Всегда будь человеком

Путешествия с Мастером были наказанием, которое я выдерживала с каждым разом всё тяжелее. Не потому, что он становился жестокее — жестокость его всегда была беспредельной. А потому, что внутри меня, в самом центре моего существа, Волк, дремавший в обычные дни, просыпался и начинал рваться наружу. Зверь не терпел подчинения. Зверь требовал свободы. И каждый раз, когда Мастер забирал меня, Волк встречал его глухим, угрожающим рыком, который я слышала только я одна. Для Мастера же я была вещью. Игрушкой, которая должна была подчиняться его воле. Ему не нужны были мои чувства, не нужны были мои мысли. Ему нужно было только одно — чтобы я делала то, что он скажет. Чтобы я не спорила, не сопротивлялась, не смотрела на него с ненавистью. Но я смотрела. Всегда смотрела. --- Сначала были споры. Острые, как лезвия, словесные перепалки, в которых я вкладывала весь свой яд, всю горечь, накопленную за годы. — Ты не можешь заставлять меня, — говорила я, глядя ему в глаза. — Я не твоя собственность. — Ты моя, — отвечал он, и в его голосе не было сомнений. — Ты всегда была моей. С того самого момента, как я впервые увидел тебя. — Ты ничего не решаешь за меня. — Я решаю всё. Слова бились о его спокойствие, как волны о скалу. Он слушал мои крики с холодной усмешкой, откинувшись на спинку кресла в ТАРДИС, пока я металась по комнате, пытаясь до него достучаться. Потом он вставал, подходил ко мне, и его пальцы сжимали мои плечи так, что оставались синяки. — Хватит, — говорил он. — Ты устала. Иди сюда. И я шла. Потому что у меня не было выбора. Потом начались скандалы. Крики, от которых хрипло голос. Я швыряла в него всё, что попадалось под руку — книги, посуду, какие-то приборы, оказавшиеся на пути. Он уворачивался или ловил их на лету, и в его глазах разгорался холодный огонь. — Ты думаешь, это поможет? — спрашивал он, когда я замахивалась на него в очередной раз. — Я думаю, что ты заслуживаешь этого! — Ты не права. Он ловил мою руку, выкручивал её, и боль заставляла меня замереть. Я смотрела в его глаза — безумные, пустые, холодные, и чувствовала, как Волк внутри меня сжимается. Не от страха за себя — за меня. Драки были самыми тяжёлыми. Я бросалась на него с кулаками, используя всю свою силу. Он отбивал удары, усмехался, а потом отвечал — жёстко, грубо, без жалости. Я падала на пол, вставала, снова бросалась, снова падала. Он бил наотмашь, не жалея сил, и в какой-то момент я переставала чувствовать боль. Только глухую, бешеную ярость, которая застилала глаза. — Успокойся, — говорил он, нависая надо мной. — Успокойся, Кэлли. Ты только делаешь себе хуже. — Я ненавижу тебя! — кричала я, и слёзы злости текли по щекам. — Я знаю. Он отворачивался и уходил, оставляя меня лежать на полу. Я сжималась в комок, обхватывая колени, и чувствовала, как Волк воет внутри. Он метался, рвался наружу, но Мастер каким-то образом находил способ заставить его замолчать. Может быть, это была моя боль. Может быть, это был страх. Но зверь затихал, прятался в самые дальние уголки моего сознания, и я оставалась одна. И вот однажды терпение закончилось у обоих. Мы снова скандалили. Я не помню, из-за чего началось — кажется, я сказала что-то про Джека, про ТОРЧВУД, про то, что он никогда не сможет меня сломать. Его глаза потемнели, и я поняла, что перешла черту. — Ты думаешь, что они могут тебя защитить? — спросил он, и в его голосе прозвучала та самая опасная нотка, которая всегда предшествовала буре. — Я думаю, что ты боишься их. — Я смотрела на него в