Я — гриб-омега, пожалуйста, вырасти меня!

Двойное обновление после рождественского спецвыпуска ❄️🎁 Поездка домой прошла в тишине. Лу Ичэн молча вел машину. Ши Ю сидел рядом, слишком боясь говорить. Дома Лу Ичэн принес лекарства, молоко и фрукты, которые рекомендовал доктор. Ши Ю шел следом, с пустыми руками, вцепившись в край рубашки, и кротко вошел в квартиру. Лу Ичэн поставил все вещи в прихожей, затем достал тапочки Ши Ю и опустился на колени, чтобы развязать ему шнурки. Ши Ю не любил носить обувь дома. Возможно, нечеловеческие существа инстинктивно не любят, когда их конечности скованы. Кошки и собаки тоже ненавидят обувь. Пальцы Лу Ичэна ослабили шнурки. Он поднял стройную и бледную лодыжку Ши Ю, снимая с него ботинок. Нога Ши Ю, покрытая белыми носками, слегка подогнулась внутрь. Лу Ичэн вставил ее в мягкий хлопковый тапочек. Неразборчиво, он встал, подошёл к комнате Ши Ю, открыл шкаф и достал пушистую домашнюю одежду. Затем он потянул Ши Ю в гостиную и начал снимать с него пальто. Ши Ю моргнул своими круглыми глазами, тайком наблюдая за ним. Когда Лу Ичэн начал снимать с него одежду, он без сопротивления подчинился, подняв руки, чтобы надеть тёплую домашнюю одежду, но его взгляд ни на секунду не отрывался от лица Лу Ичэна. «Ичэн…» Переодевшись, Ши Ю наконец не смог сдержаться и тихо позвал его. Лу Ичэн лишь ответил: «Иди вымой руки». Поэтому Ши Ю мог только поджать губы и послушно пойти вымыть их. Когда он вернулся, Лу Ичэн уже включил обогреватель. Он вошёл из гостиной с небрежно закатанными рукавами и совершенно бесстрастным лицом, даже не взглянув на Ши Ю. Всякий раз, когда хозяин молчал, он казался особенно устрашающим. Ши Ю подошёл и молча встал рядом с Лу Ичэном, затем осторожно наклонил голову, чтобы взглянуть ему в глаза. Глаза Лу Ичэна были очень тёмными, блестящими и чёрными, как глубокие омуты, настолько глубокие, что дна не было видно. Он подогревал молоко. После того, как молоко нагрелось, он начал резать яблоко. Закончив, он принёс молоко и фрукты к обеденному столу. Ши Ю следовал за ним всю дорогу, волочась за ним, словно крошечная тень, которая никак не хотела расходиться. Лу Ичэн отодвинул для него стул, и он тут же сел. Увидев, что Лу Ичэн всё ещё не обращает на него внимания, Ши Ю протянул руку и ткнул его в руку. Лу Ичэн по-прежнему молчал. Ши Ю тревожно поднялся на цыпочки, дергая себя за рукав. Он почувствовал знакомый прохладный сосновый аромат, исходящий от тела Альфы. У него слегка перехватило дыхание, и рука, сжимавшая одежду Лу Ичэна, усилилась, когда он поднял лицо, желая поцеловать его. Но Лу Ичэн отвернул голову, уклоняясь от поцелуя. Ши Ю поцеловал пустоту. Они были так близко, что их тела практически соприкасались, но Лу Ичэн не позволял ему поцеловать себя. Ши Ю тут же почувствовал, как вспыхнула искра гнева. Что это должно было означать? Лу Ичэн наконец повернулся к нему. Он протянул руку и обхватил лоб Ши Ю ладонью. Его руки были большими, легко тянулись от подбородка Ши Ю до половины его маленького лица. Лу Ичэн слегка нахмурился, затем повернулся, чтобы что-то взять. Когда он вернулся, перед Ши Ю лежало несколько таблеток. «У тебя всё ещё жар», — сказал Лу Ичэн беззвучно. «Прими лекарство». Ши Ю надулся, но, чувствуя себя виноватым, послушно проглотил таблетки. Закончив, он захотел подойти поближе, может, хотя бы обняться, но тут Лу Ичэн сказал: «Я запер твой балкон». Ши Ю: «???» Он замер, резко повернув голову к балкону. И действительно, на балконной двери висел замок. Его любимый вид, тот, что вел к его красивому уличному месту, был заперт. «Ты, должно быть, вышел на балкон посмотреть на дождь. Вот так ты и подхватил жар», — сказал Лу Ичэн. «Разве я тебе не говорил? Даже если грибы любят дождь, на них все равно не может идти дождь. Ты заболеешь». Ши Ю недоумевал, как ему удалось всё это угадать. Неужели хозяин слишком хорошо его знает? Но прежде чем он успел отреагировать, он услышал, как Лу Ичэн продолжил: «С сегодняшнего дня все сладости запрещены». Ши Ю: «!» «Почему?!» «Я встретил Ран Хуайнянь по дороге в больницу. Я слышал, вы с Бай Юаньшань пошли на десертный буфет и испортили себе желудок». Ши Ю возразил: «Это были не только десерты! Мы ещё и барбекю ели!» Лу Ичэн спокойно ответил: «Тогда и барбекю запрещено». Ши Ю: «…» Лу Ичэн посмотрел на него. «Ты такой маленький, а ешь