Печать Дубеев

Двор резиденции Рай наполнился глухим скрипом колёс. Я стояла у окна. Смотрела вниз. Карета остановилась медленно, будто и она чувствовала тяжесть того, что привезла. Дверь открылась. Первым вышел Кайрас Шарма. Он изменился. Это было видно сразу. Обычно уверенный, собранный — сейчас он выглядел тише. Сдержаннее. Взгляд стал глубже, движения — осторожнее, словно каждое давалось через усилие. Он поднял глаза. Наши взгляды встретились. И в этом взгляде было всё. Потеря. И что-то ещё… тяжёлое. Я отвела взгляд первой. Следом начали выгружать гроб. Тёмный. Тяжёлый. Слишком настоящий. — Чото, пора… — тихо позвала Лала. — Я иду, — ответила я.

***

Я спустилась вниз. Шаги отдавались глухо внутри. Когда я подошла, гроб уже стоял в центре двора. Кайрас был рядом. Он стоял неподвижно, но по напряжённой линии плеч было видно — даётся ему это нелегко. Я остановилась рядом. Несколько секунд мы просто молчали. — Ты успела… — тихо сказал он. — Да. Пауза. Он медленно выдохнул. — Деви осталась в резиденции, — добавил он спустя мгновение. — С Амритой. Я резко перевела на него взгляд. — Что с ней? Кайрас сжал челюсть. — Плохо, — честно ответил он. — Она… не справляется. Слова давались ему тяжело. — Она почти не говорит. Не ест. И… — он замолчал, подбирая слова. — Она не смогла поехать. В груди что-то болезненно сжалось. — Я пытался её уговорить, — продолжил он тише. — Но Деви сказала, что нельзя. Она просто… не выдержит. Я отвела взгляд. На гроб. — Понятно, — тихо сказала я. Но внутри всё сжалось сильнее. Кайрас посмотрел на меня. — Она звала тебя, — добавил он. — Перед тем, как мы уехали. Я не ответила. Только сильнее сжала пальцы. — И ещё… — он замялся, но всё же продолжил. — Камал… Его голос стал глуше. — Он был мне как брат. Я повернулась к нему. Он смотрел прямо перед собой. — Мы выросли вместе. Делили всё. И… — он коротко выдохнул, — я не был рядом, когда это случилось. Я внимательно посмотрела на него. — Это не твоя вина. Он усмехнулся. Глухо. — Хотелось бы верить.

***

Похороны прошли… как в тумане. Огромный погребальный костёр уже был подготовлен за пределами резиденции. Сухое дерево. Масла. Ткань. Всё было готово. Слишком готово. Гроб подняли. Мужчины. Сильные. Но даже их движения были тяжёлыми. Когда гроб опустили на костёр, воздух стал другим. Тяжёлым. Густым. Невыносимым. Послышались тантры.  Мне протянули факел. Я посмотрела на него. — Ты должна, — тихо сказала Видия рядом. Я кивнула. Сделала шаг вперёд. И поднесла огонь. Пламя сначала было слабым. А потом… Разгорелось. Быстро, охватывая дерево. Гроб горел ярким пламенем.  Позже. Когда все начали расходиться, я осталась. Огонь стал тише. Ниже. Но всё ещё горел. Я стояла, не двигаясь. И только через какое-то время почувствовала рядом присутствие. — Ты держишься… — тихо прозвучал голос. Радж. Я не обернулась сразу. — А у меня есть выбор? Он подошёл чуть ближе. Но не нарушая расстояния. — Есть, — мягко ответил он. — Просто ты выбираешь быть сильной. Я повернулась к нему. Он смотрел спокойно. Без давления. Без привычной колкости. — Не думаю, что это выбор, — тихо сказала я. Он слегка покачал головой. — Думаешь. Просто не признаёшь. Тишина. Огонь тихо потрескивал. — Ты не обязана сейчас быть такой, — добавил он чуть тише. — Никто не ждёт от тебя каменной стены. Я усмехнулась. Слабо. — Ошибаешься. Все ждут. — Я — нет. Я подняла на него взгляд. Он выдержал его спокойно. — Тогда ты единственный, — сказала я. — Значит, этого достаточно, — ответил он без паузы. Что-то в его голосе… Не было ни игры. Ни намёка. Просто… искренность. Я отвела взгляд. — Я не чувствую ничего, — призналась тихо. — Ни слёз, ни боли… будто всё выжгло. Радж не перебил. — Это не значит, что внутри пусто, — сказал он спустя паузу. — Это значит, что слишком много всего сразу. Я сжала пальцы. — А если так и останется? Он сделал ещё полшага ближе. Осторожно. — Не останется. — Откуда ты знаешь? Он чуть улыбнулся. Грустно. — Потому что я уже видел, как ты чувствуешь. Я нахмурилась. — Когда? — Раньше, — тихо ответил он. — Ты просто не замечала, но я смотрел и все видел. Тишина повисла между нами. Но на этот раз — не тяжёлая. Спокойная. — Ситара, — он произнёс моё имя мягче, чем обычно, — тебе не нужно справляться с этим одной. Я посмотрела на него. — А если я привыкла? — Тогда придётся отвыкать, — так же спокойно сказал он. Я усмехнулась. Чуть живее. — Сложно. — Я не говорил, что будет легко. Огонь почти догорел. — Я рядом, — добавил он тише. — Если тебе понадобится… не сила. Просто кто-то рядом. Сердце на секунду сбилось. Я отвернулась. — Я не обещаю, что воспользуюсь этим. — Я и не прошу, — ответил он. — Просто знай. Тишина. Он не уходил. Но и не давил. Просто стоял рядом. И впервые за всё это время… Мне стало чуть легче дышать. — Кайрас не врёт, — тихо сказал он спустя время. Я посмотрела на него. — Я вижу. Радж кивнул. — И он будет рядом. По-своему. Он сделал шаг назад. — Я тоже. Без лишних слов. Без давления. Он просто развернулся и ушёл. А я осталась. У догорающего огня. Но уже не совсем одна.