упор. — Боишься, что они покажут мне, что ты не всесилен. Что ты всего лишь жалкий, сломленный человек, который потерял всё, кроме своего безумия. Он ударил меня. Я отлетела к стене, ударилась спиной, но вскочила, готовая продолжать. В этот момент ТАРДИС взвыла. Консоль зашипела, заискрила, из пульта управления посыпались искры. Огни замигали в бешеном ритме, словно машина, подчинявшаяся только своему хозяину, вдруг взбесилась. Она вращалась, издавая звуки, похожие на предсмертный вопль, и я чувствовала, как пространство вокруг меня искривляется, рвётся, словно ткань, из которой выдёргивают нити. — Что ты сделала?! — заорал Мастер, но я даже не успела ответить — нас раскинуло в разные стороны. Я летела сквозь пустоту, сквозь время и пространство, не чувствуя ни своего тела, ни боли. Только бесконечное падение, которое, казалось, никогда не закончится. --- Мир вокруг меня взорвался цветом и звуком, а потом погас. Я падала, сквозь мрак, сквозь тишину, сквозь пустоту, и чувствовала, как сознание уплывает, растворяется, исчезает. Где-то далеко остались крики Мастера, гул ТАРДИС, моя собственная боль. А потом — удар. Я приземлилась на что-то твёрдое и холодное. Асфальт. Я лежала на спине, глядя в серое, неприветливое небо, и не могла понять, где нахожусь. Вокруг были дома, машины, фонарные столбы. Обычный город. Только чужой. Я попыталась подняться, но тело не слушалось. Всё болело — спина, руки, голова. Я лежала, смотрела в серое небо и ждала, когда боль утихнет. ТАРДИС исчезла. Мастер исчез. Я была одна. — Ну и где я? — прошептала я, но голос прозвучал хрипло и чуждо. Я с трудом поднялась на ноги. Ноги дрожали, в ушах звенело, перед глазами всё плыло. Браслет на запястье тускло мерцал — последняя ниточка, связывающая меня с домом. Я коснулась кармана — звуковая отвёртка была на месте. Всё, что у меня осталось. Я сделала несколько шагов, оглядываясь по сторонам. Улица была пустынной. Дома стояли тихие, безмолвные, словно вымершие. Фонари тускло освещали асфальт, бросая длинные, неровные тени. Где-то вдалеке лаяла собака, но звук казался далёким, чужим. А потом я почувствовала их взгляды. Их было четверо. Они вышли из подворотни, когда я поравнялась с ними. Здоровые, злые, с пустыми глазами, в которых не было ничего, кроме голода и злобы. — Эй, красавица, — первый шагнул ко мне, и я почувствовала запах перегара и грязной одежды. — Ты как здесь оказалась? Потерялась? Я промолчала, сжав кулаки. Волк внутри зашевелился, почуяв угрозу. Его дыхание стало горячим, тяжёлым. — Ты хоть знаешь, в каком районе гуляешь? — второй усмехнулся, обнажая редкие жёлтые зубы. — Это наша территория. Придётся заплатить за вход. — У меня нет денег, — сказала я, и мой голос прозвучал спокойно. — Тогда заплатишь по-другому. Он потянулся ко мне, и в этот момент я сорвалась с места. Волк рванулся наружу, и сила хлынула через меня, как поток лавы. Первый получил удар в челюсть и отлетел к стене, с глухим стуком оседая на асфальт. Второй схватил меня за плечо, но я перехватила его руку, вывернула, и он заорал от боли. Я толкнула его вперёд, и он врезался в третьего. Четвёртый попытался ударить меня сзади, но я ушла в сторону, и его кулак встретился с лицом его же товарища. Бой длился не больше минуты. Четверо мужчин валялись на асфальте, стонали, пытались подняться. Я стояла над ними, тяжело дыша, и чувствовала, как Волк внутри меня довольно рычит, требуя продолжения. — Хватит, — прошептала я, приказывая ему замолчать. А потом мир поплыл у меня перед глазами. Сердце пропустило