Открой своё сердце — веки

~~~~

Нил вдохнул чистый воздух, выходя из автобуса. Его конечности затекли спустя несколько часов сидения на одном месте, а голова кипела от многочасового гудения двигателя. Он был рад уже покинуть этот автобус, ведь его явно не проветривали с момента создания. Прохладный ветер залетел ему под толстовку, принуждая Нила сморщиться. Сейчас был конец ноября, но погода начала портиться ещё раньше, чем в прошлом году. Хотя, может, Нил так ярко замечает разницу в температуре из-за того, что рядом нет теплого плеча. Он прижал сумку поближе к себе, пытаясь сжаться, дабы не видеть заинтересованые взгляды на своей персоне. Нил знал, что направляясь в такой тихий городок, как Милпорт — он будет ощущать себя крайне некомфортно, однако некий шанс на безопасность стоил его нежных чувств. Люди всегда будут смотреть на то, что выбивается из их обычной среды, а особенно на подростка, что приехал без сопровождения. Волоски на его шее приподнялись, а по пальцам прошлась нервная дрожь, когда, видимо, контролёр посмотрел на него из-под очков, перескакивая с его удостоверения личности. — Восемнадцать лет? — Да, сэр. Мужчина ещё несколько секунд пытливо разглядывал его с ног до головы, но вскоре тепло улыбнулся. От такой резкой смены эмоций Нил опешил, сжимая кулаки. Почему он улыбается? Может, раскрыл его ложь по поводу возраста? На самом деле ему должно исполниться восемнадцать только через три месяца, однако при измененных данных в паспорте всегда сложнее найти человека. Да и, устроиться в школу будет намного легче, если Нил добавит себе пару лишних месяцев, чтобы учителя слишком сильно не наседали. Иметь в кармане запасной номер взрослого ему, конечно, не помешает, но лучше обойтись без таких ситуаций, где ему придется звонить туда. Опять же, избыточный риск всегда был и будет вреден. — Приятного посещения этого города. Надеюсь вам тут понравится. Нил скомканно кивнул, стараясь побыстрее пройти дальше, чтобы слиться с толпой. Милпорт — город, где в основном остаются либо старики, что привыкли здесь жить и не хотят переезжать, либо молодежь, что ещё слишком мала. Оставаться, значит привлечь к себе внимание, но именно это, возможно, Нилу и нужно? Тут, где слухи разлетаются как семена на ветру, новость о чужаке быстро дойдет до него, предупреждая. Главное, иметь уши и глаза в разных уголках города, дабы не упустить нужный момент. Нил не думал, что вирус доберётся до этого места. Слишком оно было отдалённым от городов миллионников. Но даже так был шанс попасться. Под ногами зашуршал мусор, а в нос забился запах чего-то протухшего. Нил понадеялся, что улицы тут будут почище, чем в прошлом городе, где он оставался, впрочем, это было не особо важно. Человек может привыкнуть даже к нереальным для проживания условиям, главное иметь время для этого. Нил убедился в этом на собственном опыте. Серые, с облезлой краской, дома давили на него сверху. А вороны, что сидели на проводах и карнизах громко каркали, нагнетая атмосферу. Это первый город, где Нил начал осознавать себя и свои поступки, всё, что было до этого покрылось плотной матовой пленкой. Страх всегда сидел в его теле, иногда просыпаясь и, словно, желая напомнить о себе, оседал в его конечностях и голове, заставляя его нервничать пуще прежнего. И сейчас это проявлялось в подёргивании лямки от сумки и быстрому метанию зрачков за всеми прохожими. «Был ли Нил тут в безопасности? Стоило ли ему сейчас вернуться на автобусную остановку и уехать в другое место? А если этот город уже заражён, просто репортёры ещё не добрались сюда?» Нил вздрогнул от пробежавших рядом подростков, что своим весёлым смехом разгоняли народ впереди. Он проследил за их траекторией, с чего-то чувствуя онемение в кончиках пальцев. Ребята выглядели такими счастливыми, беззаботными, будто никаких особых проблем у них не было, кроме сдачи экзаменов. Одна девочка мягко обняла парня, что-то шепча ему на ухо, отчего Нил быстро отвернулся. Раскалённый жар поднялся по его телу, душа. Он, как в бреду, дошёл до ближайшей скамейки, мертвым грузом падая на неё, не обращая внимания на беспокойные взгляды прохожих. Нил чувствовал, как его глаза стали более влажными, а горло сжалось в спазме, как после сдерживаемого плача. Он прижал дрожащие пальцы к векам, пытаясь убрать все ужасные мысли из головы. Чем эти дети заслужили счастье? Что они такого сделали, что не ощущают постоянного стресса и боязнь за свою жизнь, ночуя в обшарпанных переулках рядом с мусорными баками? Почему никто не мог сказать Нилу о его проступках, которые он совершил в прошлой, видимо, жизни, раз сейчас получает такой бумеранг. Был ли прав его отец в том, что Натаниэль просто кусок мяса, которое питается за счёт жизней других людей? Он с самого детства видел смерти животных и людей и никак не мог им помочь даже, если бы наплевал на свою безопасность. Мама всегда говорила сторониться такой привязанности, утверждая, что она убивает, но так ли это? Был ли сам Нил привязан к своей матери или это просто слепое доверие к ближайшему тебе человеку, что понимает хоть какую-то часть твоей жизни? Нил любил свою мать, но так же ненавидел её эпизоды, в которые его жизнь становилась хуже и хуже, где просто выйти из её поля зрения — каралось жёсткими взглядами и такими же твёрдыми ударами. Те подростки выглядели счастливыми, но Нилу такого не позволено. Он из другого общества, он просто иной. И если ему суждено прожить короткую жизнь в одиночестве, то пусть так и будет, всё равно ему такое не слишком интересно. Разве что-то значат мягкие прикосновения, кроме как той ненавистной ему жалости?

~~~~

Он дошёл до какого-то квартала на окраине города, стараясь запомнить многие выходы и лестницы. Чем дальше он уходил от главной улицы, тем меньше становилось народа и появлялось больше мусора, словно, желая обозначить границу неблагополучия и безнадёжности. Нил понимал почему-то отсюда многие стремятся уехать, надеясь проявить себя в более успешной отрасли, однако эта тишина, что присутствовала везде, и была нужна парню. Где бы он не находился, за спиной всегда звучали выстрелы, крики и громкий мужской смех, который преследовал его даже во снах, а тут, если и есть какие-то банды, то они делали все тихо, не привлекая к себе громкого внимания. Нил осмотрелся, замечая открытую подъездную дверь в невысокий дом. Он не был уверен, что кто-то вообще смотрит за тем, чтобы люди не заходили сюда, однако оставил этот дом на последок. Вряд-ли там он сейчас найдет пустую квартирку. Возможно, тут и жили только пожилые люди, постоянно сидящие у себя дома, смотря телевизор, но даже так Нил не мог рисковать. Он пнул маленький камень, что лежал посреди дороги, задумываясь. Для поступления в последний класс школы он пришёл слишком поздно, а без официальных документов из «прошлой» школы и подавно его не примут. Был ли в этом вообще смысл в нынешней ситуации, где с каждым днём мир погружается в пучину жёсткости и смерти, что приносили некие существа? Будет ли кому-то в будущем вообще интересно, какую школу он закончил и где? А будет ли просто будущее? Он сжал пальцы в кулак, проглатывая ком в горле. На коже, словно, до сих пор остались кровавые разводы, но теперь там была и его кровь. Рана на боку постоянно ныла, напоминая о произошедшем. Нил боялся вновь встретить то, зная, что в этот раз не выкорабкается. Ему бы стоило сходить в больницу, дабы проверили резанную рану, что Нил зашил самостоятельно в подворотне, но опять же всё сходится в одну точку. Ему нельзя делать этого. Нил уже сам путался во всех запретах и правилах, о каких напомнила ему мать тихим голосом прямо перед смертью. «Меняй имена, внешность, акцент. Будь одновременно кем-то и ничем, чтобы тебя не узнавали. Убегай, не держись ни за что.» Он горько усмехнулся, мельком бросая взгляд на сумку. Мама постоянно твердила, что материальные вещи — это просто груз, однако каждый раз, просыпаясь, впихивала ему эту сумку. Было ли в ней что-то важное, кроме документов и боли, что уже впиталась в её материал? Почти все знания были в его голове, но почему она всегда заставляла его носить с собой сумку? На нос упала крупная снежинка, мгновенно тая. Нил нахмурился, ускоряясь. Ему очень не хотелось оставаться в такую погоду на улице, однако, как назло, вокруг начали ходили люди, кидая на него особые взгляды. Он завернул за ближайшую постройку, оказываясь на небольшой поляне с несколькими одинокими домами. Они выглядели неплохо, а тишина, что стояла в воздухе, говорила, что все хозяева уехали. По сравнению с другими районами тут было чище, скорее всего обуславливаясь предыдущим замечанием. Он походил немного под окнами, пытаясь увидеть помещение изнутри, сквозь мутные окна. Комнаты были полностью пустыми, не считая тонкого матраса около стены. Это было идеальное место для его короткого местожительства. Нил улыбнулся, впервые за долгое время, смахивая волосы назад. Те уже доходили ему до подбородка, но времени постричь их у Нила не было, да и желания водить ножницами возле своего лица тоже как-то не появлялось. Он схватился за оконную раму, с трудом поднимая стекло вверх, слыша треск механизма. Уперевшись ногами в стену, Нил пролез внутрь, морщась от натяжения швов на боку и захтлого запаха, что хлынул ему в лицо, когда он пролез в комнату. спрыгнув с подоконника, он начал осматривать свое новое жилище. Ничего особенного не было, однако тот факт, что теперь ему не придется мёрзнуть под открытым небом ночью, радовал. Эти голые стены без единой капельки живой души, по ощущениям были роднее Нилу, чем собственная комната в Балтиморе. Он прошёлся по остальным комнатам, замечая лишь тонкую паутину и странные пятна на паркете, скорее всего от воды, что текла с потолка. Нил зашёл в комнату, которая была без единого окна, в ней было наиболее тепло, так что решение остаться здесь было вполне оправданным. Сбежать будет намного труднее, но, если он заболеет, то просто встать не сможет, не то что сбежать. Притащив из самой первой комнаты матрас, Нил положил его на середину комнаты, сворачиваясь клубком. Сумку он подложил под голову, стараясь хоть немного поспать, но мысли не исчезали, вихрем нападая на его разум. Он привык спать на полу или на улице, но разве так должно быть? Другие, обычные, дети владеют таким «навыком»? Нил сжался ещё сильнее, складывая сложенные в кулак руки между коленями. Глаза жгло от усталости, но он не мог заснуть, размышляя обо всём. Нил медленно дышал, контролируя свое дыхание, дабы не поддаться привычной панике. Его тело ломило от усталости, а ветер, что сновался по полу, холодил конечности. Имеют ли дети навык выживания?

