Семейные ценности.

На улице стояла невыносимая жара. Ни тени, ни порыва ветра - ничего, что могло разбавить летний ужас. Духота брала вверх, казалось над всеми, особенно над отвыкшими от подобных погодных условий северян. Михаил тяжело вздохнул. Рубаха неприятно липла к телу, пот стекал по спине и лицу, а волосы взмокли и потеряли свой пристойный, как выразился бы отец, вид. Михаил ненавидел жару, а этим летом она стояла анамольной. В добром расположении духа мальчика держали только мысли о скором окончании занятия. — Ответьте на вопрос, Михаил, — напомнила пожилая гувернантка, недобро сощурившись. Её скрипучий голос ухом пронёсся по комнате, разрезая слой тишины. Мальчик неловко поежился под острым взглядом, после чего собрался, как морально, так и физически - расправил плечи и выпрямил спину, разгладил морщинки между бровей, тем самым смягчив выражение лица: —...король Чарльз не оставил после себя прямых наследников - трон делили представители родов Нартэ и Ралхарт. Михаил не любил историю, несмотря на то, что он считал её весьма интересной наукой. И виной тому были нескончаемые даты, огромное количество одинаковых имён, личности которых отличались лишь по годам жизни и правления, а также требовательный учитель, просто напросто убивший тягу к истории ещё в зародыше. Миссис Бернар, - младший брат, к примеру, за глаза называл женщину «змеюшник», и иногда, честно лишь иногда, Михаил был абсолютно того же мнения, - холодно кивнула, скользнув взглядом по настенным часам. Стрелки указывали на цифру «три», а это значило, что послеобеденное занятие подошло к концу. Покинув комнату, Михаил тут же наткнулся на двойняшек, переминаюшихся с ноги на ногу у порога - оказалось, что Эдвард и Александра поджидали его, чтобы вместе отправиться на прогулку. Совсем недавно малыши отказались от дневного сна и теперь привыкали к новому режиму. Изначально Михаил исполнял свои обязанности старшего брата на все сто баллов - к «летающей воде», а именно фонтану, который был построен по приказу герцога раннее, мальчик вёл детей строго за руки, не отпуская от себя ни на шаг. В целом, в безопасности дома Михаил не сомневался ни на секунду - мальчик прекрасно знал, что на территорию поместья не пропускают никого, в ком герцог мог сомневаться хоть на долю секунды. Об этом ему говорил, как сам отец, так и заботливые слуги. Однако, гиперактивный Эдвард, который никогда не мог усидеть на месте дольше пяти минут, а также Александра вечно таскающаяся за братом, доверия не внушали - даже в самом защищённом месте дети находили неприятности. Например вчера, его младший брат едва не упал с дерева, решив, что вскарабкаться по стволу и веткам крайне заманчивая идея! Александра, испугавшись за брата, тут же позвала на помощь Михаила. Эдвард улыбался своей фирменной улыбкой без одного переднего зуба, пока старший обливался холодным потом, пытаясь стащить ребёнка вниз. Однако их ровный строй был нарушен - малыши канючили, барахтались, и Гекате-старший был вынужден их отпустить. И, между прочим, зря! Дети тут же сцепились между собой, вызывая ни то печаль, ни то злость. Михаил наблюдал за перебранкой двойняшек: Эдвард ускорился, обгоняя сестру, попутно пихая девочку в плечо, за что Александра тут же толкнула мальчика в ответ. Эдвард, едва не упав, с чувством показал сестре язык, все же вырываясь вперёд. — Так, хватит! К его удивлению, и Александра, и Эдвард послушно затормозили и прислушались, подобно зверькам, навострив ушки. Михаилу казалось, что совесть двойняшек испарилась ещё в далёком младенчестве, не успев толком зародиться - как показывал опыт, Александра слушала лишь мать, а Эдвард, с огромной не охотой, иногда исполнял наказы отца, если, конечно, считал это нужным. — Вы же брат и сестра, — вымученно вздохнул мальчик, тут же пожалев: на него обрушился шквал из детских криков, кто виноват, кто на самом деле затеял перебранку и кого нужно наказать, поставив в угол. Совсем скоро за пышными кустовыми розами показался фонтан, хотя на самом деле, он представлял лишь небольшое углубление в земле, куда стекает жидкость. Куда больше восторга вызывали именно струи воды, под которыми дети и резвились в жаркие дни. — Догоняй! — маленький рот Эдварда растянулся в улыбке, и вид мальчика с наигранно-обиженного на по-детски радостный. Пихнув сестру в плечо, ребёнок тут же «нырнул» под воду, вымочив рубаху. Александра последовала примеру брата. А потом Михаил предложил по очереди угадывать откуда ударит вода. Струи воды били хаотично, без строгой закономерности и с небольшим отрывом времени в несколько секунд, что делало игру интересной. — Эдвард, осторожно! — хихикнул старший, когда вода чуть не сбила мальчика с ног. Вообще-то, как будущему герцогу, как наследнику дела отца, Михаил не должен был уподобляться младшим, ведь они были совсем из другого мира, отличного от того, в каком жил сам мальчик. В конечном итоге, упала именно Александра, запутавшись в платье. Звонкий смех прокатился по залу - Эдвард хохотал и хохотал, согнувшись пополам, пока