удар, ноги подкосились, и я рухнула на холодный асфальт, не в силах даже выставить руки, чтобы смягчить падение. --- Сознание возвращалось медленно, тягуче, словно патока, стекающая с ложки. Я чувствовала под собой что-то мягкое — постель. Чистые простыни пахли лекарствами и стерильностью. Я открыла глаза. Белый потолок. Белые стены. За окном — яркое солнце и верхушки деревьев. Ветер колыхал листву, и тени скользили по потолку, играя в лучиках света. Больничная палата. Маленькая, светлая, с одним окном и одной койкой. Рядом — тумбочка, на которой стоял стакан с водой и вазочка с фруктами. Всё было незнакомым, чужим. Я села, чувствуя, как голова кружится. Браслет был на месте, отвёртка тоже. Одежду мне сменили — на мне была простая серая футболка и мягкие штаны. Кто-то позаботился обо мне, пока я была без сознания. Я встала. Ноги держали, хоть и слабо. Я подошла к двери, толкнула её — она открылась. Коридор был пуст. Бесконечный, выложенный светлой плиткой коридор, по которому эхом разносились мои шаги. Ни звука, ни движения. Казалось, во всём здании нет ни души. Я прошла мимо закрытых дверей, заглядывая в стёкла. Пустые кабинеты, пустые палаты. Тишина давила на уши, и чем дальше я шла, тем больше меня охватывало странное, тревожное чувство. Кто-то смотрел на меня. Я не слышала ни шагов, ни дыхания, но отчётливо чувствовала этот взгляд — тяжёлый, внимательный, изучающий. Я остановилась, прислушиваясь. Ничего. Только моё сердце, бьющееся где-то в горле. А потом я услышала шаги. Где-то наверху, над моей головой. Кто-то ходил по этажу выше, и звук отдавался эхом по всему зданию. Я нашла лестницу и поднялась наверх. --- Верхний этаж оказался совсем другим. Вместо пустых коридоров и тишины здесь царила жизнь. Стены были выкрашены в тёплые тона, на них висели плакаты и рисунки. Из открытых дверей доносились голоса, смех, звон посуды. Я шла по коридору, и мир вокруг меня наполнялся красками. Дети, подростки — они были везде. Кто-то сидел за партами, кто-то переговаривался у шкафчиков, кто-то нёс стопки книг. Но все они были необычными. Я видела это сразу — в их глазах, в движениях, в едва заметных искрах энергии, что витали в воздухе. Вот парень застыл, глядя на свою ладонь, где медленно вращался огненный шар. Вот девушка парила над полом, не касаясь его ногами. А вот мальчик, казалось, разговаривал сам с собой, но я чувствовала рядом с ним чьё-то невидимое присутствие. Школа мутантов. Я читала о таком месте — в книгах, которые Доктор приносил из своих путешествий. Место, где обучают тех, кто родился с необычными способностями. Но я никогда не думала, что окажусь здесь. — Эй! — раздался голос за моей спиной. Я обернулась. Ко мне подходила девушка с волосами цвета осеннего огня. Красные, яркие, живые — они струились по её плечам, и в каждом локоне словно плясало пламя. В её глазах горела та же энергия, что и в волосах. Она двигалась легко, почти невесомо, и воздух вокруг неё едва заметно дрожал. — Тебе нельзя было выходить, — сказала она, и в её голосе слышалась лёгкая укоризна, смешанная с беспокойством. — Ты потеряла сознание на улице. Тебя принесли сюда несколько часов назад. Я смотрела на неё, пытаясь понять, что она чувствует. Её взгляд был открытым, но в нём чувствовалась огромная сила — такая, что даже Волк внутри меня насторожился. — Что? — Девушка нахмурилась. — Тебе нехорошо? — Нет, извини. — Я покачала головой, пытаясь собраться с мыслями. — Просто... ты врач? — Ну да. — Она улыбнулась, и улыбка смягчила её черты. — Можно и так