так много. Я что, морю тебя голодом каждый день?» Ши Ю не мог возразить ни словом, поэтому ему оставалось только стоять и терпеть, пока Лу Ичэн продолжал перечислять свои проступки. «Ты отказываешься носить обувь дома. Пол холодный, ты должен носить тапочки». «40-градусная жар — это не шутка. У тебя и так своеобразное здоровье. Пока ты полностью не выздоровеешь, ты переедешь ко мне». «И я проверил твой черновой вариант. В целом направление хорошее, но слишком много мелких ошибок. Некоторые индикаторы даже не совпадают должным образом. Ты исправишь их вместе со мной». В тот момент, когда Ши Ю услышал это, его захлестнула волна негодования. Он даже не успел разозлиться на Лу Ичэна, который кусал его за щупальца и издевался над ним, но почему-то первым разозлился именно Лу Ичэн. Все, чего он хотел, — это немного уговорить его, а вместо этого Лу Ичэн пришел домой только для того, чтобы запретить ему делать то и это. Ши Ю опустил голову. Он почувствовал, что жар снова подступает. В голове все расплывалось, и он полностью проигнорировал слова Лу Ичэна. Заметив его молчание, Лу Ичэн на мгновение замер и протянул руку, чтобы прикоснуться к его лицу. Ши Ю повторил за ним, отвернув голову, чтобы избежать прикосновения. Рука Лу Ичэна замерла в воздухе. Затем он шагнул вперед, откинул мягкие волосы на лбу Ши Ю и нежно погладил место между бровями. Кончики пальцев Альфы были прохладными, скользя по его коже, успокаивая накопившееся там напряжение. Легкий аромат феромона проник внутрь, смягчая напряженные брови Ши Ю. Но Ши Ю по-прежнему отказывался обращать на него внимание. Он оттолкнул руку Лу Ичэна, лишив его всякого контакта. В комнате воцарилась тишина. Жужжание обогревателя было настолько отчетливым, что казалось, будто оно звенит в воздухе. «Ши Ю, посмотри на меня», — сказал Лу Ичэн. Ши Ю тихо фыркнул и еще больше проигнорировал его. Он встал, отвернулся и направился к дивану. Он плюхнулся на него и, не говоря ни слова, обнял ближайшую подушку. Лу Ичэн последовал за ним. Каждый раз, когда он пытался сесть рядом, Ши Ю отодвигался на целое сиденье. «Ши Ю», — снова позвал его Лу Ичэн. Ши Ю почувствовал, как у него немного поднялась температура. У него также заболел живот, но он отказался отвечать. Так ему и надо за то, что он проигнорировал меня раньше. Лу Ичэн слабо сглотнул. Наблюдая за намеренными уклонениями Ши Ю, он наклонился вперед. Его высокая фигура заслонила верхний свет, отбрасывая тень на Ши Ю. «Малыш». Всего одно слово, но мягкое, теплое, нежное. В тот момент, когда Ши Ю услышал это, его лицо снова вспыхнуло. Розовый румянец быстро разлился по его щекам. В его голове невольно прокрутился тот день, когда безумный Альфа удерживал его, называя тем же именем и облизывая его щупальца. — Не называй меня так. Это странно, — запротестовал Ши Ю, его голос дрожал от смущения, наполовину робкий, наполовину вызывающий. — У тебя сейчас не течка. Не будь таким сентиментальным. Лу Ичэн замолчал. Он выглядел как огромный волк, у которого только что опустились уши, и молча наблюдал за Ши Ю. Ши Ю заерзал под его взглядом и оттолкнул его. — Держись от меня подальше. — Я уже говорил тебе, я не буду с тобой разговаривать. Я больше не буду к тебе добр. — Ши Ю сердито фыркнул, крепче обнимая подушку в форме гриба. — Это ты меня первым обижал, а теперь еще и отругал. Он наполовину спрятал лицо в подушку, голос его был мягким и липким, с легким гнусавым оттенком. — Ты даже не попытался меня уговорить… Лу Ичэн продолжал смотреть на него, его взгляд был глубоким, словно он пытался разглядеть в нём каждую деталь. Ши Ю, не видя никакой реакции, расстроился ещё больше. Он отбросил подушку, встал и собрался уйти, но Лу Ичэн схватил его за запястье. Инерция отбросила Ши Ю на шаг назад, прямо в сильную руку, которая крепко обхватила его за талию, словно заперев в клетке. Лу Ичэн ничего не сделал. Он просто прижался лбом к пояснице Ши Ю. Отвернувшись, Ши Ю не мог видеть его выражения лица. Он чувствовал только ладонь Альфы, излучающую тепло, крепко, почти слишком крепко обнимающую его. А его феромоны… пахли так тепло. Так приятно. «Прости», — раздался низкий и ровный голос Лу Ичэна позади него. «Я издевался над тобой. Прошу прощения». Его дыхание было тёплым на спине Ши Ю, медленное, нежное, полностью обволакивающее его. Ши Ю повернулся, пытаясь оглянуться. Он