Dragon Age: Долиец

На следующий день обоих мальчишек отправили к Харэлу, мастеру по дереву клана, который занимался всеми хозяйственными вопросами, включая изготовление оружия для членов клана. Тот вдумчиво и долго осматривал все изобретения Дина, особое внимание уделив обуви и как не странно нательной пижаме из долийского шелка, долго ругаясь на нецелевое использование дорогого материала. Однако через неделю уже Дин заметил выглядывающую из-под его одежды красную ткань. Хитрый мужик, приходившийся для обоих мальчишек троюродным дядей, быстро оценил удобство, и вскоре сделал себе даже обувь, выглядящую намного представительней чем у ребят. С того момента Харэл начал регулярно забирать мальчишек к себе, объясняя науку своего ремесла, включая работу с деревом и тканями. Наука завхоза оказалось делом очень даже интересным, а Рэй и вовсе сбегал к нему в любую свободную минуту. Постепенно многие эльфы начали сами шить одежду подобного фасона и на улице стали появляться дети, одетые в полушубки и обувь по лекалам Дина. Но отчего-то больше всех как всегда возгордился Рэй, вальяжно выпятивший свою грудь колесом, и ставший посматривать на всех с высоко поднятым подбородком, и даже слегка наглеть в адрес Дина. Но это заблуждение быстро поправил дядя Кир, пару раз выписав штрафного ремня для многострадальной задницы кузена, а потом и сам Дин отвесил тому легких чапалахов. По крайней мере местные традиции воспитания показывали гораздо большую эффективность, по сравнению с прежним миром, и Рэй вновь превратился в послушную многофункциональную шестерку Дина. Так и прошла зима, и весна вступила в свои права, характеризовавшаяся слякотью, грязью и круглосуточной капелью. Дина и Рэя постоянно привлекали в помощь Харелу, который не стеснялся эксплуатировать юных изобретателей и в хвост и в гриву. Зашить, подшить, унести и принести всякую хозяйственную номенклатуру, которой не было числа. Рыболовные сети, прохудившиеся ботинки, ведра, ящики, паруса для аравел, сбрую для галл и многое-многое другое. Теперь оба мальчишки ходили с проколотыми иголками пальцами, огрубевшими от постоянных работ по хозяйству и с вечно хмурыми выражениями лица. И к работам по хозяйству добавились и другие обязанности, от которых их никто освобождать не собирался. Как и каждого ребенка из клана их продолжали учить стрельбе из лука, уходу за галлами, разделке туш, работами с кожей и тому подобным, очень даже необходимым для дружного коллектива вещам. Мальчишки завистливо смотрели на остальных детей, которым обламывалась лишь часть тех работ, которые взваливались на хрупкие плечи кузенов, но видимо Хранительница настояла на подобном, дабы юные головы не посещали всякие мысли, наподобие злополучных эльфийских имен. Рэй хныкал, Рэй плакал, но его всегда заставляли, иногда с помощью ремня и чапалаха, приводя барахлящую шестерку в работоспособное состояние. - Я не вижу в этом смысла! – В очередной раз плакал Рэй, во время очередной воспитательной беседы со своим отцом. – Почему остальные отдыхают, а мы с Дином работаем?! - Ты не понимаешь, поэтому пойми! – Буркнул дядя Кир и ударил мальца ремнем по заднице, запуская того в сторону выхода. - Ауф! – Проникновенно поднял Дин палец к небу, услышав знакомую цитату из мемов. – В этой жизни ты либо волк, либо не волк! - Какая хорошая цитата! – Задумчиво кивнул дядя Кир, и для порядка тоже ударил Дина по заднице ремнем. Дин действительно недооценил силу волчьих цитат, которые в свое время почерпнул из мемов, отчего иной раз употреблял их в разговорах с окружающими, шокируя всех своеобразной мудростью. Смешные и глупые цитаты его мира разлетелись по лагерю эльфов как горячие пирожки поражая всех своей однозначностью. Постепенно расписание вошло в колею, а затем и вовсе превратившись в