***

Когда я вернулась в резиденцию, внутри было непривычно тихо. Слишком тихо. Будто дом выдохнул… и замер. Ни голосов, ни шагов — только лёгкое эхо собственных движений. Я прошла в гостевую и опустилась на диван. Сил не было. Голова гудела, мысли путались, а внутри поднимался странный прилив эмоций — неясный, тяжёлый, как перед бурей. Я опустила взгляд в пол. Пусто. — Как ты? — тихо прозвучал голос. Я не вздрогнула. Радха. Я медленно подняла голову. Она стояла у входа, не решаясь подойти ближе. В её глазах не было ни жалости, ни любопытства — только тёплое, искреннее беспокойство. — Держусь, — спокойно ответила я. Она сделала несколько шагов и села рядом. Не слишком близко. Но и не далеко. — Ты очень сильная, — сказала она мягко. Я усмехнулась. Слабо. — Все сегодня решили мне это сказать. — Потому что это правда, — не отступила Радха. — Но знаешь… это не всегда хорошо. Я перевела на неё взгляд. — В смысле? Она немного помолчала, подбирая слова. — Иногда сила — это просто способ не чувствовать. Тишина. Слова попали точно. Я отвела взгляд. — Возможно. — Ты имеешь право не держаться, — добавила она тише. — Хотя бы здесь. Я чуть нахмурилась. — А если я не умею иначе? Радха улыбнулась. Тепло. — Тогда можно научиться. Я тихо выдохнула. — Сейчас не лучшее время для обучения. — А для чего сейчас вообще «лучшее время»? — мягко спросила она. Я не ответила. Потому что ответа не было. Она не давила. Просто сидела рядом. — Ты ведь не одна, Ситара, — продолжила она спустя паузу. — Мы рядом. Я, Сарасвати… даже если ты нас отталкиваешь. Я посмотрела на неё. — Я не отталкиваю. Она чуть наклонила голову. — Ты просто закрываешься. Это почти одно и то же. Я задумалась. — Не хочу, чтобы меня видели слабой. Радха тихо усмехнулась. — А ты правда думаешь, что кто-то из нас считает тебя слабой? Пауза. — После всего, что ты сегодня выдержала? Я опустила взгляд. — Я чуть не сломалась. — Но не сломалась, — спокойно ответила она. — И даже если бы сломалась… это бы ничего не изменило. Я сжала пальцы. — Для меня — изменило бы. Она аккуратно коснулась моей руки. Лёгкое, почти невесомое прикосновение. — Тогда позволь себе хотя бы иногда не быть идеальной, — тихо сказала она. — Это не делает тебя хуже. Я посмотрела на наши руки. На её ладонь. И… не отстранилась. — Ты всегда такая мудрая? — спросила я чуть тише. Она улыбнулась шире. — Нет. Просто сегодня ты нуждаешься именно в этом. Я впервые за долгое время чуть улыбнулась в ответ. Слабо. Но искренне. — Спасибо, Радха. Она сжала мою руку чуть крепче. — Я никуда не денусь.