сказать. Я Джин. Джин Грей. А ты у нас в медицинском крыле очнулась. Я открыла рот, чтобы спросить что-то ещё, но к нам подошли ещё двое. Один из них был высоким, с тёмными волосами и странными очками, скрывающими глаза. Он двигался уверенно, с лёгкой напряжённостью, как человек, который всегда готов к бою. Рядом с ним стояла женщина с белыми, как снег, волосами и тёмной кожей. В её глазах плескались грозовые тучи, а воздух вокруг неё едва заметно искрил. — А можно узнать, где я нахожусь? — спросила я, переводя взгляд с одного на другого. — Школа мутантов Чарльза Ксавьера, — ответил парень в очках. — Если точнее — Институт Ксавьера для одарённой молодёжи. Я Скотт, это Шторм, а Джин ты уже знаешь. — Ясно. — Ты хоть помнишь, что с тобой произошло? — Скотт склонил голову. — Как ты оказалась здесь? Тебя нашли в городе без сознания, а вокруг — четверо парней, которых ты, судя по всему, разбросала по всей улице. Я собиралась ответить, но в этот момент к нам присоединился ещё один человек. Он двигался тихо, почти бесшумно, но я почувствовала его присутствие ещё до того, как увидела. Мужчина в инвалидном кресле, с добрыми, внимательными глазами, которые, казалось, видели больше, чем можно было увидеть обычным зрением. Лысый, с мягкой улыбкой на губах, он излучал спокойствие и уверенность. — Не мучайте её, — сказал он, и его голос прозвучал мягко, но властно. — Ни в коем случае, профессор, — ответил Скотт, и я заметила, как он выпрямился, словно перед старшим офицером. — Пойдём со мной, — обратился ко мне мужчина. Я кивнула и последовала за ним. --- Его кабинет оказался огромным, заставленным книгами и какими-то древними артефактами. Пахло здесь старой бумагой и мудростью. Профессор остановил своё кресло у окна и повернулся ко мне. — Что вам нужно? — спросила я, и мой голос прозвучал резче, чем я хотела. — Я хочу знать, кто ты. — Кэлли, — коротко ответила я. — Присаживайся, Кэлли. — Он указал на кресло напротив. Я села, чувствуя себя неуютно. В этом кабинете, в этом мире, где всё было чужим, я чувствовала себя пойманным зверем. — Помнишь, как ты оказалась здесь? — спросил он. — Нет. — Тебя нашли в городе без сознания. — Профессор говорил мягко, но я чувствовала в его голосе скрытый вопрос. — Что с тобой случилось? — Напала банда плохих парней. — Я пожала плечами. — Только на тебе нет ни царапины. — Он слегка улыбнулся. — А эти парни очень пострадали. — Ну да, несладко им пришлось. — Можешь показать, в чём твоя особенность? — спросил он. Я посмотрела на него. В его глазах не было любопытства, только интерес и желание понять. Он не пытался меня подловить, не пытался выведать мои секреты. Просто хотел знать. — На подобии Логана, — ответила я. — Ты знаешь Логана? — Нет. — Я покачала головой. — Но его знаете вы. — Ты можешь проникать в сознание? — Профессор прищурился. — Или что это было? Я ведь даже не почувствовал. — Знали бы вы, как сильно выдают нас наши глаза. — Я усмехнулась. — По ним прочитать можно всё что угодно. — Даже так? — Он улыбнулся, но в его глазах мелькнула тень уважения. — Кто стоял с тобой в коридоре? Ты знаешь их? — С ними я не знакома. — Я покачала головой. — Но знаю, что это были Джин, Скотт — он же Циклоп — и Шторм. Может, мне ещё их способности назвать? — Нет, не нужно. — Он поднял руку, останавливая меня. — Скажи, ты хорошо себя чувствуешь? — Да. — Я удивилась этому вопросу. — Довольно неплохо. — Почему я не могу проникнуть в твой разум? — спросил он. Я смотрела на него долгую минуту. В его глазах не было угрозы — только искреннее