своеобразную рутину. В таком режиме прошло два года. *** И вот наступил момент, когда Рэю исполнилось десять лет, а Дину одиннадцать. В привычном смысле у эльфов не было дней рождения, вместо этого счет шел по прожитым зимам. Когда начиналась весна, устраивался общий праздник окончания зимы, на котором всем эльфам прибавлялся еще один год жизни. Так и считали. День рождения? Юбилей? Забудьте. Даже свадьба справлялась на общих основаниях, когда по осени парни приводили девушек из других кланов, а повзрослевшие молодые девушки наоборот уходили из клана. Тем временем наступил четырнадцатый год Века Дракона. Балбес Рэй тогда ошибся, и оказалось, что война Ферелдена с Орлеем закончилась уже более десяти лет назад. Дин зарекся верить на слово мелкому словоблуду, что болтал своим непутевым ртом дальше, чем видел. За это время в клане из ста семи эльфов, которые были на момент попадания Дина в этот мир, погибло от холода и связанных с ними болезней трое эльфов, из которых двое детей и один старик. И погибли они за первую зиму. Одежда нового фасона сделала свое дело, и в последующие зимы никто не умирал, за исключением пары эпизодов на охоте. Да и сами взрослые вслух замечали, что даже зимой жизнь эльфов теперь не останавливалась, что благотворно сказалось на всем клане. Также стоило добавить, что за это время родилось еще девять маленьких остроухих эльфят, а также образовалось три новых семьи, когда молодые ребята привели невест из других кланов. Да, невест как правило искали за пределами родного клана, в свою очередь сами отдавая подросших девушек в иные. Своего рода бартер, только вместо товаров шли девчонки. Непочатый край работы для феминисток, если подумать. Но подобная политика привела к тому, что весь клан состоял из родственников, объединенных двумя большими фамилиями, Тиамат и Уинбоу. Хранительница кстати была пришлой, ибо вышла замуж за Локи, и стала Уинбоу. Таким образом, поддерживалась безопасность от вырождения, что в принципе для Дина новостью не являлось, ибо очень сильно походило на традиции кочевников его родного мира. И еще. К клану присоединился беженец. Девятилетний сирота из Денеримского Эльфинажа каким-то образом смог преодолеть весь путь от Денерима до леса Бресилиан, где его почти мертвого от голода и жажды нашли охотники одного из кланов. По договоренности между Хранителями его принял клан Сато. - Кейн, мать твою, дебил тупой! – Прорычал Рэй, пока Дин старательно доставал иголку из кожаной заготовки. – Ты какого хрена опять одел мою обувь?! Да, мальчишку звали Кейн, и хранительница почему-то определила его держаться поближе к Дину и Рэю, и теперь он даже жил вместе с ними, в палатке дяди Кира и тети Лии. Кстати у них родилась еще одна дочка, Эли, которой сейчас стукнул первый годик, и теперь в одной палатке ютились аж шестеро эльфов, что было несколько… неудобно. Постоянный плачь грудной Эли, вечные почему от сестренки Мири, которой стукнуло уже шесть лет. А уж потасовки Рэя и Кейна не облегчали жизнь ни дяде Киру, ни тете Лие, ни Дину. - Пошел ты, словоблуд недоделанный! – Отмахнулся от Рэя Кейн, с интересом наблюдая за работой Дина. Пришлый с большим интересом относился ко всему, что делали мальчишки, и постоянно пытался украсть у них их поделки. Смешной малый, если подумать, хоть и вороватый, но это была скорее сила привычки чем злой умысел. Да и не прятал он ничего, просто иной раз одевая то, что ему не принадлежало. Худой и низкий для своего возраста Кейн имел светлые волосы и зеленые глаза, сильно выделяясь на фоне более рослых и темноволосых Дина и Рэя. Глаза Дина кстати являли собой светло-карие, даже ярко-желтые зрачки, в то время как имел Рэй более темные глазницы. Кейн же на фоне кузенов выделялся сильно, в первую очередь ростом. Слабая диета, точнее ее