видел только макушку Лу Ичэна, часть челюсти и четкую линию шеи. Едва заметные прожилки вен под тонкой кожей. Гриб, естественно, всегда склонялся на сторону своего хозяина. Ши Ю медленно повернулся, положив обе руки на плечи Лу Ичэна. «Ты должен был сказать это раньше». Лу Ичэн не убрал руку с его талии. Он лишь слегка приподнял подбородок, наклонившись вперед, чтобы нежно поцеловать Ши Ю в губы. Ши Ю тут же прикрыл рот рукой и откинулся назад, отказываясь. Лу Ичэн, казалось, не был обеспокоен. Он опустил губы и поцеловал тыльную сторону ладони Ши Ю. Ши Ю: «…» Тонкий глоток прохладного соснового феромона поднялся вверх. Он окутал его, теплый и успокаивающий. Даже головная боль, казалось, утихла. Этот бесстыжий Альфа научился использовать феромоны, чтобы заманивать свой маленький гриб. На улице небо темнело. Внутрь занесло влажным ветром, несущим слабый запах дождя. Он колыхал вечнозеленые листья за окном, мерцая, словно рябь на воде. Словно медленный, нежный ветерок постепенно проникал в комнату. Ши Ю, крепко обнятый, снова был поцелован. Поцелуй был мягким, медленным, нежным, настолько нежным, что Ши Ю совершенно забыл, как он начался. Когда поцелуй закончился, он посмотрел на Лу Ичэна, который, казалось, был в заметно лучшем настроении. «Так… Можешь теперь открыть балкон?» «Нет». Ни единой паузы. «И сладости и барбекю по-прежнему запрещены». Ши Ю: «…» Поцелуй был напрасным. Но даже несмотря на это, Ши Ю все равно переехал в дом Лу Ичэна. Он принёс с собой маленькие горшочки с цветами, которые посадил ранее. Исследователи, как правило, очень внимательны к деталям, и, будучи аспирантом-ботаником, Лу Ичэн, конечно же, мог с безупречной точностью ухаживать за маленьким грибом. Когда Ши Ю впервые вошёл в дом, он спросил: «Где я буду спать?» «В своей комнате», — небрежно ответил Лу Ичэн. «Тогда где будешь спать ты?» — спросил Ши Ю. Повисла тишина. «…В своей комнате». Подумав, Ши Ю пришёл к выводу, что спать на кровати длиной 2,2 метра, будучи А и Б, — это не проблема. Кровать была огромная, и каждую ночь он всё равно получал тепло от феромонов. На самом деле, она была довольно удобной. Так что этот вопрос был решён, но вскоре Ши Ю обнаружил, что Лу Ичэн очень строг. Очень строг. Никакой холодной пищи. Никаких сладостей. Никаких жирных или острых блюд. Ежедневный приём добавок и витаминов в определённое время. Дома нельзя ходить босиком, необходимо носить хлопчатобумажные тапочки. После каждого душа волосы нужно сушить феном. Необходимо строго контролировать влажность и температуру, чтобы гриб не вел себя неподобающе. Хотя Ши Ю понимал, что всё это делается ради его здоровья, чем строже становились ограничения, тем сильнее росло его нетерпение. Тайная еда за спиной Лу Ичэна стала для Ши Ю новым маленьким развлечением. В последнее время за Бай Юаньшанем наблюдал Ран Хуайнянь, поэтому они заключили небольшой союз: каждый день после занятий они выбегали на улицу в поисках чего-нибудь вкусненького. Недавно их даже поймал с поличным Лу Ичэн. Сейчас почти зима, мороз, и Ши Ю ел ледяной десерт. Когда он понял, что Лу Ичэн идёт прямо за ним, он запаниковал и сунул весь стакан Бай Юаньшаню. Лу Ичэн: «…» Один раз его ещё можно простить. А вот дважды? Уже не так просто. Рано утром Ши Ю купил очень острый мала-хотпот, чтобы съесть его натощак, спрятался за каменными столиками за третьим корпусом и с удовольствием ел. По невероятному стечению обстоятельств, Лу Ичэн как раз вёл своих студентов в ботанический сад за зданием номер три на практические занятия, когда издалека уловил безошибочный пряный запах малатанга, витающий в воздухе. Его лицо мгновенно помрачнело. Он велел студентам исследовать сад самостоятельно, затем схватил Ши Ю за воротник и потащил его прямо в небольшую рощу, прижав к дереву. Почувствовав, как на него надвигается опасная аура, Ши Ю тут же пробормотал: «Я был неправ, я был неправ, я больше не буду воровать еду!» Кора дерева резко контрастировала с его обнажённой кожей, мягкой, тёплой и бледной. Свет и тень переплетались на его щеках. Опавшие листья слабо шелестели от ветра. «Я ещё раз тебе поверю, но если ты ещё раз посмеешь тайком проносить еду, — сказал Лу Ичэн холодным голосом, в котором слышалась лёгкая нотка раздражения, — то завтра я пойду домой и срежу тот маленький цветочек, который ты держишь на балконе».