Xenotopia

      — Чего такой довольный?       Ксено впервые за долгое время действительно ел в столовой. В смысле, он всегда ел в столовой, есть за рабочим местом моветон, но обычно по уши в расчётах или переписке.       — Аж весь светишься. Случилось что-то хорошее?       Раньше он и не осознавал, что здесь так шумно. Обычно гул голосов звучал где-то на фоне, позволяя мозгу сосредоточиться. Но теперь обычного вкуса еды было недостаточно, чтобы занять все производственные мощности его разума. Поэтому он невольно вслушивался в чужие разговоры.       — Э-эй! Ксено! Ты меня вообще слышишь?       Он встрепенулся и обратил внимание на коллегу. Она обращалась к нему? О чём она спрашивала? Ой.       Ксено возненавидел свою светлую кожу и отчётливый маркер смущения, который был очень хорошо виден на его лице. Он прочистил горло и всё-таки ответил:       — Сегодня мне пришло письмо. Мой друг возвращается через неделю. Я не видел его уже…       — У тебя есть друзья? — совершенно невоспитанно перебила его коллега.       Ксено скривился.       — Тесты на изоляцию для тебя шутка?       — Уверена, будь твоя воля, ты бы работал в сурдокамере.       Ксено был вынужден молча признать её правоту.       — К сожалению, эволюционный отбор работает так, что без связей работоспособность мозга падает.       — Это если ты не психопат, — подметил Ишигами Бьякуя, ещё один коллега Ксено и непосредственный участник пилотной программы НАСА. Этого он знал по имени, потому что переписывался с его сыном. Приёмным, иначе совершенно не очевидно, как у такого… кхм… человека мог получиться такой исключительный гений.       — Сюда не пускают работать психопатов, — ответил ему Ксено.       — Вот и я думаю, как ты умудрился обмануть HR-ов? — усмехнулась коллега.       — Тот факт, что я не проявляю эмпатию к каждому встречному, говорит лишь о моей разборчивости в связях и уровне психоэмоциональной гигиены.       — Грубо, — фыркнул Бьякуя.       — В любом случае, не представляю, каким человеком может быть твой друг.       — Удивительно, как с таким воображением ты умудрилась обмануть HR-ов, — вернул шпильку Ксено.       Коллега скривилась, а затем усмехнулась:       — Вот об этом я и говорю. Кроме того, если начистоту, ты, Ксено, ботаник даже среди ботаников. Твой друг должен быть или исключительно умён, или настолько же исключительно хорошо притворяться.       — Ты упускаешь ещё один вариант, — вклинился Бьякуя.       — Какой?       — Они могли подружиться в детстве, когда Ксено ещё не был таким за… замечательным специалистом.       — Думаешь, они не рождаются таким?       — Я вообще-то здесь, — буркнул Ксено.       — С другой стороны, моему Сенку всего пятнадцать.       — А я о чём!       Ксено скривился. Никакого такта. Впрочем, он привык. С самого детства единственными, кто могли выносить его характер дольше двух часов к ряду, была его покойная бабушка и он. Его друг. Стэнли Снайдер, с которым они не виделись уже пять лет. Ну… официально. Неофициально…              Полгода назад Ксено, как одного из немногих дипломированных астробиологов со знанием французского, командировали… эм… куда-то. Он так и не понял, что это была за страна, но судя по набору прививок, времени перелёта, температуре и местности, они были где-то в Западной Африке.       В том регионе упал метеорит. Необычный, потому что ни один из радаров не засёк его. С Ксено даже взяли подписку о неразглашении. Но зато позволили чуть ли не облизать это космическое тело.       Правда, помимо него там был ещё с десяток учёных других направлений. Маленького кусочка, размером с обычный седан, едва ли хватало на всех, поэтому они работали по расписанию. Но он снова отвлёкся.       Тогда-то, в том месте, где его официально никогда не было, во время перерыва в столовой, как и сейчас, произошёл примечательный диалог двух солдат.       — Запарился я охранять этих яйцеголовых. В такую погоду даже у меня мозги кипят, как их лбы ещё не повзрывались, ума не приложу, — произнёс грубый хриплый баритон с сильным ирландским акцентом.       Ксено тогда предпочитал не брать записи в столовую, так как не был уверен за их целостность. Поэтому он слушал.       — Было бы что прикладывать, — саркастично ответил ему бархатный тенор почти без акцента. Ксено едва сдержался от усмешки.       Оба солдата были в балаклавах, без знаков принадлежности к стране. Все общались на французском.       — Эй, я же серьёзно! Ты только посмотри на них! Взять хотя бы того яйцеголового блондина. Ты вообще видел его причёску? Какой человек в здравом уме будет носить что-то подобное?       Ксено скривился. О вкусах не спорят, но у этого солдафона его явно не было.       — Эта причёска называется помпадур, — ответил ему второй. — И даже если не брать в расчёт, что её носил Элвис, лично я считаю её крайне… элегантной.       В тот момент всё внутри Ксено перевернулось.       Потому что, несмотря на то что они не виделись уже почти пять лет; несмотря на то что его голос изменился и обрёл глубину и бархат; несмотря на то что в этой броне и балаклаве его невозможно было узнать, Ксено всё равно безошибочно угадал в этом солдате своего единственного друга.       Но, конечно, он был на задании. Конечно, его прикрытие не должно быть скомпрометировано, иначе его уберут отсюда. Поэтому всё, что позволил себе Ксено, — это мягкую усмешку.              И вот, спустя полгода ему пришло заказное письмо. Лично в руки. Контракт Стэнли подходил к концу на следующей неделе, после чего он планировал вернуться в город. Ксено едва держал себя в руках от предвкушения.       — Он опять улетел, — вздохнула коллега.       Видимо, всё-таки не так хорошо держал.       — Ну, мы хотя бы видим, что он не психопат, — добавил Бьякуя.       Ксено скривился.       — Вы ничего не понимаете в настоящей дружбе.       — Да кто он, твой загадочный друг? — наклонилась ближе коллега.       — А какая тебе разница?       — Неподдельный исследовательский интерес, — кивнула коллега.       Ксено понимал, что это очень низкая и мелочная манипуляция на его слабостях, но ничего не мог с собой поделать.       — Военный.       — О, так ты из тех, кто по случайности получил похоронку?       Ксено снова скривился от бестактности Бьякуи.       Последний раз они виделись после учебки, когда Стэнли получил звание младшего лейтенанта и подписал обязательный контракт. Ксено не сомневался, что его друг был хорош. Но никто не настолько хорош, чтобы не получать отпуска все пять лет. А ведь Ксено ему писал. Мессенджеры, смс, е-мейлы. Боже, он использовал обычную почту и уже готов был отправлять телеграмму! Ни одного ответа за всё время службы.       Ксено не мог понять, в чём причина молчания, пока не осознал. Он знал, что не сахар, оставалось только уважить решение Стэнли и смириться. Поэтому решил похоронить свою первую и единственную дружбу.       — Можно сказать и так.       — Не хочу тебя пугать, но из армии люди возвращаются… другими, — почему-то прошептала коллега.       Ксено закатил глаза.       — В этом разница между моими и твоими друзьями.       — И что это должно значить? — вскинула брови коллега.       Если она не понимала таких элементарных вещей, то с ней не о чем было разговаривать.       — Мой перерыв закончился, — вместо ответа поднялся из-за стола Ксено.       — Парень, тебе бы поучиться такту! — сказала вдогонку она. — Помяни мои слова, если ты продолжишь в том же духе, твой приятель может сгоряча тебя… того, — она перечеркнула свою шею.       Он не стал отвечать на этот нонсенс.       Если бы Стэнли когда-либо решил покуситься на жизнь Ксено, во-первых, это было бы по исключительно веской причине. А во-вторых, он бы выбрал для этого куда более элегантный способ, чем линейное нарушение целостности шеи с использованием острого режущего предмета. Никто, скорее всего, никогда бы даже не подумал, что это сделал Стэнли.       Задумавшись о способах убийства, которые предпочёл бы для него Стэнли, Ксено снова немного отвлёкся от реальности и не сразу обратил внимание на профессора, который обращался к нему.       — Простите, вы что-то сказали?       — Там пришли военные. Спрашивают тебя по поводу твоей командировки.       Ксено удивился, но проследовал за своим провожатым.       