отсутствие сильно сказались на габаритах мальчишки, который выглядел года на два младше своих сверстников. Говорили, что все выходцы из Эльфинажей в среднем поменьше своих долийских собратьев. И сейчас выходец из Эльфинажа внимательно наблюдал за работой Дина, который занимался тем, что шил себе удобную сбрую для лука и стрел. Саадак, очередное изобретение, которое давно витало в голове Дина. Местные почему-то предпочитали конструкцию из колчана, что при долгом ношении вызывал боль в плече за счет неравномерной нагрузки. Дин подошел к делу с умом, сконструировав себе чуть-ли не разгрузку из ремней, что равномерно охватывала всю грудную клетку, служа дополнительной защитой торса. Дин уже привык, что каждому интересно, чем он постоянно занимается, и поэтому он перестал обращать внимание, когда над его душой стоят все, кому ни попадя, а от того сильно не отвлекался. - Я тебе сколько раз говорил, не одевать мою обувь, белокурый недомуж! – Зарычал Рэй, подбегая к приемышу, и попытался сходу снять с того обувь. - Эй! Ты чего делаешь? Отпусти ногу! – Заорал уже Кейн, и от его возгласа Дин закатил глаза. Оба его уже достали своей постоянной руганью. Как и всех вокруг. Оба, похожие по характеру, взрывные и наглые, они регулярно подсирали друг другу по всякой мелочи, а затем… О чем хотел подумать Дин, он уже не запомнил, потому что разгневанный Рэй все-таки повалил Кейна на землю. Однако сделал он это именно так, что беженец из Эльфинажа приземлился прямо на спину Дину, в это время достававшему толстую иглу из кожаной заготовки. В себя после падения Дин пришел уже лежа на земле, и шокировано уставился на торчащую из руки толстую иглу, которая пробила ладонь насквозь. Дин в шоке повертел рукой перед лицом, разглядывая выглядывающую с обеих сторон ладони толстую иглу... Все еще находясь в прострации, он резким движением вытащил толстое изделие для прошивания кожи, зарычав от боли. Следом поднявшись, Дин недоуменно уставился на возящихся по полу мальчишек. Рэй пытался снять с Кейна свои сапоги, в то время последний как мог защищался. - Ах вы, pidoriskie жопы! – Взревев раненным зверем, он откинул иглу в сторону и начал немилосердно избивать придурков, которые по недоразумению являлись его семьей. - Dolboyobi тупорылые! Вы какого huya тут устроили, зачатые вялым членом подобия на разумную жизнь?! Злой Дин не сдерживался, и так отделал мальчишек, что те с криками выбежали из палатки, причем Кейн с босой пяткой, в то время, как второй злополучный сапог, так и остался на руках  Дина. Тот удивительно удобно держался в руке и послужил хорошей ударной силой, хотя он бы все-таки предпочел сковородку тети Лии, которая могла даже фехтовать этим ужасным оружием готовки. Кипящий злостью Дин огляделся в палатке, и уперся глазами в смеющихся девочек, причем годовалая Эли находилась чуть ли не в истерике, громко визжа как коршун. - Чего она ржет как укушенная собака? - Спросил Дин, и уперся глазами в дядю Кира, которого до этого как-то не соизволил заметить. Дядя, сохраняя хладнокровное выражение лица, подошел к Дину, осмотрел рану от иглы, а затем отвесил мощный подзатыльник, от которого у Дина засверкали звезды в глазах. - Это за вялый член. – Придержал он покачнувшегося Дина на руках. – Проваливай на улицу, и передай тем двоим, чтобы завтра с утра весь дровник был полон. Дин, все еще приходящий в себя попытался кивнуть, едва не упав на земляной пол. Чапалах от дяди Кира был силен! - Иди к Нори, или даже сразу к Хранительнице, пускай осмотрят и дадут припарку, а то все тут зальешь своей кровью. – Ускорив Дина легким пинком под зад,  дядя Кир раздраженно посмотрел на девчонок, которые моментально притихли. - Надо взять на вооружение… - Услышал Дин тихий шепот дяди, к текущему моменту ставший амбасадором тупых