Я — гриб-омега, пожалуйста, вырасти меня!

Ши Ю почувствовал, как его оторвало от земли. Воздух наполнился ароматом поздней осени, холодным древесным запахом, который мягко успокаивал его напряженные нервы, смягчая острые углы его мыслей. Это напомнило ему о давних временах. В детстве он часто сидел один в дождливые дни, наблюдая за дождем. Морская струя пропитывала воздух, превращая весь переулок в туманную и сонную тишину под звуки бесконечного дождя. Он тихо сидел на каменной скамье, безучастно глядя на мрачное небо. Влажный воздух, казалось, никуда не улетал. Проходившая мимо девушка долго колебалась, прежде чем робко подойти к нему. Она протянула руку и легонько постучала его по плечу, тихо спросив: «Ты… о чем-то грустишь?» Ши Ю поднял голову. Его лицо было спокойным и бесстрастным, отстраненным, словно холодным или, возможно, просто безразличным, как сам дождь. «Я не грущу…» — сказал он. «Мне нравятся дождливые дни». Девушка посмотрела в его пустые глаза, крепче сжимая зонтик. После долгой внутренней борьбы она осторожно прошептала: «Но Ши Ю… Ты выглядишь таким одиноким. Ты всегда один…» Её детский голос поглотил дождь. Ши Ю смотрел, как она уходит, её маленькая фигурка исчезает в тумане, а затем снова склонил голову к моросящему дождю. Он не понимал, что девушка имела в виду под словом «одинокий». Он только недавно узнал значение слова «нравится» на уроке. Учитель сказал, что любить что-то означает хотеть быть рядом с этим. Он хотел быть рядом с дождём, значит, он его любил. Грибы не могли понять человеческие эмоции. Как и он, они не совсем понимали так называемую одержимость, вызванную феромонами, о которой часто говорили Альфы и Омеги. Та девушка сказала, что быть одному — это одиноко. Ши Ю уткнулся половиной лица в колени, его тихие глаза отражали тонкие струйки падающего дождя. Но грибам никто не нужен. Они рождены для существования в одиночестве. Значит, он всегда был одинок. Когда Ши Ю снова открыл глаза, он обнаружил себя лежащим на мягком диване. Температура в комнате была как раз подходящей, теплой и уютной. Рядом тихо работал увлажнитель воздуха, слабое шипение пара смешивалось с гулом обогревателя. Комната была приглушенной, освещенной лишь маленькой оранжевой лампой у стола. Долгое мгновение Ши Ю просто смотрел, ошеломленный, его мозг был слишком вялым, чтобы понять, где он находится. «Ты проснулся?» Знакомый, приятный голос раздался над его головой. Только тогда он понял, что все еще прислонился к чьей-то руке, к руке Лу Ичэна. Лу Ичэн был в очках, на коленях у него стоял ноутбук, и он работал. Тем временем Ши Ю, прижавшись лицом к руке Лу Ичэна, крепко держался за мягкое одеяло. Ши Ю растерянно моргнул. Прежде чем он успел что-либо сказать, перед ним внезапно поставили чашку. «Выпей это», — сказал Лу Ичэн. Мозг Ши Ю работал с перебоями, тело было вялым и расслабленным. Он не хотел двигаться, даже не хотел отпускать руку Лу Ичэна. Он тупо уставился на чашку, затем инстинктивно наклонился вперед, коснувшись губами края. Мужчина, державший чашку, слегка напрягся, но вскоре приспособился, поднеся ее ближе к губам. Ши Ю сделал небольшой глоток и причмокнул губами. Это было горькое, холодное лекарство. Лу Ичэн заметил его нежелающее выражение лица, поэтому снова протянул руку, осторожно наклонил чашку и уговорил его выпить всё до конца. К тому моменту, когда Ши Ю был насильно съеден, он выглядел ещё более подавленным, нахмурился и жалобно прошептал: «Какой горький…» Взгляд Лу Ичэна смягчился. Ши Ю снова оглядел комнату и наконец понял, что это не сон. Он действительно был в доме Лу Ичэна, и, что ещё хуже, всё ещё цеплялся за него. Он слегка приподнялся, одеяло сползло. «Я… как долго я спал?» «Сорок минут», — ответил Лу Ичэн. Он наклонился, чтобы поднять упавшее одеяло, и снова накрыл его. «О…» — пробормотал Ши Ю. Древесный запах феромонов Лу Ичэна был сильным на таком расстоянии, чистым и свежим, как кедр. Его тело инстинктивно наклонилось ближе. «Ты же сам меня сюда привёл, верно?» «Кто же ещё? Думаешь, ты сам сюда прилетел?» Лу Ичэн щёлкнул себя по лбу. «Почему ты сидел снаружи?» Ши Ю потёр лоб, затем повернул лицо в другую сторону и пробормотал: «Ты же говорил мне не перелезать через твой балкон». Лу Ичэн нахмурился. «Я не это имел в виду». «Ты был