Dragon Age: Долиец

Халамширал впечатлял, это да. Дин задумчиво тер подбородок, на котором никогда не появиться щетина, и думал, пока их телега тряслась по мостовой, ведущей к городу. С расстояния Халамширал напоминал розу среди навоза. И розой был не город, а самый его центр, летний императорский дворец Орлея, который возвышался среди окружающих его деревянных построек на огромную высоту, как конгломерат небоскребов Москва-сити над остальной столицей в его мире. Только остальной пейзаж действительно выглядел грязным навозом. Невероятная паутина деревянных строений, высота которых составляла два этажа максимум, всех форм и размеров, даже издалека эта часть города выглядела убого. И лишь несколько зданий торчали из этого хаоса каменными глыбами. Церковь, крепость и еще одна крепость, только побольше, но на которой почему-то стояли дома. Точнее она выглядела как высокая монолитная площадь со стенами, на которой высились красивые здания. - Это что, там дома прямо на крепости стоят? – Спросил Дин, указывая на интересное сооружение. - Это называется Высокий город. – Невесело усмехнулся Коул. – Там живут люди, а все остальное Эльфинаж. - Ну нихрена себе, они отгородились. Больше похоже на Цитадель, чем на часть города. - Привыкай, Дин. – Буркнул Лори, еще один воин из отряда Коула. – Как говориться, мы живем в государстве людей и для людей. Они решили зайти в этот город вместе с Коулом и двумя самыми надежными воинами, Фином и Лори. Для маскировки им пришлось снять свои доспехи и переодеться в обычную одежду местных эльфов, то есть в мешковину, которая неприятно касалась кожи своей грубой текстурой. Да, Затриан и Дин тоже сняли свои удобные одежды, отчего чувствовали себя очень непривычно. Благо они смогли ее взять с собой, спрятав в мешки, чего не скажешь о доспехах. Их пришлось оставить с парочкой других бойцов, которые спрятались в укромном месте неподалеку от крепостной стены. Мечи, одежда и посох Затриана были спрятаны под фальшивым дном. - Непривычно видеть вас в таком виде, учитель. – Усмехнулся Дин, наблюдая за лицом Затриана, на котором отсутствовал валасалин. Он замаскировал его какой-то тушью. Да и остальной вид тоже стоил того, чтобы хотя бы раз в жизни такое увидеть. Грязная и поношенная одежда с чужого плеча, пропахшая потом и нечистотами, сидела на древнем эльфе как собака висит на заборе. Хотя справедливости ради стоит сказать, что и сам Дин теперь выглядел не лучше. Волосы пришлось извалять в грязи, одежда жутко воняла, и он немного боялся, что может подцепить какую-нибудь кожную болезнь. - Поговори мне тут. – Буркнул Затриан, отворачиваясь. С того момента, как Затриан увидел Халамширал, его настроение, итак невеликое после переодевания в грязную одежду плавно уходило в отрицательные значения. Лори и Фин плелись рядом с телегой, безвольно опустив плечи и вполне неплохо маскируясь под местных, городских эльфов. Да и Коул, сидящий месте возничего, не отставал, низко опуская голову при любом приближении всадников, коих тут проезжало без счета. Лишь Дин да Затриан слегка выделялись, ибо им с трудом удавалось изобразить раболепность местных остроухих. - Напомните учитель, а собственно зачем мы туда премся? – Не выдержал пытку временем Дин. - Очень поздний вопрос, ученик. – Процедил Затриан. – Или ты забыл, что нам нужно отвоевать нашу родину? - Это я прекрасно помню. Просто… ну придем мы, посмотрим, сделаем выводы. А дальше? Мы вернемся сюда, дай боги лет через десять минимум. За это время столько всего может произойти! - Это не отменяет того факта, что ты, как и я должны лично посмотреть и оценить здешнюю обстановку. Ты должен, хотя бы примерно сам осознавать, какой здесь менталитет, как живут эльфы, о чем думают, на что молятся, и любую другую информацию, которой никогда не бывает много. - Хорошо-хорошо. – Вздохнул Дин. – Так то все понятно, но у меня не пропадает ощущение, что мы сейчас делаем что-то не то. - А что по-твоему мы должны делать? – Поднял на него хмурый взгляд Затриан. - Не знаю. Может, нужно было посетить этот клятый Арлатвен? И вообще гораздо эффективнее было бы начать уже учить новых боевых магов. – Задумался Дин. - Ты