фразочек из мемов про волков. – Зачатые вялым членом… Пристыженный Дин вышел на улицу, где глубоко вздохнул и попытался восстановить ориентацию в пространстве, ибо голова от удара все еще кружилась. Весна  уже готовилась плавно превратиться в лето, и на улице царила прекрасная погода, а солнце мягко просвечивало сквозь зелень леса, окрашивая окружение в мягкий перелив зеленых цветов Рэй и Дин уже скрылись, и Дин, не обнаружив мелких идиотов, сразу пошел в сторону палатки Хранительницы. - Dolboyobi blyat… - Под нос ругнулся Дин, решив передать послание дяди позже. Рука сильно кровила, и поморщившись от боли, он устремился к центру поселения. Палатка хранительницы представляла собой такую же квадратную конструкцию, что и остальные жилища долийцев, только раза этак в два больше. Вообще, Дина весьма сильно не устраивало техническое устройство долийских хижин. Неудобные, плохо отапливаемые, еще и легко продуваемые строения из нескольких слоев долийского шелка ставилось на четыре жерди, которые обычно хорошенько вкапывали в землю для устойчивости. Но они все еще очень слабо подходили для кочевой жизни. Интересно, а как придумали юрты? Как бывшему историку, Дину было известно, что изначально кочевники степи жили в землянках, но кому принадлежит идея настоящей юрты? Это было неизвестно, но культура кочевников складывалась столетиям, опираясь на мелкие но очень нужные изобретения, которые постепенно превратили степных бомжей в самую большую военную силу, доминирующую на полях сражений аж до конца средних веков. Видимо долийцы еще просто не дошли до такого за шестьсот лет подобного образа жизни, или, что еще вероятнее, сильнейшая ностальгия по великому прошлому, а следственно максимальная консервативность не давали развиваться, уничтожая все новаторские мысли в зародыше. Дин в очередной раз задумался, что он мог еще привнести в этот мир, дабы облегчить жизнь своим сегодняшним соотечественникам? Стремена вроде как есть. Да еще какие! Дин видел доспех какого-то шевалье-неудачника, убитого лет десять как назад. Полный латный доспех, похожий на миланский, попона и огромное седло с металлическими стремянами, говорили, что даже появись в этом мире пара монгольских туменов, то легко им этот бой бы не дался. И это даже без учета магии! Композитный лук? Местные делали произведения искусства, которые и не снились средневековым мастерам. Седло? Монгольская лошадь? Как можно произвести из ничего лошадь, когда все местные уважали исключительно оленей? И было за что... Вот и выходило, что Дин из кочевой культуры привнести в местный быт больше ничего не мог. Оставалась только юрта, над которой он уже работал вместе с пацанами. Те конечно не понимали, кому могла понадобиться подобного рода хата, но вопросов не задавали. Остальные изобретения, которые могли бы сильно поменять жизнь местных могли опираться на нормальный, оседлый уклад жизни, где можно было бы запустить процесс развития наук. Школы, мануфактуры и иные сложные штуки требовали весьма специфических условий. Например, бумагу. Или хотя бы, постоянное место жительства, которое было в принципе невозможно в текущем окружении, когда на эльфов охотились оборотни, люди и иные напасти. С такими мыслями Дин зашел в палатку к хранительнице, которая в настоящий момент делала какие-то записи. - Andaran Atish’an, хранительница. – Привычный поклон с косым крестом вышел автоматически, и несколько капель попали на его грудь. - Aneth’ara, dalen. – Улыбнулась ему Хранительница, повернув голову. – Где ты умудрился пораниться? С того самого эпизода, когда им с Рэем отбили задницы, отношения между Дином и хранительницей выровнялись, и периодически она проявляла интерес к новым придумкам мальчишек, многие из которых постепенно переходили в обиход клана. Да и вообще проявляла