не начал задыхаться. Михаил помог сестре подняться, со всей серьёзностью рассматривая покрасневшие ссадины на коленках. — Похоже, с вас хватит, — мягко «мурлыкнул» Гекате-старший, на пробу беря ладошку сестры. Поняв, что девочка не собирается капризничать или вырываться, Михаил покрепче сжал чужую ручку. — Мы пойдём ловить бабочек? — уголки губ Эдварда вздернулись вверх, растягивая рот в улыбке. Михаил кивнул: — Как только переоденемся. Им не повезло столкнуться с Аидом. Герцог возвращался домой - отец частенько ночевал в офисе из-за большого количества дел и работы с документами, поэтому в последнее время им не доводилось пересекаться в поместье. Им не повезло, потому что трое детей встречали главу роду не как подобает - щеки каждого горели ярко красным, их одежда взмокли, а сами дети выглядели крайне возбуждено. И если Эдварду и Александре вести себя по-детски и быть взвинченными позволял возраст, то для их старшего брата не нашлось оправдания, которое устроило бы герцога. Мазнув сухим взглядом по притихшим двойняшкам, мужчина остановился на Михаиле. Улыбка мальчика дрогнула, как только он встретился глазами со своим отцом. Как всегда строгий, взгляд сверху-вниз, изогнутые брови и опущенные уголки губ. Михаил ощутимо напрягается, выпрямляясь по струнке. — Однажды тебе придётся платить за свою беззаботность, Михаил. И весь его мир снова пошатнулся, снова, потому что это происходит регулярно - раз за разом Михаил становится смесью разочарования и досады, вместо того, чтобы быть гордостью. Скомканно извинившись, мальчик прошёл мимо, утягивая за собой младших. В следующий раз, когда двойняшки играли у фонтана, Михаил скромно стоял в стороне, боясь промокнуть. *** Через неделю Эдвард и Александра покинули поместье, получив приглашение провести остаток лета у родственников на юге. На самом деле такое происходило часто - хозяин владений Ассиер души не чаял в своих племянниках, баловал их новомодными игрушками, привезенными из-за моря, - дядюшка двойняшек владел крупной торговой компанией, которая занималась поставками зарубежных товаров, - и частенько забирал к себе, аргументируя это тем, что детям полезно подышать солёным воздухом. Однажды он пригласил и Михаила, но мальчик вежливо отказался, решив не портить семейные каникулы. Неумолимо приближалась осень, а вместе с ней - дополнительные предметы, которые отец собирается включить в учебную программу Михаила. Эдвард, кстати, тоже начнёт обучаться новому. Он уже достиг возраста шести лет, а значит, его начнут тренировать физически. Самому Михаилу в его возрасте такие тренировки были противопоказаны, и к сожалению, сейчас мальчик плохо владеет, как оружием, так и совсем неуверенно держится в бое на руках. — Чем занимаетесь, молодой господин? Михаил крупно вздрогнул, испугавшись. — Рафаэль! Разве у тебя сейчас нет занятий? Разглядывая друга, мальчик подавил вздох - его небольшое укрытие под разросшимся дубом нашли. — Я сбежал, — коротко и ясно. Рафаэль пожал плечами рыжий, устраиваясь рядом, как заметил Михаил, с парой яблок в руках. Михаил на это, разумеется, не возмутиться совсем не мог: — У тебя совсем скоро экзамены, Рафаэль! Как можно пропускать тренировки? Разве ты не хочешь попасть в гвардию моего отца? — Ага, хочу. Но ещё я хочу побыть с Вами, милорд, — Рафаэль захихикал, протягивая обескураженному младшему яблоко. Оценив состояние угощения, Михаил невольно поморщился, - мальчик предпочитал очищенные от кожуры и нарезанные фрукты, - но «подарок» принял. — Не думал, что тебе приятна моя компания. Рафаэль не ответил - юноша размыто пожал плечами, фырча под нос. — Она всегда была мне приятна, Михаил, но иногда ты такой... — парень махнул рукой, не сумев подобрать правильное выражение. — Скрупулезный, педант, въедливый? — Михаил охотно подсказывал, вгрызаясь в яблоко. Ради Рафаэля, который наверняка самолично срывал фрукты с дерева, можно было сделать исключение. — Да. Погоди, что? — рыжий скривился, — я хотел сказать, что ты дотошный умник. Гекате не сдержал самодовольного смешка. — Что ты сказал? — Ты о чем? — Что значит... «педант», скр-ск... — Скрупулезный? — Да! — кивнул Рафаэль, придвинувшись ближе, — Я не понимаю. Откуда ты вообще знаешь такие слова? Чему тебя обучают твои няньки? — Во-первых, меня обучают гувернантки и репетиторы. Рафаэль раздражённо махнул рукой, едва сдержавшись от того, чтобы закатить глаза. — Одно и то же. — Во-вторых! — грубо перебивает мальчик, горделиво подняв подбородок, — Чему тебя вообще оубчают? — Меня и не должны этому учить, — рыжий огрызнулся, все же закатив глаза. Не удержался! Воцарилось молчание, которое разрушил смех обоих мальчиков - Михаил смеялся сдержанно и легко, подобно трели колокольчика, и в отличие от своего господина Рафаэль посмеивался громче, с передышками. Они не поняли, что позабивало их настолько - взъерошенный вид рыжего, их мелкая перебранка или выражение лица, которым Михаил окинул своего друга. Это все было неважно, потому что сейчас они смеялись. Потому что сейчас они были детьми.