Тонкости коммуникации

Ей всегда нравились дни, когда Грег посещал их офис. Открытый, конечно, тот, что располагался в «Диогене» — до другого его уровень допуска не дотягивал пару ступеней. А вот в обитой деревом обители молчания он последний год появлялся с завидной регулярностью. Плюсов у его визитов было несколько. Во-первых, он никогда не появлялся с пустыми руками. Этот чудо-человек с удивительной регулярностью оставлял на ее столе то одну-единственную розу, то шоколадку или упаковку хорошего чая. «За трудности работы с Маем», как он однажды сказал. Отказываться было бесполезно — Грег тогда просто пожимал плечами и советовал выбросить подарок. А на это у нее не поднималась рука, ни как у человека, ни как у женщины. Но самым лучшим было то, каким после его прихода становился мистер Холмс. Даже если с утра у того над головой сверкали молнии, и все в офисе старались разговаривать потише и дышать пореже — стоило Лестрейду появиться на пороге, и люди выдыхали. Гроза проходила мимо, а на лице ее начальника появлялась если не улыбка, то вполне себе спокойное и приветливое выражение. Можно было спокойно работать, не прикидывая, в какой конкретно момент тебе откусят голову за слишком громкий стук клавиатуры. Вот и сегодня детектив-инспектор изобразил символический стук по косяку и возник у нее в приемной незадолго до ланча. Антее достался от него кулек с ее любимыми конфетами (И откуда узнал только? Дедукция что, передается от Холмсов половым путем?) и улыбка. О, эта улыбка. Она иногда даже завидовала его команде: видеть такое выражение лица начальника регулярно — значит быть готовым умереть за него на благо Британии. Работать, как говорится, не за страх, а за совесть. В их же офисе скорее отдавали предпочтение первому пункту. — Привет, красавица, — детектив-инспектор облокотился об ее стол. — Май у себя? Должен быть. — Проходите, Грег, — ответила Антея. — С некоторых пор у вас допуск без предварительного уведомления. Не знаете, почему? Он расплылся в еще более широкой улыбке и приложил палец к губам — мол, я ничего тебе не скажу. Но при этом выглядел так по-мальчишески довольно, что она невольно прыснула. Не прислушиваться было легко. Даже несмотря на то, что он снова оставил дверь кабинета приоткрытой. Электронная почта из Швеции требовала ее внимания гораздо больше, потому что адресат был слишком уж противный и въедливый. А шведский вовсе не был ее первой строчкой в списке навыков в резюме. Стоило разделаться с этим неприятным делом, нажать «отправить» и откинуться на спинку офисного кресла, как уши решили вернуться в дело. Невнятный шум за дверью — не додумывать, Антея! — сменился приглушёнными голосами: — Ты идёшь обедать? — голос детектива-инспектора был довольным, хоть и немного запыхавшимся. — Дай мне десять минут, чтобы закончить этот документ — и я весь твой. А пока проверь, пожалуйста, свое расписание на следующий четверг. Меня интересует промежуток с часа до трёх. Антея инстинктивно потянулась к программе-ежедневнику на телефоне. Да, она все правильно помнила: у мистера Холмса в это время как раз был перерыв после присутствия на церемонии вручения верительных грамот в Букингемском дворце. Как это мило. Наверняка он запланировал совместный обед. «Надо будет посоветовать ему тот новый французский ресторан за три квартала от офиса», — тут же подумала она. — «Детектив-инспектор оценит их крем-брюле, и возвращаться в Ярд ему потом будет удобно...» Но следующие слова ее начальника эту мысль тотчас оборвали. — Ты не мог бы подъехать к этому времени в регистрационный офис, раз дел никаких не планируется? Мне кажется, двух часов будет вполне достаточно, чтобы подписать документы о гражданском партнёрстве. Я уже обо всем договорился. Регистрационный… Антея похолодела, когда фраза долетела до ее ушей. И-ди-от. Клинический. Если бы она составляла список неудачных предложений, то это было бы даже не на первом месте — оно стремительно пробило бы потолок, улетев в стратосферу. Холмс, пожалуйста, скажи вдобавок хоть что-то, что будет доказывать, что ты не являешься социально безнадежным индивидом! Но он молчал, видимо, ожидая ответа Грега. Пауза затягивалась. Если честно, она ждала чего угодно — ярости, крика, резкого и бескомпромиссного отказа. Любая реакция была бы адекватна и понятна в такой ситуации. Но из кабинета донёсся громкий и искренний смех, что не сразу, но перешел в икоту и попытки отдышаться. — Майкрофт, ты… ты… нет, я лучше заткнусь! Жду тебя внизу и мы идем на ланч! А пока — просто молчи, ради всего святого! Распахнувшаяся дверь ударилась о стену, явив ей детектива-инспектора, утирающего слезы смеха со щек. — Красавица, — он наставил на Антею слегка дрожащий палец. Попытки оставаться хоть немного серьезным явно доставляли ему немалые проблемы. — Ты все слышала, да? Объяснишь Маю, где конкретно он облажался? Я не могу, у меня выдержки не хватит! Ей оставалось только кивнуть. Да, в этом и состояла работа личного помощника, в большинстве своем — подчищать дерьмо за начальством. Разве что конкретно ей приходилось заниматься этим гораздо реже. И уж точно не в ТАКИХ объемах. Пришлось дождаться, пока детектив-инспектор не исчезнет с территории «Диогена» в принципе. На всякий случай. Убедившись по камерам, что он остановился на углу здания и закурил, то и дело принимаясь смеяться снова, Антея вплыла в кабинет мистера Холмса, который сидел, смотря строго перед собой. — Сэр? — Никакой реакции. — Мистер