the stars hurl all their fundaments

Утративший надежду утрачивает жизнь.

      Оби-Ван проснулся полулежа на консоли управления.       Когда он пошевелился, он увидел, что Квай-Гон просыпается примерно в таком же положении.       Их корабль сел посередине поляны без их участия. Сквозь обзорный экран просачивался мутный свет. - О, великолепно, - сказал Оби-Ван, не скрывая сарказма. - Где мы? – сонно спросил Квай-Гон.       Оби-Ван мрачно уставился на планету снаружи. - Это Мортис. - Что это значит? – сказал Квай-Гон. - Это значит, что у нас проблемы, - сказал Оби-Ван, без особой надежды пытаясь перезапустить двигатели. Системы не включились, что совершенно его не удивило. Оби-Ван подавил желание завопить.       Квай-Гон уже выглядывал наружу, опустив трап. - Планета ситхов? - Нет, - сказал Оби-Ван. – Я не знаю, что это. Это… своего рода конвергенция Силы. Здесь все не так, как в реальном мире.       Орден так и не смог найти следов или обломков планеты после ее взрыва. Насколько можно было судить, ее вообще никогда не существовало. Мортис не существовал в том же пространстве, что остальная галактика. Оби-Ван всегда думал, что эта планета могла появиться в любом месте вселенной, лишь бы суметь схватить Энакина. В данный момент они находились по другим координатам – она переместилась. По крайней мере, эта теория подтвердилась.       Оби-Ван, Энакин и Асока всегда сдерживались, рассказывая Совету о том, что пережили на Мортисе. Это просто было трудно объяснить.       На этот раз, вместо того чтобы использовать сигнал бедствия Старой республики, планета выбрала тот, который узнал бы Оби-Ван. Неужели это была ловушка для него? Они вместе вышли наружу. Оби-Ван нахмурился.       Они приземлились не на той зеленой поляне, которую он помнил с прошлого раза. Вместо этого все, на что падал его взгляд было коричневым и увядшим. На секунду он задумался, не значило ли это то, что в данный момент в битве за планету выигрывает Сын – или он уже выиграл – но он не ощущал ни Света, ни Тьмы. Планета ощущалась просто мертвой. Это нервировало. - Живая Сила движется не правильно, - сказал Квай-Гон. – Как будто всю Силу высосали из этого места.       Было слишком тихо. Ни Дочери, ни остальных из Семьи. Сила должна была протекать повсюду, но этого не происходило. - Что тут творится? – спросил Оби-Ван по большей части самого себя, оглядываясь вокруг. Это была та же самая планета, или ее конструкт, он узнавал скальные структуры, а так же три башни, усеивающие пейзаж. По одному Храму для каждой персонификации Силы. - Насколько хорошо ты знаешь это место? – спросил Квай-Гон, пряча руки в рукава плаща, пока он оглядывался вокруг. - Я часто его вижу, - сказал Оби-Ван. И он видел, когда позволял себе думать о своем прошлом – будущем для всех остальных. – Здесь столько всего произошло, но все же в конце ничего не изменилось. Мы были недостаточно внимательны.       Квай-Гон хмыкнул. - Сосредоточься на текущем моменте, падаван.       Мортис всегда ощущался смутно нереальным, но сейчас все казалось даже более эфемерным и изменчивым, чем раньше. Возможно, различия можно было объяснить годами между визитами Оби-Вана, но он почему-то так не думал.       Ближайшая к ним башня – цитадель Отца – пульсировала синим светом, ярким, как маяк. - Полагаю, туда мы и пойдем, - слегка нервно сказал Квай-Гон. Оби-Ван согласно кивнул, и они направились к башне.       Дорога была легкой – что подозрительно. Никаких камнепадов, привидений или появлений членов Семьи. Башня располагалась на вершине огромного скалистого утеса, подняться куда без спешки для джедаев было не трудно, но и не особо приятно.       Когда они, наконец, достигли храма Отца, дверь перед ними распахнулась от самого легкого толчка. Они бок о бок вошли вовнутрь.       Везде было пусто и гуляло эхо. - Где все обитатели? – спросил Квай-Гон, рассматривая огромную мозаику, украшающую стены. Ее тематика была ясна: тьма и свет, сталкивающиеся друг с другом, едва удерживающиеся в равновесии. – И кто вообще построил это место?       