Во все тяжкие

      Драко подумал, что его гость из тех людей, которые умеют находить прекрасное во всем. Потому что как его взгляд обволакивал, когда Малфой висел в Витрине; как он жадно впитывал его боль, мучая сам; как любовался его страданиями, пока Коул обрабатывал его задницу шлепками, так он не скрывал своего восхищения, когда его знакомые разложили Драко на столе.       Фиолетовый цвет на браслете позволял с головой погрузиться в чужое ненасытное желание. Малфою казалось, что чем дольше это продолжается, тем более он отрывается от реальности, становится невесомым, существуя между чужих тел, чувствуя как пульс синхронизируется с чужими толчками. Пару раз Начо и Тор тоже доводили его до того, что он уплывал, нанизанный на их члены, но здесь и теперь это ощущалось еще острее. Красный браслет закреплял его только за одним гостем, но, каким бы ненасытным тот не был, ему нужно было хоть иногда отдыхать. Теперь же, стоило кому-то одному кончить, как Драко передавали другому. Они чередовались. То перекидывали его животом через подлокотник дивана, то укладывая на спину, и, кажется, их было больше, чем двое, потому что Джо, тут уже Драко не был уверен, потому что не отследил, разрешил остальным присоединиться.       Чтобы обладать своей игрушкой, ему было вовсе не обязательно самому наслаждаться ею. Он любовался тем, как Драко трахают другие, потягивал какой-то напиток из бокала и излучал сытое удовлетворение. Стягивающий шнурок убрали, и теперь когда кто-то из гостей кончал в него, Джо под одобрительный смех окружающих рисовал маркером на ключице Малфоя короткую палочку, обозначая количество обслуженных им партнеров.       Да, красный цвет на браслете не шел ни в какое сравнение с той палитрой ощущений, что дарил фиолетовый. Драко и представить не мог, сколько от него было скрыто. И как прекрасно быть заложником чужого удовольствия. За все это время ему дали только пару раз попить воды, и в общей сложности минут пятнадцать, чтобы отдышаться. Самым сладким было то, что стоило ему перестать реагировать, перестать отзываться на ласки, как Коул или Джо снова брали шлепалку, вынуждая Драко активнее работать задом, подмахивать и жадно заглатывать чужие члены. Их не трогали его стоны, мольбы и хныканье. Чувствуя, как его задницу таранит очередной член, Драко с трудом удерживал в сознании мысль, что так будет продолжаться до четырех утра. Это и ввергало его в ужас, и удерживало в возбуждении.       — Данте!       Услышав имя того, кого он так боялся, Драко заставил себя сосредоточится и сфокусировать взгляд. Джо позволил ему символическую передышку, пригласив сюда Начо. Символическую потому, что куратор облокотил его спиной себе на грудь, легко удерживая на весу под коленками, но при этом продолжал методично и безжалостно, как поршень на Хогвартс-экспрессе, толкаться членом в его задницу. Но по сравнению с предыдущей гонкой, где его передавали как переходящий приз, это уже было почти расслабление, так что наверное поэтому Драко поплыл.       — Приятно видеть знакомые лица. Прости, что не вышло побеседовать раньше. А ты в своем репертуаре, я смотрю?       Джо расслабленно усмехнулся, делая глоток из бокала.       — Я больше эстет, к тому же я своего не упустил, не переживай.       — Не сомневаюсь. Развращаешь наших гостей мне в убыток.       — Не так уж и много, — засмеялся Джо, подаваясь вперед, чтобы посчитать отметки на ключицах Драко. — Всего… Ммм, не вижу, посчитай сам.       Сейчас в зале снова царил расслабленный полумрак, а из динамиков лилось что-то ритмичное, экзотическое. Идеально подходящее под ситуацию — Начо казался практически черным, а вот Драко, наоборот, очень контрастно выделялся на его фоне. Шлепки тяжелых яиц по его пылающей от порки заднице очень удачно ложились в такт.       — Пять, шесть… Хм… Это одна целая палочка или у тебя рука дрогнула? — усмехнулся Данте. — Кстати, а к чему учет?       — Жду, на котором он кончит, — притворно развел руками Джо. — Но пока что-то не выходит. Но я умею терпеть, к тому же здесь шикарный бар и много добровольных помощников.       — Долго будешь ждать, — насмешливо фыркнул Данте и Драко поймал его довольный взгляд. — Мишель не умеет кончать только от анальной стимуляции. Странно, что тебе не сказали.       — Потому и не сказали, — обжег Драко дыханием шею Начо и резко толкнул бедрами, заставив его жалобно вскрикнуть.       — О… Но, полагаю, старшему персоналу можно простить такую невинную шалость, правда, Мишель? Уверен, ты не в обиде, — усмехнулся Джо.       — Таких особенных хастлеров у нас немного. — улыбнулся Данте. — Тебе нужно было выбрать другого. Могу одолжить тебе своего.       И он кивнул подбородком куда-то влево и вниз. Драко машинально проследил за ним взглядом и ему показалось, что время остановилось. Оборвалась музыка, перестали вспыхивать софиты, люди замерли в нелепых позах, он сам повис в воздухе, так и не насадившись до конца на член удерживащего его мексиканца. Отсутствие шрама и очков, ажурная маска, закрывающая половину лица, припухшие губы, шиммер на скулах — ничего из этого не помешало ему не узнать этот взгляд. На него, широко распахнув такие знакомые зеленые глаза, смотрел Поттер. И Драко более чем был уверен, что тот тоже легко узнал его.       Золотой мальчик, Спаситель Мира, герой, будущий аврор, общественный деятель и благотворитель, который регулярно мелькал в «Пророке» то на открытии какого-нибудь приюта, то в новостях об успешном задержании контрабандной драконьей чешуи; скромный юноша, который неловко улыбался в камеру и говорил, что пока не готов к отношениям, стоял на коленях, послушно заведя руки за спину. Голый, если не считать одеждой ошейник, с клеткой на члене и с еще не до конца сошедшими с плечей и бедер вьющимися следами от веревок. И вид у него был такой, будто его трахали не меньше, чем самого Драко.       В тот момент, когда их взгляды встретились, время снова пошло.       — Досадно, — не особо демонстрируя, что его это задевает, заметил Джо. — С другой стороны, ничего не мешает мне пробовать снова и снова. Что-то не так, Мишель? Ты почему-то напрягся. Данте, кажется, он тебя испугался. Не переживай, я не буду на тебя жаловаться, наоборот, я тобой очень доволен.       Как будто можно не напрячься, когда Поттер — извечный школьный недруг — вдруг застает его, Малфоя, чистокровного благородного аристократа, бодро скачущего на члене случайного маггла в одном из известнейших Лондонских борделей для геев.       — А я думал, мне показалось, — неожиданно сказал Данте, заставляя Поттера запрокинуть голову и посмотреть на себя. — Такой взгляд ни с чем не перепутаешь. Вы знакомы?       — Да, — тихо и хрипло выдохнул Поттер и Драко неожиданно осознал, что это его голос он слышал у своей Витрины. Стоп. Но если Поттер сегодня Звезда Ночи Данте, значит это именно его «жарили на вертеле» сегодня на шоу? Драко видел это краем глаза: связанного, подвешенного на веревках хастлера, которого Данте без колебаний позволил пустить по кругу. Учитывая, что платить за это было не нужно, энтузиазм гостей всегда бил через край. Эмоции от этого осознания были смешанными: от сочувствия до возмущения и зависти. Поттер и тут выпендрился!       — Ммм, неожиданный каминг-аут, — усмехнулся Джо. — И откуда, если не секрет?       — Со школы, — Поттер снова перевел на него взгляд и тут же опустил глаза.       — Соперники, верно я полагаю? — мягко подметил Данте. Он все всегда видел, и Драко захотелось заскулить от отчания, но он смог только невнятно что-то простонать, потому что хотя Начо и уменьшил амплитуду, чтобы не мешать Данте и Джо разговаривать, но все еще продолжал насаживать Драко на себя.       — Да, — Поттер попытался отвести глаза, но Данте не дал ему этого сделать, поймав за шею и насильно развернув голову в сторону Малфоя и Начо.       — Тебе это нравится, не так ли? Нравится его положение? Нравится, что он так бесстыдно открыт? То, как Начо засаживает ему? Не правда ли, кажется что такой огромный член сейчас его порвет? Посмотри, как он растягивает его, когда заполняет полностью…       Начо, предугадав желание управляющего, перехватил Драко поудобнее, а потом широко раздвинул в стороны его ягодицы, позволяя Поттеру рассмотреть все в подробностях. Драко невольно ахнул и зажмурился, как будто это могло спасти его от унижения.       — Да, — услышал он шепот Поттера. — Мне это нравится.       — Тогда помоги ему, — довольным, рокочущим тоном приказал Данте. — Джо, ты не возражаешь? Дадим мальчикам шанс помириться и стать друзьями?       — Эта ночь будет куда увлекательнее, чем я ожидал, — цокая языком, ответил Джо. — А кто курирует этого котенка?       — Я сам, — судя по скрипу дивана, Данте опустился на сиденье. — Он редко сюда заглядывает.       — Тогда ты и Мишель не будете возражать, если мы одолжим его второго воспитателя? Или ты хочешь лично?       — Нет, когда я на работе, я предпочитаю не отвлекаться. Тор, подойди сюда, ты нам нужен.       Драко распахнул глаза как раз вовремя. Начо опустился на диван, чтобы Поттеру было удобнее и тот медленно, как загипнотизированный, вобрал в рот член Драко. Уже только от этой картины сносило крышу. Малфой не кончил только потому, что Начо, предугадав его желание, больно сжал его член у основания.       — Не торопись, Мишель, — с садистским удовольствием прошептал он. — С твоей стороны очень наивно полагать, что Гарри позвали сюда для твоего удовольствия.       Гарри. Этот чертов Поттер даже не озаботился псевдонимом. Хотя чему удивляться? Гриффиндор это диагноз.       — Ноги! — подошедший к ним Тор звонко шлепнул Поттера по заднице, разворачивая так, чтобы сидящим Данте и Джо было лучше видно. Он привычно, как всегда делал с Драко, перехватил его за скованные руки, и жестким, коротким толчком вошел в него во всю длину. Когда Поттер застонал, пораженно распахивая глаза, Драко чуть не подавился слюной. Мерлин, теперь он понимал, почему Джо так нравилось наблюдать за тем, как его имеют другие. Малфою тоже готов был часами любоваться, как Тор трахает Золотого мальчика.       Стандарты качества Данте никогда не подводили. Поттер, как и всякий выдрессированный во «Втором круге» хастлер, отсасывал не хуже самого Драко. Малфой мечтал о разрядке еще с самой Витрины и вот теперь она была невероятно близка, потому что Данте срежиссировал идеальную картину-постановку. Смотреть как Тор вколачивается в Поттера, пока тот старательно втягивает щеки, заглатывая член Малфоя — такое даже в самых извращенных фантазиях не приходило Драко в голову. Даже тот факт, что буквально у лица Золотого мальчика Начо сейчас влажно и с хлюпаньем вгоняет свой член в его благородную аристократическую задницу, не портило послевкусия от этой картинки. Собственное положение и знание, что Поттер прекрасно осознает, что Драко тут на тех же условиях, что и он, придавали его удовольствию терпких унизительных ноток. На секунду Драко показалось, что он кончит вот прямо сейчас, он выгнулся в руках в Начо, насаживаясь глубже, но тот безжалостно снова удержал его от оргазма.       — Пожалуйста… Пожалуйста… — захныкал Драко. Если ему не разрешали кончить, то пусть бы дали хоть пару минут передышки. Однако к его разочарованию, хоть Поттер чуть и притормозил, предчувствуя его разрядку, но Тор звонким шлепком заставил его продолжать.       — Данте… — чуть запыхавшись попросил Начо, — дай-ка мне колечко потуже… Мишель слишком нетерпелив.       — Нет, не надо, пожалуйста, не надо, только не снова! — Драко ненавидел себя за эти слова, однако кольцо все равно безжалостно затянули, и Поттер продолжил свою сладкую пытку. Драко метался, рвался из рук Начо, лепетал что-то жалкое и умоляющее, но прекрасно понимал, что все его попытки будут проигнорированны, потому что все это слишком нравилось его мучителям.       — Божественно, — тихо выдохнул Джо, поглаживая собственный холмик между ног. — Данте, ты просто невообразим…       Ему не дали кончить даже тогда, когда Начо сам щедро наполнил его спермой. Драко, скуля и всхлипывая, дрожал крупной дрожью, глядя на то, как Тор догонял напарника. Малфою казалось, что он сейчас сойдет с ума. Фраза из памятки: «Вырубишься в процессе — штраф» уже не вызывала вопросов. Наверное, так чувствовалось пресыщение.       — Достаточно, — Данте словно почувствовал, что Драко вот-вот потеряет сознание, и решил сменить мизансцену. — Пора и Мишелю потрудится для бывшего одноклассника. Тор, дай ему место.       Тор неохотно выскользнул и развернул Поттера лицом к себе. Драко почувствовал крепкую руку Начо на шее.       — Давай Мишель, — хрипло прошептал он ему на ухо. — Он заставил тебя умолять. Теперь твоя очередь.       Он надавил ему на шею, заставляя нагнуться. Драко напрягся, сопротивляясь, но звонкий шлепок немедленно подавил его бунт. Начо держал жестко, не давая ему отстраниться, больно натянул скованные сзади руки, вынуждая прогибаться, едва ли не утыкаясь лицом в выставленную задницу, где между двух половинок темнел растраханный анус.       — Давай, Мишель, постарайся, я прекрасно помню, как хорошо ты умеешь работать языком, когда он в правильном месте, — засмеялся он. — Давай-давай, не сопротивляйся… Знаешь же, что я все равно заставлю. К тому же вы же знакомы и хорошо знаете друг друга, к чему стесняться? Спорим, Гарри понравится?       Поттер и правда застонал, когда язык Драко широко и щедро прошелся от самых яичек к щели, где только что хозяйничал член Тора.       — Умница, не так и страшно, правда? Теперь внутрь, поглубже, отполируй там все хорошенько, не сачкуй… Данте разрешит тебе кончить, если ты будешь стараться, — рука Начо все еще тяжело лежала на его затылке, зато Поттер ожидаемо подался назад, охотно подставляясь языку Драко. Если отрешиться, если не думать о том, кто это, можно было бы представить, что это очередной клиент, но Начо не собирался облегчать Малфою задачу. — Уверен, Гарри и представить не мог, что когда-нибудь, ты будешь так старательно засовывать язык ему в задницу. А ты сам? Думал о таком, Мишель? Как будешь стоять перед ним на коленях и вылизывать его дырочку? Интересно, сколько человек там сегодня побывало?       — В следующий раз, учитывая дух соперничества у этих двоих, можем устроить соревнование, — предложил Джо.       — Ты решил не только лишить меня дохода, но и испортить мне персонал? — засмеялся Данте. — Гарри, ты здесь не на курорте. Тор так уснет. Давай-ка поактивнее.       Он разглядывал двух своих хастлеров, таких непохожих, но таких одинаковых. Оба приходили сюда за одним и тем же, но получали желаемое разными путями. Данте не особо интересовали их мотивы, главное, что желания их обоих приносили ему доход.       Стоны Гарри стали все глуше, когда Тор немного увеличил напор. Данте находил очаровательным как его послушный мальчик, расслабившись, невольно толкался в лицо Мишеля. Судя по его жалобному скулежу сквозь задушенное хлюпанье, блондин продолжал послушно работать языком, проталкивая его глубже сквозь податливое колечко мышц, щекоча и дразня. Данте видел, что Мишель тоже окончательно отпустил себя, потерял ощущение реальности, счет времени, покорно и полностью приняв навязываемую ему роль. Начо уже даже не нужно было контролировать его, только немного подстраховывать, придерживая за плечи, чтобы Мишель не потерял равновесия.       Данте с трудом удержал улыбку. Главная задача хастлера — служить удовольствием для других. И кончать от этого самим. Похоже, Мишель смирился с тем, что удовольствием окружающих было видеть его, вжимающегося покрасневшими щеками между ягодиц другого хастлера. А значит, лучшего места для него, для этого избалованного мальчишки, непонятно каким чудом получившего рекомендацию во «Второй круг», не могло существовать и в принципе. Жаль только, что через какое-то время он убедит себя, что это не так. И хорошо, что есть Начо и Тор, которые снова докажут ему обратное.       Тор в последний раз толкнулся Гарри в рот и отстранился слишком торопливо, забрызгав лицо последнего семенем. Данте одобрительно улыбнулся, наслаждаясь тем, как его зеленоглазая игрушка жадно хватала ртом воздух, облизывала соленые губы, а потом старательно, без понуканий и напоминания, пробежалась языком по ноге мексиканца, собирая жемчужные капли. Гарри очень старался, чтобы задобрить его и получить право просить:       — Данте, пожалуйста… Я…Пожалуйста, я умоляю… Прошу… Пожалуйста, сними ее, разреши мне… Данте… — он скулил как щенок, умоляюще глядя на него снизу вверх. Его бедра постоянно двигались, но как Мишелю не давали отстраниться от Гарри, так и Гарри не разрешали убегать от старательного язычка блондина.       — Сжалься, Данте, — насмешливо попросил Джо. — Даже я не настолько жесток. Тем более, что твой мальчик неплохо постарался.       — Ты знаешь сколько стоит ключ, — равнодушно пожал плечами Данте. — Ты гость, и если ты хочешь…       Гарри захныкал, переводя несчастные глаза на Джо. Тот с напускным равнодушием опустил глаза на часы, томя его притворными раздумиями.       — Ну так и быть. Я покупаю для него ключ.       — Смотри, разбалуешь мне его! — притворно вздохнул Данте и кивнул Тору, чтобы тот снял ошейник. Он усмехнулся, заметив, что Мишель не может отвести затуманенные похотью серебряные глаза от освобожденного, наливающегося твердостью члена школьного соперника. Данте искренне считал, что самое прекрасное в его работе, когда его мальчики, забывают обо всем, кроме той функции, которую им положено выполнять. — Начо, сними с него тоже колечко.       — Посадим обоих на один член? — предложил Джо. — И устроим соревнование, кто быстрее кончит. Если мой, то ключ за твой счет.       — А если мой?       — До конца месяца буду приходить каждую неделю, — лукаво улыбнулся Джо.       Данте кивнул. Этот гость никогда не считал денег и всегда делал клубу хорошую кассу.       — Боюсь, что никто из них долго не продержится, — глядя, как Начо шлепками вынуждает Мишеля прогнуться, чтобы вставить в его дырочку гладкий длинный фаллос, вздохнул Данте. Тор с помогал с другого конца устроится Гарри. Глянцевая черная поверхность завлекательно поблескивала между двух еще розовых после порки задков. Короткой цепочком Начо соединил карабины их наручей, чтобы им было удобнее держать равновесие со скованными за спиной руками. Это было не первое такое соревнования, правда играть следовало в начале ночи, когда хастлеры еще не выдохлись и что-то соображают.       — Тут и осталось всего ничего, — пожал плечами Джо, с удовольствием откидываясь на диване.       — На старт, — вкрадчиво протянул Данте, глядя с какой готовностью бывшие школьные враги заняли нужную позицию. Тор и Начо присели рядом, накрывая их члены ладонями. — Внимание… Марш!       Оба начали двигаться одновременно, жадно и торопливо толкаясь в кулаки мужчин. Их ягодицы с влажными шлепками ударялись друг о друга, когда оба одновременно подавались назад, стремясь насадиться поглубже. Это была прекрасная игра, на взгляд Данте, потому что мальчики обычно не сразу понимали, что чем они активнее двигаются, тем сильнее трахают соперника, приближая чужую победу.       — Жаль, ты не разрешаешь своим хастлерам вставлять друг другу, — улыбнулся Джо, глядя как Тор, переглянувшись с Начо, начали дразнить соски парней. Гарри очаровательно кусал губы, сдерживая себя, но все равно громко вскрикивал каждый раз, когда фаллоиммитатор оказывался максимально глубоко, Мишель не менее прелестно аккомпанировал ему своими стонами. Как будто они оба не хотели, чтобы один из них стал свидетелем «падения» другого. — Уверен, секс между этими двоими был бы очень занимателен. Вне зависимости от того, кто из них был бы активом.       — У них есть языки, — терпеливо заметил Данте. Джо был не первым, кто пытался изменить правила в его клубе. — А если сильно хочется, всегда можно надеть на хастлера маску с фаллосом.       — О! — в голосе Джо мелькнуло разочарование. — Я про них забыл. Ну это уже в следующий раз.              Тор и Начо заухмылялись и удвоили старания, ускорились, жестко надрачивая своим жертвам. Оба мальчика уже стонали и вскрикивали, не сдерживаясь. Другие гости подходили посмотреть поближе и делали ставки между собой, выбирая победителя. Но Данте оказался прав. Измотанные изнурительной сменой юноши не выдержали и трех минут. Мишель выгнулся, едва ли не касаясь соперника плечами, и с громким гортанным криком выплеснулся в руку Начо. Гарри закончил следом, буквально секунд через десять, обессилено съехав на разъезжающихся ногах. Тор одобрительно потрепал его по щеке. Кажется той самой рукой, в которую Гарри и кончил.       — Замечательно, — выдохнул Джо, вытаскивая маркер. Он поднялся, неторопливо подошел к Мишелю и решительно перечеркнул ряд палочек на его ключице, заканчивая стопку. — Это была прекрасная ночь. Данте, ты как всегда был на высоте.       Именно. Ни Мишель, ни Гарри, и ни тем более Начо с Тором. Данте в ответ самодовольно улыбнулся и кивнул, принимая похвалу. Как будто могло быть как-то иначе.