торопишься. – Буркнул Затриан. – Тебе пока нечему учить своих учеников. Как только я признаю тебя пристойным адептом, тогда и позволю набрать себе неофитов. Их телега приблизилась к западным воротам Халамширала, перед которым стоял наряд стражи. Ну как наряд, скорее даже взвод. Экипированные с головы до пят воины покрикивали на подъезжающие телеги и сопровождающих, не стесняясь применять длинные металлические дубинки, которыми периодически били по остроухим, которым можно было проходить в город через данные ворота. Они так и назывались  - эльфийские. Ирония конечно выходила сильная. Древняя столица эльфов, а пройти в нее можно было только через одни единственные ворота – эльфийские. Другие: императорские и людские были для эльфов закрыты. У ворот царил сущий аншлаг. Целая очередь из убогих телег и бедно одетых эльфов терпеливо дожидались, когда их наконец пропустят. Никакой брусчатки или даже его аналога тут не было, отчего подъезд представлял собой сплошное болото, из грязи и нечистот. Им пришлось стоять там на протяжении получаса, по колено в грязи, пока очередь наконец не дошла и до них. - Пошевеливайся, остроухая мразь! – Закричал один из воинов и хорошенько приложил какую-то бедную бабулю, которая еле семенила в сторону ворот. От удара бедная женщина упала лицом в грязь, и слабо шевеля конечностями, пыталась подняться. Дин заметил, как ее пальцы пытаются найти твердую поверхность, но ее руки всякий раз соскальзывали, отчего она несколько раз упала обратно. Успокаивая дыхание, чтобы не вспылить, он на мгновение отвел свои глаза и посмотрел на окружающих их эльфов. Все, от мала до велика, буквально каждый эльф отвел глаза, пытаясь сделать вид что ничего не происходит и все в порядке. Стражник тем временем еще и добавил пытающейся встать бабуле ногой, чем вызвал лишь глубокий «ох» из уст пожилой женщины. Затриан в это время с каменным лицом прикрыл глаза, а в следующий момент ему в голову прилетела дубинка от уже другого стражника. - Хуле ты сидишь, остроухий ублюдок? А ну быстро с телеги! – Заорал низкий и крепкий на вид бородач с кривыми зубами. Дин в шоке наблюдал за учителем, который не меняя холоднокровное выражение лица, слез с телеги, а по его голове текла кровь. В следующий момент он тоже спрыгнул и незаметным движением, сделал легкую подсечку тому самому бородачу, а потом и ублюдку, поднявшему руку на пожилую женщину. На земле царила трясина из грязи и нечистот, так что незаметно заставить тех потерять опору не составило труда. В следующий момент орущие в грязи стражники с матами пытались подняться под веселый хохот своих дружков. Дин незаметно поднял бабулю и перетащил ее за ворота, приложив ту спиной к стене ближайшего дома. - Фух… - Выдохнул он, слегка похлопав старушку по щекам. – Вы как, в порядке? - Ох… - Выдохнула та, но ее дыхание было слабым, а руки и ноги постоянно трясло. В себя она прийти пока не могла. - Ученик. – Тихо раздалось над ухом. – Ты рисковал. - Знаю. – Буркнул Дин. – Но риск все же оправдался. - Дай я осмотрю ее. – Затриан, с красной от крови тряпкой на голове, оттер его в сторону, принявшись трогать ее лицо и руки. – Отвезем ее подальше, нужно место без лишних глаз и ушей. Дин оглянулся и увидел въезжающего на телеге Коула в сопровождении напарников. Они вдвоем в Затрианом погрузили бабулю на телегу и тронулись вдоль по улице, по которой ходило множество эльфов и телег. Наконец они прибыли в столицу последнего королевства эльфов. Павшую столицу. *** - Она пришла в себя? – Спросил Дин у учителя, когда они заехали в какой-то переулок, где Затриан, уже не таясь залечил свою рану на голове, и принялся заниматься бабулей. - Нет. – Отрезал Затриан, лицо которого все еще оставалось злым. - И что дальше? Мы в городе, нужно где-то остановиться. - Постоялый дом? Эльфам запрещено иметь свое дело, поэтому все таверны здесь человеческие, и эльфов туда не впустят. – Влез Лори. - А как же другие эльфы? Они же не ночуют на улице? – Недоуменно спросил Дин. - Нет. Не дай боги вам оказаться ночью на улице. Здесь действует комендантский час, который вступает в силу сразу после захода солнца. И поэтому любой остроухий ночью законная добыча для