Оби-Ван пожал плечами. - Сила? – Квай-Гон недоверчиво посмотрел на него. Оби-Ван криво усмехнулся. – Мортис не похож на другие места. Он за пределами нашего понимания. - Даже твоего? – поддразнивая, спросил Квай-Гон. - Смешно, - сказал Оби-Ван. – Очень смешно, - они прошли сквозь пустой храм. – Есть множество вещей, которых я не знаю. Одна из которых заключается в том, как такой уважаемый мастер-джедай, как ты, может настолько громко храпеть. - Я не храплю, - сказал Квай-Гон. - Как банта, - весело сказал Оби-Ван. – Однажды мы были на задании, и на ночь нам выделили палатку, и посреди ночи одна из старейшин заглянула к нам, потому что думала, что вовнутрь залезло дикое животное, и мне пришлось сказать ей… ай, мастер! – сказал он, засмеявшись, когда Квай-Гон сильно дернул его за косичку. - Ты засранец, - сказал Квай-Гон. – И совершенно неисправим. - Ну, спасибо, - сказал Оби-Ван. До сих пор не было никаких намеков на Отца или его детей. Оби-Ван наклонил голову набок. – Хм, у меня есть идея, - сказал он.       Квай-Гон жестом показал ему идти вперед, и Оби-Ван пошел.       В прошлый раз он провел в доме Отца немного времени, но было достаточно просто пройти через большой холл на входе и найти другой выход позади строения. Он вывел их наружу.       Здесь была жизнь, росла мягкая трава и цветы, и все светилось легким голубоватым светом. - Это гробница, - сказал Квай-Гон, глядя на небольшое строение, расположенное позади храма Отца. - Да, - сказал Оби-Ван. – Но вопрос заключается в том, занята она или нет.       Дверь открылась сама по себе. Изнутри лился мягкий голубой свет. - Удобно, - сказал Оби-Ван. – Уступаю пожилым. - Не хотелось бы лишать тебя опыта, падаван, - сказал Квай-Гон. – Можешь пойти первым.       Оби-Ван закатил глаза и держал руку на световом мече, когда входил сквозь круглый дверной проем. Казалось неправильно полностью включать меч в гробнице, если там не было угрозы.       Внутри он нашел немного – не было даже пыли. Несмотря на свои слова Квай-Гон зашел сразу за ним, прикрывая Оби-Вану спину. На земле были установлены три саркофага, закрытых тяжелыми каменными крышками.       На центральном был изображен волк, на боковых – змея и птица. Змеей определенно был Сын, волком – Отец… - Почему они мертвы? – пробормотал Оби-Ван. Он вытянул руку и использовал Силу, чтобы поднять верх гроба Дочери. - Оби-Ван, - запротестовал Квай-Гон.       Когда камень отодвинулся в сторону, Дочь выглядела такой же мертвой, какой была, когда Оби-Ван видел ее в последний раз, все сияние покинуло ее, губы побледнели, но тело странным образом сохранилось. Из могилы вырвался свет.       Дочь легко парила над собственной могилой и улыбалась им. Она мягко светилась изнутри, как если бы в ней был собственный источник света. - А, - сказал Оби-Ван. – Привет.       Она одарила Оби-Вана легкой улыбкой. - Мастер Кеноби, - сказала она. – Рада снова вас видеть. - Снова? – настороженно спросил Оби-Ван. - Я тебя видел, - сказал Квай-Гон, глядя на богиню. - Ты видел? – спросил Оби-Ван. - Мы встречались в одном из твоих снов, - сказала Дочь. - Когда ты был под спайсом, - объяснил Квай-Гон. – И мне пришлось войти в твой разум. Но это не имеет смысла…       Смех Дочери прозвучал звенящей музыкой. - Я говорила вам обоим раньше – для таких созданий как я, время идет по-другому. Мое время растянуто до бесконечности, но в то же время сжато до одного мгновенья. Я не ограничена миром смертных так же, как и не ограничена смертной формой. - Но ты должна быть жива, - сказал Оби-Ван. – Вся твоя семья. - Мы середина, начало и конец. Мы умерли там, в твоем будущем. Так что мы мертвы сейчас. Мертвы всегда, - на мгновение она стала грустной и посмотрела вниз, на саркофаги своей семьи. – Нас уничтожила собственная глупость. Самую большую боль нам причиняют те, кого мы больше всего любим. Разве это не так, Оби-Ван?       Оби-Ван поморщился. - Зачем ты привела нас сюда, миледи? - Галактика снова выходит из равновесия, - сказала она. – Сила вышла из равновесия. - Лорд ситхов Палпатин мертв, - сказал Оби-Ван. – Баланс был восстановлен.       Она хмыкнула, все еще паря в воздухе, волосы развевались за ее спиной как живые. - Он снова нарушен. Свет и Тьма. Ты знаешь, как легко одно может перейти в другое. В галактике кое-что происходит. Темные дела.       Оби-Ван и Квай-Гон обменялись взглядами, оба думая о тайнах Джулиса. - Зачем ты привела нас сюда? – повторил Оби-Ван. - Равновесие в галактике должно быть восстановлено, - сказала Дочь, прекрасно используя страдательный залог. – Вот почему я хотела, чтобы ты оказался здесь, вот почему я отправила сигнал, который ты узнал бы, - она подняла руку и из ее гроба что-то вылетело – кинжал Мортиса. Он засветился сине-зеленым светом. – Ты должен принести равновесие в Силу, Оби-Ван Кеноби.       