***

      — Как же я завидую тебе, чува-ак! — протянул Бредли со своего кресла. — Неделя и ты на воле с целой кучей бабла! Иди куда хочешь, делай что хочешь!       — Не переживай, — фыркнул в ответ Максвелл, продолжая играть в какую-то гонку на приставке. — Он вернётся, ты не успеешь получить старшего лейтенанта.       — Серьёзно?       — Стэнли у нас немного фрик, — оскалился Марша, обгоняя Максвелла в той же гонке. — Даю два месяца.       — Ну это ты погорячился, — мотнул головой Максвелл. — Всё-таки ему нужно заключение от психиатра, а это минимум три.       — А я думал, ты дальше в пилоты пойдёшь, нет? — предложил Симонс, переставляя шахматную фигурку.       Сам Стэнли лежал на кушетке с незажжённой сигаретой в зубах. Одна нога свешена, руки за головой, глаза бестолково пялятся в потолок офицерского клуба.       Сам для себя он давно всё решил. Он уйдёт в резерв и следующий год проведёт на гражданке, расслабляясь и посвящая себя личной жизни, о которой забыл с тех самых пор, как поступил в учебку. Может быть, возьмёт пару лётных курсов. Если станет совсем скучно, пойдёт в охрану. Но это вряд ли. Что более вероятно, он будет всё свободное время доставать Ксено, потому что за последние пять лет они перекинулись всего одним словом. Его, Стэнли, словом.       Это было очень непрофессионально с его стороны, но Ксено был самым надёжным человеком из всех, кого Стэнли когда-либо знал. А он знал людей, которые готовы были закрыть его — Стэнли — от пуль собой.       После года, когда Ксено снова устанет от его глупости, он восстановится и решит, дальше в морпехи или в пилоты. Если, конечно, Ксено вообще захочет его видеть.       Стэнли нервно пожевал фильтр. Он получал все его послания и бережно хранил каждое, даже зная наизусть. Просто… ну, он не знал, что ответить.       «Я жив»? — это Ксено и так знал.       «У меня всё в порядке»? — это ложь, на которую Ксено не купился бы.       Рассказывать о любых подробностях миссий Стэнли боялся, потому что Ксено был пугающе прозорлив и любое неосторожное слово могло выдать Стэнли и всю их операцию с потрохами и подставить самого Ксено под ненужные риски. Стэнли не мог так с ним поступить.       Так что Стэнли просто молчал, получив дополнительную мотивацию к выживанию — вернуться на гражданку, чтобы получить по шее за то, что, собственно, молчал.       Но по-хорошему это мало чем отличалось от их обычного взаимодействия. Ксено рассказывал, Стэнли слушал. Только издалека.       Боже, Стэнли правда надеялся, что Ксено всё понял и не будет обижаться на него.       — О чём вы! Он сто-проц пойдёт к ближайшему рекрутеру сразу же, как его выставят с базы! — подкинул Лог, делая свой шахматный ход.       — Что за глупости ты несёшь, — фыркнул Максвелл и тут же выругался, так как его мустанг вылетел в кювет. — Если бы он хотел продлить контракт, он бы уже это сделал.       — Дак ведь он за все пять лет ни разу не брал нормального отпуска!       — Это просто незаконно, — Максвелл откинул геймпад и откинулся на спинку дивана, наблюдая за феррари Марши.       — Зато проводить выходные в части — вполне законно, — усмехнулся Марша, пересекая финиш. — Для кого все эти фитнесы и бассейны открывали, а? — он обратился к остальным.       — Если бы он ими ещё пользовался, — фыркнул Лог. — Вы видели его счёт в тире? У него в три раза больше часов, чем у любого из нас!       