С закрытыми глазами

Я слегка приоткрыла глаза. Мир вокруг был абсолютно беззвучным. Ни голосов людей, которые должны были быть где-то рядом, ни шума ветра в кронах деревьев, ни даже собственного дыхания — ничего. Полная, давящая тишина. Всё плыло и размывалось: деревья сливались с землёй в серо-зелёную кашу, очертания терялись в тумане боли и слабости. Я моргнула раз, другой, пытаясь вернуть хоть какую-то резкость, но ничего не изменилось. Голова пульсировала так сильно, что казалось, внутри черепа бьют тяжёлым молотом по наковальне. Каждый удар отдавался тошнотворной волной по всему телу. Сил не хватило даже на то, чтобы пошевелить пальцем. Я снова закрыла глаза, сдаваясь темноте, которая казалась сейчас почти уютной. Через неопределённое время до меня донёсся далёкий, приглушённый крик. Я не разобрала ни слова. Голос казался тонким и далёким, будто шёл сквозь толстый слой воды. Я попыталась открыть глаза, но веки не слушались, будто были приклеены. Тело было тяжёлым, чужим, непослушным — каждая клеточка ныла и отказывалась подчиняться. Следующий раз я смогла приоткрыть глаза только когда услышала знакомый, полный тревоги голос. — Алекса! Рио. Сердце болезненно сжалось в груди. О боже, только бы они не нашли тот лагерь землян… Только не это. Если они увидят, что я натворила, если они поймут… всё рухнет. — Алекса! — послышался ещё один голос, тоже знакомый, но из-за дикой головной боли и постоянного высокого звона в ушах я не смогла сразу понять, кому он принадлежит. Звук был искажённым, будто кто-то говорил сквозь толстое стекло. Я с трудом повернула голову на звук. Сквозь пелену дождя и тумана в голове я увидела, как между мокрыми деревьями мелькает фигура Рио. Она бежала, крича моё имя всё громче и отчаяннее с каждым шагом. Идиоты… вас же услышат… Они придут. Они всё услышат и тогда… Рио заметила меня, резко остановилась, а потом сорвалась с места и бросилась ко мне так быстро, будто от этого зависела её жизнь. — Алекса! Алекса! — она почти кричала, даже когда уже упала на колени на сырую, холодную землю рядом со мной. Грязь и вода сразу пропитали её штаны. — Мы так перепугались… Её руки крепко схватили меня за плечи, заставляя сесть. Она прижала меня к себе, уткнувшись лицом мне в плечо. От неё пахло дымом костра, мокрой землёй, потом и чем-то родным, успокаивающим. Я хотела обнять её в ответ, но тело не слушалось — каждая мышца горела, руки висели, как будто принадлежали кому-то другому. Я подняла взгляд и увидела Джона, стоявшего в нескольких шагах позади. Он смотрел на меня… взволнованно? Нет, наверняка показалось. Скорее всего, Рио просто заставила всех меня искать, а он пошёл только потому, что не смог отказаться. Я прикрыла глаза и глубоко вдохнула запах Рио, позволяя себе на несколько секунд расслабиться в её объятиях, хотя боль в теле не утихала. Она держала меня так минут пять, тихо шепча что-то неразборчивое мне в волосы — мягкие, успокаивающие слова, которые я едва разбирала. Джон наконец не выдержал и прервал нас раздражённым голосом: — Может мы оставим ваши нежности на потом и пойдём в лагерь? Уже вечереет. Мы бродим по лесу уже весь день. Рио еле заметно кивнула и нехотя отстранила меня от себя. Джон подошёл ближе, грубо схватил мою руку, перекинул её себе через шею и легко поднял меня на руки, как будто я ничего не весила. Я даже не смогла сопротивляться. Сил не было совершенно. В первые десять минут я ещё была в сознании и рассеянно смотрела по сторонам. Действительно, уже вечерело — небо потемнело, между деревьями сгущались сумерки, а дождь стал сильнее. Веки стали невыносимо тяжёлыми. Последнее, что я услышала, был обеспокоенный голос Рио, тихо зовущий меня по имени, пока сознание снова не