~~~~

Нил открыл упаковку от батончика, в один миг сьедая его. За два последних месяца его не наседали люди отца, однако существ, скорее даже монстров, он видел не раз. Эти встречи всегда были полны жестокости и странных действий парня, пока тот соображал как ему спастись. То он прыгал под быстро несущиеся машины, стараясь скинуть монстра под колеса, то бил их палкой, получая новые и новые шрамы. Один из тварей прошёлся своими когтями по его щеке, навсегда оставив там нежно-розовый след. Нил видел, как Милпорт постепенно становится всё более и более заражённым, а та непринужденная атмосфера сменяется на мрачную. Подростки больше не ходили по улицам, распевая песни, а остальные прохожие больше не кричали и не кидали взгляды на Нила, сидя в своих запертых квартирах. Он ходил по пустому городу, осознавая, что это конец. Улицы без единого человека, тишина, разрываемая лишь свистом ветра и шелестом мусора, что удвоился в несколько раз за последний месяц. От того, куда он приехал не осталось ни следа. Слишком быстро распространялся этот вирус, и самое ужасное то, что Нил не знал, как это происходит. Возможно от укуса заражённого, а может воздушно-капельным путем, что убьет его намного быстрее. Компьютера у него не было, а идти в какое-то кафе сейчас слишком опасно, особенно, если нет уверенности в связи города. Милпорт находится довольно далеко от других городов и вся информация к нему доходит с неким опозданием, а значит сейчас, когда некому обслуживать телевизионные антенны, они находятся в изоляции. Живот болезненно забурлил, напоминая, что Нил употребил слишком мало пищи. Он осторожно положил руку на живот, немного надавливая, морщась от острой боли. Надеясь, что это не симптомы какой-либо болезни, он приподнялся, хрустя позвонками. Вообще, если так подумать, ситуация ещё не так страшна, как могла быть. Некоторые офисы в городе работают, а больницы, хоть и редко, но принимают больных. Возможно, в других городах уже никого не осталось из-за многочисленности народа, а тут… Тут все в основном сидят у себя по комнатам, страшась ужасных криков, раздававшихся на улице. Он пнул сумку подальше от себя, дабы та не лежала на проходе, замечая, как из неё вываливается его паспорт. Есть ли в нем сейчас смысл? Дотронувшись до него лишь кончиками пальцев, Нил нахмурился от какого-то сжатого чувства внутри. Выпрямившись, он вгляделся в фотку, замечая кое-что на своем лице. Этот паспорт он сделал не так давно, но кое-что уже изменилось, а именно глаза. На фото он ещё даже не догадывался, что весь мир поглотит эта зараза, от которой вряд-ли найдут лекарство. Его надежды ещё не всё рухнули даже, если, тогда он был ближе к дате смерти своей мамы, чем сейчас. Тогда за ним шла невидимая тень из её тела, что обуглилось и прилипло к обшивке кресла автомобиля. Она до сих пор приходит к нему во снах, боль всё так же осталась, но теперь просто другая — ноющая, напоминающая о себе в разные моменты. Он непроизвольно дошёл до ванной, где в углу комнаты лежало запылившиеся зеркало. Это было необдуманное решение, просто какая-то тяга, но Нил посмотрел туда, вздрагивая. Два голубых омута, что он видел раньше, в детстве, глядели на него, однако были под какой-то дымкой. Словно та искра уже истратила всю свою энергию, аккуратно потухая. Нил подставил рядом со своим лицом фотку, проверяя насколько сильны изменения. Более резкая линия челюсти, отросшие волосы, что постоянно лезли ему в глаза и рот и странная бледность тона кожи. Он попытался натянуть улыбку, что всегда должна была быть на его лице, ради прикрытия, но быстро сдался, видя ужасающую гримасу. Что за эти месяцы произошло? С каких пор ему стало всё равно на линзы и темную краску для волос? Нил с усилием потянул себя за прядь волос, замечая отросшие яркие корни. Воздух вылетел из его сжатых губ, пока он пытался собраться с силами и всячески отгонял ужасные образы. Диафрагма болела от его частых, но мельких попыток вдохнуть, а колени слабели, однако Нил просто замер, смотря в зеркало. Был ли он всегда так похож на своего отца или с возрастом он так сильно изменился? Нил крепко сжал пальцы в кулаки, зажмуриваясь. Чтобы ему не говорила мать, он всегда видел в зеркале своего отца, а не свой образ. С черными волосами, зелёными линзами — черты всё равно были ярко выражены. Они всегда напоминали ему, какой он монстр, убивший кучу народа на своем пути. А теперь, будет ли его отец пытаться его поймать или наконец-то обратит внимание на более существенную проблему в виде апокалипсиса, что шёл нога в ногу с ним? Он выбежал из ванной комнаты, слыша громкий звон зеркала, что уронил на пол. Может он и не имел компьютера, однако одно место он знал, где тот точно будет. Выходить почти на закате опасно, но если он не узнает правду прямо сейчас, то самолично побежит в руки отца. Эта правда, что находилась в него уже на кончиках пальцев, поднимала давно забывший вихрь ожидания. Узнать, есть ли у него ещё шансы на выживание — было кусочком сахара на языке. Дверь его шахтлого дома захлопнулась с громким скрипом, Нил рванул вниз по холму, слыша свое сердцебиение. Не подумав о том, чтобы накинуть на себя кофту, он выбежал в лёгкой футболке, сразу же продрогая до костей. Мельком осматривая дорогу впереди, Нил добежал до какого-то научного клуба, что заметил не так давно, но боялся оставаться на новой территории одним. Заглушив свои шаги он зашёл через разбитую стеклянную дверь, придерживаясь, дабы это что-то увидеть в темноте. На ощупь Нил дошёл до старого компьютера, молясь, чтобы он заработал. Нил не знал, почему ему так везёт сегодня, но вскоре экран загорелся и он, не теряя времени, зашёл в поисковик. Главная страница была старанно пуста, кроме одной яркокрасной таблички: «Введен карантинный режим на неопределенное время. Просьба не выходить из собственных квартир, избегать контакта с заражённым и другими людьми, дабы вирус не распостранялся. Будьте внимательны! ! Передается: воздушно-капельным путем и гемоконтактно. Носители: насекомые.! Появился: 06.06.2006 нарушилась техника безопасности в исследовательском центре в городе ***, после чего заразился сам учёный, а позже его семья, которой меньше чем за сутки передался патоген. Симптомы: видимое сокращение мышц, увеличение зрачков, появление большего потоотделения, галлюцинации на первой стадии заражения, что приводят к нервному поведению и беспокойному сну. Лекарство: не найдено. Звоните по номеру: +1........, если заразились или нашли возможное решение проблемы.» Он обречённо упал на колени, прижимая похолодевшие костяшки пальцев к векам. Всё обстояло намного хуже, чем он мог рассчитывать.