Ну, это правда. Смысл возвращаться на гражданку посреди службы? Надраться он и в местном пабе может. А цеплять непроверенных ночных бабочек не в его характере. Единственный человек, с которым он хотел бы провести отпуск, жил на другом конце страны и, скорее всего, работал большую часть этого самого отпуска. А помимо этого, что ещё делать на гражданке? Вот он и оставался в части и занимался всем, чем мог. Плавал, качал мышцы, рефлексы и разум. В том числе настреливал часы в тире. Его даже порывались отправить на какие-то соревнования, но в такие моменты Стэнли всегда срывали на задание.       Раздался звонок стационарного телефона.       — Снайдер! — дежурный проорал так, что даже мертвый проснулся бы, — к командиру части, живо!       Стэнли поднял ногу и в один рывок встал с кушетки. Заткнув сигарету за ухо, он тут же последовал в кабинет к начальству.       — Капитан Снайдер по вашему приказу прибыл! — отдал честь он.       — Вольно, капитан. Садитесь, — кивнул тот на стул напротив себя.       Блядь. Плохой знак. Очень плохой.       Стэнли сел. Командующий протянул ему папку. Задание. За неделю до окончания контракта.       — Говорю сразу, ты волен отказаться, никаких санкций не последует.       Стэнли взял папку и открыл её.       — Если ты согласишься, мы продлим контракт до окончания задания. Ты получишь стандартный оклад плюс прибавку за сверхурочные. А также контакты моего знакомого отставного лётчика, который согласен бесплатно обучить тебя и дать необходимый налёт на личной птичке.       А Стэнли пялился в документы и понимал, что даже этого щедрого предложения будет мало.       — Сэр, то, что я вижу…       — Скажу честно, это, вероятно, ещё позитивный анализ. Реальность может быть намного хуже и ухудшается с каждой минутой.       — А мы-то там что сделаем? — честно спросил он. — Если вы решили кинуть нас туда как мясо…       Командующий сложил руки в замок и тяжело вздохнул.       — Туда будет отправлена группа учёных. Кое-кто из тех, кого вы охраняли в Чаде.       Стэнли резко вскинул голову. Сердце пропустило удар.       — Они уже согласились?       — Распоряжение спустили одновременно. Полагаю, ваши будущие подопечные прямо сейчас находятся в точно таком же положении.       Стэнли глубоко вздохнул и попытался успокоить бешено колотящееся сердце.       Ксено будет там. Ксено точно поймёт, что Стэнли тоже отправят, и они смогут встретиться на месте… если, конечно, Ксено не обиделся на Стэнли за все эти годы молчания и не решит наказать его таким образом. В любом случае, Стэнли не имеет права отказаться.       — У меня будет ещё одно условие.       — Выкладывай.       — На этот раз мне необходимо разрешение на личный контакт. Если вы хотите, чтобы мы защитили их мозги, мне нужно договариваться с ними.       — Стэн, на месте не будет никого старше тебя. На самом деле, это одна из причин, почему я отправляю туда именно твоих ребят.       Стэнли скривился. Развязанные руки всегда большая ответственность. Он ненавидел бюрократию всей душой. Намного проще просто выполнять приказы умного человека. И если там появится Ксено…       Стэнли снова глубоко вздохнул.       Пожалуйста, пусть они отправят туда Ксено.       — Расчехляйте закрома, сэр. Если вы хотите отправить меня в местный филиал зомбиапокалипсиса, мои ребята поедут туда только в полностью закрытой броне.