ускользнуло. Я проснулась в палатке. Голова болела так, будто по ней прошлись тяжёлыми сапогами несколько раз. В ушах стоял противный, высокий звон, который не хотел утихать. Я медленно огляделась и заметила, что в углу сидит Джон, скрестив руки на груди и глядя на меня с привычной смесью раздражения и чего-то ещё. Я слегка нахмурилась. — Что ты здесь делаешь? — Слежу за тобой, — спокойно ответил он. — Рио ушла и сказала, чтобы я не спускал с тебя глаз. Вдруг ты снова решишь сбежать. В его голосе явно слышалась издёвка, которая царапнула по нервам. — Заткнись и свали отсюда. Я не маленькая, за мной не нужно следить, — я поморщилась от новой волны боли и потёрла виски пальцами, пытаясь хоть немного унять пульсацию. — А мне кажется, маленькая, раз вытворяешь всё это, — он приподнял бровь, явно намекая на что-то большее. В палатку вошла Рио с бутылкой воды в руке. Её взгляд сразу метнулся ко мне. Под глазами у неё были глубокие тёмные круги — следы сильного, затяжного недосыпа. — Как себя чувствуешь? — тихо спросила она, садясь рядом и открывая бутылку. Она протянула мне воду дрожащей рукой. Я взяла бутылку дрожащими пальцами и сделала несколько жадных глотков. Холодная вода немного прояснила голову. — Голова болит, — хрипло ответила я. Рио кивнула, зевнула и потёрла глаза костяшками пальцев. — Долго я спала? — спросила я, уже боясь ответа. — Два дня. Я громко выдохнула. Два дня. Круто. Просто замечательно. За это время могло случиться что угодно. Если бы на лагерь напали земляне, пока я валялась без сознания… От этих мыслей меня отвлекла Рио. — Что случилось в лесу? — осторожно спросила она. Я напряглась всем телом. *О чём именно она спрашивает? О разгромленной деревне? Или о том, как они нашли меня рядом с трупами Ники и Нессы?* — Я не знаю. — Как ты можешь не знать? — резко вмешался Джон. — Мы нашли тебя в лесу около мёртвых Ники и Нессы. Его голос был грубым, почти обвиняющим. Рио резко посмотрела на него, взглядом ясно говоря «заткнись». — Я не знаю, что там было, — спокойно соврала я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Когда мы возвращались в лагерь, я услышала странный звук… а потом мы все трое потеряли сознание. Всё. Джон прищурился, глядя на меня с явным недоверием, будто пытался прочитать мысли. — Это ты их убила? — выпалил он. Я нахмурилась. Рио бросила на него такой взгляд, что он слегка поёжился. — Зачем мне убивать своих людей? — холодно спросила я. — Ну ты же любишь такое, я прав? — на его губах появилась неприятная ухмылка, а в глазах мелькнуло что-то тёмное и подозрительное. — Идиот, — коротко бросила я и отвернулась, чувствуя, как внутри всё закипает. — Может, хватит хоть когда-то не ссориться? — устало сказала Рио. — Мы искали её три дня и наконец нашли. — Три дня? — я удивлённо подняла брови. — Да. Я только кивнула. Три дня валяться в лесу… что может быть лучше? Ничего. — Всё, Джон, уходи, — резко сказала Рио. Он удивлённо приподнял брови. — Уже поздно. Я не спала два дня, сидела около неё, и сейчас, когда она наконец проснулась, единственное, чего я хочу — это спать. Джон молча кивнул и вышел из палатки, не сказав больше ни слова. Рио забралась ко мне на одеяла и легла рядом, обняв меня одной рукой. Я немного напряглась, но быстро расслабилась и повернулась к ней спиной. Она прижалась ко мне сзади, крепко обхватив за талию, будто боялась, что я снова исчезну. Кончики её пальцев слегка давили на рёбра. Она уткнулась носом мне в шею, тяжело выдохнула и закрыла глаза. Мои веки тоже начали тяжелеть. Я провалилась в сон почти мгновенно, чувствуя её тепло за спиной. Я проснулась оттого, что кто-то тихо ерзал рядом. Приоткрыв глаза, я увидела, как Рио осторожно встаёт, стараясь не