желание понять. И я решила рассказать. — Во мне живёт зверь, — начала я. — Волк. Он даёт мне силы, но он же и губит. Он защищает меня от внешних воздействий — вот почему вы не можете проникнуть в мой разум. — Это интересно, — сказал профессор, когда я закончила. — Существо, живущее внутри тебя, не только даёт тебе силы, но и защищает от внешних воздействий. — Но оно меня ещё и губит. — Я горько усмехнулась. — Мои эмоции — это его реакция. Злость, ненависть, агрессия — всё это он. — Ты просто не научилась справляться с ним. — Он покачал головой. — Управлять. — Это невозможно. — Я вздохнула. — Моя резкая смена настроения характерна его реакцией. Он — часть меня. И я не могу его контролировать. — Мы научим тебя не поддаваться реакциям внутреннего зверя, — сказал профессор. Я смотрела на него, не зная, что ответить. Предложение было заманчивым. Может быть, здесь, вдали от всего, я смогу найти то, чего не смогла найти с Доктором. Мы вышли из кабинета. Шторм ждала в коридоре. — Покажи нашей новой ученице — Кэлли — её комнату, — сказал профессор. — Но я... — начала было я. — Пошли. — Шторм мягко, но настойчиво взяла меня за локоть. --- Шторм провела небольшую экскурсию. Мы прошли по этажам, она показывала мне учебные классы, лаборатории, библиотеку, столовую. Рассказывала, кто где живёт, какие занятия проходят, какие правила нужно соблюдать. Всё было незнакомым, чужим, но я чувствовала, что здесь, в этих стенах, бьётся какое-то особое сердце. Сердце людей, которые были такими же, как я — не такими, как все. «Ну хоть не в ТОРЧВУДе, — подумала я, когда мы подошли к одной из дверей. — Какое-то разнообразие». — Вот мы и пришли, — сказала Шторм, открывая дверь. Я вошла. Комната оказалась небольшой, но уютной. Бежевые стены, мягкая кровать, письменный стол у окна, шкаф. Всё было новым, чистым, и пахло здесь деревом и лёгким ароматом цветов, стоящих на подоконнике. — Здесь даже очень уютно, — сказала я, проходя внутрь. — Чарльз велел тебе отдохнуть и как следует набраться сил для завтрашнего дня. — Шторм улыбнулась. — Если что, ты всегда можешь к нам обратиться. — Спасибо, Шторм. Она кивнула и вышла, тихо закрыв за собой дверь. Я осталась одна. Села на кровать, провела рукой по мягкому покрывалу. На столе лежала стопка бумаг и ручка — будто для меня приготовили. Я подошла к окну. За ним был большой парк, деревья, дорожки. Где-то там, за горизонтом, был мой мир. Там ждал Джек. Там ждала команда. Но сейчас я была здесь. И, может быть, это было к лучшему. --- Часть седьмая. Знакомство Утром меня разбудил стук в дверь. — Кэлли? — раздался голос Джин. — Завтрак скоро закончится. Я быстро привела себя в порядок и вышла в коридор. Джин ждала меня, улыбаясь. — Пойдём, я покажу столовую. Мы спустились на первый этаж. Столовая оказалась огромной, светлой, с высокими окнами, выходящими в парк. За длинными столами сидели ученики — дети и подростки с самыми разными способностями. Я чувствовала их энергию, видела искры силы, вспыхивающие то тут, то там. Джин повела меня к столу, где уже сидели Скотт, Шторм и ещё один человек. Я узнала его сразу — тот самый Логан. Коренастый, с мускулистым телом и странной причёской, которая, казалось, жила своей собственной жизнью. Он был бессмертным — я знала это так же точно, как знала, что Джек тоже не может умереть. В его глазах читалась та же древняя усталость, та же вечность, которая тяготила. Логан посмотрел на Джин, потом перевёл взгляд на меня. Я села на свободное место, чувствуя на себе его изучающий взгляд. — Ты