к Дину хорошее отношение. - Да там эти два… len’alas lath’din’s* опять с ума сходят. – Почесав затылок здоровой рукой, буркнул Дин. *никем не любимое дитя, аналог слова ублюдок. - Ты слишком строг к своим lethallin’s, дитя. – Дипломатично улыбнулась женщина, аккуратно прикасаясь к поврежденной руке. – Хотя на этот раз они и превзошли себя, рана глубокая… - Я еще с ними добр… - Закатил глаза Дин оттого, что почувствовал щекотку и нестерпимое желание почесаться в области раны. Местная магия все еще удивляла его своей силой. Вот и сейчас на месте сквозного ранения, пусть и небольшого остался лишь крохотный шрам. А хранительница лишь капнула своего магического зелья и поводила рукой над раной. - Не всем быть такими разумными и правильными как ты, dalen. А ведь ты старший брат для них, и поэтому несешь ответственность за хорошее или плохое поведение каждого. – Сибиэль потрепала короткие патлы Дина. – Будь терпелив. - Ага… Смешно… - Уже спокойно ответил Дин, и отвел взгляд от хранительницы. Как-то так получилось, что эта очень мудрая женщина всегда оказывала некое успокаивающее воздействие на Дина. На вид ей было уже лет пятьдесят, и она успела родить аж трех дочерей, которые благополучно ушли в другие кланы невестами, отчего видимо тосковавшая по собственным детям и внукам тетка изредка вымещала нереализованную ласку на него, отчего Дин постоянно терялся. - Иди дитя, и пристрой своих братьев куда-нибудь, пока на месте нашего лагеря не осталось пепелище. - Ma’nuvenin*, хранительница. – Кивнул Дин, и вышел на улицу, провожаемый улыбкой главы клана. *Как пожелаешь Рядом с палаткой тем временем теперь сидел ученик хранительницы Нори, уже взрослый парень с татуировками на лице, который методично работал над долийским шелком. Процесс для неискушенного взгляда выглядел очень странно, но при этом, что удивительно работал. Прямо на небольшую деревянную площадку укладывали тонким слоем шерсть оленей, то есть галл, и маг, в данном случае Нори ставил поверх еще одну специальную, явно магическую, доску, которой катал сверху.  На выходе получался красный долийский шелк. Как разноцветная шерсть становилась красной? Как шерсть спрессовывали обычной доской до толщины полиэтиленового пакета? Магия-шмагия, чтоб ее! - Привет, Норри! – Махнул рукой Дин, проходя мимо. - Сколько можно повторять, Ириномиэль, не «Нори»! – Скрипя от раздражения зумами, ответил тот, впрочем не отвлекаясь от своего занятия. - Как скажешь, Нори! – Улыбнулся Дин, и в припрыжку понесся прочь, острым слухом слыша как скрипят зубы ученика хранительницы. Вообще жизнь в клане, среди долийцев ему теперь даже нравилось. Долийцы были на удивление дружным, стеснительным и добрым для своих народом. Да-да, именно для своих. Людей они ненавидели и боялись, что в общем-то неудивительно. Тысячи лет рабства у человеческих магов, война за освобождение, потом уничтожение долгожданного королевства, снова рабство и гонения не способствовали любви. Но за своих они конечно держались и прощали многое. Чем-то это напоминало родственников со стороны отца, которая в родном мире тоже была большой, и состояла из целой кучи людей, которые всегда помогали друг другу. Здесь это было более ярко выраженно, и спустя три года жизни, Дин мог с уверенностью сказать, что ощущал весь клан своей семьей. Большой, дружной и веселой, отчего тоска по первой родине и родным постепенно утихла, лишь периодически напоминая о себе. Тем временем Дин прошел сквозь лес, слегка отдалившись от лагеря, пока не вышел на небольшую поляну, на которой располагался навес из веток, под которым сидели двое оболтусов. - Ну что, дебилы в косорукие? Извинятся будем? – С боевым настроем Дин подошел к сжавшимся в страхе мальчишкам. - Прости Дин… Случайно! – Повинился Рэй, наклонив голову, по которой