Оби-Ван ощетинился. - Я не Избранный, - отрезал он более резко, чем хотел.       Она выглядела невозмутимой. - Нет, - сказала она. – Возможно нет. Но возможно, сейчас не время для пророчеств и избранных спасителей. Может быть, сейчас время для тех, кто каждый день сражается, чтобы быть лучше, для тех, кто обеими руками держится за Свет. Возможно, героев не выбирают, а создают.       Оби-Ван все еще не взял кинжал. - От чего именно мы, по-твоему, должны спасти галактику?       Она посмотрела на него непроницаемым взглядом. - Тьма сгущается, - сказала она. – Я не могу рассказать тебе все – некоторые вещи ты должен узнать сам.       Еще раз вспыхнул свет, озаряя все вокруг, и камень со стуком опустился на свое место на ее могиле. Когда свет исчез, исчезла и она, и кинжал упал с высоты.       Оби-Ван инстинктивно схватил его, и он идеально лег ему в руку. Лезвие деактивировалось, втянувшись в рукоятку. Они с Квай-Гоном смотрели на кинжал.       Оби-Ван с надеждой предложил его мастеру. - О, я так не думаю, - сказал Квай-Гон. – Кажется, эта женщина хотела, чтобы он был у тебя. - Возможно, она имела в виду, что он предназначен нам обоим, - сказал Оби-Ван.       Квай-Гон с удивлением посмотрел на него. Оби-Ван вздохнул, повертел его в руках, опустив его лезвием вниз, как сделал бы со световым мечом, и прикрепил на поясе, с другой стороны от своего меча. - Странно, загадочно и совершенно бесполезно, - сказал Квай-Гон. - Теперь ты понимаешь, почему я не хотел сюда попадать, - сказал Оби-Ван.        ***       После этого корабль работал нормально. Похоже, те механические неполадки, которые мучили их раньше, таинственным образом исчезли. Квай-Гон обнаружил, что почему-то этому не удивлен. Планета вызывала беспокойство, и он был бы рад убраться с нее.       Оби-Ван молчал, пока они запускали корабль и поднимались в атмосферу. Разговор о сгущающейся Тьме беспокоил Квай-Гона, и он был уверен, что его падавана с предвидением это беспокоило еще сильнее. Квай-Гон не часто видел доказательства того, что видения Оби-Вана сбываются – большую часть он принимал на веру – но встреча с женщиной, которую Квай-Гон видел пять лет назад во сне, была необычным опытом.       Когда корабль взлетел, окружающее снова залил ослепляющий свет, лишая возможности думать и чувствовать. Квай-Гону это не понравилось.       Он очнулся на кресле, закинув голову назад, как после долгого, но не особо спокойного сна. Он резко пришел в себя, когда включился голопроектор. - …стер Джинн? – сказала мерцающая фигурка Йоды. – Падаван Кеноби? Там вы?       Квай-Гон оглянулся, его падаван тоже поднимался с недовольным видом, но в целом в порядке. - Да, мастер Йода, мы вернулись, - сказал Квай-Гон, растирая лицо, чтобы прогнать остатки сна. - Вернулись? – спросил Йода. – Уходили куда-то вы? - Мы отсутствовали всего секунду, - объяснил Квай-Гону Оби-Ван. Йоде он сказал. – Это длинная история. - Уверен в этом я, - сказал Йода.       Квай-Гон был почти уверен, что эта странная планета ему приснилась, но когда он осмотрел Оби-Вана, странный меч все еще висел на его поясе. Там он казался странно находящимся на своем месте. - Нам нужно о многом поговорить, когда мы вернемся, - сказал Квай-Гон.       Обратный полет до Корусанта прошел без происшествий, даже на излишне роскошном корабле мастера Дуку, что, по мнению Квай-Гона, было приманкой для пиратов.       Но сиденья были более удобными.       Они отчитались Совету – более-менее о том, что они ничего не знают, не нашли ничего конкретного, и у них нет никаких реальных теорий. Даже Оби-Вану было особо нечего добавить, что было достаточно необычно, чтобы вызывать беспокойство. Квай-Гон старался не слишком полагаться на видения падавана, видения были широко известны тем, что их сложно интерпретировать, и что они часто разбивали сердце. Но ему пришлось признать, что за годы ученичества, это стало удобным. Иногда он полагался на эти способности больше, чем следовало бы.       Совет хмурился и, как обычно, ворчал, потом отпустил их.       