~~~~

Нил раскрыл веки, стараясь не шевелиться, и судорожно обхватил нож под импровизированной подушкой, не обращая внимание на жжение в ладони от ощущения холодной стали. Сон мгновенно ушёл в самые дальние уголки его тела, оставляя только чистый разум. В комнате не было окон, так что он не мог даже узнать, сколько сейчас времени. Кислота медленно поднялась по его глотке, оседая на корне языка. Он в ловушке. В темноте квартиры Нил не мог разглядеть не только собственных пальцев, но и, уж точно, не наёмного убийцу. Он прислушался, слыша только тихий скрип и громкое дыхание из соседних комнат. Оно было слишком ему знакомо. Блять. Нил на секунду закрыл глаза, проклиная всё на свете. За всё время, что он был в этом доме, существа не забретали даже в соседние улочки, а тут одно из них забралось прямо к нему. Он быстро проигрался, желая, чтобы организм быстрее привык к полной темноте. Аккуратно приподнимаясь, Нил вспонимал, как он поставил лестницу на крышу, в случае возникновения таких ситуаций. Да, существа имеют очень хорошую физическую форму, однако интеллекта у них почти не осталось, в чём он раз за разом убеждался. Деревяшка, которую он положил в пяти метрах от своего пристанища, сломалась на пополам, создавая явный шум. Нил остервенело вскочил на ноги, ощущая, как его ноги пружинят, пытаясь скинуть лишнюю нервную энергию. Шансов на жизнь в таком мире ничтожна, но пока не равна нулю, и только, когда, его отец остынет в твердой, покрывшейся мусором, земле, тогда Нил сможет спокойно выдохнуть, оставляя свой последний вздох где-то за мусоркой. Это было несбыточной мечтой, о которой он старался не думать слишком часто, дабы не начать верить в её осуществление. Шагая по потресканному паркету, он прижался к стене, чувствуя лопатками её мертвый холод. Нил сосредоточил свое внимание на дверном проеме, держа руку с ножом возле груди. В воздухе летало электричество, от напряжения всего его тела. Воспоминания от многочисленных встреч с монстрами пролетели мимо его глаз, принося с собой немую панику. Каждый раз встречать эти белые глаза, что смотрят на тебя с отрешенностью и той пустотой, что есть только у старых, давно заброшенных, кукол. В детстве он видел такую у какой-то старушки в сумке, она выглядывала из-под пакета, смотря на мир своими кристально белыми зрачками. Нил помнил, как отшатнулся от женщины, получая резкий щипок за предплечье от матери, но ответсти взгляд не мог. До сих пор он до крупиц помнил тот образ: красные губы, что были поджаты в каком-то смирении, уложенные черные волосы, тонкое тельце в розоватое платьице, — но в ней ощущалась та искусственность, что нельзя подделать. Выглядела опрятно, однако ни капли души в неё вложено не было. И вот так с этими существами, исключая конечно приличный вид. Они выглядели почти, как обычные, но слегка приболевшие люди, но движения, видоизмененные черты лица и черные когти, переходящие в позеленевшие руки, показывали их нутро. Он прикусил губу, дабы не выдохнуть свой страх, когда с громким шумом когти прошлись по дверному косяку, оставляя после себя царапины. Нила трясло от ожидания чего-то, может чуда, а может обыкновенной смерти с невероятным ощущением боли. Нагнувшись чуть вперёд, дабы размах получился более точным и резким, он вздрогнул от крика, что в мгновение разрезал тишину. Не желая больше медлить, Нил выскочил из своего «укрытия», занося нож в приблизительное месторасположение монстра. Лезвие проскользило в пару сантиметров от падающего тела, а брови Нила изогнулись. Что? Он поднял взгляд с замершего тела под ногами, замечая светлую макушку, что скрывалась в мраке комнаты. — Что? — он задал в слух свой же вопрос, пытаясь осознать произошедшее несколько секунд назад. Существо ещё пару секунд брыкалось, но видимо этот кто-то повредил слишком важные части его организма, что ему ничего не оставалось делать, кроме как лежать, с невероятной скоростью крутя головой в разные стороны. Почувствовав лёгкий укус возле своей ноги, Нил отпрыгнул, как ошпаренный, направляясь в сторону некого спасителя. Никто в городе не осмелился бы выйти на эту лицу, тем более слыша звуки монстра. Пришлось приложить пару усилий, но в итоге Нил догнал этого человека, возле двери на выход. Невысокая фигура полностью в черной одежде, направляясь вперёд, словно то, что только что произошло — совсем обыкновенное событие. — Эй!.. Блондин резко развернулся, впиваясь в него холодным взглядом. Луна осветила четкую линию челюсти и впалые скулы, создавая образ воина, прошедшего через многие страдания, но сумевший выкорабкаться. Бледные губы изогнулись в чем-то наподобие презрения, пока парень снова отворачивался, на ходу вытирая свои длинные ножи. — Ты… Как ты это сделал? — все слова замерли у Нила в горле, пока сердцебиение медленно приходило в норму. Для поддержания равновесия он схватился за ручку двери, сразу же одергивая руку, ощутив липкую жидкость на ней — кровь. Пальцы задрожали, а значки расширились, пока он смотрел на разводы, стекающие на пол с его пальцев. От этого зрелища его отвлек незаинтересованный и апатичный голос спереди: — Не зевай. Пара слов, но их хватило, чтобы вывести Нила из того состояния. Он открыл рот, дабы снова что-то выдавить из себя, но пролетевший нож возле лица, остановил поток его мыслей. Тонкое острое лезвие вонзилось в деревянную поверхность возле его уха. Красивая узорчатая рукоять ножа ярко блестела в свете луны, но больше Нила привлек цепляющий взгляд парня из маленького отражения. Тот смотрел так, словно видел всю подноготную Нила, самовольно расскидывая эти знания по папкам. «Оу, недавняя паника от встречи с уже «родными» существами? Положим её на главную полку, чтобы все прохожие видели эту слабину.» Он схватился за нож, одним движения доставая его, но тот парень, уже успел скрыться, оставляя после себя ослабевшего монстра и красивое оружие, с ещё теплой рукояткой от прикосновения к ней чужой руки. Это было далёкое косвенное касание, однако оно было всем за эти месяцы, без твердого плеча матери.

~~~~

Нил притаился возле какого-то дома, бережно прижимая к себе сумку. После случившегося он быстро забрал свои пожитки из той комнаты, стараясь обойти стороной двигающееся тело. В голове до сих пор крутилось множество вопросов и вариантов, которые он не мог разгадать. Почему тот парень преследовал монстра? А может он наоборот старался убежать от него и случайно наткнулся на этот дом? Нил всегда знал, что драки это не его конёк и, что ему намного легче просто убежать, его этому учили. Но увидев, как этот парень меньше чем за десять секунд смог обезвредить существо, Нил осознал насколько он слаб. Даже с ножом он не успел сразиться с этим монстром, надеясь, что тот просто его не заметит. Он сжал и разжал кулак, смотря на новый предмет в своей руке. Тот парень специально кинул ему оружие или старался напугать, показав своё ясное превосходство над Нилом? Натаниэля обучали в детстве рукопашному и бою с ножами, но он никогда не доходил по планки ожидания учителя. Его слишком маленькие пальцы плохо обхватывали оружие из-за чего его было легко потерять, а ещё нежное, детское сердце не стало таким чёрствым, как сейчас, боясь нанести сильный удар по другому человеку или животному. Нил помнил свой страх, когда его звали в подвал на очередные «уроки», после которых, а иногда и во время следовало наказание. Металл сверкнул и Нил увидел свой глаз в отражении. Он поморщился от отвращения, видя эту голубизну. Если не приглядываться, то может показаться, что радужки у него нет, только черный зрачок. «А значит мой отец и я всегда были монстрами, похуже этих». Промелькнула такая мысль у него, перед тем, как Нил потерял сознание от усталости.