***

Просидев с Радхой какое-то время, я поймала себя на том, что дышать стало легче. Мы говорили. Вспоминали. Смеялись — тихо, осторожно, будто боялись спугнуть это редкое чувство. — Помнишь, как Эрит свалился с того домика на дереве? — с улыбкой сказала Радха. — Мы тогда играли в пиратов, и он решил, что умеет «прыгать с мачты». Я невольно усмехнулась. — Он кричал, что это был «контролируемый прыжок». Радха тихо рассмеялась. — А Сара потом носилась по всей резиденции, как сумасшедшая, искала лекарей… хотя у него всего лишь была ссадина. Я позволила себе рассмеяться. По-настоящему. Лёгко. На секунду… всё стало почти нормальным. И в этот момент дверь открылась. Резко. Слишком резко для этой тишины. Я сразу почувствовала, как атмосфера изменилась. — Радха, — раздался голос, — нам нужно поговорить с Ситарой. Рэйтан. Он стоял у входа. Как всегда собранный. Но взгляд… был напряжённее обычного. Радха перевела взгляд с него на меня. — Сейчас? — мягко спросила она. — Сейчас, — коротко ответил он. В его голосе была строгость. Но не холод. Скорее… контроль. Радха на секунду задержала взгляд на мне, словно спрашивая без слов. Я чуть кивнула. — Всё нормально. Она медленно поднялась. — Я буду рядом, если что, — тихо сказала она, сжав мою руку напоследок. Я благодарно посмотрела на неё. И только когда она вышла, дверь закрылась. Тишина вернулась. Но уже другая. Тяжелее. Рэйтан сделал несколько шагов внутрь. Остановился. Смотрел на меня. Долго. Слишком внимательно. — Ты должна была отдыхать, — сказал он наконец. Я чуть приподняла бровь. — А я и отдыхаю. Его взгляд скользнул по моему лицу, задержался на глазах, на руках. На бинтах. Челюсть чуть напряглась. — Это ты называешь отдыхом? — Это лучше, чем лежать и смотреть в потолок. Он выдохнул. Сдержанно. Словно пытался не сказать лишнего. — Тебе нельзя перенапрягаться. — Я не перенапрягаюсь. — Ситара— — Рэйтан. Я перебила его спокойно, но твёрдо. — Со мной всё в порядке. Пауза. Он смотрел на меня. Будто пытался понять — вру я или нет. И, кажется, не поверил. Он подошёл ближе. Но не резко. Осторожно. — Ты бледная, — сказал он тише. — И едва держишься. Я усмехнулась. — Ты теперь лекарь? — Нет, — коротко ответил он. — Просто вижу. Тишина. Я отвела взгляд. — Тогда не смотри. Он сделал ещё шаг. Теперь слишком близко. — Не могу. Я подняла на него глаза. Он не отводил взгляд. И в этом взгляде уже не было только строгости. Там было что-то другое. Глубже. — Почему? — тихо спросила я. Пауза. Короткая. Но ощутимая. Он сжал челюсть, словно решая, говорить или нет. — Потому что ты делаешь вид, что справляешься, — наконец сказал он. — А на самом деле… ты на грани. Слова прозвучали жёстко. Но голос… Сорвался в конце. Едва заметно. Я это услышала. — И что? — тихо спросила я. Он наклонился чуть ближе. Слишком. — И то, что я не позволю тебе развалиться, — сказал он низко. — Не позволишь? — я чуть прищурилась. — Нет. Тишина. — Ты не имеешь права, — спокойно ответила я. Он замер. На секунду. А потом тихо, почти устало выдохнул. — Знаю. Пауза. Его голос стал тише. — Но это не значит, что мне всё равно. Сердце сбилось. Я отвела взгляд. Слишком быстро. — Мне не нужна опека. — Это не опека. — Тогда что? Он замолчал. Смотрел на меня. Долго. И в этом молчании было больше, чем в словах. — Контроль? — усмехнулась я. Он покачал головой. — Забота. Я замерла. Слова прозвучали тихо. Но… слишком искренне. Я медленно посмотрела на него. — Ты странно это показываешь. Он чуть усмехнулся. Без веселья. — Я не умею иначе. Он ещё на мгновение задержался у двери. Будто хотел сказать что-то ещё. Но не стал. Только чуть повернул голову, не глядя на меня, и коротко бросил: — Отдыхай. И вышел. Дверь тихо закрылась за ним. Я осталась одна. Слова повисли в воздухе — простые, почти приказ… но в них всё равно чувствовалось что-то мягче. Я медленно откинулась на спинку дивана. Голова всё ещё гудела, но внутри стало тише. Спокойнее. Я закрыла глаза, вспоминая разговор с Радхой… её смех… этот короткий момент лёгкости. А потом — взгляд Рэйтана. Его тон. Его «не могу». Я тихо выдохнула. — Странный… — пробормотала я себе под нос. Но губы едва заметно дрогнули. Впервые за долгое время… не от боли.