У них появилось много свободного времени, которое нечем было занять. Освобожденные уже снова улетели с планеты, всегда в движении, освобождая все больше существ и уничтожая все больше работорговцев.       Дуку и Чан с помощью адского дроида R2-D2 отправили несколько сканов хранилища алхимиков. Большая их часть была совершенно бесполезна или, по крайней мере, очень сложна для понимания; они обнаружили стены, покрытые непонятной резьбой, единственным способом разобраться в которой была древняя письменность.       Это означало, что в отсутствии того, на что можно было замахнуться световым мечом, они проводили много времени в Архивах.       Некоторые отнеслись к этому с большим энтузиазмом, чем остальные.       Квай-Гон вернулся в библиотеку, размяв ноги, и обнаружил, что к веселью присоединилась мастер Ню. Оби-Ван и Тала, бывшие там, когда Квай-Гон уходил, слушали ее с напряженным вниманием.       Падаван Эйрин, подруга Оби-Вана, лежала вниз головой на диванчике для чтения и умирала от скуки. Квай-Гон ее в этом не винил. Обычно Бент была прилежной и почтительной ученицей, но для людей было невозможно так долго корпеть над текстами Старой Республики и сказками о ситхах без того, чтобы у них не остекленели глаза. Ну, невозможно для нормальных людей.       Квай-Гон подошел сесть рядом с Бент, своей родственницей по духу, и Тала подняла взгляд и широко ему улыбнулась. - Квай! – сказала она. – Это так интересно… мы нашли как минимум два различных диалекта старого ситхского языка. Мы думаем, это значит, что около трех тысяч лет назад произошел раскол! Разве это не восхитительно? - Конечно, - сказал Квай-Гон, который проводил их совместную с Талой учебу по Древним цивилизациям, нянча под столом больного лот-котенка.       Оби-Ван, Мастер Ню и Тала почувствовали его незаинтересованность и одарили Квай-Гона презрительными взглядами, а затем вернулись к работе.       Квай-Гон шлепнулся рядом с Бент. - Это вообще как-то связано с текущей ситуацией? – спросил он. - Нет, - сказала Бент. – Они разобрались с основой грамматической структуры того, что вы нашли в храме, но потом отвлеклись. - Это исторические записи, - сказал Оби-Ван, не поднимая головы. – Это важно. - Я в этом уверен, - сказал Квай-Гон. – Однако, возможно, более важным будет разобраться в лежащей перед нами текущей ситуации.       Тала засмеялась, перекидывая волосы через плечо. - Всегда о текущем моменте, - сказала она. – Мы просмотрели сканы с Джулиса. Пока там ничего особенного. - Это большое здание, и им приходится быть осторожными, чтобы не наткнуться на новые ловушки, - объяснил Оби-Ван. Он пролистал на датападе фотографии с резьбой на стенах. – Все, что мы пока видели – ничего нового, и, похоже, не имеет никакого отношения к видениям. Трактаты о пути ситхов, Правило двух, какие-то странные эксперименты, проводимые алхимиками… больше ничего. - Так это действительно храм ситхов? Не просто Темный? – спросил Квай-Гон. - О, разумеется, - кивая, сказала мастер Ню. – У нас больше записей о Павших джедаях, чем о ситхах – в конце концов, до недавнего времени мы вполне обоснованно полагали, что они полностью уничтожены. И это определенно… - Я понял, - торопливо сказал Квай-Гон. В конце концов, кто-то должен был спасти Бент от впадения со скуки в кому.       Мастер Ню поджала губы так же неодобрительно, как привыкла делать это, когда Квай-Гон был юнлингом, и периодически возвращал книги покрытыми различными субстанциями. - Знаешь, Оби-Ван, ты очень помог нам, дав основы ситхского языка. Возможно, если бы ты, став рыцарем, выбрал работу в Архивах, ты мог бы сделать это своей диссертацией. - Я так не думаю, - удивленно сказал Оби-Ван. – Я думаю, мое будущее лежит в другом. - Жаль, - сказала мастер Ню с искренне разочарованным видом.       Квай-Гон посмотрел на своего падавана, склонившегося над рабочим столом с глубокой сосредоточенностью. Он выглядел как взрослый архивариус, разговаривающий с коллегами, а не со старшими. - Мы с Бент собираемся отыскать какую-нибудь пищу, - объявил Квай-Гон, поднимаясь. Бент тоже вскочила на ноги, с выражением облегчения на лице. Он чувствовал в Силе ее невероятную скуку, сравнимую только с его собственной. – Мы что-нибудь принесем для вас. - Но… - сказала Тала. - Беги! – сказал Квай-Гон и бросился прочь, Бент бежала за ним по пятам и безумно хихикала.