болен, едва одет, сидел там на холоде. Почему ты просто не позвонил мне?» «Я собирался», — слабо сказал Ши Ю. «Но у меня вдруг закружилась голова… Подожди, а у меня вообще есть твой номер?» Они посмотрели друг на друга мгновение, прежде чем Ши Ю, осознав ситуацию, моргнул. «О! С тех пор, как ты помог мне забрать посылку!» Лу Ичэн потерял дар речи. Он накрыл Ши Ю одеялом. Ши Ю быстро снял его, и тут услышал рядом тихий голос Лу Ичэна: «Твой номер телефона». Он достал телефон, открыл WeChat и стал ждать. Когда Ши Ю не ответил, он спокойно и терпеливо сказал с ноткой предупреждения: «Поторопись». Ши Ю быстро продиктовал свой номер. Закатанные рукава рубашки Лу Ичэна обнажили мягкие складки на его предплечье. Его длинные пальцы плавно двигались, когда он набирал номер. Вскоре появился профиль Ши Ю в WeChat. Его аватаром был надутый ребенок в солнцезащитных очках, а имя пользователя было крупными буквами написано как Miracle YouYou. Лу Ичэн на мгновение уставился на это, прежде чем уголок его губ слегка дрогнул. «Детство». Он нажал «Добавить в друзья». «Прими это, когда вернешься», — сказал он бесстрастно, убирая телефон, как ни в чем не бывало. Ши Ю не знал, как ответить. Хотя его только что поддразнили, он не мог не испытывать тайной радости: теперь у него был WeChat Лу Ичэна! Затем, словно вспомнив что-то, он спросил: «Где ель, которая стояла рядом со мной?» «Вон там», — сказал Лу Ичэн, взглянув на полку в помещении. «Я немного за ней ухаживал. Сейчас она на полке». Ши Ю проследил за его взглядом. Маленькая ель стояла на полке, высокая и яркая, ее хвоя свежая и зеленая, источая чистый древесный аромат. «Там так красиво», — сказал Ши Ю с легкой улыбкой. «Не называй это временным. Я вообще-то хотел тебе это дать, оно пахнет тобой». Лу Ичэн наблюдал, как дважды затрепетали его мягкие ресницы, а щека нежно прижалась к руке. На мгновение возникло желание протянуть руку и ущипнуть его за лицо, но он быстро нахмурился, приняв эту нелепую мысль. «Чувствуешь себя лучше?» — спросил он, слегка пошевелившись, чтобы освободить зажатую руку. «Если да, отпусти меня». «Мне пока не лучше», — бесстыдно сказал Ши Ю, ещё глубже прижимаясь к нему, прежде чем неохотно ослабить хватку. Он не понимал, почему тон Лу Ичэна так внезапно изменился, но всё равно честно кивнул. «У тебя совсем нет фильтра», — пробормотал Лу Ичэн, выпрямляясь. Если бы это был другой Альфа, менее сдержанный, этот наивный Бета, возможно, уже давно потерял бы свою невинность. И всё же, когда Лу Ичэн наклонился ближе, он уловил слабый, мимолетный запах, сладкий, как сливки. Но когда он попытался определить его снова, запах исчез. «Оставайся здесь и съешь торт», — сказал он, слегка стиснув зубы. Он поставил перед собой кусок клубничного торта, затем встал и взял полотенце, висящее на стуле. «Я пойду умыться». Ши Ю наблюдал, как он исчез в ванной, затем посмотрел на торт. Это был торт из Fecake, известной кондитерской, с воздушным кремом, блестящей клубникой и аккуратной маленькой этикеткой. Десерт выглядел почти слишком милым, чтобы ассоциироваться с таким холодным человеком, как Лу Ичэн. Он откусил кусочек. Сладость смыла остаточную горечь лекарства, обволакивая горло мягким кремом. Пока он жевал, он услышал шум льющейся воды из ванной. Его уши слегка покраснели. Почему он так долго не моется? В тусклом свете настенные часы расплывались. Время тянулось бесшумно. Прислушиваясь к размеренному журчанию воды, Ши Ю плотнее закутался в одеяло. Запах одеяла, этот прохладный, древесный осенний аромат, окутал его. Он уткнулся в него лицом, желая полностью погрузиться в этот запах. Это притяжение снова. Это неудержимое влечение. Неужели это то, что подразумевают под реакцией феромонов? Но он ведь даже не Омега. Он просто… хотел быть рядом с Лу Ичэном. Неужели это значит — нравиться кому-то? По мере того, как его охватывала сонливость, Ши Ю заснул, окутанный запахом Лу Ичэна, в окружении нежного тепла и тумана. Через несколько минут дверь ванной открылась. Лу Ичэн вышел в простой футболке, с полотенцем в руке, вытирая волосы. Его влажная челка смягчала обычно резкие черты лица. Он налил себе стакан воды и заметил, что Ши Ю крепко спит на диване. Дыхание Беты было медленным и ровным, длинные ресницы покоились на щеках, он был завернут