Холмс? — То же самое. А вот на щелчки перед носом он отреагировал моментально, поймав ее руку и слегка вывернув — не до боли, но явно в предупреждении. — Что ты себе позволяешь, моя дорогая? — Привожу вас в чувство, — и не подумала смутиться она. — Вас, кажется, немного расстроила реакция детектива-инспектора на, если так можно сказать, предложение… — Ты как всегда очаровательно права в описании ситуации, да. Именно что немного и именно что расстроила. И что значит: «Если так можно сказать»? Чем еще это может быть названо? — Если честно — чем угодно, но не предложением о браке. В этот момент Антея жалела только об одном: ей нельзя было изображать дятла, бьясь головой о деревянную поверхность стола. А было бы так просто и замечательно. Если еще и подбирать на каждый удар мысленное оскорбление Холмса — она бы вообще стала самым счастливым человеком на Земле. Короткий взгляд на часы подтвердил: от запрошенных им десяти минут осталось семь. Блеск. Ей был срочно нужен экспресс-курс: «Объясни эмоциональному инвалиду, как правильно делать предложение, и не убей его в процессе». Детектив-инспектор не справился с первой частью. Антея больше боялась провалиться во второй. — Вы хотя бы кольцо купили? — безнадежно протянула она. Ура. В смысле, мистер Холмс хотя бы потянулся к верхнему ящику стола, доставая оттуда самую простую, без опознавательных знаков и даже не бархатную коробочку. — Конечно, — пожал плечами он, демонстрируя внутри два простых, без украшений золотых кольца. — Я прекрасно знаю, что церемония подразумевает надевать их на пальцы во время заключения традиционного брака. И, конечно, партнёрство от этого не отличается. — Не совсем… — Антея прикинула, с чего бы лучше начать объяснение, но потом решила, что в этой ситуации проще всего рубить с плеча. — Вообще-то обычно кольцо надевают при помолвке. В смысле, сначала партнёр видит кольцо, соглашается, вы его надеваете, подтверждая серьезность намерений… — Но Грегори не согласился. — На что? Разве вы у него что-то спрашивали? Ура дубль два. Ей удалось сломать Майкрофта Холмса, который после этой фразы застыл, уставившись в никуда. Действие, достойное дюжины иностранных разведок. Разве что она ничего такого не планировала. Но наблюдать, как он постепенно белеет, оказалось забавно и тревожно одновременно. — Я… сказал, — наконец разродился гениальной мыслью он. — А надо было спросить. Ты это имела в виду? Антея лишь кивнула — и этого было достаточно, чтобы он со стоном спрятал лицо в руках. — Очаровательно, — раздалось оттуда. — Просто, черт возьми, великолепно. Я всё организовал, всё, отпросил Грегори у начальства, причем так, чтобы он об этом не узнал. Сделал так, чтобы эти два часа меня не беспокоили даже в том случае, если на Британию полетят ракеты! И при этом не подумал, что неплохо было поинтересоваться его мнением… Ну почему все не может быть проще? — Голос зазвучал тише и настолько сдавленно, что у нее защемило сердце. — Почему нельзя просто жить, подчиняясь законам логики? Да, это невозможно, и, может, в несовершенстве тоже есть своя прелесть! Но, во имя всех видимых на небосводе звёзд, как она иногда мешает! На это подобие истерики он дал себе ровно минуту. Не успела Антея придумать, как бы потактичнее его поддержать — не обнимать же, в самом деле. У нее девяти жизней не было — как мистер Холмс уже снова выпрямился на стуле. — Благодарю за подсказку, моя дорогая, — сказал он с признательным взглядом исподлобья, который уже через секунду обрел привычную остроту. — Кажется, теперь я понимаю, как все исправить. — Надеюсь, вы не хотите на этот раз в пику своему предыдущему поведению устроить какой-нибудь грандиозный жест, сэр? — А если и так? — он поднял бровь. — Считаешь, это будет неуместно? Хотя да, в последний раз Грегори остался не слишком доволен посещением Le Gavroche… Еще бы. Детектив-инспектор даже ей на следующий день жаловался, когда они на пять минут остались вдвоем в приемной. Настоятельно просил повлиять на Холмса и его выбор заведений в пользу чего-то более приземленного. А на ее ответ, что легче изменить движение материковых плит — только философски вздохнул, принимая неизбежное со стойкостью буддиста. — Тогда что ты посоветуешь? — В кабинете наконец-то прозвучал правильный вопрос. Антея лишь молча вложила в его руку отставленную коробочку с кольцами. — Он ждет вас на углу здания, — тихо сказала она. — Вас, а не чего-то дорогого и экстраординарного. Просто идите и спросите. Как раз сможете отметить ланчем его согласие. Ей показалось или его пальцы дрожали ровно до того момента, как он сжал их вокруг колец? Да нет, это уже, наверное, признак ее слишком богатого воображения. Ведь остальной облик остался привычно-непроницаемым, а движения — скупыми и собранными. Мистер Холмс кивком обозначил свою благодарность, открыл перед ней дверь, а следом вышел сам. Но если Антея затормозила у своего стола, то он, подхватив неизменный зонт, вышел из офиса к лифту. За камерами она подглядывала всего лишь несколько минут. Этого как раз хватило для того, чтоб уловить после их встречи и короткого разговора озарившееся радостью лицо детектива-инспектора, облегчение в самой позе мистера Холмса и их шаг навстречу друг другу. За миг до того, как их губы соприкоснулись, ее начальник отчетливо показал камере знак «Кыш», и Антея тут же нажала на Escape, откатившись вдобавок от стола на всякий случай. Некоторые вещи ей видеть не полагалось… хотя порой отчаянно хотелось.