землей, но проверить нужно все варианты, не так ли? — Извините, что вы почувствовали такое из-за меня. — Было неловко смотреть в глаза девушки, потому Егор отвел взгляд.       Девушка молчала, продолжая смотреть сквозь него. Может, она что-то видела, может, просто отходила от увиденного. — Я, наверное, пойду, — тихо сказал Линч, отворачиваясь и выбирая свой путь.       Он не сразу понял, как оказался перед старым парком. Старые качели, поломанные горки и облезшие скамейки не могли не украшать атмосферу этого места. Идей, что делать дальше, у Линча не было. Очевидно, стоит опросить ещё пару человек. Но найти тут кого-то, а уж тем более того, кто согласится, звучит невозможно.       Егор подошёл к одной из качелей, протёр рукой старое, покрытое пылью дерево, а затем сел. Слегка раскачавшись, он попытался сосредоточиться на мыслях, но их не было. Голова одновременно кричала вопросами и была пуста.       Качели поскрипывали. Было видно, что ими давно не пользовались. Но Егора смутило не это. Где-то в траве послышался шорох. Может, это какое-нибудь животное?       Больше его интересовало, что же тут происходит. Один человек согласился помочь, а в итоге начал рассказывать какой-то бред. С одной стороны, Линч верил. Он не раз встречался с нечистью. Но с другой… Это звучало до ужаса странно. Нет, ну а кто бы поверил? Решил взять интервью, а из-за тебя увидели чью-то смерть. Хотя почему из-за Линча? Нельзя было утверждать, что у этой девушки не начались психологические проблемы из-за городской обстановки.       Может, стоит отвлечься? Такие мысли не делали работу продуктивнее, а осмотр места мог быть полезен.       Он встал. Рука сама потянулась к железу. Опора качели была в облезшей краске, а пальцы после неё — в пыли. Ничего полезного. Боковым зрением Линч заметил справа что-то яркое. Повернувшись, он увидел свет в одном из окон заброшенного здания, который сразу же погас. Егор вновь услышал шелест травы. Глаза забегали по площадке, стало не по себе.       Егор ещё успеет осмотреть остальную территорию, а пока его привлекла лавочка. Дерево, из которого она сделана, было местами поломано, заполнено разными надписями. Но больше его заинтересовало число, занимавшее большую часть доски.

659.

      Что это могло значить? Очередные детские шутки? Линч достал камеру. Быстро наведя объектив на странную запись, он нажал кнопку, запечатлевая ее для дальнейшего расследования, если это, конечно, поможет.       Егор открыл на камере сделанную фотографию. Ничего необычного. Может, стоит пересмотреть интервью? Вдруг оно как-то поможет? Вдруг он сможет сложить поломанный пазл, в котором недостаёт деталей?       Линч слышит шаги позади, на что сразу оборачивается. Пусто. Никого. Но он уверен, что что-то слышал. И не один раз! Оглядев всю площадку, он замечает чью-то тень. Егор не спеша подошёл. Руки слегка подрагивали, а дыхание участилось. Этот человек же не нападёт на него, верно?       Собравшись с мыслями, Линч заглянул за горку. Он увидел перед собой странного чудика в каких-то очках и старом, немного зашитом свитере. — Ты тот самый журналист?