~~~~

Он очнулся от грубого толчка в плечо, сразу же вскидывая в сторону нож. Зрение ещё было мыльным, однако насмешливый голос Нил смог распознать даже в таком состоянии. — Раз с первого раза не получилось убиться, значит сейчас решил повторить попытку? Нахмурившись, он чутка отпозл от парня, вставая на ноги, дабы не быть в неудобном положении. При солнце блондин выглядел не старше его, однако мужественные черты проявлялись выраженее, чем у Нила. Из-за недостатка еды, отсутствия нормального сна и постоянного стресса Нил выглядел худощавым, хоть и чуть выше этого парня. — Ты, вообще, кто? — Нил задал вполне себе разумный вопрос, однако увидел только в скептизе приподнятую бровь. От такого ярко выраженного спектра эмоций ему захотелось скривиться. Возможно, он выбрал не очень удачное время и место для знакомства, но реагировать, словно Нил самый глупых из всех возможных оставшихся людей не показывает тебя с лучшей стороны. Нил видел этого парня уже второй раз, а это уже точно что-то значит. — Почему ты так легко разгуливаешь по улице? Считаешь себя неприкосновенным? Этот вопрос мучил его больше всего. Видя реакцию всех остальных жителей, да и мира в целом, этот парень вел себя вполне спокойно и свободно. Нил сам каждый раз вздрагивал, когда слышал характерные звуки этих существ, осознанно боясь их. — Чего так завелся? Неужели есть какая-то зависть к моим поступкам? Не смог ни одного раза обезвредить тварь? Дрожь пробежала по шее Нила, от того что его подозрения подтвердились. Этот безразличный взгляд проникал прямо в душу, видя все черные грани человеческого организма. Это ужасно до невероятных размеров, но так же какая-то часть в груди желала приблизиться к нему, удовлетворить интерес. — У меня есть дела поважнее отчаянного самоубийства, — упрямо отчеканил Нил, отворачивая в сторону голову. Он понимал, что то ощущение пустоты так же связано с этим вирусом, где Нил может только плыть по течению. Только признаваться в этом незнакомцу он не собирался, всё равно больше не встретятся. Нил завтра уйдет в другую часть города, дабы найти новое пристанище, взамен того. Блондин пожал плечами, чуть отходя от него. Нила сразу же привлекла черная ткань на его мощных руках, и парень, видимо заметив это, аккуратно достал одно из лезвий, крутя его между фаланг пальцев. — Сколько у тебя их? — не удержался Нил, удивляясь своей разговорчивости с незнакомцем. Это было опасно и необдуманно, но ему так понравилось это чувство. Это было самое основное наказание матери, которое он нарушил только раз, когда решил поцеловать одноклассницу после учебы. Мама заметила его странное поведение, а так же взгляды той девочки. Всю ночь он не спал, боясь потревожить ноющие синяки. Тот смерил его плоским взглядом, постукивая пальцами по стене рядом. Казалось прошло не меньше пяти минут, однако это совсем не чувствовалось под напряжённым ожиданием. Отец и Лола всегда любили ножи, но редко носили с собой, оставляя это дело на руки других людей. Им больше нравилось наслаждаться страданиями и паникой жертвы, когда те понимали куда их привезли и что будут сейчас с ними делать. Любил ли этот парень так же ножи или предпочитал носить их с собой из-за условий вокруг? — Думаю, на всех хватит, — он провел ножом по кончику пальца, где сразу выступила капля крови. — Или надо врукопашную драться? Нил усмехнулся, стараясь подавить другие воспоминания о этом предмете. У него самого в сумке лежал один нож, но прикасался к нему очень редко, сторонясь жгучей боли в месте соприкосновения. Когда мама была ещё жива они имели при себе пару пистолетов, но Нил не очень умел ими пользоваться, Мэри просто не объяснила ему, сразу же кидая в открытое плавание. Он помнил взрывной звук выстрела и оглушающую боль в плече, куда попала та пуля. Он просто попался под руку, неудачно встал, однако последствия оказались колоссальные — Натаниэль около месяца не снимал бронежилет, а мать после этого поседела ещё на несколько прядей. — С ними не стоит вообще встречаться. — Да? — блондин посмотрел на него, как на придурошного, закуривая сигарету. Яркий знакомый аромат долетел до Нила, и он сам не заметил, как чуть наклонился в ту сторону. Два забивал носоглотку, заставлял глаза слезиться от горечи, но он не переставал дышать полной грудью. Этот запах всегда приносил чувство спокойствия, а потом и некую ностальгию. Мэри в его детстве часто курила в кабинете, дабы Натан не чувствовал этот «неженский» аромат, а Натаниэль забегал туда, чтобы поиграть. Те времена ещё не были настолько омрачены и Нил не чувствовал боли вспоминая их. Дым от горящей сигареты так же напонимал ему образ горящей машины, что он всячески игнорировал. То пахло горелой кожей, сажей и ненавистью вперемешку с желанием навсегда остаться на этом пляжу, держа в руках кости матери, а этот, как всемирное спокойствие. Нил смахнул пелену с глаз, поднимая их на чистое небо. Будут ли в его жизни когда-нибудь спокойные дни?

~~~~

Он осмотрелся, направляясь в сторону грязного пруда. По рассказам от подростков, тот пруд сначала был чистым, заселенным разными морскими обитателями. Но с пришедшей засухой и начала массового производства товаров он исчез, оставляя после себя кратор утекших воспоминаний. Нил пнул маленький камень, видя как тот скатывается по склону, собирая на себе кусочки снега. Он прибыл в эту часть города почти сразу же после той, второй встречи с блондином. Ехать на автобусе около часа, но те сейчас не работают, поэтому Нил бежал. Он шёл через привычные грязные улочки, в которых когда-то ночевал, будучи маленьким мальчиком с мамой под руку, через сломанные мосты, которые раньше выглядели невероятно. Имел ли его переезд пользу? Как скоро монстры нагрянут в его новый дом и ему снова придеться убегать? Он присел на сухую траву с маленьким количеством инея, смотря себе под ноги. Последние месяцы высосали из него все соки и Нил просто устал. Все те доверенные лица, про которых ему мать твердила бессонными ночами, давно сидят в своих бункерах, не осмеливаясь выйти на улицу. Все богатые, давно уже устроили себе пир где-то под землёй, не обращая внимание на проблему сверху. Никто не ожидал, что такое быстрое развитие вируса вообще может произойти, но столкнувшись с этим, все поджали хвосты, стараясь скинуть ответственность на кого-то другого. Нил немного вытянулся, слыша, редкое, но радующее душу, пение птиц. Те, что ещё не улетели, сидели где-то на ветках, не понимая, что творится сейчас в мире. Ощупав заживший порез пальцами, он удовлетворённо выдохнул, понимая, что в этот раз все прошло хорошо. Останется как всегда бледный, тянущий кожу, шрам, однако он выжил. Все те следы, что на нём оставила жизнь — свидетельство его путей к выживанию. Но они не были красивыми и сильного повода для гордости они отнюдь не создавали. Нил раскрыл свою сумку, перепроверял все вещи. С каждым днём его запасов становилось всё меньше, а деньги теряли своё значение в этом мире. В магазинах всё больше продуктов было испорчено из-за недостатка персонала, но консервы ещё лежали на пыльных полках, ожидая заблудших в это здание людей. Сзади хрустнула ветка, заставляя Нила резко развернуться. Он прищурился, пытаясь увидеть хоть что-то сквозь плотный туман и снег, падающий с неба. Где-то вдалеке на него смотрел парень, крутя в руках матовый Glock 19. Его движения были выверены, словно он давно знал, как пользоваться этим оружием, но без умысла рисоваться перед кем-то. Он не подходил ближе, оставаясь стоять возле осыпавшихся деревьев, только Нил всё равно чувствовал влияние, что он оказывал на него. Скрещенные на груди сильные предплечья, с выделяющимися венами, показывали всю мощь, скрытую в этом невысоком человеке. — Почему ты оказался тут? Преследуешь? — Заняться мне больше нечем, — он смерил его холодным взглядом, под которым кожа Нила мгновенно наэлектризовалась. На прохладном ветру блондинистые волосы развивались, а кожа на чужих скулах чуть порозовела, однако парень не выдавал никаких признаков, что ему некомфортно. Нил невольно закусил губу, осознавая, что чувствует себя слишком странно в компании этого парня. Разве так должно быть? Это совсем незнакомый ему человек в такой ужасной ситуации в мире, а тем более тот имеет оружие. Мимолётно кинув взгляд на него, Нил почувствовал раздражение, сразу же сжав пальцы в кулаки до боли в суставах. Он слишком размяк за последние дни, раз почувствовал что-то кроме безразличия к человеку, который просто спасал свою жизнь, а Нил попался под руку. Резко встав на ноги, не обращая внимание на головокружение и яркую белую вспышку перед глазами, Нил направился к выходу из парка, ощущая себя слишком беззащитным, как на ладони. Высматривая среди малочисленных деревьев что-то опасное, Нил не мог не заметить за собой слежку. Место, куда смотрели чужие глаза, стало гореть, словно к нему приложили раскалённый утюг. Нил знал это ощущение, его детское тело помнило это. Он напрягся, чуть ускоряясь и начиная уходить в сторону, чтобы попробовать скрыться. Вокруг несколько километров пустоты и зелени, а даже, если бы он был в городе, никто бы не помог ему. Дыхание перехватило и Нил снова свернул на другую тропинку, незаметно пытаясь осмотреться. Напряжение било его по костям, а колени прогибались под весом тела. Он хрипло вдохнул прохладный воздух, стараясь восстановить бдительность и вернуть холодный разум, но Нил не мог забыть, как закончилось их последнее с матерью преследование. Он знал где находятся несколько выходов из этого парка, но успеет ли он? Кому снова понадобилась его душа в апокалипсис, неужели ещё остались такие люди? Сделав вид, что он что-то уронил, Нил присел на корточки, посматривая назад. Сердце опустилось в ноги и, казалось, перестало биться, замирая от ужаса. По оснащённой камнями тропинке шёл уже знакомый Нилу блондин. Гнев поднялся по его венам, оседая в прерывистом дыхании. Пальцы затряслись и он резко поднялся, отдаленно слыша хруст коленных чашечек. Перед глазами всё, словно, погрузилось в красный туман, где его целью была одна персона. Отвращение смешалось с яростью, от того, как он сейчас был похож на отца. — Пошёл нахуй, — Нил быстро подлетел к парню, внутренне дрожа от убранного в сторону инстинкта сохранения. сжимая нож в ладони, засунутой в карман. Ноги пружинили, но пока не предпринимали попыток сорваться на бег или в драку, где он бы проиграл. Он ненавидел это чувство. Он был слабее перед этим парнем. — У меня один вопрос: Ты всегда пытаешься нарваться на проблемы или это я просто попадаю в такие твои моменты? — скучающим тоном спросил парень, подстраиваясь под его ритм шага, пока Нил пятился назад от его угрожающей ауры. Голос матери в черепной коробке кричал ему об опасности. — Сначала сидишь в беззащитном доме, который находится в зараженном районе, а теперь? Теперь сидишь посреди улицы, не обращая внимание на окружение. — Мне ещё раз повторить? — Нил скривил губы. Почему этот незнакомец читает ему нравоучения? — Пошёл ты. Если ещё раз увижу тебя рядом с собой — мало не покажется. Блондин пожал плечами, никак не отвечая на его угрозу. Его ожидающий взгляд лишь вызывал страх, что всегда таился внутри тела Нила. Почему он его преследует? — Пожалуйста… — Нил не успел закончил свою фразу, что выходила слишком жалостливой, с чем он тоже не мог ничего поделать, как чужая ладонь резво зажала ему рот. Он попытался отшатнуться, но тот последовал за ним, выглядя агрессивным и почему-то разбитым. Это не было видно явно, просто Нилу так показалось из-за некого блика в глазах, что он видел у себя в краткие моменты озарения после смерти мамы. — Заткнись, — тут же блондин оторвал руку, оставляя после себя теплое ощущение на его губах. Он кратко встряхнул руками, словно, пытаясь скинуть образ чужих губ на своей коже. Отойдя на несколько шагов, он сурово всунул руки в карманы своих черных штанов, нащупывая в них что-то. От этой краткой демонстрации своей слабости, Нил почувствовал укол в сердце. Был ли этот парень таким каменным, как кажется? — Я не преследовал тебя, просто осматривал территории. — Но зачем это тебе? Тут слишком опасно, для таких прогулок, — Нил увёл взгляд в сторону, в голове пытаясь сопоставить его образ со всей информацией, то есть никакой, что ему уже известна. — Именно. Нил нахмурился, морща нос от холода, когда снежинка упала ему на лицо. — Моя цель исследовать и истреблять тварей, а теперь мой вопрос: что посреди такой обезображенной улицы делает беззащитный мальчик? — блондин сморщил губы в усмешке, доставая уже знакомую Нилу сигарету. Горький дым быстро поднялся в небо, уносясь вместе с утекающими облаками. — Выживаю.