сразу же прилетел тумак от Кейна. - Не хрен было толкать меня, хренолюб! - Эй! Мы так не договаривались, вероломный ты черт! – Мигом вскипел Рэй, и началась очередная потасовка. Дин, тяжело вздохнув, вооружился тонким и гибким прутиком, и начал от души хлестать мелких идиотов, отчего те мигом начали успокаиваться. - Итак, мои верные, но удивительно тупые аксакалы, говорите, что за драка на этот раз? Дальнейшие объяснения и оправдания показали всю суть картины, в которой оказалось, что мелкие договорились дружно попросить прощения у Рэя, при этом оба покаявшись в своей вине, однако Кейн в последний момент решил переиграть весь план. И вот очередная потасовка. Дин уже устал от постоянных выходок этих лоботрясов, которые почему-то дико ревновали друг друга к Дину, которого почитали как бога на земле. И с этим что-то нужно было делать, но пока Дин не знал что именно. Стандартные воспитательные меры уже не срабатывали. Уже пробовал и сильно пожалел. Поэтому он смело оставил решение этой проблемы будущему себе. Обрадовав младших новостью, что теперь они оба должны собрать полный дровник у семейной палатки, отчего грустные ребята пошли собирать валежник и другую древесину, Дин принялся за свое дело. Расстелив заготовку стены юрты, представлявшей из себя множество прутьев, уложенных в виде решетки и связанных между собой тонкими кожаными ремешками, он в одиночку принялся за дело. Оставалось недолго. Юрта при своей простоте оказалась весьма сложным устройством. Самым сложным делом оказалось найти достаточное количество ровных и гибких прутиков, но к текущему времени они уже нашли, обработали, выровняли и продырявили в нужных местах заготовки под стены и ранее уже принялись увязывать их между собой. Не сложная, медитативная работа, которая нравилась Дину, да и осталось доделать чуть-чуть. Если бы не эти два балбеса, они бы уже давно закончили. Через три часа он закончил и расслабленно уселся рядом со скрученным  в рулон каркасом стены будущей юрты. Проводив насмешливым взглядом злых Рэя и Кейна, все еще продолжавших таскать дрова, он разлегся прямо на мягкой траве, уставившись в голубое небо. Может небольшую тележку им придумать? Ну его… лень, да и этим дебилам будет наука, и Дин расслабился еще больше. Ему редко удавалось выкроить свободное время, а тут получилось неплохо отдохнуть. Вернув взгляд к решетке из прутиков, Дин довольно улыбнулся. Получилось ровно и красиво. Длинные жерди крыши тоже были давно готовы и ждали своего часа. Как и кольцо дымохода, в которое острия жердей и упирались. Так то его называли тооно, но Дин уже успел основательно подзабыть родной язык, и поэтому использовал знакомые выражения. Оставалось лишь перенести все это до места, где эта юрта будет стоять, разложить, поставить и накрыть долийским шелком, и эксперимент можно будет считать законченным. Самое затратное по времени и материалом детище Дина. Остаток дня он посвятил тому, что помаленьку перетаскивал все части нового дома к палатке их семьи, вызвав немалый интерес от остальных эльфов, которые провожали его задумчивыми взглядами. Он уже успел приобрести среди них определенную репутацию неугомонного умельца, как и Рэй, поэтому многим было интересно, что ребята сотворили на этот раз. Вечером вся семья оказалась в сборе, и сели ужинать. В палатке было находиться темно, поэтому сидели на лавке у костра на улице. - Закончили со своим домом? Или как там ты его назвал… – Хмуро поинтересовался дядя Кир у Дина. - Да, с юртой  целом закончили. Завтра будем собирать. Если бы не эти два идиота, уже сегодня успели бы… Рэй и Кейн виновато опустили глаза в тарелки. За день они оба успокоились, изрядно вымотавшись, и кинув взгляд на дровник, Дин увидел, что тот был полон. - Да… Что-то с вами надо делать… - Протянул дядя,  