шевалье, которые развлекаются тут подобным образом. - Больные ублюдки. – Сплюнул Дин. – И что делать? - Надо поспрашивать других эльфов. Многие за пару монет готовы приютить, но делают это только тогда, когда уверенны в постояльце. Были случаи, когда таким образом подставляли сердобольных эльфов, естественно за награду от орлейцев. - Да они конченные. Ebuchie pidorasi… - Едва не зарычал Дин. Но встретившись с внимательным взглядом Затриана, отвел глаза. Воспоминания их разговоров об уничтожении человеческой расы всплывали в голове регулярно. Особенно теперь. - Надо привести в себя старушку. Либо подскажет где заселиться, либо поселит у себя. – Произнес Коул. Так и поступили. Шокированная бабуля, которая уже думала что умерла, расплакалась у всех на глазах, лишь громко шмыгая носом, отчего Дину стало еще более противно на душе. Ему хотелось разнести этот город и каждого человека в нем. - Я… я приючу вас у себя, мои спасители…. – Шмыгнула старушка. - Спасибо, бабуля. – Кивнул Дин, облегченно улыбнувшись, однако вызвал еще более сильный плач. - Я не старая, мне тридцать зим… - Опять заревела та, вызвав недоуменные переглядывания у эльфов. - Э… Конечно молодая леди! – Попытался исправить положение Дин, однако та резко махнула рукой, прерывая его оправдания. - Я уже думала, что умру, и вознесусь к свету Создателя… - Протянула та, швыркая носом, чем вызвала моментальную реакцию среди долийцев, которые слегка поморщились при упоминании Создателя. За исключением Дина. – Там меня ждет семья… всех потеряла… одна осталась… думала, хоть так… Эльфы молчали. Да и что тут говорить? - Ты отвезешь нас к себе? Нам нужно убежище на пару дней, оплатим все как положено и обеспечим продуктами. – Внимательно уставился в глаза женщины Дин. Действительно, не так стара, как изначально показалось. Низкая, худая, слегка горбатая, с обильными морщинами на лице, тем не менее она не была старухой. Неужели здесь царили подобные условия, что даже более долгоживущие эльфы начинали стареть уже в таком возрасте?  Дин встряхнул головой. - Да… Ради Создателя, да… - Прошептала женщина и стала указывать им путь. Они проехали на телеге через большую половину города, и нашли ее дом уже в вечерних сумерках. Эльфов на дорогах становилось все меньше и меньше, отчего им пришлось торопиться. Наконец они заселились. - Мда… - Многозначительно протянул Дин, когда вошел в сарай Жанны, а именно так звали женщину. Маленькое и скособоченное строение, три на четыре метра из тонких досок, которые наполовину прогнили, вызывали тоску. Да и окон не было. Лишь косая дверь, что едва держалась на тонком кожаном ремне и все. Ложиться не хотелось, как и прикасаться к чему-либо в этом помещении, поэтому Дин сел на единственный табурет, однако его оттуда согнал Затриан. - Будьте гостями, хлеба и соли предложить вам не могу... нету. – Жанна показала им грязные ладони. - Не переживай. – Произнес Коул, который чувствовал себя более уверенно, по сравнению с остальными. – Хлеб у нас есть и с тобой мы поделимся. - Ох какая радость! – Улыбнулась старушка, показав отсутствующие передние зубы, отчего Дина еле заметно передёрнуло. Они сели кушать, и бабуля начала им рассказывать про свою жизнь. Выходило грустно и печально. Родилась в Халамширале, всю жизнь в нем прожила, вышла замуж за эльфа, родила двоих детей, которых унесла лихорадка в первые же годы. Мужа потом убили местные власти, когда тот не успел вернуться домой до заката. Они даже нашла его растоптанные останки и опознала его лишь по обрывкам рубахи, которую сама ему и сшила. Теперь она жила, не зная для чего, но нашла себя в вере в Создателя. - Так Создатель бог людей, из-за которых все потеряла, разве нет? – Раздраженно спросил Лори, когда та затронула столь щекотливую тему. - А оттого он и наказал меня, что эльфийка я. И признаю, виновата я.