~~~~

Нил усмехнулся, который раз замечая за спиной блондина. Это немного напрягало, ведь он не знал настоящие умыслы парня, но что-то у груди всё равно шевелось. Тот хоть и мало, но разговаривал с ним, пусть даже оскорбляя его навыки выживания. Эти разговоры спасали разум Нила, оставляя его ещё в сознании. Чтобы мама не говорила, однако разговаривать с другими людьми нужно, чтобы не сойти с ума. Каждая их мимолётная встреча, заканчивалась короткой перепалкой и каждый раз со взглядом карих глаз — подаренный нож в кармане тяжелел. Может тот пытается влиться в его доверие, а потом убьет, как пытались делать помощники отца. А может он просто тоже ищет крупинку общения, среди толпы монстров. Замедлив шаг, он продолжал пока тот догонит его. С каждым днём в Милпорте становилось всё холоднее и холоднее, что Нилу приходилось искать теплую одежду, дабы не простыть. Это приносило неудобства, но, благо, многие магазины сейчас остались без рабочих. Уткув нос в теплый ворот кофты, Нил посмотрел на подоспевшего парня, что кристально смотрел вперёд. — Ты каждый день выходишь наружу? — от еле заметного кивка, по рукам Нила прошлись мурашки. Кто в серьез будет предлагать кому-то такую работу? Это же невероятно опасно и неразумно. — Серьезно? — Надо же как-то избавляться от этих существ, если лекарство не придумали, — блондин задумчиво поднял голову на вверх. Нил чуть нахмурился от вспыхнувшего жара в груди, когда он заметил четкий профиль этого парня. Нос с сильной переносицей и горбинкой, острые скулы и глубокие впадины глаз, которые создавали образ холодного и безучастного человека. Но при этом он не выглядел жестоким, как отец и его помощники. Ни разу за эти встречи Нил не увидел искры наслаждения в этих карих глазах, когда он обезвреживал кого-то из монстров. — Но это опасно… — А сам-то? Разгуливаешь, словно на пробежке. Нил спрятал неожиданно появившуюся ухмылку в кулаке, выдыхая белые клубы горячего воздуха. Они неторопливо шли по городу, видя погребённые мусором улицы и разбитые витрины магазинов. Весь мир поглотил хаос, который теперь нельзя было остановить. — Я просто понял, что даже в собственном доме меня найдут, — он говорил про всё: и про отца, и то тварей, что с каждым днём заполняют города ещё больше, и про свои кошмары с мамой или прошлым. Если он мог на секунду сбежать от этого всего, вдыхая прохладный воздух ночи, то почему бы и нет? — Не хочу тухнуть в одном здании. — И ты что-то говоришь про мою склонность к самоубийству, — тихо пробурчал парень, кидая на него насмешливые взгляды. От тепла, что мгновенно согрело лицо Нила, улыбка спала, оставляя после себя не читаемое выражение. Было ли это всё связано с его ещё открытой раной после матери? Разве не должно быть наоборот, что Нил должна был избегать таких знакомств? Они завернули за угол, прислушиваясь на наличие подозрительных звуков. Нил не знал, сколько осталось в этом городке людей. Он даже не был уверен, что он с этим парнем не единственные выжившие. Почти каждый день прогуливаясь по городу, думая обо всём, Нил не видел и одного человека и не слышал чужие голоса из открытых окон домов. Это не должно было ничего значит, но чувство опустошения с каждым разом росло. Он не сможет улететь из этого города или воспользоваться автостопом, не сможет сбежать в другое место, когда его непременно найдут, у Нила есть всего один выход — идти пешком по пустой автостраде, надеясь на быстрый путь. — Как думаешь в этом городе есть ещё выжившие? Нил не желал смотреть на парня, дабы не видеть на нём уже знакомую ему усмешку, что всегда появлялась на лицах других людей при глупом вопросе. Но прошедшие безмолвные секунды вынудили его развернуться. Блондин смотрел на него привычным взглядом без всякой издёвки, лишь с интересом. — Если бы были, изменило ли это что-то? — Мне кажется, было бы менее одиноко, — неожиданно правда выскочила из его рта, и он не успел закрыть ладонью свои губы. Эта фраза легка между ними безмолвной напряжённой тишиной. Нил слишком расслабился, да? Желание сбежать вспыхнуло в его теле и с каждым мгновением становилось всё ярче. — Есть, — от этого слова у него всё перевернулось. Есть ещё люди в этом городе! Как он смог узнать это, видел ли он их? — Откуда- — Я живу в бункере на окраине этой улицы. Всего нас около 12 человек, но все обязанности распределены равномерно. Мои ты уже знаешь. Где-то вдалеке раздался громкий возглас и парни напряглись. Нил чуть присел, сразу же чувствуя себя не у своей тарелке. Он так увлекся этим разговором, что совсем не смотрел за окружающей его обстановкой. Мама бы избила его сейчас до крови, заметив такую отстранённость. — Ну скажи, хоть, своё имя, незнакомец, — напоследок спросил Нил, не желая прощаться с этим человеком. С тем, кто на крупинку больше знал о его душе, чем все остальные. — Есть ли в этом смысл? — Может да, а может и нет, — Нил развел руками в стороны, внутренне желая узнать ответ на эту просьбу. Узнать имя человека — значит ещё сильнее привязаться и начать строить серьезные планы, а не просто быть безликими знакомыми. Это желание появилось совсем внезапно. Возможно завтра они уже не встретятся и забудут друг дружки лица через неделю, но имя Нил будет помнить всегда. Будет помнить, как все свои: Алекс, Стефан, Крис, Морган и другие, что он менял, как перчатки. Каждое имя имело свою историю, свои шрамы и боль. Каждый раз, когда он получал новый паспорт, он открывал дверцу в новый мир со своей предысторией и заведомым концом. — Эндрю, — спустя время выдохнул парень, нет, Эндрю, специально отворачиваясь, словно не хотел раскрывать свою личность. Нил почувствовал болезненный укол от этого, но не изменил своё выражение лица. Вскинув на прощание ладонь, он ускорился, мимолётно говоря в пространство: — Меня Нил.