прожигая сына и приемного мальчишку взглядом. - Хоть день пропал не зря, дровник полон, а вы устали... - А что делать… бить их почаще и не давать продыху, чтоб мысли не появлялись дурные. – Угрожающе улыбнулась тетя Лия. – А то лезет вонь из жопы, весь лагерь уже шепчется! Если уж ветка поперек задницы урок не учит, так я вдоль воткну, будете с ветками в заднице, но тихими. - Закончила тетя Лия, погрузив всю семью в тишину. Так-то она была самая спокойная из всей семьи, однако обычно выступала за самые жестокие наказания для детей. От того Дин старался с ней быть в самых хороших отношениях. Ну его… таких людей он всегда считал самыми опасными. Тихие и спокойные, но чуть что, и самые опасные последствия жди именно от подобной аудитории. Это как тихий одноклассник, который на уроке ОБЖ не только разберет автомат быстрее всех, но и принесет ствол из дома, чем доведет учителя до инфаркта, а одноклассников до мокрых штанов. Дядя Кир тоже об этом знал, и наверное даже лучше всех из здесь присутствующих, поэтому с легкой опаской посмотрел на свою жену. Придурки тем временем застыли, боясь развития последней мысли матери. - Если идиоты однажды, значит будут и дважды… - Задумчиво протянул дядя Кир. – Ты что предлагаешь? – Он посмотрел на Дина. Рэй и Кейн тем временем подняли умоляющие взгляды на брата, как на последнюю надежду. - Да вот… думаю… - Пожав плечами, Дин уставился на мальчишек. Кейн был пришлым, и поначалу слабо шел на контакт, на всех смотря волком. Страшная судьба - родиться в Эльфинаже и стать сиротой. Как понял Дин, его семью унесла весенняя лихорадка, которая выкосила больше половины населения Эльфинажа, отчего он целый год он скитался по городу в поисках пропитания, множество раз едва избегая смерти. От голода, холода, людей и даже крыс. Его даже в родном Эльфинаже едва не убили, причем такие же голодные остроухие дети, как и сам Кейн, отчего Кейн, поставив все на кон, пошел в Бресилиан и, что удивительно дошел. Счастливчик, с одной стороны. С другой стороны - боец. По характеру. Оказавшись впервые в их семье, он волком смотрел на всех, кидался на еду как дикарь, и был грязен даже на фоне остальных детей. Да и не стеснялся показывать зубы ему, Дину и даже дяде Киру. Но в итоге на него нашли управу, в первую очередь жесткой дисциплиной и иерархией. В еде его никто не ограничивал, еще и переодев в более-менее нормальную одежду, отскоблив под ноль его патлы на голове, и хорошенько отмыв. С тех пор для Кейна Дин и дядя Кир стали богами на земле. Только вот с Рэем как-то не срослось. И первым, что не удивительно, начал сам Рэй. Появление еще одного мальчишки, который стал конкурировать за внимание его самых больших кумиров, отца и старшего брата оказалось тому очень не по душе, и Рэй начал сначала по мелкому доставать Кейна. Потом больше. А потом Кейн начал огрызаться, да так, что сам Рэй взвыл и едва не возненавидел приемыша. В ругательствах пошли такие обороты, что сам Дин порой заслушивался, а при любой драке, мелкий отморозок из Эльфинажа хватался за первый попавшийся предмет, никогда не стесняясь его применить. Нож, палка, один раз в бой пошло даже засохшее дерьмо оленя. Дин стал решать проблему просто, как ему тогда казалось. Сначала он предложил им обоим просто подраться на кулаках, о чем сразу же пожалел, ибо проигрывающий из-за телосложения Кейн, не стал сдаваться и так укусил Рэя, что едва не вырвал кусок из задницы бедного кузена. Криков и плача было много, и Дин впредь зарекся пробовать такие методы выяснения отношений. Не тогда, когда для Кейна каждый бой  являлся буквально битвой за жизнь. Дин впервые увидел подобного ребенка, который не умел сдаваться, и переходя в боевой режим не мог себя контролировать до тех пор, пока не побеждал. И это ребенок. Дина брал ужас