Не по правилам

Евгения

      Сижу на семейном завтраке и лениво жую блин со сгущенкой. Блин суперский, к нему вопросов нет. Есть к тому, что Алекс, вместо обещанных девяти утра, вытряхнул меня из кровати в восемь и сказал срочно ехать, потому что ему нужно заскочить по каким-то своим спортивным делам. Я не вникала, но очень возмущалась: я же ничего не успела! Красилась в машине, оказалось, ещё забыла румяна. Поэтому у меня сейчас такой трупный цвет лица, что любой мертвец позавидует. Ничерта я не выспалась, потому что всю ночь в телефоне сидела. Да, как идиотка переписывалась с Андреем. Эта интрижка вообще мне слишком много сил придаёт, которые я расходую не так, как следовало бы. Алекс тоже вообще не бодрый. Сидит, кашу размазывает по краям тарелки. И вот мы снова в средней школе и мама кричит на нас, чтобы быстрее собирались. Только сейчас мама не кричит, она сидит про правую руку от отца во главе стола и улыбается. Загадочно так, стоило бы уже бояться. Бабушки, наверное, поругались перед завтраком, потому что сидят, словно воды в рот набрали. Дедушки наоборот, весело обсуждают какую-то рыбалку и пьют коньяк. В десять тридцать утра. Папа стоит на улице, жарит мясо на обед, на который, видимо, нам придётся всё-таки остаться. Младший брат там же, на улице. Качается на качелях со своей девушкой. Мы-то думали, он по мальчикам. А он привёл настоящую красотку. Миниатюрную, внешностью, словно нимфа. Голубые огромные глаза, длиннющие чёрные ресницы, такая линия челюсти, что я буду завидовать примерно каждую секундочку и совершенно умопомрачительная улыбка. Я понимала брата целиком и полностью. Белый блонд, при этом совершенно идеального качества. На фоне неё я — бомж, которого так и быть откопали со дна мусорки. Потому что на голове у меня сплошной колтун, на мне дурацкий мамин свитер, и вообще я уже почти лицом в тарелке сплю. Мой не свежий старший брат всё-таки опирается на руку и на несколько секунд оказывается в царствии Морфея. Приходится ткнуть его под ребра самым беззлобным способом. Ал всё равно подскакивает на пол метра вверх, чуть не падает со стула и стреляет в меня злым взглядом. Развожу руками, мол, я чё, я ничё. В кухню наконец-то возвращается парочка влюбленных. Тимоха и Ева выглядят как самые счастливые люди на свете. Брат, несмотря на свою любовь к бомжатской одежде, выглядит отлично. С иголочки. Белая отглаженная рубашка, уложенные волосы, кудряшка к кудряшке. Конечно, под стать девушке. — Итак, дорогое семейство, раз все в сборе, — мама широко улыбнулась, разводя руками. Она уже давно не ждала отца, да и он точно слушал демо-версию этой речи вечером, — Рада, что мы разделяем с вами радостную новость вместе. Тимофей привёл нового члена нашей семьи. Ева, рада с тобой познакомиться, мы очень долго тебя ждали. Девочка стесняется и краснеет. Да, умеет мама поставить в неловкое положение. Ладно мы, бронебойные, но этой-то всего семнадцать, у неё в голове эти отношения с Тимохой точно на всю жизнь. Мы бы и «за». Только вот все мы знаем Тимоху… — Александр, — мама подняла чашку с чаем, словно бокал, — поздравляю вашу команду с выходом на Чемпионат. Желаю больших побед и успехов. — Спасибо, — Александру вообще пофиг, честное слово. Вроде и улыбается, но вообще без шансов быть заинтересованным. — Евгения, — меня аж чуть не перекосило, но улыбку я натянула, — Как с твоей учёбой, всё ли идёт хорошо? — Да, мама, спасибо за беспокойство. Всё хорошо, скоро сдавать курсовую. Готовлюсь к сдаче с должной ответственностью и внимательностью, — заучено отчеканила я, не забывая кивать всем волнующимся бабушкам. Телефон загорелся, оповещая меня о новом пришедшем сообщении. Быстро глянула на экран. Конечно, Андрей. Спрашивает, во сколько ему приехать. Черт! Мама уже переключилась на разговор с Тимофеем по поводу их дальнейших планов на жизнь, поэтому я без проблем смогла ответить на сообщение. Прости, я забыла сказать, что у меня сегодня семейный завтрак. Я освобожусь где-то к часу, наверное. Занимайся своими делами, не страшно. Честно говоря, я не сильно надеялась на какую-то совместную активность. У нас ничего общего, кроме песен нервов и желания завести какую-нибудь интрижку. Куда мы пойдем? В киношку, смотреть ужастик? Ну, я обблююсь. Мелодраму? Итог будет такой же. Или мы будем кататься в машине по городу, как будто мне шестнадцать лет? Мечта всей моей жизни. Вот бы ещё разбились, чтобы веселее было. Будем очень трогательно лежать в соседних палатах в травматологии. Или в соседних могилах. Ответ не заставляет себя долго ждать. В час, так в час. Забрать тебя? Что-то как-то с перебором. Ну, или у него спермотоксикоз и нужно срочно встретиться со мной. Я, правда, уже решила, что всё не будет так просто. Хочется мне поиграться, может, на эмоции повыводить. Слишком уж скучно мне живётся в моём мире учебы и съемок банальных праздников. Нет, тут Алекс. Я напишу, как доберусь до дома. В ответ мне присылают какой-то древний мем. Да уж, тяжело жить, когда тебе под тридцатник лет. Поднимаю глаза наверх и обнаруживаю, что все смотрят на меня. Мама особенно, а Алекс прямо в экран. Меня бросает в жар, а затем в холод, хотя я ничего такого и не скрываю. Все, кроме Ала вообще не видели, с кем я переписываюсь. — Что? — спрашиваю напряженно, переворачивая телефон экраном вниз. На всякий случай. — С кем переписываешься? — мама словно объелась лимонов и пытается улыбаться, вот такое там лицо. Неопределенно дёргаю плечом, мол, не важно, — Ты улыбалась. Нам стоит ждать ещё одного пополнения в семействе? — Только если кошку припру в съемную квартиру, — отшучиваюсь, зачем-то поворачиваясь в сторону Алекса. Мама! Зачем я это сделала! Там такие глазищи! Резко возвращаю голову на маму, — Ты лучше у Алекса спроси! Я вчера ночью выходила в магазин, видела его машину у подъезда Алёны. Простите, ребята! Простите! Нужно было отвлечь внимание. Маме, на самом деле, без разницы. И Алекс это знает. Она не будет никого сватать, приставать после ответа тоже не будет. Просто за столом молчание, поговорить особо не о чем. Мама не работает, книжки умные читает, отец батрачит с утра до ночи. У пожилых из новостей только огород, да цены в магазинах. Поэтому и обсуждает нашу личную жизнь, чтобы поинтереснее было, чтобы разговоры в семейном кругу поддерживать. Сама она не спешит женить нас всех, да и бабушкой быть совершенно не хочет. Каждый раз говорит «Ну, какая я бабушка?!», а отец шутит (или нет), что не дай бог внуков, а то и им придётся квартиру покупать. Ал бросает на меня пожирающий взгляд, но мама и вправду переключается на него. Фух. Пронесло.