~~~~

Нил осторожно зашёл в бункер, держась позади Эндрю. Волнение заполнило его тело до краев, а заусенцы, что он недавно оторвал, покалывали. Примут ли его? Эндрю предложил ему зайти в бункер ещё неделю назад, но Нил не мог так быстро ответить на это предложение. Страх глушил его мысли, подкидывая самые дурацкие идеи. — Проходи, — он легко положил свою горячую ладонь ему на поясницу, опаляя её жаром. Услышав уверенный тон, Нил глубоко вдохнул, открывая дверь, видимо, в гостинную. Все замерли, заметив его силуэт в дверном проеме, однако в следующую секунду весь окружающий мир взорвался разнообразными звуками. — Привет! Эндрю рассказывал о тебе! — воскликнул темнокожий парень, вскакивая со своего места. Нил перевел взгляд на безучастного Эндрю, который кратко пожал плечами. — Не беспокойся, он говорил только хорошее. От странного его подмигивания, Нил чуть отшатнулся, слыша смешки других людей в помещении. — Ники, не пугай его раньше времени, ему и наруже, наверняка, хватало поводов для страха. — Как тебя зовут? — спросила его девушка с миловидной влажностью и покрашенными кончиками волос. От её вида перед глазами Нила пронслось что-то неуловимое тёмное. Он немного отошёл, спиной натыкаясь на крепкое тело Эндрю, стоящего позади. — Нил. — Ты чем-то увлекаешься? — сразу же спросил у него зеленоглазый парень, перебивая и смотря немного свысока. Вспомнив, как в детстве он обожаю историю за её даты и разные интересные моменты, а математику за логичность, Нил это и произнес. — Историю и математику. — Да? — из высокомерного парня он сразу превратился в щеночка, что чуть ли не машет хвостом. Нил невольно усмехнулся от такой реакции, натыкаясь на несмешливый взгляд Эндрю. — Кевин, просто не всем интересны такие занудные предметы, — важно покивал какой-то высокий парень, держа за руку девушку с афрокудрями. — Извини, Нил. От всех этих имён начала кружиться голова и Эндрю заметив это, направил его в сторону диванов. — Приятно с вами познакомиться, — слабо улыбнулся Нил, надеясь, что продержится тут надолго. Тут была своя, иная атмосфера, которая автоматически подхватывала тебя, не давая и шанса остаться где-нибудь одному в угле комнаты. Все вели себя дружелюбно кроме одного парня с азиатской внешностью. Сощурив свои глаза, он недовольно постукивал пальцами по ручкам кресла, с ненавистью смотря на Нила. — Ты откуда? От его тона всё в Нила замерло. Казалось, что он попал на ринг, где Нил — беззащитный кролик, а перед ним огромный тигр. Он не знал, что ни так сделал этому парню. Почему тот так ведёт себя по отношению к Нилу в их первой встрече. — Из Милпорта, а вы разве нет? — Не все из такого нищего города, — только произнес японец, отворачиваясь и начиная сверлить взглядом, вроде, Кевина. Тот мгновенно напрягся, прижимаясь к боку кресла, на котором сидел. Краем глаза Нил заметил, как японец сжал пальцы в кулаки до белых костяшек. Нил пожал плечами, понимая, что теперь будет сторониться этого странного парня.

~~~~

— Я жил сам по себе уже с семи лет, когда понял, что ничто в этой жизни не бесплатно. Это был жестокий, но нужный урок, особенно для такого времени, как сейчас. Безразлично произнес Эндрю, неосознанно поправляя свои повязки. Нил не ведал, зачем тот их носит, но нарушать невидимую границы не собирался, он знал, как это неприятно. Собственные шрамы загудели на коже, а боль от многочисленных переломов снова напомнила о себе. Были ли для него все эти раны уроком, что поможет ему выжить в будущем? Или Нил вёл бы себя абсолютно так же, не имея уродливых отметин и напоминания о людской жестокости? — Думаешь, ты бы не стал таким, как сейчас, не имея такого детства? — задал интересующий его вопрос Нил, облокотившись на подушку, на кровати Эндрю. Они сидели в комнате Эндрю и его близнеца, переместившись сюда после приятного ужина. Атмосфера в бункере была великолепна и Нил даже не знал, что такие добрые люди ещё где-то остались. — Не думаю, всё же многое зависит от того, кем тебя воспитали. От этих слов всё в Нила похолодело. Эта фраза звучала правильно, её никак нельзя было опровергнуть, но часть разума тщательно пытались выкинуть её из головы. Нил не Натан, Натаниэль не похож на своего отца, верно же? — Если тебя учили жестокости, то ты тоже будешь бесчеловечным? — его голос видимо дрожал, что сразу привлекло внимание Эндрю. Он не понимающе нахмурил брови, чуть наклоняясь в сторону Нила. — Нет, — от следущей фразы сердце Нила замерло. Он всегда знал, что Эндрю слишком умный и внимательный, но ещё не видел это на себе. — Ты не такой, Нил. — Откуда ты знаешь? — он хрипло дышал, вспоминая все уроки отца, в позже свое кровавое отражение в маленьком зеркальце. — Ты не знаешь чему меня учили в детстве. — Всё равно, — он грубо прервал его, легонько докасаясь своей рукой до плеча Нила. От твердой уверенности в его голове и тому доверию, что Эндрю уже отдал ему, Нил не мог больше сопротивляться. Может в мыслях все ещё будет крутиться эта мысль, но той прежней веры в неё уже не будет. Наверняка со стороны лучше видно, как Нил себя ведёт по отношению к другим. — Разве ты ведёшь себя ужасно к Дэн, Мэтту? Может ты их желаешь оскорбить или ударить? — Нет конечно, — ошарашенно воскликнул Нил, поднимая брови. Они его друзья или те, кого можно назвать самым близким к этому слову. Даже, если он был не согласен с их словами, Нил максимум мог по-дружески закатить глаза, но никогда не кричать. Мысль об этом вызывала у него горькую неприязнь. — Только Рико — он самый настоящий придурок. Эндрю согласно кивнул, задумчиво водя указательным пальцем по внутренней стороне ладони Нила. От его движений волосы на руке Нила по приподнялись, а маленькая улыбка сама натянулась на его губах. Эндрю не любит, когда кто-то до него касается, но при этом сам постоянно ищет тактильный контакт с ним, то за руку потянет в сторону, то мимолётно проведёт кончиками пальцев по пояснице, пропуская вперёд. Эти все жесты пробуждали в нём что-то иное, что Нил ни разу не испытывал. — Как так оказалось, что Рико попал в вашу команду? Раньше он был терпимее? — Он? Издеваешься? — Эндрю остановил свои движения, но почти сразу продолжил более ласково. Грубые от частых тренировок подушечки пальцев поднялись выше по его предплечью, редко останаливаясь на нежных линиях шрамов от стычек с отцом. — Рико всегда был мерзавцем, постоянно пытавшемся привлечь то ли внимание своего отца, то ли других людей. Ему никогда не хватало внимание и похвалы. Он с Кевином пришли к нам два года назад, когда эта вся заварушка была ещё далеко до нас. Мы тогда учились в университете на разных специальностях, но нас объединял общий дом — квартира Ваймака. Дети из разных неблагополучных семей, с улицы, откуда угодно — он всех приглашал к себе, давая в нужный момент поддержку. Тогда в нашей группе не было всех, только единицы. Нил не понимающе наклонил голову. Получается «Лисы» собирались в разные временные периоды? Как Ваймак находил их всех? — Я уже вижу по твоим глазам кучу вопросов, — усмехнулся Эндрю, зачесывая свои короткие волосы назад. Нила нетерпеливо кивнул, немного краснея от своей реакции. — Сначала присоединились Мэтт и Сет, а так же другие подростки, которых сейчас нет, потом Элисон, Рене и Дэн. Как мне рассказывала Рене они сначала много ссорились, впервые найдя некую заботу в другом человеке. Потом уже пришёл я, а через несколько месяцев к нам прибежали Рико с Кевином за ручку. — За ручку? Они же сейчас чего плохо общаются и постоянно ссорятся? А где Аарон и Ники? — всё больше появлялось у него вопросов, пока Эндрю специально держал таинственную паузу. — Вот тут начинается самое интересное, но думаю в следущий раз тебе расскажу. А то выходит нечестно, слишком много правды даром тебе отдал. — Спроси что-нибудь, — решительно произнес Нил, понимая, что Эндрю так показывает неощутимую грань своём прошлом. Он не хотел давить слишком сильно, зная, что, если Эндрю захочет, то расскажет сам без их «игры». — Как ты оказался в Милпорте? Весь воздух вышел из его груди. Эта тема всё ещё преследовала его во снах, не давая насладиться поглощающей тьмой. Нил сжал пальцы, отдаленно слыша хруст суставов. Эта была его привычка, от которой Нил не мог избавиться. Ещё с детства, когда отец