разбудить меня. — Ты куда? — сонно спросила я, приподнимаясь и скидывая с себя одеяло. — К Джону и Грею. Мы договорились пойти за… Никой и Нессой, — последние слова она произнесла совсем тихо, почти шёпотом. Я кивнула. — Я с вами, — сказала я и попыталась встать, но Рио быстро подошла и мягко, но твёрдо усадила меня обратно на одеяла. — Нет. — Почему? — Мы только вчера тебя нашли. Я уверена, у тебя до сих пор болит голова и всё остальное. И я не хочу, чтобы ты опять куда-то подевалась. Я поджала губы, чувствуя раздражение. — Я пойду, — более уверенно повторила я, думая, что тогда она просто позволит мне идти. Она закатила глаза. — Нет, — снова повторила она твёрдо. — Ты никуда не пойдёшь. Ты останешься тут и будешь отдыхать. Понятно? — Какая забота, — недовольно буркнула я и скрестила руки на груди. Рио приняла это за согласие и улыбнулась — устало, но искренне. — Если тебе что-то понадобится — просто крикни. Я сказала ребятам, если что они помогут. Она вышла из палатки, оставив меня одну. Я громко выдохнула и откинулась обратно на одеяла. Уверена, после того как я не пойду с ними, Джон начнёт стебать меня за то, что я ничего не делаю. Ох, какой же он трудный… Я всё-таки встала, вышла из палатки и вдохнула свежий, влажный воздух. Небо было затянуто светлыми облаками, с которых уже начали падать мелкие капли дождя. Я никогда раньше не видела настоящий дождь. Он был… красивым. Лёгкие капли мягко касались кожи, оставляя прохладные следы, которые быстро стекали по щекам и шее. Небо казалось живым — светлым, но уже с тяжёлыми тёмно-синими тучами на горизонте. Надеюсь, Рио, Джон и Грей успеют вернуться до того, как начнётся настоящий ливень. Не хотелось, чтобы кто-то из них заболел из-за меня. Краем глаза я уловила движение чуть в стороне от палатки. Я повернула голову, и застыла на месте. Брови резко сошлись на переносице. В нескольких метрах от меня стояла Несса. Её волосы были мокрыми и прилипли к бледному лицу длинными тёмными прядями. Из глубокого, неровного разреза на горле медленно, густо текла тёмная кровь, пропитывая всю переднюю часть футболки. Капли падали вниз, смешиваясь с дождевой водой и образуя на земле маленькие розоватые лужицы. Она стояла абсолютно неподвижно и смотрела прямо на меня спокойно, почти пристально, слегка прищурив глаза. В её взгляде не было ни боли, ни страха. Только холодная, пустая сосредоточенность, от которой по спине пробежали мурашки. — Несса… — еле слышно выдохнула я. Это невозможно. Я своими глазами видела, как ей перерезали горло. Видела, как кровь брызнула мне в лицо тёплой струёй, как её тело дёрнулось в последней судороге и обмякло. Она была мертва. Мёртвая. И всё же стояла здесь, в нескольких шагах от меня, под усиливающимся дождём. Несса долго не отводила взгляда. Казалось, она изучала меня, будто пыталась что-то сказать без слов. Потом медленно, без единого звука, развернулась и пошла в сторону выхода из лагеря неторопливо, будто знала, что я обязательно пойду следом. — Стой! — крикнула я, голос сорвался от напряжения. Дождь в этот момент резко усилился, заглушая мой крик тяжёлыми шлепками капель по листьям и палаткам. Я бросилась за ней быстрыми, почти беговыми шагами, не обращая внимания на то, как холодная вода мгновенно промочила кофту и джинсы до нитки. Несса шла по только что появившимся лужам. Брызги летели в стороны, пачкая её уже и без того грязную одежду. Её движения были странно плавными, почти нереальными, будто она скользила над землёй. Потом она вдруг перешла с медленного шага на бег — лёгкий, бесшумный, несмотря на хлюпающую под ногами грязь. — Несса! — я попыталась позвать громче, когда мы уже почти достигли границы лагеря. Она не оглянулась. Даже не замедлилась. Я заметила, как она свернула в сторону густого леса. — Куда ты бежишь?! — крикнула я и тоже перешла на бег. Ноги скользили по мокрой траве, дыхание быстро сбивалось, сердце колотилось. Мы уже почти добежали до реки, когда Несса внезапно исчезла — просто растворилась в воздухе среди мокрых стволов деревьев, будто её никогда и не было. — Несса? — тихо позвала я, резко останавливаясь и напряжённо оглядываясь по сторонам. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось в висках. Это ловушка? Или я окончательно схожу с ума после всего, что произошло? Справа, со стороны густого леса, послышался приглушённый, влажный звук. Я медленно повернула голову. Там, в нескольких метрах от меня, стояла Ника. В точно таком же состоянии, как и Несса: мокрая от дождя, с глубоким разрезом на горле, из которого продолжала сочиться густая тёмная кровь. Её глаза были широко открыты и смотрели на меня без единой эмоции — пустые, но при этом невероятно тяжёлые, будто обвиняющие. — Ника… — прошептала я и сделала осторожный шаг к ней, чувствуя, как ноги дрожат. Как только я приблизилась, Ника медленно протянула ко мне руку. Ладонь была бледной, почти прозрачной под струями дождя, но она не коснулась меня. Потом она подняла руку выше и указала пальцем в сторону лагеря. В тот же момент из лагеря донеслись крики. Высокие, полные животного ужаса и боли. Крики людей, которых я знала. Я резко вздрогнула, всё тело напряглось до предела. Крики становились всё громче — кто-то отчаянно звал на помощь, кто-то кричал от боли, кто-то захлёбывался кровью. Я отступила на шаг назад и тут же почувствовала чьё-то присутствие прямо за спиной. Повернула голову — Несса стояла там. Она медленно мотала головой из стороны в сторону, будто предупреждала: «Не ходи туда». Глаза у меня расширились. Крики не прекращались, они становились только отчаяннее и ближе. Я сделала несколько шагов в сторону, пытаясь обойти их. Ника и Несса стояли впереди, не моргая, и просто смотрели на меня своими мёртвыми глазами. Я снова повернула голову в сторону лагеря — и в нескольких сантиметрах от моего лица снова оказалась Несса, всё так же качающая головой. По спине пробежали ледяные мурашки. Дыхание стало частым и прерывистым, руки начали дрожать. Я попыталась обойти их с другой стороны — передо мной мгновенно появилась Ника. Потом они обе. Они не хотели меня пускать. Они блокировали путь, словно пытались удержать меня от чего-то страшного, что ждало впереди. Я протянула руку, чтобы оттолкнуть их — ладонь прошла сквозь их тела, как сквозь холодный, мокрый туман. Я вскрикнула и резко отшатнулась назад, чувствуя, как холод проникает под кожу. — Какого…?! Я попыталась снова — и на этот раз рука упёрлась во что-то твёрдое, холодное, почти ледяное. Настоящее тело. Кожа была мокрой и ледяной на ощупь, как у трупа. Руки начали мелко дрожать от ужаса. Я дрожащими пальцами вытащила пистолет из-за пояса джинсов и навела его на них. Палец лёг на курок и нажал. Громкий выстрел разорвал воздух, эхом разнёсшись по лесу. Они исчезли. Просто растворились в мокром воздухе, как дым. Я быстро побежала обратно к лагерю, тяжело дыша, ноги скользили по грязи. Оглянулась через плечо — они снова стояли на прежнем месте, бок о бок, и продолжали медленно, синхронно мотать головами из стороны в сторону. Предупреждение. Молча. Настойчиво. Неумолимо. Я влетела на территорию лагеря — и резко остановилась в нескольких метрах от входа. — Нет… Глаза расширились до предела. В лагере верхом на конях стояло около пятнадцати землян. В их руках блестели длинные копья, уже обагрённые свежей кровью. Наши люди в панике метались между палатками, пытаясь убежать, но шансов почти не было. Крики резали уши, смешиваясь