***

Андрей

      Мне вообще нечего делать. Поэтому скидываю рыжей все мемы, которые могу найти на просторах интернета. Не потому что хочу с ней поделиться чем-то смешным, а потому что мне уже самому настолько плохо, что смешно. Каждая из картинок отдаляет меня от возможного секса на пару дней, но сейчас мне без разницы. Отстаю от нашей переписки только когда приходит уведомление о подкасте по новому сервису ставок — я их никогда не пропускаю. Нужно всегда быть в теме. За ночь я слил всю зарплату сборной за месяц. До этого долго пытался откладывать, но, решил поставить буквально пару тысяч. Они залетели, потом ещё залетела десяточка, двадцаточка… Не знаю как так вышло, просрал все шестьдесят. Это были не последние мои деньги, поэтому особых угрызений совести я не чувствовал совершенно. Пока ставил ставки, переписывался с рыжей. Узнал много интересного. Например, что в Иерусалимке живет сумасшедшая бабка, которая периодически выносит в середину двора пакет с тухлой рыбой. Я и так в курсе, что там живут одни конченные, но этот экземпляр оказался даже лучше, чем я представлял. Обсудили ещё деда, который там периодически бегает в чём мать родила. Этого я даже видел, он иногда бегает еще в центре. Его там регулярно крутят менты и увозят в отдел, но дед без проветривания своих обвисших частей тела не может, поэтому это повторяется раз за разом. И это так странно. Общаюсь с девчонкой от скуки, а она не пытается нависнуть мне на шею, если не считать того, что она буквально вечером висела у меня на шее и целовала меня. Рассказывает не о себе, о каких-то увлечениях, а о сумасшедших соседях. Шутит шутки, пусть иногда несмешные и непонятные, но это всё забавно. Я действительно, как и говорил Алу, собираюсь сделать ей дорогой её сердцу подарок. Чтобы не забывала. Мне не сложно, пусть я знаю, что мы видимся последнюю неделю в этой жизни. Зачем я это делаю, если это нелогично? Я не знаю. Я почти не дарил своим девчонкам подарков, только если тем, которые были постоянными гостями в моей жизни. Дарил пару колец, сережек, цветы регулярно таскал, это да. Но чтобы покупать кусок пластика за восемьдесят тысяч — такое со мной впервые. Уговорил себя, что это я не ночь с ней покупаю, а вкладываюсь в развитие молодых специалистов. Она потом по скидочке мою свадьбу пофоткает, если таковая однажды случится. В любом случае, с братом рыжей нам играть в одной команде до тех пор, пока у Ала колени не вылетят в соседнюю страну. Или у меня плечо не отвалится. Вот, сижу, выбираю фотоаппарат. Вообще ничего в этом не понимаю, приходится писать Артуру — он у нас идейный парень, занимался фотографией раньше. За бесплатно, так себе у него получалось, играть в волейбол у него выходило гораздо лучше. Даже так он разбирался лучше, чем я. Я разбираюсь в том, какой вкус сигарет выбрать, да в хорошем виски, как и каждый уважающий себя мужик тридцати лет. Время близится к полудню. Скоро освободится рыжая. Я уже кинул выбранный фотик в корзину, но покупать пока не тороплюсь. Что-то внутри останавливает, а что — хер поймешь. Вот и сижу на стуле, закинув ноги на стол и вдумчиво покуривая косяк. Вы не подумайте, я не наркоман какой-то, это просто для успокоения нервов, а они у меня сегодня что-то меня уже задрали. Спросите: че переживаешь, Андрюх? А я и не переживаю. Просто неспокойно мне. И не сидится, и на часы постоянно смотрю. Понимаю, что жду время, когда Женя освободится. Только сам ещё не понимаю, что делать-то мы