вчера пропустила ужин, — заметил Скотт. — Я была без сознания, — сухо ответила я. — Ну, это мы поняли. — Скотт, — предостерегающе начала Шторм. — Я просто хочу узнать, кто она, — пожал плечами Скотт. — Откуда взялась, что умеет. Ничего личного. — А если я не хочу рассказывать? — Я посмотрела на него в упор. — Тогда ты здесь надолго не задержишься. — Скотт! — резко сказала Джин. — Всё в порядке, — остановила я её. — Я понимаю его беспокойство. Чужие здесь не задерживаются, верно? — Мы просто заботимся о безопасности, — мягко сказала Шторм. Я хотела ответить, но в этот момент в моей голове раздался голос профессора Ксавьера: «Не давите на неё. Она ещё не готова рассказывать. Дайте ей время». Скотт вздохнул и отвёл взгляд. Шторм понимающе кивнула. Логан молчал, но я чувствовала его интерес. Он был старше всех здесь, видел больше, знал больше. И, кажется, понимал меня лучше остальных. --- После завтрака нас пригласили в тренировочный зал. Это было огромное помещение, оборудованное по последнему слову техники — голографические проекторы, датчики движения, силовые поля. Здесь ученики оттачивали свои способности в безопасной среде. — Ну, что покажешь? — спросил Логан, когда мы встали в центре зала. Остальные отошли к стенам, наблюдая. Я посмотрела на него. В его глазах читался вызов, смешанный с любопытством. Он хотел проверить меня, понять, на что я способна. И я решила не разочаровывать его. Я шагнула вперёд, схватила его за руку и, используя силу Волка, откинула парня на десяток метров. Он пролетел через весь зал и с глухим ударом приземлился у противоположной стены. В зале повисла тишина. Шторм приоткрыла рот от удивления, Скотт поправил очки, Джин замерла, переводя взгляд с меня на Логана. — Ещё есть вопросы? — спросила я, глядя на остальных. — Я воздержусь, — усмехнулась Шторм. Логан поднялся, отряхиваясь. Он не выглядел разозлённым — скорее, заинтересованным. — Это было грубо, — сказал он, подходя ближе. — А ты не пострадал, — парировала я. — Ты знала? — Он прищурился. — Откуда? — Она телепат, — ответила за меня Джин. Логан перевёл взгляд на неё, потом снова на меня. В его глазах мелькнуло что-то вроде уважения. — Давайте начнём, — прервал молчание Скотт. — Новеньких попрошу понаблюдать со стороны. — Ладно. — Работают профессионалы, — добавила Шторм, и в её голосе не было насмешки — только уверенность. Я поднялась на смотровой этаж. Отсюда через огромное стекло была видна вся тренировочная площадка. Ученики отрабатывали свои навыки — кто-то метал огненные шары, кто-то поднимал в воздух тяжёлые предметы, кто-то создавал иллюзии. Логан работал с группой старших, показывая им приёмы рукопашного боя. Джин демонстрировала телекинез, перемещая десятки предметов одновременно. Я смотрела на них и думала о своём. Мне нужно было найти способ вернуться домой. ТАРДИС пропала, Мастер исчез, а единственное, что у меня было — звуковая отвёртка и браслет, стимулирующий кровообращение. Маловато для межпространственного перемещения. Но я была гением. Если кто и мог создать портал из ничего, то это я. Я начала думать. Если бы я могла развить достаточно энергии, преобразовать её в пространственный сдвиг... Нужен был модуль, который смог бы накопить и сконцентрировать силу. Но где взять материалы? В школе было много всего, но мне нужно было что-то более мощное. Я взглянула на здание, в котором находилась. Старая постройка, мощные стены, сложные коммуникации. В его основании была огромная энергия — электричество, тепло, сила. Если я смогу её использовать... План