***

Вечер медленно опускался на резиденцию. После разговора с Рэйтаном я больше его не видела. Словно он просто исчез. Ни шагов, ни взгляда, ни даже ощущения его присутствия. Это было… странно. За это время я несколько раз пересеклась с Раджем — короткие взгляды, тихие кивки. Он не навязывался, но я чувствовала: он наблюдает. Осторожно. Сдержанно. Также мельком видела Кайраса — он был занят делами. Жизнь в резиденции продолжалась. Но уже не так, как раньше. Я вышла в сад. Ночной воздух был прохладным, свежим. Я села на лавку и подняла взгляд к небу. Звёзды. Тихо. Спокойно. На мгновение показалось, что всё внутри тоже замерло. И вдруг— — Ты замёрзнешь. Я вздрогнула. Рам. Он стоял рядом и, не говоря лишнего, снял с себя накидку шервани и аккуратно накинул её мне на плечи. Тёплая ткань легла мягко. Ненавязчиво. Но слишком ощутимо. Я посмотрела на него. Он не улыбался. — Не нужно, — тихо сказала я. — Нужно, — спокойно ответил он. И сел рядом. На этот раз — не близко. Оставляя пространство. Это удивило. Некоторое время мы молчали. И это молчание не давило. — Ты сегодня не ела, — вдруг сказал он. Я чуть нахмурилась. — Следишь за мной? — Замечаю. — И это тебя касается? Он посмотрел на меня. Спокойно. — Да. Сердце на секунду сбилось. Я отвела взгляд. — Не надо. — Надо, — мягче сказал он. — Ты держишься из последних сил и делаешь вид, что всё нормально. Я сжала пальцы. — Я не делаю вид. Он чуть наклонился вперёд, опершись локтями на колени. — Тара… я видел тебя раньше. Тишина. — Ты не такая холодная, как хочешь казаться. Я посмотрела на него. — А какая? Он повернул голову ко мне. И в его взгляде не было ни насмешки, ни игры. — Живая. Он чуть наклонился. Я почувствовала его дыхание. Тёплое. Сбивающее. Сердце ускорилось. Я должна была отодвинуться. Должна была что-то сказать. Но… не сделала ни того, ни другого. Его рука медленно коснулась моей щеки. Осторожно. Как будто он проверял — можно ли. Я замерла. Пальцы скользнули чуть ниже, к линии челюсти, задержались. И это простое прикосновение обожгло сильнее, чем ожидалось. — Если скажешь «нет» — я остановлюсь, — тихо произнёс он. Я не сказала. Ни слова. Только смотрела. И этого оказалось достаточно. Он наклонился ближе. Медленно. Но в этом движении уже не было прежней осторожности. Только сдержанная, почти болезненная тяга. Его губы коснулись моих— сначала легко. Почти вопросом. Но стоило мне не отстраниться… что-то в нём сломалось. Поцелуй стал глубже. Теплее. Живее. Он притянул меня ближе, ладонью скользнув к затылку, удерживая, но не грубо — уверенно. Как будто боялся, что я исчезну. Мир вокруг исчез. Остались только его губы. Его дыхание. Тепло. Сердце билось так громко, что заглушало всё. Я невольно сжала ткань его шервани пальцами. И это движение словно дало ему разрешение. Поцелуй стал чуть сильнее. Не резкий. Но уже не осторожный. Сдержанная страсть. Та, что долго держали внутри. И больше не смогли. Я на секунду потеряла ощущение времени. Где я. Кто я. Только ощущение— что я живая. Когда он чуть отстранился, дыхание сбилось у обоих. Он не отпустил сразу. Лоб коснулся моего. Глаза всё ещё были слишком близко. Слишком настоящие. — Тара… — выдохнул он тихо. И в этом было больше, чем просто имя. Я не ответила. Просто смотрела. Пытаясь понять— что со мной происходит. Он провёл большим пальцем по моей щеке, словно запоминая. И только потом медленно отпустил. Мы смотрели друг другу в глаза ещё долго. Слишком долго. Тишина между нами больше не была пустой — она была наполнена тем, что только что произошло. Теплом. Сбившимся дыханием. И чем-то… опасным. Я чувствовала, как это затягивает. Как легко можно остаться. Слишком легко. И именно поэтому— я первой отвела взгляд. Медленно. С усилием. Словно отрывая себя. Я встала, не говоря ни слова. Не оборачиваясь. И, развернувшись, ушла. Шаг за шагом. Сердце всё ещё билось слишком быстро. Я скрылась в темноте сада, оставляя Рама одного.