будем? Хотелось бы, конечно, сразу ко мне. Но, это некрасиво. Вести её куда-то есть тоже не вариант, её там мать откормила стопроцентно. Придётся выкручиваться на ходу. Я вот реально так ещё ни разу не заморачивался, чтобы с девчонкой пару ночей потусить. Едва-едва прикрываю глаза, как телефон начинает издавать противные звуки звонка. Специально поставил хрень какую-то, чтобы всегда быстро брать трубку. Подношу к уху не глядя, практически уверенный, что звонит рыжая, потому что больше некому. — Да? Закончила? — спрашиваю, лениво потягиваясь. — Андрюх, у тебя как вообще с математикой? — Ну, просчитался, не рыжая. Зачем-то мне в мой выходной звонит Алекс. — Да неплохо, но я вообще гуманитарный закончил, — отвечаю без лишней мысли. Что, ему посчитать что-то срочно нужно на семейном завтраке? — Двадцать восемь минус двадцать один сколько будет? Бля. Что она ему сказала, зачем? Или… Бля-я-я, а если она уже напридумывала себе, что мы идеальная пара, любовь с первого взгляда и теперь мы будем вместе навсегда просто потому, что поцеловались? Хрен эту девчонку знает. Иначе зачем бы она вообще что-то рассказывала Алексу? Че там вообще можно было рассказать — я хер знает. Забрал разок, музыку послушали, поцеловались. Ну, даже если бы ей было четырнадцать, это даже на мало-мальскую уголовную статью не тянет. — Семь. Что-то ещё помочь посчитать? — не хочу с ним даже обсуждать это. — Дрон, прошу тебя, выбери себе другую подстилку. Не мою сестру. Что, девчонок мало в нашем городе? Или всех остальных ты уже использовал? — он недоволен, слышу это, но ссориться тоже не собирается. — Нет, двоих точно нет ещё. Сестру и Алёнку твою. Про «ссориться не собирается» я, наверное, погорячился. Потому что иначе не знаю, чё Ал мне в трубку рычит, как сторожевой пёс. — Ладно-ладно. Ну правда, Ал, давай мы с ней как взрослые люди сами разберемся. Тем более, ничего у нас с ней и нет такого, о чём ты говоришь. Так, знакомые, выручил её разок, пока ты занят был. Считай, подругу себе завел. — Я знаю, что ты делаешь с подругами. Обычно наоборот, они тебя заводят. Давай просто без хрени, я тебя предупредил. До завтра. «Я тебя предупредил». Какой мы важный курица. Мне вообще похрен на этот разговор, пусть Алекс хоть за мной по пятам ходит и камеру в квартиру вешает, чтобы посмотреть, кто сюда заходит. Мне и в подъезде на подоконнике не тяжело… Ладно. Мне уже не двадцать, это я погорячился, мне б кровать, да помягче. Сейчас он ещё мозги рыжей промоет и всё. Сам себе говорю, что без разницы, это действительно не последняя девчонка в городе. Только в груди тянет какое-то мерзкое чувство, смешанное с разочарованием. Сам не знаю, что за идиотизм. Да, я практически сразу понял, что хочу с рыжей чего-то не дружеского. Но, я ж не кольца поехал нам выбирать, а в ебаные Осинки. Даже ничего потратить на неё особо не успел, только те двадцать пять тысяч, про которые я уже и думать забыл. Если бы не ей отдал, на ставках бы вчера спустил. Странно, что я вообще остановился. Ладно уж. Без завоза с сестрой Ала обойдемся. Только успеваю докурить свой косяк и открыть банк, чтобы посмотреть, сколько ещё я могу слить и не умереть от голода, как прилетает сообщение. От Жени. Внутри что-то переворачивается, как-будто я дурак влюбленный. А до этого мне точно ещё далеко, я её три дня знаю. Закончила, приехала домой. Что по планам? Значит, пошёл в жопу этот Алекс, при всём уважении к нашему долгому спортивному пути! С уважением в жопу.