- Опустила голову Жанна. - Вот дура. – Выдохнул Лори. – У эльфов свои боги есть, им и молись! - А думаешь я не молилась? – Потерянно спросила бабуля. – Каждый удар сердца молилась, чтобы дети мои выжили, чтобы муж мой жив был. Никто не услышал. А Создатель слышит! - И как ты это поняла? – Влез в разговор Коул. - Так беды со мной из-за кого случились? Из-за Создателя! А виновна я, что эльфийка? Виновата я! – Как идиотам пояснила непробиваемая старуха, отчего мужчины начали переглядываться друг с другом. - Ну ты и дура. – Припечатал Лори, а Дину стало жаль сломленную женщину, которая потеряла все и просто пыталась обосновать свою горькую долю. - Скажи, женщина. – Неожиданный голос Затриана отчего-то пробрал Дина до костей, как видимо и остальных. Лори и молчаливый Фин встали по стойке смирно, а Коул напрягся всем телом. Даже рот у старухи затрясся как будто та замерзла. - Скажи, женщина. – Еще раз повторил учитель, видимо собираясь с мыслями. – Если ты увидишь, что эльфийские боги существуют, ты поверишь в них? - А к-как-же… - Пролепетала Жанна. – Е-если будут они, я им жизнь свою отдам… И попрошу отомстить за все мои страдания… - Заплакала женщина, тихо швыркая носом. Ни завываний, ни громких звуков. Только слезы сломленной женщины. Дин вспомнил, что также плакал в свое время Кейн, приемный мальчишка, который поселился в их клане. Тот тоже, если и плакал, то плакал молча. Беззвучно, но не менее горько чем остальные. *** На следующий день, после памятного разговора со старухой, Затриан отправил Фина и Лори с письмами, о содержании которых Дин только гадал. Они уже неделю исследовали Халамширал, который не переставал потрясать их своими порядками. Посмотрели, как проводят охоту шевалье за припозднившимся эльфами. Увидели, как выживают местные остроухие в нечеловеческих условиях, и даже убивают за гнилую краюшку хлеба. Даже пару раз пробирались во дворец, наблюдая за его придворной жизнью, которая тут кипела. Контраст потрясал. Еда, развлечения всех мастей, роскошь и удобства разделяли лишь стены, за которыми начиналась бесправная жизнь фактически рабов, которые каждый день думали только о еде. И вот в очередную ночь они выбрались на крышу одного из домов, на которых скоро должна была начаться очередная охота местных рыцарей за остроухой добычей. - Жизнь здесь конечно дерьмо… - Вдохнул Дин местный вонючий воздух. – Аж жить не хочется. - Действительно. – Подтвердил Затриан, оглядывая окрестности. Полумесяц слабо освещал ночную мглу этого эльфийского города-гетто. Наверное, местный пейзаж больше всего походил на Нью-Мехико, его самые грязные кварталы. Только дворец, да Церковь выделялись, ярко освещаемые магическими фонарями. - Он был другим. Я помню Халамширал, когда он был самым красивым городом в этом мире. Там. – Он указал на дворец. – Единственное, что не изменилось в этом городе - его сердце, оно осквернено, но не разрушено. И здесь, где живут теперь живут униженные и сломанные, раньше росло множество деревьев, среди которых жили свободные эльфы. Множество городов и деревень растекались из этого места, и все жили хорошо и свободно. Лишь Церковь постоянно пыталась влезать в дела последнего королевства, и я помню, для чего им это было нужно. Они хотели забрать под контроль имперский тракт до самого Орзамара. И они получили свое, а мой народ извергнут в пучины мрака. На крыше воцарилось молчание. Дин не знал что говорить, и теперь куда больше понимал всю силу ненависти древнего эльфа к людям. - Совсем скоро я введу тебя в курс своего плана. И я подумал над твоими словами, они звучат логично. Уничтожение Завесы оставим на самый крайний случай, ведь ты прав насчет его надежности. Но вместо этого я попрошу тебя, чтобы ты никогда не предавал теперь уже и твой народ. – Сказал Затриан, устремив свой взгляд на Дина. – И сделаешь все, чтобы он жил лучше. - Я никогда не предам эльфов. – Кивнул Дин. – И сделаю все, что смогу. - И теперь я тебе верю. – Кивнул учитель. – Ты готов? - К чему? – Поднял бровь Дин. - К тому, чтобы сжечь этот город. – Усмехнулся Затриан. - И уничтожить самое большое свидетельство нашего унижения. - Вот сейчас вообще не понял. Это типа план такой? - В шоке Дин уставился на своего учителя, от которого повеяло свежим ветром. - Да, это план, мой ученик. Точнее его самый первый этап, и клянусь моей жизнью, я впервые за долгие века буду получать от его исполнения настоящее удовольствие. - Древний эльф будто впервые за долгие годы вздохнул полной грудью. - Вы точно псих, учитель.