***

Он не двинулся сразу. Стоял. Смотрел туда, где я исчезла. Долго. Потом медленно выдохнул, провёл рукой по волосам. — Чёрт… — тихо. Он уже собирался уйти— — Я предупреждал тебя. Голос. Спокойный. Слишком спокойный. Рам замер. Медленно повернул голову. Рэйтан стоял в тени, почти неподвижный. Руки за спиной. Ослабленная поза. Но в этой неподвижности было больше угрозы, чем в любом резком движении. Он вышел вперёд. Неторопливо. Каждый шаг — выверенный. Взгляд — холодный. Пустой. И именно это делало его опаснее всего. — Давно здесь? — спокойно спросил Рам. — Достаточно. Коротко. Без эмоций. Пауза. Рам усмехнулся. — Тогда ты многое увидел. — Достаточно, чтобы сделать выводы. Рам чуть прищурился. — И какие же? Рэйтан остановился в нескольких шагах. Смотрел прямо. Без моргания. — Ты не подойдёшь к ней больше. Не просьба. Не угроза. Факт. — И с каких пор ты решаешь за неё? — спокойно спросил Рам. Рэйтан чуть наклонил голову. — Я не решаю. — Я устраняю проблемы. Слова прозвучали ровно. Почти лениво. Но в них было слишком много смысла. Рам усмехнулся. — Значит, я проблема? — Очевидно. Без колебаний. Рам сделал шаг ближе. — А если она так не считает? Пауза. Рэйтан чуть прищурился. И в этом взгляде впервые мелькнуло что-то живое. Но лишь на мгновение. — Она не обязана понимать последствия своих решений, — холодно ответил он. — Я — обязан. — Или просто хочешь контролировать? — тихо бросил Рам. Тишина. На этот раз дольше. Холоднее. Рэйтан сделал шаг вперёд. Медленно. — Следи за словами, Дубей. Голос остался тихим. Но стал жёстче. — Или что? — спокойно ответил Рам. Рэйтан остановился совсем близко. Слишком близко. Но не коснулся. Даже не попытался. Именно в этом и была разница. — Или ты начнёшь понимать их слишком поздно, — сказал он. Тихо. Почти шёпотом. И от этого — ещё холоднее. Рам смотрел на него. Без улыбки. — Ты ревнуешь. Не вопрос. Утверждение. Тишина. Рэйтан не изменился в лице. Ни один мускул. Только взгляд стал темнее. Глубже. — Ты переоцениваешь свою значимость, — ответил он спокойно. — И недооцениваешь её. Рам чуть усмехнулся. — Тогда почему ты здесь? Рэйтан смотрел на него. И в этом взгляде было всё— холод. неприязнь. и что-то глубже. Слишком личное, чтобы назвать. — Потому что ты уже сделал достаточно, — наконец сказал он. Рам сделал ещё шаг. Теперь они стояли почти вплотную. — И что ты собираешься сделать? Рэйтан слегка наклонился вперёд. Едва заметно. — То, что должен был сделать раньше. Холодно. Чётко. Рам не отвёл взгляд. — Попробуй. Тишина. Они стояли так несколько секунд. Как будто кто-то должен был сделать первый шаг. Но никто не сделал. Рэйтан выпрямился первым. Словно разговор для него уже закончился. — Держись от неё подальше, — повторил он. И это уже не звучало как предупреждение. Это было решение. Рам тихо усмехнулся. — Поздно. — Она не оттолкнула. Едва заметное движение. Пальцы Рэйтана сжались. Но лицо осталось таким же. Холодным. Непроницаемым. — Это поправимо, — спокойно ответил он. Он ушёл. Не обернувшись. Рам остался один. И впервые за весь разговор его усмешка исчезла. Потому что теперь это уже не было игрой.