в попытках осмыслить, что с тем происходило в детстве на улицах эльфийского гетто. Но решение было нужно, и нужно оно было сейчас. Мелкие идиоты рано или поздно могли перегрызть друг другу глотки, лишь временами успокаиваясь под общими проблемами. Может и организовать им такую общую проблему? Чем тетя Лия не червонный туз в рукаве? - Может на охоту сходить? – Наконец придумал Дин. – Главное, чтобы тетя Лия пошла. И еще кого-нибудь с собой возьмем? Да, тетя Лия часто ходила на охоту, и была очень даже результативной, намного опережая дядю Кира, который больше увлекался работой с деревом. К тому-же мальчишки ее бояться намного больше дяди Кира. Да и лес… Рэй все еще очень боялся отходить далеко от лагеря, одинаково боясь как оборотней, так и живых деревьев, про которые серди долийцев ходили только слухи, больше похожие на сказки. Никто и никогда в живую энтов местного розлива не видел. Кейн же после прошлого вояжа через лес боялся его панически, да так, что мог ходить по нему только в сопровождении. - Хм… - Задумался дядя. – А не рановато ли? И как ты сама смотришь на эту идею? – Посмотрел он на свою жену, которая аж свои губы от предвкушения облизала. Пацаны застыли водяными столбами. Тут конечно Дин сам себя похвалил по макушке, за столь светлую идею. После подобного те либо заживут нормально, либо уже не помирятся никогда. - Отличная идея. – Произнесла она, и с предвкушение посмотрела на детей. – Там я многому смогу их научить! - Под змеиным взглядом Рэй с Кеем аж притиснулись поближе друг к другу. - Да и давно в последний раз была на охоте! Возьму с собой Сэру и Нэн, давно мы подружками не выходили в лес, а то как разродились, так едва не воют от скуки… Дядя Кир задумчиво почесал затылок, прикидывая шансы, и Дин тоже задумался. Тетя была серьезным бойцом, и даже взрослые мужики слегка ту остерегаясь. Да и пора уже пацанов учить серьезным делам, ибо когда еще? Некоторые мальчишки на охоту уходили будучи младше возрастом. Естественно под приглядом взрослых. - Хорошо. Я поговорю с Хранительницей. На том и порешили и принялись активно готовиться. Тетя Лия начала бурную деятельность по сбору охотничьей команды,  параллельно привлекая своих подруг, которые судя по всему и сами были не против, основной проблемой были их мужья. Но тетя Лия справилась. Мальчишки параллельно закончили возведение юрты, и обернули ее в долийский шелк, коего оказалось достаточно для нового жилища. В ход пошли старые запасы от родных родителей Дина, плюс пришлось уговаривать хранительницу поделиться. В итоге на следующий день с большой помпой они закончили новое жилище, которые местные эльфы очень даже заценили. Простая и удобная конструкция, куча мест для зацепки, легкость и отсутствие необходимости вдалбливать толстые бревна для возведения. Изобретение оценили многие, включая хранительницу. Было решено проверить ее эксплуатацию за зиму, и на следующий год решать, нужно ли таких юрт больше. Потом были сборы, которые заняли целый день. Как оказалось, выход на охоту представлял собой не просто прогулку за первым попавшимся неудачливым зверем, а целым сложным мероприятием. Собирался сухпай, уточнялся маршрут у Локи, который знал основные места и риски. Также он посоветовал взять хотя-бы одного мужчину для тяжелой физической работы. Места оборудованных стоянок, откуда можно было-бы удобно обороняться, в случае нападения оборотней и так далее. В итоге на выход собралось три женщины, включая тетю Лию, два дядьки из охотников, ну и  конечно Дин, Рэй и Кейн. Еды взяли с собой с расчетом на три дня. Ей оказался аналог пеммикана, то есть мелкое сушенное мясо спрессованное с ягодами и жиром. Хорошая и нужная вещь, из которой в любой момент можно было сварить похлебку или даже съесть всухомятку. Так они и вышли из лагеря.