созрел. --- Каждую ночь, когда школа погружалась в сон, я выходила на задний двор и работала над своим проектом. Я разбирала старую технику, которую находила в подсобках, перерабатывала металл, создавала детали. Моя конструкция росла на глазах — большая сфера, в центре которой должен был находиться преобразователь энергии. Днём я училась вместе со всеми. Посещала лекции по истории мутантов, занималась физикой и биологией. Мои знания выделялись на общем фоне — я отвечала на вопросы, которые ставили в тупик даже старших учеников. Профессор Маккой — Хэнк, как его здесь называли — заметил мои способности. Однажды, когда мы работали в лаборатории, он подошёл ко мне и сказал: — Ты и вправду гений. Нам такие нужны. — Гении нужны везде, — ответила я, не поднимая головы от расчётов. — Но все их воспринимают. Я не гений. — А говоришь как гений. — Ладно. — Я взглянула на часы. — Уже поздно. Я пойду. — Да. Спасибо. Я вышла из лаборатории и направилась к себе, но свернула не туда. Вместо комнаты я пошла на задний двор, где меня ждала моя сфера. Работа шла медленно, но верно. Каждую ночь я добавляла новые детали, проверяла расчёты, настраивала частоты. Браслет служил мне источником стабильного сигнала — я использовала его, чтобы калибровать энергию. Однажды, когда я возвращалась в комнату после очередной бессонной ночи, меня ждал Логан. — Ты всегда такая грубая? — спросил он, прислонившись к стене у моей двери. — Вообще-то да. — Я остановилась, глядя на него. — Зачем пришёл? — Поговорить. — Он пожал плечами. — Мы же не знаем ничего друг о друге. Вот и решил, что нам бы не помешало познакомиться. — Познакомиться значит? — Я усмехнулась. — Не получится. — Почему? — Я уже тебя знаю. — Я скрестила руки на груди. — А обо мне много знать и не нужно. Так что... — Откуда ты знаешь обо мне? — Он прищурился, и в его глазах мелькнула тень опасности. — Ты не влезала в мою голову. — Этого и не нужно. — Я покачала головой. — Твои глаза за тебя всё рассказали. Можешь считать меня экстрасенсом, ведьмой, кем хочешь. Мне всё равно. Но сейчас я очень занята. Я развернулась и ушла в комнату, оставив его в коридоре. --- Сфера была готова через две недели. Она стояла на заднем дворе школы, блестя металлическими боками в лунном свете. Я проверила все соединения, настроила частоты, активировала браслет. Всё было готово. Я зашла внутрь. Сфера захлопнулась за мной, отрезая внешний мир. Я нажала на кнопку запуска. Механизм взревел. Я побежала по внутреннему кольцу, разгоняя генератор. Быстрее, быстрее, быстрее. Ноги гудели, дыхание сбивалось, но я не останавливалась. Энергия накапливалась, искрила, била током. Сфера начала светиться. Вспышки били по стенам, лампам, приборам. В школе началась паника — я слышала крики, топот, но не могла остановиться. Мощность прибора работала на пределе, и остановить его было нельзя. — Кэлли! — чей-то голос пробивался сквозь шум. Я не отвечала. — Что она делает?! — другой голос. — Остановите это! — Нельзя! — крикнула я, но меня вряд ли услышали. Сфера вращалась всё быстрее. Пространство вокруг начало искривляться, сжиматься, рваться. Я чувствовала, как мир уходит из-под ног. В последний момент, когда я уже начала растворяться в свете, что-то тяжёлое вонзилось в сферу. Металл заскрежетал, разрываясь. Я увидела когти — три стальных лезвия, пробивших оболочку. Логан. — Кэлли! — заорал он, пытаясь остановить машину. Но было поздно. Пространство схлопнулось, и меня выбросило из сферы в бесконечную пустоту. Последнее, что я услышала, был его крик.