с шумом дождя. Я крепче сжала пистолет, подняла руку, слегка прицелилась и выстрелила в ближайшего всадника. Промах. Он начал разворачивать коня в мою сторону. Я выстрелила ещё раз — на этот раз пуля попала в цель, и он рухнул с коня в грязь. Сзади послышался тяжёлый топот копыт. Я резко обернулась — к мне галопом неслись трое землян на лошадях. Один из них ударил меня тупой частью копья прямо в нос. Голова откинулась назад, из носа мгновенно хлынула горячая кровь. — Сука… — выдохнула я сквозь боль. В следующую секунду второй всадник, подскочив сзади, с силой опустил копьё мне на голову. Мир взорвался белой вспышкой. Я рухнула лицом в грязь, разбрызгивая лужи. В глазах заплясали чёрные точки, сознание начало ускользать. Последнее, что я почувствовала — сильные, грубые руки, которые схватили меня за руку и перебросили через спину коня, как мешок. Раздался громкий свист, и мы сорвались с места, уносясь вглубь леса. Живот больно тёрся о мокрую спину лошади. Я пыталась вырваться, но большая, тяжёлая ладонь крепко прижимала меня. Мы уже углубились в лес, когда я снова увидела их — Нику и Нессу. Теперь они просто стояли в отдалении между деревьями и смотрели нам вслед слишком пристально, слишком долго. Их головы больше не качались. Они просто наблюдали. Молча. Не мигая. Как будто знали, что ждёт меня дальше. Дождь продолжал лить, промачивая меня до нитки. Мы скакали долго — мне казалось, несколько часов. Перед глазами проносились мокрые стволы деревьев, а в ушах стоял только стук копыт и собственное тяжёлое, прерывистое дыхание. Мы подъехали к большой деревне, окружённой высоким частоколом. Здесь было гораздо больше домов и людей, чем в той, которую я уничтожила. У входа стояли двое стражников с мечами. Меня грубо сбросили с коня. Я упала лицом в грязь. — Сука… — тихо выругалась я, чувствуя, как грязь покрывает лицо, волосы и одежду. Меня подхватили под руки и потащили внутрь. Люди выходили из домов, чтобы посмотреть на меня. Кто-то шептался на незнакомом языке, кто-то — на английском. Один мужчина вдруг выкрикнул что-то и бросился ко мне, успев ударить по лицу, прежде чем его оттащили. — Хеда приказала не причинять ей вред, — резко сказал один из тех, кто меня тащил. Хеда… В голове сразу всплыли слова Рио у реки: «Там была девушка… Хеда…» У меня появилось очень плохое предчувствие. Меня тащили дальше сквозь толпу. Кто-то кинул камень — он сильно ударил меня в шею, перехватило дыхание. Земляне даже не замедлили шаг. Наконец мы подошли к маленькому, неприметному зданию. Когда открылась первая решётчатая дверь, я поняла — это тюрьма. Нас спустили вниз по лестнице, открыли вторую решётку и втащили меня в сырую, тёмную камеру. В потолке были вбиты две цепи с кандалами. Меня грубо толкнули на колени, надели кандалы на запястья и подняли руки вверх, так что я почти висела. Один из землян зашёл мне за спину и завязал глаза чёрной плотной тканью. Я сразу напряглась. В памяти всплыла картина: ножи у горла Ники и Нессы, кровь на лице… — Суки… — выдохнула я, когда получила сильный удар кулаком в живот. Земляне обменялись несколькими фразами на своём языке и ушли, хлопнув решёткой. — Дикари… — прошептала я в пустоту. Вдруг в углу камеры послышался слабый звук. Я напряглась и повернула голову в ту сторону. Тихие, почти неслышные шаги. Кто-то подошёл совсем близко — я почувствовала тёплое дыхание на своём лице. — Продолжишь молчать? — усмехнулась я, хотя голос дрожал. Ответа не последовало. Человек присел передо мной на корточки. Я чувствовала его пристальный взгляд. Через несколько секунд дыхание отдалилось. Шаги направились к выходу. — Мы ещё успеем поговорить, — раздался до боли знакомый женский голос. Дверь хлопнула. Она ушла.