начинал злиться, Нил незаметно сжимал руки в кулаки, давая себя мимолётное ощущение контроля. — Милпорт я выбрал абсолютно случайно, можно сказать, тыкнув пальцем в карту Америки. После… — зрение размылилось, а плечи инстинктивно сгорбились, будто организм сам хотел стать меньше и не привлекать к себе внимание. Перед глазами вспыхнул огонь, а в нос забился удушающий, тошнотворный запах гари. — После смерти мамы я был в бреду, совсем не смотрел куда иду и что, вообще, делаю. Все чувства у меня тогда выключились, даже самые базовые расчёт пропитания и места жительства. Я уже рассказывал, что у меня не было постоянного места жительства, а так же у меня не было безопасного места. — Ты в бегах, — отрешённо сказал Эндрю без вопросительной интонации. Нил не ожидал какой-то бурной реакции на это признание, но и ту пустоту в чужих глазах тоже. Понимал ли Эндрю, что такое жить на улице без нормальной еды, боясь каждый день умереть от отца или городской банды? Знал ли он тоже ту разрывающую тело боль, когда пуля попадает в плечо? — Да, с десяти лет. — А сейчас продолжаешь? — Нилу показалось, что голос Эндрю чутка надорвался, о возможно из-за каких-то своих плохих воспоминаний. — Нет, не думаю, что моему отцу сейчас есть дело до меня в таком то мире. Он желал нас поймать, чтобы отомстить за плохую репутацию в криминальных кругах, что мы ему сделали своим побегом и похищенными деньгами. Он никогда не был образом любящего отца. Эндрю провел пальцем по грубому шраму на его подбородке, что тянулся до кадыка, молчаливо спрашивая. — Мне было около двенадцати, помощница отца схватила меня за углом школы, приставив нож к шее, чтобы я не вырвался. Ей это не помогло, я всё равно смог убежать, но, увы, след остался. Это воспоминание не приносило ему никаких эмоций, всё же в его жизни было полно таких встреч, однако Нил знал, что Эндрю до сих пор ждёт ответ на свой основной вопрос. — Услышав в кафе о этом вирусе, я не думал, что это что-то настолько опасное, моя цель была сбежать как можно дальше. Поэтому я оказался тут, ночуя в каких-то пустых домах. Эндрю кивнул, открывая рот, чтобы продолжить говорить про Рико, но Нил сморщился от боли. Он положил обе ладони себе на живот, чуть склоняясь вперёд, дабы перевести дыхание. — Что случилось? — Мне как-то не хорошо. — Сходи к Аарону, его кабинет прямо по коридору. Нил встал, проводя рукой по твердой щеке Эндрю, давая немое обещание скоро вернуться. Кабинет Аарона находился неподалёку. Передвигаясь черепашьим шагом он шел к нему, чувствуя на себе какую-то мишень. Казалось, что за ним следят, но какой в этом смысл, если он в бункере. Попытавшись ускориться, дабы поскорее изливаться от этого чувства, Нил постучал в дверь. — Открыто, — они с Аароном не очень общаются, если им приходилось в чем-то взаимодействовать, однако тот всегда помогает в вопросах со здоровьем, когда Эбби занята. — Джостен? — Привет, Эндрю сказал обратиться к тебе. — Садись на кресло, — он махнул рукой, надевая очки на кончик носа. От внимательного взгляда Аарона, по его коже пробежади мурашки. — Температура, боли? — Резко заболел живот, насчёт первого не знаю, — услышав недовольный звук от парня, Нил усмехнулся. — Как мне узнать, что есть температура без градусника? — Придурок, попросить кого-то потрогать тебя, не судьба? Держи подмышкой, — он протянул ему ртутный градусник, что-то читая с своих записях. Через минуту, Аарон тяжело вздохнул, забирая предмет. — Ты серьезно сейчас? Дурак, у тебя температура тридцать восемь и пять, как ты не заметил? У меня в кабинете нету лекарства, так что я сейчас на минутку отойду, ты ничего не трогай здесь, понял? Нил кивнул, вставая с кресла. Находится в медицинском кабинете больше нужного у него желания не было. Когда тот сказал о его температуре, Нил сразу почувствовал себя ещё хуже. Ему было слишком жарко, слишком душно в этом бункере. Немного отойдя от комнаты бляха к вентилятору, он просто стоял, стараясь не упасть с ног. Мимо пробежал Аарон, неся в руках разные шприцы и баночки. Он указал на один из них, который был прозрачный с подписью: «Анальгин». — Это жаропонижающее и обезболивающе, сейчас я тебе его вколю внутримышечно, по-… Его прервал громкий крик Ники из другой комнаты что звучал как-то панически. — Блять, ещё подожди немного, — раздраженно попросил Аарон, заворачивая за другой угол, — Этот придурок меня до могилы доведёт. Нил проводил его размытым взглядом, усаживаясь на стул неподалеку. Внимание постепенно ускользало, а тело расслаблялось, принимая форму стула. Один раз он вздрогнул от громкого скрипа и чьих-то матов, но сон был сильнее, держась за него всеми силами. Разбудил его сильный толчок в плечо и хриплый голос Аарона. — Всё теперь никто не пристает, пойдем поможем тебе. По ощущениям Нил не чувствовал своих ног, пока блондин тащил его в свой кабинет. Кинув мимолётный взгляд на шприц с лекарством, он лишь на секунду удивился, заметив чуть другой оттенок — более розоватый от прошлого раза. Расствор, что, окислился за это время? — Сожми пальцы в кулак и немного поработай, — отдалённо произнес Аарон, натягивая жгут ему на руку чуть выше локтя. Спустя секунду Нил почувствовал лёгкий укол, что был ничем по сравнению с его прошлыми шрамами. — Вот и всё, теперь иди полежи, скоро лучше станет. Завтра ещё раз приди ко мне.

~~~~

Он потянулся, сразу же скручиваясь от судорог, что ударили ему в спинные мышцы. Нил тяжело открыл веки, мыльным взглядом упираясь в лампочку над его кроватью. Всё тело болело, словно он спал не на самой мягкой кровати в жизни, а на железной скамейке. В голове без остановки что-то стучало, а футболка вы была влажная. Нил медленно вылез из постели, вздрагивая от холодного воздуха, залетевшего из-под открытой двери. Поменяв футболку на чистую, он хватился за виски от появившейся мигрени. Что с ним такое? — Ты какой-то бледный, всё хорошо? — Спросила по дороге Рене, немного отставая от других девушек. От её внимательного и пристального взгляда хотелось скрыться, однако Нил теперь понимал её мотивы и знал прошлое. Если в начале он сильно сторонился её, боясь той темноты, что она излучала, то сейчас всё более менее хорошо. Нил больше не вздрагивал от её голоса, появившемся из неоткуда, а её всегда спокойный тон часто успокаивал его нервы. — Да, видимо вчера что-то не то съел. — Тебе дать таблетку от живота? Его замутило только от мысли принять ещё одно лекарство. Отрицательно качнув головой, Нил безмолвно направился в гостинную, уходя от вопросов девушки. Могло ли это лекарство так работать? Возможно оно имеет накопительный эффект, но тогда бы Аарон сказал… Он что-то говорил насчёт повторной дозы, но Нил не хотел ещё сильнее мучаться. Лучше подождёт. Зайдя в комнату, он сразу сел на кресло, успокаивая свое участившееся дыхание от минимальной нагрузки. Тело, будто, набилось свинцом, а веки постоянно опускались, грозясь погрузить его в поверхностный сон. Кроме него в комнате так же сидел Рико, спокойно читавший книгу на японском. Разговаривать с ним отнюдь не хотелось, поэтому Нил упёрся отрешенным взглядом в пустую стену. В голове было удивительно тихо, так же как и в комнате. — Что с тобой? Нил крупно вздрогнул от чужого грубого голоса, разорвавшего тишину. Он скосил взгляд на Рико, что теперь смотрел на него своими чёрными, как смоль, глазами. Признаваться в своей боли он не собирался, там более Рико, что всегда находил повод подшутить над ним. — Ничего такого. — Да? А выглядишь ещё хуже прежнего, я не думал, что такое возможно, но, видимо, бывают исключения. Нил потянулся за ручкой, что лежала на маленьком столе перед диваном, но тот не понял намек, продолжая разговор. — Я всегда всем говорил, что ты принесешь только неудачу и болезнь. Так долго был на улице, что наверняка видел заражённых, да и погода там не очень, — Рико деловито посмотрел на свои аккуратные ногти, словно это было интереснее побледневшего лица Нила. Напряжение между ними росло, пока не достигло максимальной точки со злорадной искрой на чужом лице. Японец приоткрыл губы, выдыхая тихие слова: — Как бы ты нас всех не заразил… Нил быстро выбежал из этой комнаты, несмотря на свою слабость, слыша, резкий, похожий на карканье вороны, смех. К чему были последние слова Рико?

