Вне фокуса

Дженна стояла на пирсе, бездумно глядя на экран телефона. Сообщение от Марка жгло глаза. Судебные иски, разрушенная карьера, миллионные неустойки... Мир шоу-бизнеса не прощал побегов. Он перемалывал людей и не давился. — Дженна? Всё в порядке? — Эмма подошла сзади и мягко положила подбородок ей на плечо, обвивая руками её талию. — Ты какая-то бледная. Что-то случилось? Дженна глубоко вздохнула. Она не могла лгать Эмме. Не после всего, что между ними было. — Твой агент и Марк. Они знают, что ты со мной. И они выставили ультиматум. Эмма замерла. Её руки чуть ослабили хватку. — Какой ультиматум? — Если ты не появишься на пресс-конференции завтра в полдень, студия подает на тебя в суд за срыв промо-тура. Марк написал, что сумма неустойки уничтожит тебя. Эмма медленно отстранилась. Она отвела взгляд в сторону туманного озера, и на её лице снова появилась та самая маска усталости и обреченности, которую Дженна увидела в самый первый день в студии. — Они не отпустят меня просто так, — тихо произнесла Эмма. Голос её звучал бесцветно. — Никогда не отпускали. Я для них — проект. Инвестиция, которая должна приносить прибыль. — Эмма... — Дженна сделала шаг к ней и взяла её за холодные ладони. — Мне так жаль. Я не хотела быть причиной твоих проблем. Марк прав: я эгоистка. Я утянула тебя за собой в эту глушь, зная, чем это грозит. Эмма резко подняла голову. В её глазах не было страха — там разгорался огонь, которого Дженна раньше не видела. — Перестань винить себя! — твердо сказала Эмма. — Это был мой выбор. Я сама сбежала. И я ни секунды об этом не жалею. Но... они правы в одном. Я не могу просто сбежать и спрятаться. Это трусость. Я шла к этой роли годами. И я не отдам им свою мечту из-за того, что они боятся нашей правды. Дженна внимательно посмотрела на неё. — И что ты предлагаешь делать? — Мы вернемся. Я приду на эту чертову пресс-конференцию. Но играть по их правилам я больше не буду. — Что ты задумала? — Дженна почувствовала, как по спине пробежал холодок предвкушения. — Мне нужна твоя помощь, Дженна. И твоя камера. Мы сделаем заявление. Но не через их фальшивые пресс-релизы. Мы сделаем это красиво. Они вернулись в город глубокой ночью. Студия Дженны снова стала их штабом. Но на этот раз они не прятались. Эмма сидела перед зеркалом, нанося легкий, почти незаметный макияж. Никаких накладных ресниц, никакой идеальной укладки «волна к волне». Просто чистая кожа, чуть тронутые блеском губы и её собственные, слегка растрепанные светлые волосы. — Ты готова? — спросила Дженна, настраивая свет. — Готова как никогда, — Эмма улыбнулась. В этой улыбке не было ни капли голливудской фальши. Дженна подняла камеру. На этот раз это была не плёнка, а её лучшая цифровая камера. Кадр должен был быть безупречным по качеству. Эмма села на тот самый белый подиум, где они впервые встретились. На ней был простой черный свитер — тот самый, в котором она сбегала из отеля. Она смотрела прямо в объектив, и в её взгляде читалась невероятная сила и спокойствие. Щелк. Щелк. — Идеально, — прошептала Дженна. — А теперь запишем видео. Они поставили камеру на штатив. Эмма глубоко вздохнула, посмотрела в объектив и заговорила. Её голос был ровным, уверенным и искренним. Она рассказала всё: о том, как тяжело жить под постоянным давлением, о том, как важно сохранять себя, и о том, что любовь и искренность не должны быть поводом для скандалов и судебных исков. — Я люблю свою работу, — говорила Эмма на камеру. — Но я больше не позволю диктовать мне, кого любить в реальной жизни. И человек, который сделал это фото и это видео — тот, кто помог мне снова найти саму себя. Её зовут Дженна. И я горжусь тем, что она рядом со мной. На следующий день, ровно в 11:30, за полчаса до официальной пресс-конференции студии, это видео и портрет Эммы появились в её личном аккаунте в соцсетях, который она тайком восстановила с телефона Дженны. Интернет буквально взорвался. Но на этот раз это был не скандал, раздутый папарацци. Это было признание, которое вызвало волну восхищения и поддержки по всему миру. В 12:00 Эмма, держа Дженну за руку, вошла в зал, где её ждали сотни журналистов и бледный как смерть Марк. Они вышли на сцену вместе. Вспышки камер ослепляли, но на этот раз Дженна не закрывала Эмму собой. Они стояли плечом к плечу.