в одеяло, словно ему здесь самое место. Этот гриб действительно вел себя так, будто ему здесь хозяин. Лу Ичэн стоял рядом с диваном, молча наблюдая за ним. Затем он протянул руку и ткнул его в щеку. Мягко, мягче, чем он ожидал. Такой худой, но на лице еще оставалась детская пухлость. Почувствовав прикосновение, Ши Ю пошевелился и открыл глаза. Лу Ичэн замер, испуганный как собственным действием, так и внезапным пробуждением Ши Ю. «Я тебя разбудил?» Свежевымытый, мужчина источал сильный, свежий, опьяняющий аромат кедра. Ши Ю сонно моргнул, затем слабо улыбнулся. «После душа от тебя приятно пахнет». Он остановился, понюхал себя и невинно спросил: «А мне тоже выпить?» Лу Ичэн чуть не подавился. «Это было бы… очень странно». Его разум уже был полон опасных мыслей, и алкоголь, всё ещё бродивший в его венах, не помогал. Невинные слова этого наивного Беты испытывали его терпение. Он провёл рукой по влажным волосам, посмотрел на часы — уже за полночь. Ему пора спать. Но Бета всё ещё здесь, с высокой температурой. Может, ему стоит пойти и открыть дверь в квартиру Ши Ю? Как только он повернулся, чтобы уйти, Ши Ю внезапно схватил его за штанину, его голос был тихим и нервным: «Так… можно обниматься, да?» Его тело слегка задрожало, жар сделал кожу сверхчувствительной. Он не мог контролировать это, жажду прикосновений, тепла. Лу Ичэн посмотрел на него сверху вниз. «И что я от этого получу?» Ши Ю моргнул, серьезно задумавшись. «Что тебе нужно?» «Обычно я позволяю другой стороне сделать предложение первой», — сухо ответил Лу Ичэн. Брови Ши Ю нахмурились от размышлений. У него было немногое: маленькая квартира, несколько книг и его собственная странная сущность гриба. Затем он кое-что вспомнил. «Гриб?» — тихо пробормотал он. «Я могу показать тебе свои щупальца… Ты же хотел их увидеть, верно?» Лу Ичэн смотрел на него, наполовину с улыбкой, наполовину безмолвно. Хорошо. Не совсем честный обмен, но… приемлемый. Позже он спишет все на алкоголь. «Покажи мне тогда», — сказал он, садясь напротив него и протягивая руку. Ши Ю нервно сглотнул. Взгляд Лу Ичэна блуждал по нему, пока он ждал, воздух между ними был напряженным. Затем из-за спины Ши Ю начали разворачиваться тонкие, бледно-розовые нити, мягкие, нежные щупальца, слабо мерцающие. Они скользнули вперед, обвивая предплечье Лу Ичэна и медленно поднимаясь к его ладони. Тонкие нити касались его пальцев, извиваясь между ними, пока кончик одной из них мягко не коснулся его открытой ладони. Лу Ичэн наблюдал, его глаза потемнели. Он не мог понять, понимал ли Бета, насколько это заманчиво. Медленно он сжал пальцы вокруг мягких нитей. Ши Ю резко вздрогнул, словно его поразила молния. «Какие чувствительные», — пробормотал Лу Ичэн с оттенком веселья в голосе. «Они просто… давно не использовались», — пробормотал Ши Ю, его кожа покраснела, шея почти стала прозрачной от жара. «Они болят, как руки… и никто их раньше не трогал…» Взгляд Лу Ичэна скользнул с его лица на шею. Он слегка потянул за щупальца, приглашая его подойти ближе. Глаза Ши Ю мгновенно загорелись. Он практически рванулся вперёд, обняв Лу Ичэна за талию, уткнувшись лицом в его грудь, совершенно бесстыдно. «Дай мне феромоны», — пробормотал он. «Я ужасно себя чувствую. Жар сильный, и щупальца болят. Я сделаю тебе массаж, а ты… дай мне феромоны, хорошо?» Лу Ичэн смотрел на него сверху вниз, потеряв дар речи. Он никогда не встречал никого подобного, такого смелого и в то же время такого чистого. Но, увидев дрожащее тело и покрасневшую кожу Беты, покрытую этими мягкими щупальцами, он не смог заставить себя оттолкнуть его. В конце концов, они заключили сделку. Он вздохнул и нежно похлопал Ши Ю по спине, высвобождая свои феромоны. Запах кедра наполнил комнату, на этот раз более спокойный, нежный. Он обволакивал чувства Ши Ю, убаюкивая его разгоряченный разум и погружая его в покой. Это было непохоже ни на что, что Ши Ю когда-либо испытывал. Феромоны успокаивали его глубже, чем любое физическое прикосновение. Окутанный этим успокаивающим ароматом, этим теплом, Ши Ю почувствовал, как тает. Температура, влажность, воздух — всё здесь принадлежало Лу Ичэну. Всё, что ему нравилось. После долгого, довольного молчания раздался его мягкий и искренний голос: «Ичэн… не хотите ли оставить себе гриб?»