~~~~

Нил открыл кран с водой, чуть вздрагивая от холодной воды. По предплечьям прошлась дрожь и он зачерпнул немного жидкости, умывая лицо. В голове неустанно пульсировало, словно кто-то бил молотком изнутри, а снизу живота крутило. Резко схватившись за мрамор левой рукой, он хрипло выдохнул от пронзивший тело выворачивающей боли. Мышцы в теле пыли от постоянного напряжения, но Нил не мог расслабиться, рефлекорно боясь этой боли. Он немного хлебнул воды из крана, ощущая своё пересохшее горло. Это движение ощущалось, словно ему натеирли наждачной бумагой гортань и начали заливать раскалённое железо. Не ощущая реальности вокруг, Нил оказался на полу, сжимая в ладонях свою голень, мыльным зрением видя, как под кожей двигаются сухожилия и мышцы. Он не знал, есть ли у него сейчас температура, однако был уверен в одном — нормальный человек такого не ощущает. Мир вокруг крутился, взрываясь разными цветами радуги, однако применяя все свои силы, Нил поднялся на дрожащие ноги. Он мельком посмотрел в зеркало, видя свое, изнеможненное, покрытое испариной, лицо. Он сунул руки под воду, стараясь сохранить равновесие. Мог ли Аарон всё же перепутать лекарство? Не нужно ли Нилу сейчас бежать к нему, чтобы его ещё раз осмотрели? Он был готов потерпеть такую встречу, если это означает, что всё уладится. Потянувшись за полотенцем, Нил случайно посмотрел в мутное зеркало, забрызганное каплями воды. Вспомнив, как Эндрю ворчит по поводу этого, он потянулся, чтобы вытереть поверхность насухо, но тут же замер, замечая своё лицо. Точнее глаза. Нил окаменел, а горло сжалось в болезненном спазме, пока тело инстинктивно всё ещё тянулось за глотком воздуха. Не веря себе, он дотронулся похолодевшим пальцем до века под глазом, оттягивая его вниз. Сердце рухнуло в пятки с невероятной скоростью, а кровь отлила от лица, делая из него живого мертвеца, буквально. Радужка внизу покрылась ярко белыми пятнами, а сам значок стал мутным. Он неосознанно вскрикнул, отшатываясь от зеркала, по пути роняя что-то с раковины. — Нет. Нет-нет-нет, этого не может быть. Он быстро развернулся в сторону выхода из ванной, желая где-то спрятаться, но тут же повернулся обратно, подскальзываясь на коврике. Упав на колени, Нил низко-низко склонился, прижимаясь лбом к кафелю. Сердцебиение стучало где-то в ушах, сотрясая всё тело. Этого не могло случиться. Нил не выходил последние дни из бункера, решая бумажную волокиту. Тогда где он мог заразиться? Мозг перестал работать нормально под явным отчаяньем. Он с усилием ударил по полу, даже не ощущая как лопаются мелькие ранки на костяшках пальцев, оставляя на кафеле кровавые разводы. Диафрагма болела, но он хватал короткие порции кислорода. Как так? Почему именно сейчас, когда у него всё успокоилось в жизни и когда он почувствовал себя важным? Последний месяц был слишком хорошим, словно Нил находился в сладком сне, не желая просыпаться на мертвой земле где-то в парке. Может это и был всё что, просто с плохим концом, в который Нил всегда был уверен? Он закашлился, а слезы, от дрожи, что сотрясала тело, стекали по его щекам, оставляя после себя соленые дорожки. Почему? Почему? Почему? За что? Нил сжался в маленький клубок, нервно кладя свою ладонь на заднюю поверхность шеи, слегка поглаживая. Тяжёлое прикосновение немного успокаивало, напоминая другого человека, того, кого Нил никак не может предать. Эндрю заслуживает первым узнать о его проблеме и выгнать из бункера, дабы не обречь свою семью и себя на погибель. Кое-как достав салфетки, он вытер своё лицо, стараясь скинуть прошлое выражение лица, однако чуть опухшие глаза и искусанные губы — говорили о многом. Нил вышел из ванной, помня, что сегодня планировался общий ужин. Делая медленные шаги, дабы не упасть на пол, он добрался до столовой, где во всю уже раздавались громкие голоса и смех. «Все так счастливы…» Он закрыл глаза от этой мысли, давая себе секунду, чтобы запомнить этот момент навсегда. Завтра его скорее всего выгонят и Нил больше не увидит этих прекрасных людей. Стервозную Элисон, что становилась нежной и заботливой, когда её просили о помощи в каком-то деликатном деле для этого человека. Нил помнил, как боялся постричь себя сам и Элисон невзначай предложила помочь. Он очень сильно боялся, когда фигуры, особенно женские, касаются его волос, но всё равно согласился, доверчиво закрывая глаза. Её кассы были, словно, лёгкое движение крыльев бабочки. Девушка быстро отстригла ему лишнюю длину, создавая нужный обьем. Это стало переломным моментом в их отношениях. Нил горько усмехнулся, помня удивлённые глаза ребят, когда рассказал, что никогда не играл в компьютерные игры. Весь вечер, тогда, в бункере раздавались звуки игрушечных выстрелов и смеха, когда он делал что-то не то. Он очень быстро привязался к этим людям, ища поддержку вместо мамы. Однако они были другим, а не просто запасной подушкой в сложные моменты. Нил завёл себе настоящих друзей, с которыми можно было и посмеяться, и рассказать все свои сокровенные мысли. И расставаться с ними сейчас было слишком больно. Сжав губы, он вышел из тени, направляясь сразу к столу. Пару человек обратили на него внимание, ярко улыбаясь и приветствуя. Скорчив какую-то гримасу, что он надеялся, отдаленно напоминала то же счастье, Нил тяжело сел на стул, легонько выдыхая. Боль пронзила его тело от копчика до плеч, принуждая немного согнуться и опереться локтями о стол. — Нил?.. Нил, тебе плохо? Сквозь вату в ушах он расслышал чей-то голос, с отставанием приподнимая голову. Увидев обеспокоенное выражение Ники, он постарался улыбнуться, но взгляд невольно перескочил на пустой стул рядом с парнем. Точнее почти пустой. Горло выпрямив спину, на нём сидела его мама — мёртвая мама. Она пустым взглядом смотрела на него через весь стол, недовольно скривив остатки обгоревших губ. Всё её тело было покрыто сажей и волдырями, с часть волос расплавилась, разнося по всему помещение запах горелых волос. Нил с ужасе отшатнулся, почти падая со стула. Мэри укоризненно покачала головой, костлявыми пальцами беря со стола яблоко и протягивая Нилу. — Бери, Абрам. От её знакомого тона, что никогда не предвещал ничего хорошого, его замутило. Нил резко прижал руку ко рту, пытаясь справиться одновременно с отвращением и ужасом. Он видел, как та, неаккуратно двинувшись, случайно порвала связку в руке, позволив ей свободно болтаться. От зрелища мертвой, погибшей с пожаре, его мамы, Нил не выдержал. Его сразу же вырвало на пол остатками желчи и кусочками какой-то еды. Плечи трясло, а по шее скатилась крупная капля пота. Мама… Мэри же умерла. Он закрыл глаза, считая на разных языках, но больше ему помогло касание грубых пальцев к щеке. Раскрыв веки Нил увидел перед собой карие глаза Эндрю, что сидел прямо перед ним на корточках, протянув руку, дабы заземлить его. Со стороны могло показаться, что Эндрю наплевать, но Нил видел кучу вопросов в его глазах, а так же надломленной линии брови. «Что с тобой? Почему ты так себе ведёшь, словно ни жив, ни мертв? Что ты увидел, раз тебе стало плохо? Расскажи мне, Нил.» Тот легко кивнул и Нил сразу же легко положил свою потную ладонь ему на плечо, пытаясь вернуть самому себе тело. Сердце успокаивались, больше не желая выпрыгнуть из его горла, однако он всё равно чувствовал панику. Какая эта стадия заражения? Не начинает ли он уже сейчас всех заражать? — Нил?.. — Я… Я в порядке, — он вытер внешней стороной ладони губы, не смотря за стол. — Я наверное пойду… Нил, попытавшись посмотреть на пол, дабы понять масштаб бедствия, почувствовал сопротивление, когда Эндрю нежно, но сильно, приподнял его за подбородок, направляя взгляд на себя. — Ответь мне, Нил, — его хриплый голос был мёдом для ушей, но таким, который защищает тысяча пчёл. Нил не мог рассказать ему тут всю правду, но может получится где-то в отдаленном месте? Где не будет так много народа, хоть и дорогих ему людей, где не будет призрачного образа матери, стоящей у него за спиной. — Позже, — чуть приблизившись к нему, Нил прошептал, пряча все эмоции внутри. Всё, что он испытает от этой ситуации, чтобы потом Эндрю не винил себя. — Обязательно позже. Эндрю убрал руку с его челюсти, вставая, придерживая за предплечье, пока Нил заваливался в сторону. Нил не хотел сейчас смотреть на Листы, зная, что почувствует еды хуже от крови и непонимания на их лицах. Аккуратно вывернувшись из хватки Эндрю, он отравился в сторону выхода, ощущая на себе раскалённые взгляды. По пути ему встретился Рико, что чувствовал себя вполне счастливо, пряча улыбку за кружкой кофе. — Неужели, нашему мальчику плохо? Тебе тогда не стоило приходить сюда и выплевывать свои отходы. Он прикрыл свои глаза, сковзь маленькие щелочки смотря на сгорбившегося Нила. Попытавшись побыстрее уйти от его взгляда, зная, что сейчас просто не выстоит, Нил ускорился, краем уха вышла возмущениях других людей. Нил пошатнулся, цепляясь за шершавую стену, как только вы выбежал из зала. Перед глазами была полная темнота, несмотря на яркую лампу в конце коридора. Нил не мог подвести Эндрю, не мог подорвать его доверие так. Был ли какой-то иной способо рассказать о его вирусе? Насколько сильно Эндрю будет злиться? Отчаянно зажмурив глаза, Нил укусил себя за фалангу, дабы не завыть в слух. Та боль, что скручивала тело, была ничем, по сравнению с раной на душе, от осознания всей этой ситуации. По памяти направившись в свою комнату, чтобы лечь под тяжёлое одеяло от всех трудностей, Нил знал: он точно не позволит им умереть, даже, если ему придется сдерживать толпище этих тварей. Он был уверен, что каждый из Лис поступит так же, жертвуя собой ради других. Так почему Нил должен выделяться? Эти люди сделали для него столько, кто ещё не делал. Они подарили ему самое ценное в этой короткой жизни, о чем Нил даже не мог мечтать. Эти люди до конца улыбались ему и будут улыбаться, только теперь без его приступая. Со скрипом отворяя дверь в свою комнату, он провел кончиком пальца по ладони, вычерчивая лисью лапку и силуэт ножа, что Эндрю подарил ему в их первую встречу. Они были великолепны.